№ 8
حَدَّثَنِي مَالِكٌ أَنَّهُ بَلَغَهُ أَنَّ عُرْوَةَ بْنَ الزُّبَيْرِ، وَسُلَيْمَانَ بْنَ يَسَارٍ، سُئِلَا عَنْ رَجُلٍ كَاتَبَ عَلَى نَفْسِهِ وَعَلَى بَنِيهِ ثُمَّ مَاتَ. هَلْ يَسْعَى بَنُو الْمُكَاتَبِ فِي كِتَابَةِ أَبِيهِمْ أَمْ هُمْ عَبِيدٌ؟ فَقَالَا: «بَلْ يَسْعَوْنَ فِي كِتَابَةِ أَبِيهِمْ وَلَا يُوضَعُ عَنْهُمْ لِمَوْتِ أَبِيهِمْ شَيْءٌ» قَالَ مَالِكٌ: «وَإِنْ كَانُوا صِغَارًا لَا يُطِيقُونَ السَّعْيَ. لَمْ يُنْتَظَرْ بِهِمْ أَنْ يَكْبَرُوا، وَكَانُوا رَقِيقًا لِسَيِّدِ أَبِيهِمْ إِلَّا أَنْ يَكُونَ الْمُكَاتَبُ تَرَكَ مَا يُؤَدَّى بِهِ عَنْهُمْ نُجُومُهُمْ. إِلَى أَنْ يَتَكَلَّفُوا السَّعْيَ. فَإِنْ كَانَ فِيمَا تَرَكَ مَا يُؤَدَّى عَنْهُمْ، أُدِّيَ ذَلِكَ عَنْهُمْ. وَتُرِكُوا عَلَى حَالِهِمْ. حَتَّى يَبْلُغُوا السَّعْيَ. فَإِنْ أَدَّوْا عَتَقُوا وَإِنْ عَجَزُوا رَقُّوا» قَالَ مَالِكٌ فِي الْمُكَاتَبِ يَمُوتُ وَيَتْرُكُ مَالًا لَيْسَ فِيهِ وَفَاءُ الْكِتَابَةِ. وَيَتْرُكُ وَلَدًا مَعَهُ فِي كِتَابَتِهِ وَأُمَّ وَلَدٍ. فَأَرَادَتْ أُمُّ وَلَدِهِ أَنْ تَسْعَى عَلَيْهِمْ: «إِنَّهُ يُدْفَعُ إِلَيْهَا الْمَالُ إِذَا كَانَتْ مَأْمُونَةً عَلَى ذَلِكَ قَوِيَّةً عَلَى السَّعْيِ. وَإِنْ لَمْ تَكُنْ قَوِيَّةً عَلَى السَّعْيِ. وَلَا مَأْمُونَةً عَلَى الْمَالِ لَمْ تُعْطَ شَيْئًا مِنْ ذَلِكَ. وَرَجَعَتْ هِيَ وَوَلَدُ الْمُكَاتَبِ رَقِيقًا لِسَيِّدِ الْمُكَاتَبِ» قَالَ مَالِكٌ: «إِذَا كَاتَبَ الْقَوْمُ جَمِيعًا كِتَابَةً وَاحِدَةً. وَلَا رَحِمَ بَيْنَهُمْ فَعَجَزَ بَعْضُهُمْ وَسَعَى بَعْضُهُمْ حَتَّى عَتَقُوا جَمِيعًا. فَإِنَّ الَّذِينَ سَعَوْا يَرْجِعُونَ عَلَى الَّذِينَ عَجَزُوا بِحِصَّةِ مَا أَدَّوْا عَنْهُمْ لِأَنَّ بَعْضَهُمْ حُمَلَاءُ عَنْ بَعْضٍ»
Мне передал Малик, что до него дошло, что Урва ибн аз-Зубайр и Сулейман ибн Ясар были спрошены о человеке, который заключил договор о самовыкупе (китаба) за себя и за своих сыновей, а затем умер: должны ли сыновья мукатаба трудиться, выплачивая договор их отца, или они являются рабами? Они оба ответили: «Нет, они должны трудиться, выплачивая договор их отца, и смерть отца ничего с них не снимает». Малик сказал: «И если они малы и не способны трудиться, их не ждут, пока они вырастут, — они становятся рабами хозяина их отца, если только мукатаб не оставил имущества, из которого можно выплачивать их взносы, до тех пор пока они не смогут трудиться. Если в оставленном имуществе есть то, чем можно выплатить за них, это выплачивается за них, и их оставляют в их положении, пока они не достигнут возраста, когда способны трудиться. Если они выплатят — освобождаются, а если не смогут — остаются рабами».
Малик сказал о мукатабе, который умирает, оставив имущество, недостаточное для полной выплаты по договору о самовыкупе, и оставив ребёнка, включённого вместе с ним в договор, и мать этого ребёнка (умм валад от хозяина): если мать ребёнка захочет трудиться за них — «имущество передаётся ей, если она надёжна в этом отношении и способна трудиться. А если она не способна трудиться и не надёжна в отношении имущества, ей не дают из него ничего, и она вместе с ребёнком мукатаба возвращаются в рабство хозяину мукатаба».
Малик сказал: «Если люди заключили договор о самовыкупе все вместе, одним договором, и между ними нет родства, и одни из них не смогли выплатить, а другие трудились, пока все не были освобождены, — то те, кто трудился, имеют право требовать с тех, кто не смог выплатить, долю того, что выплатили за них, потому что они являются поручителями друг за друга».