№ 8
أَنَّهُ سَمِعَ بَعْضَ أَهْلِ الْعِلْمِ يَقُولُونَ: فِي الْبَازِي، وَالْعُقَابِ، وَالصَّقْرِ وَمَا أَشْبَهَ ذَلِكَ، أَنَّهُ «إِذَا كَانَ يَفْقَهُ كَمَا تَفْقَهُ الْكِلَابُ الْمُعَلَّمَةُ فَلَا بَأْسَ بِأَكْلِ مَا قَتَلَتْ مِمَّا صَادَتْ، إِذَا ذُكِرَ اسْمُ اللَّهِ عَلَى إِرْسَالِهَا» قَالَ مَالِكٌ: «وَأَحْسَنُ مَا سَمِعْتُ فِي الَّذِي يَتَخَلَّصُ الصَّيْدَ مِنْ مَخَالِبِ الْبَازِي، أَوْ مِنَ الْكَلْبِ ثُمَّ يَتَرَبَّصُ بِهِ فَيَمُوتُ أَنَّهُ لَا يَحِلُّ أَكْلُهُ» قَالَ مَالِكٌ: «وَكَذَلِكَ كُلُّ مَا قُدِرَ عَلَى ذَبْحِهِ وَهُوَ فِي مَخَالِبِ الْبَازِي أَوْ فِي الْكَلْبِ فَيَتْرُكُهُ صَاحِبُهُ وَهُوَ قَادِرٌ عَلَى ذَبْحِهِ حَتَّى يَقْتُلَهُ الْبَازِي أَوِ الْكَلْبُ فَإِنَّهُ لَا يَحِلُّ أَكْلُهُ» قَالَ مَالِكٌ: " وَكَذَلِكَ الَّذِي يَرْمِي الصَّيْدَ فَيَنَالُهُ وَهُوَ حَيٌّ، فَيُفَرِّطُ فِي ذَبْحِهِ حَتَّى يَمُوتَ فَإِنَّهُ لَا يَحِلُّ أَكْلُهُ قَالَ مَالِكٌ: «الْأَمْرُ الْمُجْتَمَعُ عَلَيْهِ عِنْدَنَا أَنَّ الْمُسْلِمَ إِذَا أَرْسَلَ كَلْبَ الْمَجُوسِيِّ الضَّارِيَ فَصَادَ أَوْ قَتَلَ إِنَّهُ إِذَا كَانَ مُعَلَّمًا فَأَكْلُ ذَلِكَ الصَّيْدِ حَلَالٌ لَا بَأْسَ بِهِ، وَإِنْ لَمْ يُذَكِّهِ الْمُسْلِمُ، وَإِنَّمَا مَثَلُ ذَلِكَ مَثَلُ الْمُسْلِمِ يَذْبَحُ بِشَفْرَةِ الْمَجُوسِيِّ، أَوْ يَرْمِي بِقَوْسِهِ أَوْ بِنَبْلِهِ فَيَقْتُلُ بِهَا فَصَيْدُهُ ذَلِكَ، وَذَبِيحَتُهُ حَلَالٌ، لَا بَأْسَ بِأَكْلِهِ، وَإِذَا أَرْسَلَ الْمَجُوسِيُّ كَلْبَ الْمُسْلِمِ الضَّارِيَ عَلَى صَيْدٍ فَأَخَذَهُ، فَإِنَّهُ لَا يُؤْكَلُ ذَلِكَ الصَّيْدُ إِلَّا أَنْ يُذَكَّى، وَإِنَّمَا مَثَلُ ذَلِكَ مَثَلُ قَوْسِ الْمُسْلِمِ، وَنَبْلِهِ يَأْخُذُهَا الْمَجُوسِيُّ فَيَرْمِي بِهَا الصَّيْدَ فَيَقْتُلُهُ، وَبِمَنْزِلَةِ شَفْرَةِ الْمُسْلِمِ يَذْبَحُ بِهَا الْمَجُوسِيُّ فَلَا يَحِلُّ أَكْلُ شَيْءٍ مِنْ ذَلِكَ»
Он слышал, как некоторые люди знания говорили о соколе, орле, ястребе и подобных им птицах: «Если такая птица понимает (охоту) подобно тому, как понимают обученные собаки, то нет греха есть то, что она убила из добычи, если при её отправлении (на охоту) было упомянуто имя Аллаха». Малик сказал: «Лучшее, что я слышал о том, кто освобождает добычу из когтей сокола или из пасти собаки, а затем оставляет её, и она умирает, — это то, что есть её не дозволено». Малик сказал: «Так же и всё то, что можно было зарезать, находясь в когтях сокола или в пасти собаки, но хозяин оставил это, будучи способным зарезать, пока сокол или собака не убили добычу, — есть это не дозволено». Малик сказал: «Так же и тот, кто ранит добычу стрелой, застаёт её ещё живой, но небрежёт её зарезать, пока она не умрёт, — есть её не дозволено». Малик сказал: «Единогласно принятое у нас положение таково: если мусульманин отправляет натасканную собаку огнепоклонника, и она поймала или убила добычу, то, если собака обучена, есть эту добычу дозволено и нет в этом греха, даже если мусульманин её не зарезал. Это подобно тому, как мусульманин режет ножом огнепоклонника, или стреляет из его лука, или его стрелой и убивает добычу — такая добыча и такое заклание дозволены, и нет греха есть их. А если огнепоклонник отправляет натасканную собаку мусульманина на добычу, и она её схватила, то есть эту добычу нельзя, кроме как если её зарежут должным образом. Это подобно тому, как огнепоклонник берёт лук мусульманина и его стрелу, стреляет ими в добычу и убивает её, или подобно ножу мусульманина, которым режет огнепоклонник, — есть что-либо из этого не дозволено».