От этого
- № 3421حَدَّثَنَا مُحَمَّدُ بْنُ عَبْدِ المَلِكِ بْنِ أَبِي الشَّوَارِبِ قَالَ: حَدَّثَنَا يُوسُفُ بْنُ المَاجِشُونِ قَالَ: حَدَّثَنِي أَبِي، عَنْ عَبْدِ الرَّحْمَنِ الأَعْرَجِ، عَنْ عُبَيْدِ اللَّهِ بْنِ أَبِي رَافِعٍ، عَنْ عَلِيِّ بْنِ أَبِي طَالِبٍ، أَنَّ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ كَانَ إِذَا قَامَ فِي الصَّلَاةِ قَالَ: «وَجَّهْتُ وَجْهِيَ لِلَّذِي فَطَرَ السَّمَوَاتِ وَالأَرْضَ حَنِيفًا وَمَا أَنَا مِنَ المُشْرِكِينَ، إِنَّ صَلَاتِي وَنُسُكِي وَمَحْيَايَ وَمَمَاتِي لِلَّهِ رَبِّ العَالَمِينَ، لَا شَرِيكَ لَهُ، وَبِذَلِكَ أُمِرْتُ وَأَنَا مِنَ المُسْلِمِينَ، اللَّهُمَّ أَنْتَ المَلِكُ لَا إِلَهَ إِلَّا أَنْتَ، أَنْتَ رَبِّي وَأَنَا عَبْدُكَ، ظَلَمْتُ نَفْسِي وَاعْتَرَفْتُ بِذَنْبِي، فَاغْفِرْ لِي ذُنُوبِي جَمِيعًا، إِنَّهُ لَا يَغْفِرُ الذُّنُوبَ إِلَّا أَنْتَ، وَاهْدِنِي لِأَحْسَنِ الأَخْلَاقِ، لَا يَهْدِي لِأَحْسَنِهَا إِلَّا أَنْتَ، وَاصْرِفْ عَنِّي سَيِّئَهَا، لَا يَصْرِفُ عَنِّي سَيِّئَهَا إِلَّا أَنْتَ، آمَنْتُ بِكَ، تَبَارَكْتَ وَتَعَالَيْتَ، أَسْتَغْفِرُكَ وَأَتُوبُ إِلَيْكَ»، فَإِذَا رَكَعَ قَالَ: «اللَّهُمَّ لَكَ رَكَعْتُ، وَبِكَ آمَنْتُ، وَلَكَ أَسْلَمْتُ، خَشَعَ لَكَ سَمْعِي وَبَصَرِي وَمُخِّي وَعَظْمِي وَعَصَبِي»، فَإِذَا رَفَعَ رَأْسَهُ قَالَ: «اللَّهُمَّ رَبَّنَا لَكَ الحَمْدُ مِلْءَ السَّمَوَاتِ وَالْأَرَضِينَ ومَا بَيْنَهُمَا، وَمِلْءَ مَا شِئْتَ مِنْ شَيْءٍ»، فَإِذَا سَجَدَ قَالَ: «اللَّهُمَّ لَكَ سَجَدْتُ، وَبِكَ آمَنْتُ، وَلَكَ أَسْلَمْتُ، سَجَدَ وَجْهِيَ لِلَّذِي خَلَقَهُ فَصَوَّرَهُ، وَشَقَّ سَمْعَهُ وَبَصَرَهُ، تَبَارَكَ اللَّهُ أَحْسَنُ الخَالِقِينَ»، ثُمَّ يَكُونُ آخِرَ مَا يَقُولُ بَيْنَ التَّشَهُّدِ وَالسَّلَامِ، «اللَّهُمَّ اغْفِرْ لِي مَا قَدَّمْتُ وَمَا أَخَّرْتُ، وَمَا أَسْرَرْتُ وَمَا أَعْلَنْتُ، وَمَا أَنْتَ أَعْلَمُ بِهِ مِنِّي، أَنْتَ المُقَدِّمُ، وَأَنْتَ المُؤَخِّرُ، لَا إِلَهَ إِلَّا أَنْتَ»: «هَذَا حَدِيثٌ حَسَنٌ صَحِيحٌ»Нам передал Мухаммад ибн Абдул-Малик ибн Абу аш-Шаваириб, сказал: нам передал Юсуф ибн аль-Маджишун, сказал: мне передал мой отец, от Абдур-Рахмана аль-А‘раджа, от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘, от Али ибн Абу Талиба, что Посланник Аллаха ﷺ, когда вставал на молитву, говорил: «Я обратил свой лик к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи ханифом (единобожником), и я не из числа многобожников. Поистине, моя молитва, мои обряды, моя жизнь и моя смерть — для Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварища. Это