Если народ в стране войны принял ислам, земля и имущество остаются за ними

№ 3058
«قُلْتُ: يَا رَسُولَ اللهِ، أَيْنَ تَنْزِلُ غَدًا؟ فِي حَجَّتِهِ، قَالَ: وَهَلْ تَرَكَ لَنَا عَقِيلٌ مَنْزِلًا ثُمَّ قَالَ: نَحْنُ نَازِلُونَ غَدًا بِخَيْفِ بَنِي كِنَانَةَ الْمُحَصَّبِ، حَيْثُ قَاسَمَتْ قُرَيْشٌ عَلَى الْكُفْرِ وَذَلِكَ أَنَّ بَنِي كِنَانَةَ حَالَفَتْ قُرَيْشًا عَلَى بَنِي هَاشِمٍ: أَلَّا يُبَايِعُوهُمْ وَلَا يُؤْوُوهُمْ.» قَالَ الزُّهْرِيُّ: وَالْخَيْفُ: الْوَادِي.
«Я сказал: «О Посланник Аллаха, где ты остановишься завтра?» — во время его хаджа. Он сказал: «А разве Акыль оставил нам жилище?» Затем сказал: «Завтра мы остановимся в Хайфе бану Кинана, в аль-Мухассабе — там, где курайшиты клялись в неверии»». Это было потому, что бану Кинана заключили союз с курайшитами против бану Хашим о том, что не станут заключать с ними сделки и не дадут им приюта. Аз-Зухри сказал: «Аль-хайф — это долина».
№ 3059
«أَنَّ عُمَرَ بْنَ الْخَطَّابِ ﵁ اسْتَعْمَلَ مَوْلًى لَهُ يُدْعَى هُنَيًّا عَلَى الْحِمَى، فَقَالَ: يَا هُنَيُّ اضْمُمْ جَنَاحَكَ عَنِ الْمُسْلِمِينَ، وَاتَّقِ دَعْوَةَ الْمَظْلُومِ، فَإِنَّ دَعْوَةَ الْمَظْلُومِ مُسْتَجَابَةٌ، وَأَدْخِلْ رَبَّ الصُّرَيْمَةِ، وَرَبَّ الْغُنَيْمَةِ، وَإِيَّايَ وَنَعَمَ ابْنِ عَوْفٍ وَنَعَمَ ابْنِ عَفَّانَ، فَإِنَّهُمَا إِنْ تَهْلِكْ مَاشِيَتُهُمَا يَرْجِعَا إِلَى نَخْلٍ وَزَرْعٍ، وَإِنَّ رَبَّ الصُّرَيْمَةِ وَرَبَّ الْغُنَيْمَةِ: إِنْ تَهْلِكْ مَاشِيَتُهُمَا، يَأْتِنِي بِبَنِيهِ فَيَقُولُ: يَا أَمِيرَ الْمُؤْمِنِينَ؟ أَفَتَارِكُهُمْ أَنَا لَا أَبَا لَكَ، فَالْمَاءُ وَالْكَلَأُ أَيْسَرُ عَلَيَّ مِنَ الذَّهَبِ وَالْوَرِقِ، وَايْمُ اللهِ إِنَّهُمْ لَيَرَوْنَ أَنِّي قَدْ ظَلَمْتُهُمْ، إِنَّهَا لَبِلَادُهُمْ فَقَاتَلُوا عَلَيْهَا فِي الْجَاهِلِيَّةِ، وَأَسْلَمُوا عَلَيْهَا فِي الْإِسْلَامِ، وَالَّذِي نَفْسِي بِيَدِهِ لَوْلَا الْمَالُ الَّذِي أَحْمِلُ عَلَيْهِ فِي سَبِيلِ اللهِ، مَا حَمَيْتُ عَلَيْهِمْ مِنْ بِلَادِهِمْ شِبْرًا.»
Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) назначил своего вольноотпущенника по имени Хунай смотрителем над пастбищем (хима) и сказал: «О Хунай, убери своё крыло от мусульман (будь снисходителен к ним) и остерегайся мольбы притеснённого, ибо мольба притеснённого принимается. Впускай (на пастбище) владельца небольшого стада верблюдов и владельца небольшого стада овец, но берегись (пускать туда) скот Ибн Ауфа и скот Ибн Аффана, ибо если их скот падёт, они вернутся к своим пальмам и посевам. А владелец небольшого стада верблюдов и владелец небольшого стада овец — если их скот падёт, он придёт ко мне со своими детьми и скажет: «О повелитель верующих!» Разве я оставлю их (без помощи) — да не будет отца у тебя! Вода и пастбище для меня легче, чем золото и серебро. Клянусь Аллахом, они полагают, что я поступил с ними несправедливо. Это ведь их земли, на которых они сражались во времена невежества и с которыми приняли ислам. Клянусь Тем, в Чьей Руке моя душа, если бы не имущество, которое я снаряжаю на нём (в поход) на пути Аллаха, я не оградил бы для них (для себя) ни пяди из их земель».