№ 945
«جَاءَ عُمَرُ يَوْمَ الْخَنْدَقِ فَجَعَلَ يَسُبُّ كُفَّارَ قُرَيْشٍ وَيَقُولُ: يَا رَسُولَ اللهِ، مَا صَلَّيْتُ الْعَصْرَ حَتَّى كَادَتِ الشَّمْسُ أَنْ تَغِيبَ، فَقَالَ النَّبِيُّ ﷺ: وَأَنَا وَاللهِ مَا صَلَّيْتُهَا بَعْدُ. قَالَ: فَنَزَلَ إِلَى بُطْحَانَ، فَتَوَضَّأَ وَصَلَّى الْعَصْرَ بَعْدَمَا غَابَتِ الشَّمْسُ، ثُمَّ صَلَّى الْمَغْرِبَ بَعْدَهَا».
«Умар пришёл в день битвы у Рва (аль-Хандак) и стал поносить неверующих курайшитов, говоря: «О Посланник Аллаха, я не совершил послеполуденную молитву, пока солнце почти не закатилось». Пророк ﷺ сказал: «И я, клянусь Аллахом, ещё не совершил её». Затем он спустился в Бутхан, совершил малое омовение и совершил послеполуденную молитву после того, как солнце уже закатилось, а затем совершил после неё вечернюю молитву».