мне повелено, и я — из числа мусульман. О Аллах, Ты — Владыка, нет божества, кроме Тебя. Ты мой Господь, а я Твой раб. Я причинил несправедливость самому себе и признаю свой грех. Прости же мне все мои грехи, ведь никто не прощает грехи, кроме Тебя. Направь меня к наилучшим нравам — никто не наставляет к лучшим из них, кроме Тебя. И отврати от меня дурные из них — никто не отвратит их от меня, кроме Тебя. Я уверовал в Тебя. Благословен Ты и превознесён. Прошу у Тебя прощения и каюсь пред Тобой». Когда он совершал поясной поклон, он говорил: «О Аллах, Тебе я совершил поясной поклон, в Тебя уверовал и Тебе предался. Смирились пред Тобой мой слух, моё зрение, мой мозг, мои кости и мои жилы». Когда он поднимал голову, он говорил: «О Аллах, Господь наш, Тебе хвала, заполняющая небеса и земли и то, что между ними, и заполняющая всё, что Ты ещё пожелаешь». Когда он совершал земной поклон, он говорил: «О Аллах, Тебе я совершил земной поклон, в Тебя уверовал и Тебе предался. Моё лицо совершило земной поклон пред Тем, Кто создал его и придал ему облик, и открыл его слух и зрение. Благословен Аллах, лучший из творцов». Затем последним, что он говорил между ташаххудом и приветствием, было: «О Аллах, прости мне то, что я совершил прежде, и то, что совершу после, то, что скрыл, и то, что объявил явно, и то, что Ты знаешь обо мне лучше, чем я сам. Ты — Выдвигающий вперёд, и Ты — Отодвигающий назад, нет божества, кроме Тебя». Это хадис хороший, достоверный.
- № 3422حَدَّثَنَا الحَسَنُ بْنُ عَلِيٍّ الخَلَّالُ قَالَ: حَدَّثَنَا أَبُو الوَلِيدِ الطَّيَالِسِيُّ قَالَ: حَدَّثَنَا عَبْدُ العَزِيزِ بْنُ أَبِي سَلَمَةَ، وَيُوسُفُ بْنُ المَاجِشُونِ، قَالَ عَبْدُ العَزِيزِ: حَدَّثَنِي عَمِّي، وَقَالَ يُوسُفُ: أَخْبَرَنِي أَبِي قَالَ: حَدَّثَنِي الأَعْرَجُ، عَنْ عُبَيْدِ اللَّهِ بْنِ أَبِي رَافِعٍ، عَنْ عَلِيِّ بْنِ أَبِي طَالِبٍ، أَنَّ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ كَانَ إِذَا قَامَ إِلَى الصَّلَاةِ قَالَ: «وَجَّهْتُ وَجْهِيَ لِلَّذِي فَطَرَ السَّمَوَاتِ وَالأَرْضَ حَنِيفًا وَمَا أَنَا مِنَ المُشْرِكِينَ، إِنَّ صَلَاتِي وَنُسُكِي وَمَحْيَايَ وَمَمَاتِي لِلَّهِ رَبِّ العَالَمِينَ، لَا شَرِيكَ لَهُ وَبِذَلِكَ أُمِرْتُ وَأَنَا مِنَ المُسْلِمِينَ، اللَّهُمَّ أَنْتَ المَلِكُ لَا إِلَهَ إِلَّا أَنْتَ، أَنْتَ رَبِّي وَأَنَا عَبْدُكَ، ظَلَمْتُ نَفْسِي وَاعْتَرَفْتُ بِذَنْبِي، فَاغْفِرْ لِي ذَنْبِي جَمِيعًا إِنَّهُ لَا