№ 5007
«كُنَّا فِي مَسِيرٍ لَنَا فَنَزَلْنَا، فَجَاءَتْ جَارِيَةٌ فَقَالَتْ: إِنَّ سَيِّدَ الْحَيِّ سَلِيمٌ، وَإِنَّ نَفَرَنَا غَيَبٌ، فَهَلْ مِنْكُمْ رَاقٍ؟ فَقَامَ مَعَهَا رَجُلٌ مَا كُنَّا نَأْبُِنُهُ بِرُقْيَةٍ، فَرَقَاهُ فَبَرَأَ، فَأَمَرَ لَهُ بِثَلَاثِينَ شَاةً، وَسَقَانَا لَبَنًا، فَلَمَّا رَجَعَ قُلْنَا لَهُ: أَكُنْتَ تُحْسِنُ رُقْيَةً،
أَوْ كُنْتَ تَرْقِي؟ قَالَ: لَا، مَا رَقَيْتُ إِلَّا بِأُمِّ الْكِتَابِ، قُلْنَا: لَا تُحْدِثُوا شَيْئًا حَتَّى نَأْتِيَ، أَوْ نَسْأَلَ النَّبِيَّ ﷺ، فَلَمَّا قَدِمْنَا الْمَدِينَةَ ذَكَرْنَاهُ لِلنَّبِيِّ ﷺ، فَقَالَ: وَمَا كَانَ يُدْرِيهِ أَنَّهَا رُقْيَةٌ؟ اقْسِمُوا وَاضْرِبُوا لِي بِسَهْمٍ».
وَقَالَ أَبُو مَعْمَرٍ: حَدَّثَنَا عَبْدُ الْوَارِثِ: حَدَّثَنَا هِشَامٌ: حَدَّثَنَا مُحَمَّدُ بْنُ سِيرِينَ: حَدَّثَنِي مَعْبَدُ بْنُ سِيرِينَ، عَنْ أَبِي سَعِيدٍ الْخُدْرِيِّ بِهَذَا.
«Мы были в пути и остановились на привал. К нам пришла девушка и сказала: «Глава нашего племени ужален (укушен скорпионом), а наши мужчины в отъезде — есть ли среди вас заклинатель?» И с ней поднялся человек, за которым мы не знали умения делать рукъю (заговор). Он произнёс над укушенным заговор, и тот выздоровел. Тогда глава племени велел дать ему тридцать овец и напоил нас молоком. Когда он вернулся, мы спросили его: «Ты умел делать рукъю, или ты (просто) заговаривал?» Он ответил: «Нет, я не произносил ничего, кроме открывающей Книгу суры (аль-Фатихи)». Мы сказали: «Не предпринимайте ничего, пока мы не придём к Пророку ﷺ или не спросим его». Когда мы прибыли в Медину, мы рассказали об этом Пророку ﷺ, и он сказал: «А откуда он узнал, что это заговор? Разделите (овец) и выделите мне долю»».
И сказал Абу Ма‘мар: нам передал Абд аль-Варис: нам передал Хишам: нам передал Мухаммад ибн Сирин: мне передал Ма‘бад ибн Сирин от Абу Са‘ида аль-Худри — это же самое.