Достоинства Джалийбиба

Нам передал Хаддаб ибн Халид аль-Азди, [он сказал]: нам передал Сулейман ибн аль-Мугира, [он сказал]: нам сообщил Хумайд ибн Хиляль от Абдуллаха ибн ас-Самита, который сказал: сказал Абу Зарр: «Мы покинули наш народ — [племя] Гифар, которое имело обычай объявлять запретный месяц дозволенным [для набегов]. Я вышел вместе со своим братом Унайсом и нашей матерью, и мы остановились у нашего дяди по матери. Он оказал нам почёт и хорошо обошёлся с нами, но его соплеменники позавидовали нам и сказали ему: «Если ты уедешь от своей семьи, Унайс станет посещать её без тебя [с дурными намерениями]». Дядя пришёл к нам и передал то, что ему сказали. Я сказал: «Что до прежнего твоего добра, то ты его омрачил, и больше не быть нам вместе после этого». Мы подготовили наше небольшое стадо верблюдов и отправились на нём в путь. Дядя же закрыл лицо одеждой и заплакал. Мы шли, пока не остановились в окрестностях Мекки. Там Унайс поспорил о нашем стаде и о равном ему стаде [на состязании в стихах], и они оба обратились к прорицателю, который решил в пользу Унайса. Унайс принёс нам наше стадо и ещё столько же вместе с ним. [Абу Зарр] сказал: «А я, о сын моего брата, молился ещё за три года до того, как встретил Посланника Аллаха ﷺ». Я спросил: «Кому?» Он ответил: «Аллаху». Я спросил: «Куда же ты обращался?» Он ответил: «Я обращался туда, куда направлял меня мой Господь. Я совершал молитву на закате, а когда наступала последняя часть ночи, я падал [на землю], словно ветхая накидка, пока солнце не поднималось надо мной». Унайс сказал: «У меня есть дело в Мекке, позаботься [о стаде] за меня». Унайс отправился и прибыл в Мекку, но задержался у меня дольше обычного. Затем он вернулся, и я спросил: «Что ты сделал?» Он ответил: «Я встретил в Мекке человека, который придерживается твоей веры и утверждает, что Аллах послал его». Я спросил: «А что говорят о нём люди?» Он ответил: «Говорят: поэт, прорицатель, колдун». А Унайс был одним из поэтов. Унайс сказал: «Я слышал речи прорицателей, и это не похоже на их слова. Я сопоставлял его речь с размерами стихов, и ни у кого после меня не сойдётся на языке, что это стихи. Клянусь Аллахом, он правдив, а они — лжецы». [Абу Зарр] сказал: я сказал: «Позаботься [о стаде] за меня, пока я не пойду и не посмотрю сам». И я пришёл в Мекку. Я нашёл там на вид слабого человека и спросил его: «Где тот, кого вы называете Сабием?» Он указал на меня и закричал: «Сабий!» Тогда жители долины набросились на меня со всех сторон, [бросая] комьями земли и костями, так что я упал без сознания. Когда я поднялся, весь в крови, я был похож на красный жертвенный камень. Затем я пришёл к Замзаму, смыл с себя кровь и напился его воды. Я, о сын моего брата, провёл там тридцать дней и ночей, и у меня не было никакой еды, кроме воды Замзама. Я так разъелся, что складки на моём животе отвисли, и я не чувствовал в желудке никакой слабости от голода. [Абу Зарр] сказал: Однажды ночью, когда жители Мекки [крепко спали] в ясную, залитую луной ночь, никто не совершал обход Дома, и лишь две женщины из них обходили его, призывая Исафа и Наилу [имена идолов]. Они прошли рядом со мной во время своего обхода, и я сказал: «Соедините одну из них с другой в браке». Но они не оставили своих слов. Они прошли рядом со мной снова, и я сказал: «[У них] срам подобен деревяшке», — не иносказательно, а прямо. Тогда они бросились [прочь], причитая и говоря: «Если бы здесь был хоть один из наших мужчин!» Их встретили Посланник Аллаха ﷺ и Абу Бакр, спускавшиеся [с холма]. Он спросил: «Что с вами?» Они ответили: «Сабий [находится] между Каабой и её покровами». Он спросил: «Что он сказал вам?» Они ответили: «Он сказал нам слово, которое заполняет рот». Посланник Аллаха ﷺ подошёл, прикоснулся к Камню, обошёл Дом вместе со своим спутником, а затем совершил молитву. Когда он закончил молитву, — сказал Абу Зарр, — я был первым, кто поприветствовал его исламским приветствием. Я сказал: «Мир тебе, о Посланник Аллаха!» Он ответил: «И тебе мир и милость Аллаха». Затем он спросил: «Кто ты?» Я ответил: «[Я] из Гифар». Он опустил руку и приложил пальцы ко лбу. Я подумал про себя: «Ему не понравилось, что я причислил себя к Гифар». Я хотел взять его за руку, но его спутник остановил меня, зная о нём больше, чем я. Затем он поднял голову и спросил: «Когда ты здесь оказался?» Я ответил: «Я здесь уже тридцать дней и ночей». Он спросил: «А кто кормил тебя?» Я ответил: «У меня не было еды, кроме воды Замзама. Я так разъелся, что складки на моём животе отвисли, и я не чувствую в желудке никакой слабости от голода». Он сказал: «Она благословенна. Она — настоящая пища». Тогда Абу Бакр сказал: «О Посланник Аллаха, позволь мне накормить его сегодня ночью». Посланник Аллаха ﷺ и Абу Бакр отправились, и я пошёл с ними. Абу Бакр открыл дверь и стал набирать для нас изюм из Таифа. Это была первая еда, которую я съел там. Затем я пробыл там столько, сколько пробыл. После этого я пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ, и он сказал: «Мне была указана земля с пальмами. Я не считаю её иной, кроме как Ясрибом. Не передашь ли ты от меня своему народу? Быть может, Аллах принесёт им пользу через тебя и вознаградит тебя за них». Я пришёл к Унайсу, и он спросил: «Что ты сделал?» Я ответил: «Я принял ислам и поверил». Он сказал: «У меня нет отвращения к твоей вере — я тоже принял ислам и поверил». Мы пришли к нашей матери, и она сказала: «У меня нет отвращения к вашей вере — я тоже приняла ислам и поверила». Затем мы отправились и пришли к нашему народу — Гифар. Половина из них приняла ислам, и молитву у них вёл Айма ибн Рахада аль-Гифари, их предводитель. Другая половина сказала: «Когда Посланник Аллаха ﷺ прибудет в Медину, мы примем ислам». Когда Посланник Аллаха ﷺ прибыл в Медину, оставшаяся половина приняла ислам. Затем пришло [племя] Аслам и сказало: «О Посланник Аллаха! Это наши братья. Мы принимаем ислам на тех же условиях, на которых его приняли они». И они приняли ислам. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Гифар — да простит их Аллах! Аслам — да умиротворит их Аллах!»»