يَغْفِرُ الذُّنُوبَ إِلَّا أَنْتَ، وَاهْدِنِي لِأَحْسَنِ الأَخْلَاقِ، لَا يَهْدِي لِأَحْسَنِهَا إِلَّا أَنْتَ، وَاصْرِفْ عَنِّي سَيِّئَهَا، لَا يَصْرِفُ عَنِّي سَيِّئَهَا إِلَّا أَنْتَ، لَبَّيْكَ وَسَعْدَيْكَ، وَالخَيْرُ كُلُّهُ فِي يَدَيْكَ، وَالشَّرُّ لَيْسَ إِلَيْكَ، أَنَا بِكَ وَإِلَيْكَ، تَبَارَكْتَ وَتَعَالَيْتَ، أَسْتَغْفِرُكَ وَأَتُوبُ إِلَيْكَ»، فَإِذَا رَكَعَ قَالَ: «اللَّهُمَّ لَكَ رَكَعْتُ، وَبِكَ آمَنْتُ، وَلَكَ أَسْلَمْتُ، خَشَعَ لَكَ سَمْعِي وَبَصَرِي وَعِظَامِي وَعَصَبِي»، فَإِذَا رَفَعَ قَالَ: «اللَّهُمَّ رَبَّنَا لَكَ الحَمْدُ مِلْءَ السَّمَاءِ، وَمِلْءَ الأَرْضِ، وَمِلْءَ مَا بَيْنَهُمَا، وَمِلْءَ مَا شِئْتَ مِنْ شَيْءٍ بَعْدُ»، فَإِذَا سَجَدَ قَالَ: «اللَّهُمَّ لَكَ سَجَدْتُ، وَبِكَ آمَنْتُ، وَلَكَ أَسْلَمْتُ، سَجَدَ وَجْهِي لِلَّذِي خَلَقَهُ وَصَوَّرَهُ، وَشَقَّ سَمْعَهُ وَبَصَرَهُ، تَبَارَكَ اللَّهُ أَحْسَنُ الخَالِقِينَ»، ثُمَّ يَقُولُ مِنْ آخِرِ مَا يَقُولُ بَيْنَ التَّشَهُّدِ وَالتَّسْلِيمِ: «اللَّهُمَّ اغْفِرْ لِي مَا قَدَّمْتُ وَمَا أَخَّرْتُ، وَمَا أَسْرَرْتُ وَمَا أَعْلَنْتُ، وَمَا أَسْرَفْتُ وَمَا أَنْتَ أَعْلَمُ بِهِ مِنِّي، أَنْتَ المُقَدِّمُ وَأَنْتَ المُؤَخِّرُ، لَا إِلَهَ إِلَّا أَنْتَ»: «هَذَا حَدِيثٌ حَسَنٌ صَحِيحٌ»Нам передал аль-Хасан ибн Али аль-Халляль, он сказал: нам передал Абу аль-Валид ат-Таялиси, он сказал: нам передали Абд аль-Азиз ибн Абу Саляма и Юсуф ибн аль-Маджишун. Абд аль-Азиз сказал: мне передал мой дядя, а Юсуф сказал: мне сообщил мой отец, он сказал: мне передал аль-А‘радж от Убайдуллы ибн Абу Рафи‘, от Али ибн Абу Талиба, что Посланник Аллаха ﷺ, когда вставал на молитву, говорил: «Я обратил свой лик к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи ханифом (единобожником), и я не из числа многобожников. Поистине, моя молитва, мой обряд поклонения, моя жизнь и моя смерть — для Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварища. Это мне повелено, и я — из числа мусульман. О Аллах, Ты — Владыка, нет божества, кроме Тебя. Ты — мой Господь, а я — Твой раб. Я причинил несправедливость самому себе и признаю свой грех, прости же мне все мои грехи, ведь никто не прощает грехи, кроме Тебя. Веди меня к лучшим нравам, ведь никто не ведёт к лучшим из них, кроме Тебя. Отврати от меня дурные нравы, ведь никто не отвратит их от меня, кроме Тебя. Вот я перед Тобою, готов служить Тебе, и всё благо — в Твоих Руках, а зло не восходит к Тебе. Я существую благодаря Тебе и возвращаюсь