О сделках с обменом и взвешиванием

Мне передал Йахья от Малика, от Нафи‘, от Абдуллаха ибн Умара, что Посланник Аллаха ﷺ запретил музабану. Музабана — это продажа свежих плодов на пальме за сушёные финики с измерением по объёму, и продажа виноградной лозы за сушёный виноград с измерением по объёму.

И мне передал (некто) от Малика, от Дауда ибн аль-Хусайна, от Абу Суфьяна, вольноотпущенника Ибн Абу Ахмада, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ разрешил продажу арая (пожалованных финиковых пальм) по оценке урожая на глаз, если это меньше пяти васков или в пределах пяти васков — Дауд сомневался, сказал: пять васков или меньше пяти васков. Малик сказал: «Поистине, арая продаются по оценке фиников на глаз, причём оценка делается на верхушках пальм. А разрешение на это было дано потому, что это приравнено к переуступке доли (тауля), расторжению сделки (икаля) и соучастию в собственности (ширк). Если бы это было подобно прочим видам продажи, то никто не мог бы сделать другого соучастником в своей еде, пока не получит её полностью, и не мог бы расторгнуть по ней сделку, и не мог бы переуступить её кому-либо, пока покупатель не примет её»

И мне передали от Малика, от Ибн Шихаба, от Саида ибн аль-Мусаййаба, что Посланник Аллаха ﷺ запретил муза́бану и муха́калу. Муза́бана — это покупка свежих плодов на пальме за сушёные финики, а муха́кала — это покупка посева на корню за пшеницу, а также сдача земли в аренду за пшеницу. Ибн Шихаб сказал: я спросил Саида ибн аль-Мусаййаба о сдаче земли в аренду за золото и серебро, и он ответил: «В этом нет ничего плохого». Малик сказал: Посланник Аллаха ﷺ запретил муза́бану, а разъяснение муза́баны таково: это когда что-либо, отпускаемое без точного измерения — меры, веса или счёта, — покупается за что-то определённое по мере, весу или счёту. Например, человек говорит другому: у него есть куча съестного, чьё количество неизвестно, — пшеницы, фиников или подобного из съестных припасов, — или у человека есть товар из пшеницы, косточек, люцерны, сафлора, хлопка, льна или шёлка, или подобное этому из товаров, количество которого по мере, весу или счёту неизвестно, и человек говорит владельцу этого товара: «Измерь этот свой товар, или вели кому-нибудь измерить его, или взвесь то, что взвешивается из него, или сочти то, что подлежит счёту из него; и то, что окажется меньше такого-то количества са‘ов — по названной мере, — или такого-то количества фунтов по весу, или такого-то числа по счёту, — то, что не хватит из этого, я обязан возместить тебе, пока не выплачу тебе полностью названное количество; а то, что превысит названное количество, — то моё». Это не является продажей — это риск, неопределённость (гарар) и азартная игра. Это входит в запрещённое, потому что человек не купил у другого что-либо взамен чего-либо, что он передал бы, а лишь гарантировал ему то, что было названо из меры, веса или счёта, при условии, что излишек над этим достанется ему. Если же этот товар оказывается меньше названного количества, то он берёт из имущества своего товарища недостающее без цены и без добровольного дара, которым бы тот был доволен по душе, — а это подобно азартной игре. И всё, что подобно этому, входит в этот запрет. Малик сказал: и из этого также — когда человек говорит другому: у него есть ткань, и он говорит: «Я гарантирую тебе из этой твоей ткани столько-то и столько-то подкладок для шапки, размер каждой подкладки таков-то и таков-то» — за что-то названное. И то, что окажется меньше этого, я обязан возместить, пока не выплачу тебе, а то, что превысит, — то моё. Или человек говорит другому: «Я гарантирую тебе из этих твоих тканей столько-то и столько-то рубашек, длина каждой рубашки такова-то и такова-то», — и то, что окажется меньше этого, я обязан возместить, а то, что превысит это, — то моё. Или человек говорит другому, у которого есть шкуры из шкур коров или верблюдов: «Я разрежу эти твои шкуры на сандалии по образцу, который ему показывает. То, что окажется меньше ста пар, я обязан возместить, а то, что превысит, — то моё за то, что я тебе гарантировал». И из того, что подобно этому: когда человек говорит другому, у которого есть семена бена: «Отожми эти твои семена. То, что окажется меньше такого-то и такого-то количества фунтов, я обязан отдать тебе, а то, что превысит, — то моё». Всё это и всё подобное этому или сходное с этим из муза́баны — недопустимо и не разрешено. И также, если человек говорит другому, у которого есть листья, или косточки, или хлопок, или лён, или люцерна, или сафлор: «Я покупаю у тебя эти твои листья за столько-то и столько-то са‘ов листьев, собранных подобно этим», или «эти косточки за столько-то и столько-то са‘ов косточек, подобных им», и подобное этому в отношении сафлора, хлопка, льна и люцерны, — всё это возвращается к тому, что мы описали относительно муза́баны.

