Тот, кто отвернулся от Медины

№ 1874
«يَتْرُكُونَ الْمَدِينَةَ عَلَى خَيْرِ مَا كَانَتْ، لَا يَغْشَاهَا إِلَّا الْعَوَافِ يُرِيدُ عَوَافِيَ السِّبَاعِ وَالطَّيْرِ وَآخِرُ مَنْ يُحْشَرُ رَاعِيَانِ مِنْ مُزَيْنَةَ، يُرِيدَانِ الْمَدِينَةَ، يَنْعِقَانِ بِغَنَمِهِمَا فَيَجِدَانِهَا وَحْشًا، حَتَّى إِذَا بَلَغَا ثَنِيَّةَ الْوَدَاعِ، خَرَّا عَلَى وُجُوهِهِمَا.»
«Они покинут Медину в наилучшем её состоянии, и не будут посещать её никто, кроме диких зверей и птиц, — то есть хищных зверей и птиц. И последними, кого соберут, будут двое пастухов из племени Музайна, которые направятся к Медине, окликая своих овец, и найдут её опустевшей и дикой, пока, достигнув Сани‘ат аль-Вада‘, не падут ниц на свои лица»
№ 1875
«تُفْتَحُ الْيَمَنُ، فَيَأْتِي قَوْمٌ يُبِسُّونَ، فَيَتَحَمَّلُونَ بِأَهْلِهِمْ وَمَنْ أَطَاعَهُمْ، وَالْمَدِينَةُ خَيْرٌ لَهُمْ لَوْ كَانُوا يَعْلَمُونَ، وَتُفْتَحُ الشَّأْمُ، فَيَأْتِي قَوْمٌ يُبِسُّونَ، فَيَتَحَمَّلُونَ بِأَهْلِيهِمْ وَمَنْ أَطَاعَهُمْ، وَالْمَدِينَةُ خَيْرٌ لَهُمْ لَوْ كَانُوا يَعْلَمُونَ، وَتُفْتَحُ الْعِرَاقُ فَيَأْتِي قَوْمٌ يُبِسُّونَ، فَيَتَحَمَّلُونَ بِأَهْلِيهِمْ وَمَنْ أَطَاعَهُمْ، وَالْمَدِينَةُ خَيْرٌ لَهُمْ لَوْ كَانُوا يَعْلَمُونَ.»
«Будет открыт Йемен, и придут люди, погоняющие [своих верблюдов], и они станут переселяться туда со своими семьями и с теми, кто им подчиняется, тогда как Медина лучше для них, если бы они знали. И будет открыта Сирия, и придут люди, погоняющие [своих верблюдов], и они станут переселяться туда со своими семьями и с теми, кто им подчиняется, тогда как Медина лучше для них, если бы они знали. И будет открыт Ирак, и придут люди, погоняющие [своих верблюдов], и они станут переселяться туда со своими семьями и с теми, кто им подчиняется, тогда как Медина лучше для них, если бы они знали».