к Тебе. Благословен Ты и возвышен, я прошу у Тебя прощения и каюсь пред Тобою». Когда он совершал поясной поклон, он говорил: «О Аллах, Тебе я поклонился, в Тебя уверовал, Тебе предался. Пред Тобой смирились мой слух, моё зрение, мои кости и мои жилы». Когда он поднимался, он говорил: «О Аллах, Господь наш, Тебе хвала, наполняющая небеса, наполняющая землю, и наполняющая то, что между ними, и наполняющая всё, что Ты пожелаешь после этого». Когда он совершал земной поклон, он говорил: «О Аллах, Тебе я совершил земной поклон, в Тебя уверовал, Тебе предался. Мой лик пал ниц перед Тем, Кто создал его и придал ему облик, открыл ему слух и зрение. Благословен Аллах, Наилучший из творцов». Затем в числе последних слов, которые он произносил между ташаххудом и приветствием (таслимом), он говорил: «О Аллах, прости мне то, что я совершил прежде, и то, что совершу после, то, что я скрыл, и то, что явил, то, в чём преступил меру, и то, что Тебе ведомо обо мне лучше, чем мне самому. Ты — Выдвигающий вперёд, и Ты — Отодвигающий назад. Нет божества, кроме Тебя». Это хороший достоверный хадис
- № 3423حَدَّثَنَا الحَسَنُ بْنُ عَلِيٍّ الخَلَّالُ قَالَ: حَدَّثَنَا سُلَيْمَانُ بْنُ دَاوُدَ الهَاشِمِيُّ قَالَ: حَدَّثَنَا عَبْدُ الرَّحْمَنِ بْنُ أَبِي الزِّنَادِ، عَنْ مُوسَى بْنِ عُقْبَةَ، عَنْ عَبْدِ اللَّهِ بْنِ الفَضْلِ، عَنْ عَبْدِ الرَّحْمَنِ الأَعْرَجِ، عَنْ عُبَيْدِ اللَّهِ بْنِ أَبِي رَافِعٍ، عَنْ عَلِيِّ بْنِ أَبِي طَالِبٍ، عَنْ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ أَنَّهُ كَانَ إِذَا قَامَ إِلَى الصَّلَاةِ المَكْتُوبَةِ رَفَعَ يَدَيْهِ حَذْوَ مَنْكِبَيْهِ، وَيَصْنَعُ ذَلِكَ إِذَا قَضَى قِرَاءَتَهُ وَأَرَادَ أَنْ يَرْكَعَ، وَيَصْنَعُهُ إِذَا رَفَعَ رَأْسَهُ مِنَ الرُّكُوعِ، وَلَا يَرْفَعُ يَدَيْهِ فِي شَيْءٍ مِنْ صَلَاتِهِ وَهُوَ قَاعِدٌ، فَإِذَا قَامَ مِنْ سَجْدَتَيْنِ رَفَعَ يَدَيْهِ كَذَلِكَ فَكَبَّرَ، وَيَقُولُ حِينَ يَفْتَتِحُ الصَّلَاةَ بَعْدَ التَّكْبِيرِ: «وَجَّهْتُ وَجْهِيَ لِلَّذِي فَطَرَ السَّمَوَاتِ وَالأَرْضَ حَنِيفًا وَمَا أَنَا مِنَ المُشْرِكِينَ، إِنَّ صَلَاتِي وَنُسُكِي وَمَحْيَايَ وَمَمَاتِي لِلَّهِ رَبِّ العَالَمِينَ، لَا شَرِيكَ لَهُ، وَبِذَلِكَ أُمِرْتُ وَأَنَا مِنَ المُسْلِمِينَ، اللَّهُمَّ أَنْتَ المَلِكُ لَا إِلَهَ إِلَّا أَنْتَ، سُبْحَانَكَ أَنْتَ رَبِّي، وَأَنَا عَبْدُكَ، ظَلَمْتُ نَفْسِي وَاعْتَرَفْتُ بِذَنْبِي، فَاغْفِرْ لِي ذَنْبِي جَمِيعًا، إِنَّهُ لَا يَغْفِرُ الذُّنُوبَ إِلَّا أَنْتَ، وَاهْدِنِي