Глава о случаях права преимущественной покупки

Нам передал Йахья от Малика, от Ибн Шихаба, от Са‘ида ибн аль-Мусаййиба и от Абу Салямы ибн Абд-ар-Рахмана ибн Ауфа, что Посланник Аллаха ﷺ «вынес решение о преимущественном праве выкупа (шуф‘а) в отношении того, что не было разделено между соучастниками; если же между ними были установлены границы, то право преимущественного выкупа на него не распространяется». Малик сказал: «На этом основана сунна, относительно которой у нас нет разногласий».

Малик сказал: до него дошло, что Саида ибн аль-Мусайиба спросили о преимущественном праве выкупа (шуф‘а): есть ли на это сунна? Он ответил: «Да, преимущественное право выкупа применяется в домах и землях, и оно бывает только между совладельцами»

И мне передал Малик, что до него дошло от Сулеймана ибн Ясара нечто подобное этому. Малик сказал: «Относительно человека, который купил долю вместе с людьми в земле за животное — раба, рабыню или нечто подобное из вещей, а затем пришёл совладелец, чтобы воспользоваться своим преимущественным правом выкупа (шуф‘а), и обнаружил, что раб или рабыня уже умерли, и никто не знает их стоимости: покупатель говорит, что стоимость раба или рабыни — сто динаров, а владелец преимущественного права, совладелец, говорит, что их стоимость — пятьдесят динаров». Малик сказал: «Покупатель клянётся, что стоимость того, за что он купил, — сто динаров, после чего владелец преимущественного права, если пожелает, забирает долю или оставляет её, — разве что обладатель этого права приведёт доказательство, что стоимость раба или рабыни ниже той, что назвал покупатель». Малик сказал: «Кто подарил долю в доме или в общей земле, а одаряемый вознаградил его за неё деньгами или вещью, то совладельцы могут забрать эту долю по преимущественному праву, если пожелают, выплатив одаряемому стоимость его вознаграждения — динарами или дирхемами». Малик сказал: «Кто подарил дар в виде доли в доме или в общей земле, и не был вознаграждён за него, и не потребовал вознаграждения, а затем его совладелец захотел забрать эту долю за её стоимость, — то это ему не дозволено, пока даритель не будет вознаграждён за неё. Если же он был вознаграждён, то она принадлежит обладателю преимущественного права за стоимость вознаграждения». Малик сказал о человеке, который купил долю в общей земле за плату с отсрочкой, а затем совладелец захотел забрать эту долю по преимущественному праву. Малик сказал: «Если он платёжеспособен, то он получает преимущественное право за ту же цену с той же отсрочкой. А если есть опасение, что он не выплатит цену к сроку, то, если он приведёт им платёжеспособного и надёжного поручителя, подобного тому, у кого он купил долю в общей земле, то это ему дозволено». Малик сказал: «Отсутствие обладателя преимущественного права не прекращает его права, даже если его отсутствие затянулось, и нет у нас для этого установленного предела, по истечении которого преимущественное право прекращалось бы». Малик сказал о человеке, который оставил землю в наследство нескольким своим детям, а затем у одного из них родился ребёнок, а затем отец умер, и один из детей покойного продал свою долю в этой земле: «Брат продавца имеет больше прав на преимущественный выкуп, чем дяди продавца — совладельцы его отца». Малик сказал: «Таково положение у нас». Малик сказал: «Преимущественное право между совладельцами распределяется по размеру их долей: каждый из них берёт по размеру своей доли — если доля мала, то мало, а если велика, то соответственно, — и это в том случае, если они спорят из-за него». Малик сказал: «Что же касается случая, когда один человек покупает у другого из своих совладельцев его долю, и один из совладельцев говорит: «Я беру из преимущественного права по размеру своей доли», а покупатель говорит: «Если хочешь забрать преимущественное право целиком, я уступлю его тебе, а если хочешь оставить — оставь», — то если покупатель предоставил ему такой выбор и уступил ему это право, то обладателю преимущественного права остаётся либо забрать его целиком, либо уступить его покупателю. Если он забирает его, то он имеет на это больше прав, а если нет — то ему ничего не причитается». Малик сказал о человеке, который купил землю и обустроил её, вложив в неё насаждения, или вырыл в ней колодец, а затем пришёл человек, обнаруживший в ней своё право, и захотел забрать её по преимущественному праву: «У него нет преимущественного права на неё, разве что он выплатит ему стоимость того, чем он её обустроил. Если он выплатит ему стоимость обустройства, то он получает больше прав на выкуп, а если нет — то у него нет на неё права». Малик сказал: «Кто продал свою долю в общей земле или доме, а затем, узнав, что владелец преимущественного права собирается им воспользоваться, попросил покупателя расторгнуть сделку, и тот расторг её, — то это ему не дозволено, и обладатель преимущественного права имеет больше прав на неё за ту цену, за которую она была продана». Малик сказал: «Кто купил долю в доме или земле, а также животных и вещи одной сделкой, а затем обладатель преимущественного права потребовал своё право на дом или землю, и покупатель сказал: «Забери всё, что я купил целиком, ведь я купил это как единое целое»». Малик сказал: «Напротив, обладатель преимущественного права забирает своё право на дом или землю по доле этой цены из общей суммы: каждая вещь, которую он купил из этого, оценивается отдельно по той цене, за которую она была куплена, а затем обладатель преимущественного права забирает своё право, соответствующее её стоимости, из общей суммы цены, и не берёт ничего из животных и вещей, разве что сам того пожелает». Малик сказал: «Кто продал долю в общей земле, и часть тех, кому принадлежит преимущественное право на неё, уступила это право продавцу, а часть отказалась уступить и пожелала им воспользоваться, — то тот, кто отказался уступить, забирает преимущественное право целиком, и ему не дозволено забрать по размеру своей доли, оставив остальное». Малик сказал о нескольких совладельцах одного дома, один из которых продал свою долю, а все его совладельцы отсутствуют, кроме одного человека, — присутствующему было предложено либо воспользоваться преимущественным правом, либо оставить его, и он сказал: «Я заберу свою долю, а доли моих совладельцев оставлю, пока они не прибудут: если они заберут — пусть будет так, а если оставят — я заберу всё преимущественное право целиком»». «Малик сказал: «Ему остаётся либо забрать всё это целиком, либо оставить, а если придут его совладельцы, они могут забрать у него или оставить, если пожелают. Если же ему это было предложено, а он не принял, то я не вижу для него преимущественного права»