Отсрочка платежа

Мне передал Яхья от Малика, от Язида ибн Абдуллаха ибн Кусайта, что он видел, как Са‘ид ибн аль-Мусаййаб обменивал золото на золото весом: он высыпал своё золото на одну чашу весов, а его собеседник, с которым он производил обмен, высыпал своё золото на другую чашу весов. Когда стрелка весов уравновешивалась, он брал и отдавал. Малик сказал: «Согласно принятому у нас положению, при обмене золота на золото и серебра на серебро весом нет ничего плохого в том, чтобы взять одиннадцать динаров за десять динаров из руки в руку, если вес обоих количеств золота одинаков, вес в вес, даже если число монет различается. Дирхемы в этом отношении подобны динарам». Малик сказал: «Если кто-то обменивает золото на золото весом или серебро на серебро весом, и между двумя количествами золота обнаруживается излишек в один мискаль, а затем он даёт своему собеседнику стоимость этого излишка серебром или чем-то иным — пусть тот не берёт это, ибо это скверно и является уловкой к ростовщичеству (риба). Ведь если ему дозволено брать мискаль по его стоимости, как будто он купил его отдельно, то ему дозволено брать мискаль по его стоимости многократно, чтобы этим оправдать саму сделку между собой и своим собеседником». Малик сказал: «А если бы он продал этот мискаль отдельно, без ничего иного вместе с ним, то тот не взял бы его за десятую часть той цены, за которую взял его в первом случае, — лишь бы этим оправдать саму сделку. Это уловка к дозволению запретного и к тому, что запрещено». Малик сказал о человеке, который обменивается весом с другим человеком: он даёт ему старое доброкачественное золото и добавляет к нему необработанное золото невысокого качества, а взамен берёт у своего собеседника разрезанное куфийское золото, которое люди считают нежелательным. Они обмениваются этим равным весом на равный вес — это не годится. Малик сказал: «Разъяснение того, что здесь порицаемо, состоит в том, что владелец доброкачественного золота получил излишек за отборность своего золота через необработанное золото, которое он добавил к своему золоту. И если бы не превосходство его золота над золотом его собеседника, тот не стал бы обменивать его на своё куфийское золото весом на вес — он бы отказался. Это подобно случаю человека, который хочет купить три са‘а фиников сорта аджва за два са‘а и один мудд фиников сорта кабис. Ему говорят: „Это не годится“. Тогда он делает два са‘а из кабиса и один са‘ из хашафа (низкосортных фиников), желая тем самым оправдать свою сделку, — но и это не годится, потому что владелец аджвы не отдал бы са‘ аджвы за са‘ хашафа, если бы это было отдельно; он согласился лишь ради превосходства кабиса. Или подобно тому, как один человек говорит другому: „Продай мне три са‘а белой пшеницы за два са‘а с половиной шамской пшеницы“, и тот отвечает: „Это годится лишь равным весом на равный вес“, — тогда он делает два са‘а шамской пшеницы и один са‘ ячменя, желая тем самым оправдать сделку между ними. И это не годится, потому что он не отдал бы за са‘ ячменя са‘ белой пшеницы, если бы этот са‘ был отдельным; он отдал его лишь ради превосходства шамской пшеницы над белой. Это не годится, и это подобно тому, что мы описали относительно необработанного золота». Малик сказал: «Итак, всё, что относится к золоту, серебру и любой пище, которую следует продавать только равным на равное, — к доброкачественному и желанному сорту не должно добавляться нечто низкосортное и нежелательное лишь для того, чтобы оправдать сделку и тем самым сделать дозволенным то, что запрещено, — ведь это не годится, если добавляется к желанному сорту. Владелец такого товара хочет этим получить выгоду за счёт качества того, что он продаёт: он отдаёт то, что если бы отдал отдельно, его собеседник не принял бы и даже не подумал бы об этом, а принимает он это лишь ради того, что берёт вместе с ним, из-за превосходства товара своего собеседника над своим собственным. Поэтому ни в золото, ни в серебро, ни в пищу не должно попадать ничего подобного этому описанию. А если владелец низкосортной пищи хочет продать её за что-то другое, пусть продаёт её отдельно, не добавляя к ней ничего, — в этом нет ничего плохого, если дело обстоит именно так».