لِأَحْسَنِ الأَخْلَاقِ، لَا يَهْدِي لِأَحْسَنِهَا إِلَّا أَنْتَ، وَاصْرِفْ عَنِّي سَيِّئَهَا، لَا يَصْرِفُ عَنِّي سَيِّئَهَا إِلَّا أَنْتَ، لَبَّيْكَ وَسَعْدَيْكَ، أَنَا بِكَ وَإِلَيْكَ، وَلَا مَنْجَا، وَلَا مَلْجَأَ إِلَّا إِلَيْكَ، أَسْتَغْفِرُكَ وَأَتُوبُ إِلَيْكَ»، ثُمَّ يَقْرَأُ، فَإِذَا رَكَعَ كَانَ كَلَامُهُ فِي رُكُوعِهِ أَنْ يَقُولَ: «اللَّهُمَّ لَكَ رَكَعْتُ، وَبِكَ آمَنْتُ، وَلَكَ أَسْلَمْتُ، وَأَنْتَ رَبِّي، خَشَعَ سَمْعِي وَبَصَرِي وَمُخِّي وَعَظْمِي لِلَّهِ رَبِّ العَالَمِينَ»، فَإِذَا رَفَعَ رَأْسَهُ مِنَ الرُّكُوعِ قَالَ: «سَمِعَ اللَّهُ لِمَنْ حَمِدَهُ»، ثُمَّ يُتْبِعُهَا: «اللَّهُمَّ رَبَّنَا لَكَ الْحَمْدُ مِلْءَ السَّمَوَاتِ وَالأَرْضِ، وَمِلْءَ مَا شِئْتَ مِنْ شَيْءٍ بَعْدُ»، فَإِذَا سَجَدَ قَالَ فِي سُجُودِهِ: «اللَّهُمَّ لَكَ سَجَدْتُ، وَبِكَ آمَنْتُ، وَلَكَ أَسْلَمْتُ، وَأَنْتَ رَبِّي، سَجَدَ وَجْهِي لِلَّذِي خَلَقَهُ وَشَقَّ سَمْعَهُ وَبَصَرَهُ، تَبَارَكَ اللَّهُ أَحْسَنُ الخَالِقِينَ»، وَيَقُولُ عِنْدَ انْصِرَافِهِ مِنَ الصَّلَاةِ: «اللَّهُمَّ اغْفِرْ لِي مَا قَدَّمْتُ وَمَا أَخَّرْتُ، وَمَا أَسْرَرْتُ وَمَا أَعْلَنْتُ، وَأَنْتَ إِلَهِي لَا إِلَهَ إِلَّا أَنْتَ». هَذَا حَدِيثٌ حَسَنٌ صَحِيحٌ. وَالْعَمَلُ عَلَى هَذَا الْحَدِيثِ عِنْدَ الشَّافِعِيِّ وَبَعْضُ أَصْحَابِنَا. وقَالَ بَعْضُ أَهْلِ العِلْمِ مِنْ أَهْلِ الكُوفَةِ وَغَيْرِهِمْ: يَقُولُ هَذَا فِي صَلَاةِ التَّطَوُّعِ، وَلَا يَقُولُهُ فِي المَكْتُوبَةِ. وَأَحْمَدُ لَا يَرَاهُ. سَمِعْت أَبَا إِسْمَاعِيلَ التِّرْمِذِيَّ مُحَمَّدَ بْنَ إِسْمَاعِيلَ بْنِ يُوسُفَ يَقُولُ: سَمِعْتُ سُلَيْمَانَ بْنَ دَاوُدَ الهَاشِمِيَّ يَقُولُ: وَذَكَرَ هَذَا الحَدِيثَ، فَقَالَ: هَذَا عِنْدَنَا مِثْلُ حَدِيثِ الزُّهْرِيِّ، عَنْ سَالِمٍ، عَنْ أَبِيهِНам передал аль-Хасан ибн Али аль-Халляль, он сказал: нам передал Сулейман ибн Давуд аль-Хашими, он сказал: нам передал Абд ар-Рахман ибн Абу аз-Зинад от Мусы ибн Укбы, от Абдуллаха ибн аль-Фадля, от Абд ар-Рахмана аль-А‘раджа, от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘, от Али ибн Абу Талиба, от Посланника Аллаха ﷺ, что он, встав на обязательную молитву, поднимал руки на уровень плеч. Он делал то же самое, закончив чтение и собираясь совершить поясной поклон, и делал то же самое, когда поднимал голову после поясного поклона. Он не поднимал рук ни в каком месте своей молитвы, будучи сидящим. Когда же он поднимался после двух земных поклонов, он также поднимал руки таким же образом и произносил слова