№ 896
«كَانَ النَّبِيُّ ﷺ إِذَا اسْتَفْتَحَ الصَّلَاةَ كَبَّرَ، ثُمَّ قَالَ: إِنَّ صَلَاتِي، وَنُسُكِي، وَمَحْيَايَ، وَمَمَاتِي لِلهِ رَبِّ الْعَالَمِينَ لَا شَرِيكَ لَهُ، وَبِذَلِكَ أُمِرْتُ وَأَنَا مِنَ الْمُسْلِمِينَ، اللَّهُمَّ اهْدِنِي لِأَحْسَنِ الْأَعْمَالِ، وَأَحْسَنِ الْأَخْلَاقِ، لَا يَهْدِي لِأَحْسَنِهَا إِلَّا أَنْتَ، وَقِنِي سَيِّئَ الْأَعْمَالِ، وَسَيِّئَ الْأَخْلَاقِ، لَا يَقِي سَيِّئَهَا إِلَّا أَنْتَ».
Пророк ﷺ, когда начинал молитву, произносил такбир, затем говорил: «Моя молитва, мой жертвенный обряд, моя жизнь и моя смерть — всё для Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварища. По этому мне было велено, и я из числа мусульман. О Аллах, веди меня к лучшим делам и лучшим нравам, никто не ведёт к лучшему, кроме Тебя. Защити меня от дурных дел и дурных нравов, никто не защищает от худшего, кроме Тебя».