Малик сказал: «Тот, кто купил плоды с определённых пальм или определённого сада, либо молоко от определённых овец, — в этом нет ничего плохого, если оно берётся немедленно и покупатель начинает получать его сразу же, как только отдаёт цену. Это подобно бурдюку с маслом, который человек покупает за один или два динара, отдавая своё золото и ставя условие, что продавец отмерит ему из него масло, — в этом нет ничего плохого. Но если бурдюк прорвётся и масло вытечет, то покупателю остаётся только его золото, а сделка между ними считается несостоявшейся. Что же касается всего, что присутствует и покупается в своём виде — как, например, молоко, когда оно надоено, или свежие финики, когда они собраны, — то покупатель берёт это день за днём, и в этом нет ничего плохого. Если же товар закончится прежде, чем покупатель получит полностью то, что он купил, то продавец должен вернуть ему из его золота соответственно тому, что осталось неполученным, либо покупатель берёт у него другой товар за то, что осталось причитающимся ему, по взаимному согласию между ними, и не расходится с ним, пока не получит это. А если он расстанется с ним, не получив, то это порицаемо, потому что в это входит долг за долг (калиʼ би-калиʼ), а это запрещено. И если в их сделке возникнет отсрочка, то это порицаемо, и в этом не допускается ни задержка, ни ожидание; это допустимо только с известным описанием и до определённого установленного срока, и продавец отвечает за это перед покупателем, но это не оговаривается относительно определённого конкретного сада и не относительно определённых конкретных овец». Малика спросили о человеке, который покупает у другого сад, где есть разные сорта пальм — аджва, кабис, азк и другие сорта фиников, — и исключает из этого плоды одной пальмы или нескольких пальм, которые сам выбирает из его пальм. Малик сказал: «Это недопустимо, потому что, поступая так, он оставляет плоды пальмы сорта аджва, мера плодов которой пятнадцать са‘ (мера объёма), и берёт вместо неё плоды пальмы сорта кабис, мера плодов которой десять са‘. Если он возьмёт аджву, в которой пятнадцать са‘, а оставит ту, в которой десять са‘ кабиса, то это как если бы он купил аджву за кабис с неравенством в количестве, — а это подобно тому, как если бы человек сказал другому, перед которым лежат кучи фиников, разложив аджву в кучу в пятнадцать са‘, кучу кабиса — в десять са‘, а кучу азка — в двенадцать са‘, и отдал бы владельцу фиников динар с условием, что тот выберет и возьмёт любую из этих куч, какую пожелает». Малик сказал: «Это недопустимо». Малика спросили о человеке, который покупает свежие финики у владельца сада и даёт ему динар в качестве предоплаты, — что ему причитается, если свежие финики этого сада закончатся? Малик сказал: «Он рассчитывается с владельцем сада, а затем берёт то, что осталось у него от его динара. Если он взял на две трети динара свежих фиников, то берёт обратно треть динара, которая осталась причитающейся ему; а если он взял на три четверти своего динара свежих фиников, то берёт обратно четверть, которая осталась причитающейся ему. Либо они договариваются между собой по взаимному согласию, и он берёт за то, что осталось причитающимся ему из его динара у владельца сада, что ему угодно: если он хочет взять сушёные финики или другой товар помимо фиников, он берёт это за то, что осталось причитающимся ему. А если он взял финики или другой товар, то не должен расходиться с ним, пока не получит это от него полностью». Малик сказал: «И это подобно тому, как если бы человек нанял у другого определённое верховое животное, или нанял его раба-портного, плотника или другого работника для каких-либо работ, или снял его жилище, и заплатил вперёд наёмную плату за этого раба, или плату за наём этого жилища, или за это верховое животное, а затем с этим случится происшествие — смерть или иное, — то владелец верхового животного, раба или жилища должен вернуть тому, кто уплатил вперёд, то, что осталось от платы за наём; он рассчитывается со своим партнёром по тому, что тот уже получил из этого: если он получил половину своего права, то возвращает ему оставшуюся половину, которая причитается ему; а если это было меньше или больше, то соответственно этому возвращает ему то, что осталось причитающимся ему». Малик сказал: «Предоплата недопустима ни в чём из этого — то есть в том, что предоплачивается для получения определённой конкретной вещи, — кроме как если получающий предоплату получает то, для чего она была сделана, в момент передачи золота владельцу: он получает раба, или верховое животное, или жилище, либо начинает получать то, что он купил из свежих фиников, беря это у него в момент передачи золота владельцу. Недопустимо, чтобы в чём-либо из этого была задержка или отсроченный срок». Малик сказал: «И разъяснение того, что порицается в этом, — что человек говорит другому: „Я даю тебе предоплату за твоё такое-то верховое животное, чтобы ездить на нём в хадж“, а между этим и хаджем есть промежуток времени; или он говорит подобное этому о рабе или жилище. Ведь если он поступит так, то он предоплачивает ему золото на условии, что если он найдёт это верховое животное исправным к установленному сроку, то оно принадлежит ему за эту наёмную плату, а если с ним случится происшествие — смерть или иное, — то он возвращает ему его золото, и это остаётся у него в качестве предоплаченного долга». Малик сказал: «Разница между этим случаем заключается именно в получении: тот, кто получил то, что он нанял или взял в наём, — вышел из области неопределённости и порицаемой предоплаты и получил нечто известное. Это подобно тому, как если бы человек купил раба или рабыню, получил их и уплатил за них цену наличными; если же с ними случится происшествие в течение года гарантии (ухда), он берёт своё золото у своего партнёра, у которого купил, — и в этом нет ничего плохого, и по этому прошла сунна в продаже невольников». Малик сказал: «А кто нанял определённого раба или взял в наём определённое верховое животное на срок, с условием получить раба или верховое животное к этому сроку, — тот поступил недопустимым образом: он не получил то, что взял в наём, и не сделал предоплату по долгу, за который его партнёр был бы поручителем, пока он не получит его полностью».