величания. Начиная молитву, после слов величания он говорил: «Я обратил лицо своё к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи единобожником, и я не из многобожников. Поистине, моя молитва, мои обряды, моя жизнь и моя смерть принадлежат Аллаху, Господу миров, у Которого нет сотоварища. Это мне велено, и я — один из мусульман. О Аллах, Ты — Владыка, нет божества, кроме Тебя. Пречист Ты, Ты — мой Господь, а я — Твой раб. Я поступил несправедливо по отношению к самому себе и признаю свой грех. Прости же мне все мои грехи, ведь никто не прощает грехи, кроме Тебя. Наставь меня к лучшим нравам, ведь никто не наставляет к лучшим из них, кроме Тебя, и отврати от меня их дурные стороны, ведь никто не отвратит от меня их дурные стороны, кроме Тебя. Вот я перед Тобой, готов служить Тебе! Я — благодаря Тебе и стремлюсь к Тебе. Нет спасения и нет прибежища, кроме как у Тебя. Прошу у Тебя прощения и обращаюсь к Тебе с покаянием». Затем он читал. Совершая поясной поклон, он говорил в нём: «О Аллах, Тебе я совершил поясной поклон, в Тебя я уверовал, Тебе я предался. Ты — мой Господь. Смирились перед Тобой мой слух, моё зрение, мой мозг и мои кости — перед Аллахом, Господом миров». Когда он поднимал голову после поясного поклона, он говорил: «Услышал Аллах того, кто восхвалил Его», а затем добавлял: «О Аллах, Господь наш, Тебе хвала, наполняющая небеса и землю и всё, что Ты пожелаешь после этого из вещей». Когда он совершал земной поклон, он говорил в нём: «О Аллах, Тебе я совершил земной поклон, в Тебя я уверовал, Тебе я предался. Ты — мой Господь. Пал в земном поклоне лик мой перед Тем, Кто сотворил его и придал форму его слуху и зрению. Благословен Аллах, наилучший из творцов». А завершая молитву, он говорил: «О Аллах, прости мне то, что я совершил прежде, и то, что совершу позже, то, что утаил, и то, что явил открыто. Ты — мой Бог, нет божества, кроме Тебя». Это хадис хороший, достоверный. Согласно этому хадису действуют аш-Шафии и некоторые из наших товарищей. Некоторые учёные из числа куфийцев и других сказали: эти слова произносят в добровольной молитве, но не произносят в обязательной. А Ахмад не считает это (обязательным). Я слышал, как Абу Исмаил ат-Тирмизи, Мухаммад ибн Исмаил ибн Юсуф, говорил: я слышал, как Сулейман ибн Давуд аль-Хашими говорил, упомянув этот хадис: «Этот хадис у нас подобен хадису аз-Зухри от Салима от его отца».