Решение по договорам об освобождении

И передал мне от Малика, от Нафи‘, что Абдуллах ибн Умар говорил: «Мукатаб остаётся рабом, пока за ним остаётся хоть что-то из его договора о самовыкупе (китаба)».

И мне передал Малик, что до него дошло, что Урва ибн аз-Зубайр и Сулейман ибн Ясар говорили: мукатаб остаётся рабом, пока на нём остаётся хоть что-то из его договора о самовыкупе (китаба). Малик сказал: «Это и моё мнение». Малик сказал: «Если мукатаб умрёт, оставив имущество, большее того, что оставалось на нём из его китабы, и у него есть дети, рождённые в период его китабы, или дети, включённые с ним в договор китаба, то они наследуют то, что останется из имущества после выплаты его китабы».

И мне передал Малик от Хумайда ибн Кайса аль-Макки, что мукатаб (раб, заключивший договор о самовыкупе — китаба), принадлежавший Ибн аль-Мутаваккилю, умер в Мекке, оставив после себя остаток долга по своей китабе и долги людям. И он оставил свою дочь. Вынесение решения по этому делу оказалось затруднительным для правителя Мекки, и он написал Абд аль-Малику ибн Марвану, спрашивая его об этом. Абд аль-Малик написал ему в ответ: «Начни с долгов людям, затем выплати то, что осталось от его китабы, затем раздели то, что осталось из его имущества, между его дочерью и его хозяином». Малик сказал: «Согласно принятому у нас положению, хозяин раба не обязан заключать с ним договор о самовыкупе, если тот попросит его об этом. Я не слышал, чтобы кто-либо из имамов принуждал человека заключить договор о самовыкупе со своим рабом. Я слышал, как некоторые учёные, когда их спрашивали об этом и говорили им: „Аллах ﷻ говорит: „Заключайте с ними договор о самовыкупе, если вы знаете о них благо“ [24:33]“, — читали (в ответ) эти два аята: „А когда вы освободитесь (от ихрама), то охотьтесь“ [5:2] и „А когда молитва завершится, то расходитесь по земле и ищите милости Аллаха“ [62:10]». Малик сказал: «Это лишь то, что Аллах ﷻ разрешил людям, но не сделал для них обязательным». Малик сказал: «Я слышал, как некоторые учёные говорили о словах Аллаха ﷻ: „И дайте им из имущества Аллаха, которое Он дал вам“ [24:33], — что это означает: человек заключает договор о самовыкупе со своим слугой, а затем в конце срока договора списывает ему определённую оговорённую сумму». Малик сказал: «Это то, что я слышал от учёных, и я застал людей у нас поступающими именно так». Малик сказал: «До меня дошло, что Абдуллах ибн Умар заключил договор о самовыкупе со своим слугой на тридцать пять тысяч дирхемов, а затем в конце срока договора списал ему пять тысяч дирхемов». Малик сказал: «Согласно принятому у нас положению, когда хозяин заключает с рабом договор о самовыкупе, к нему переходит его имущество, но не переходят его дети, если только он не поставит для них условие в договоре». Йахья сказал: я слышал, как Малик говорил о мукатабе, с которым его хозяин заключил договор о самовыкупе, и у которого есть невольница, беременная от него, о чём ни он сам, ни его хозяин не знали в день заключения договора: «Ребёнок не переходит к мукатабу, поскольку он не был включён в договор, и принадлежит хозяину. А сама невольница принадлежит мукатабу, поскольку она является частью его имущества». Малик сказал о мужчине, который вместе с сыном своей жены унаследовал мукатаба от неё: «Если мукатаб умрёт, не выплатив своего долга по договору, они делят его наследство согласно Писанию Аллаха. А если он выплатит свой долг по договору, а затем умрёт, то его наследство принадлежит сыну этой женщины, и муж не получает из его наследства ничего». Малик сказал о мукатабе, который заключает договор о самовыкупе со своим (собственным) рабом: «Это следует рассмотреть. Если он хотел этим оказать снисхождение своему рабу, и это видно по облегчению условий для него, то это недопустимо. А если он заключил с ним договор из желания получить имущество, стремясь к прибыли и помощи в выплате своего собственного долга по договору, то это ему разрешено». Малик сказал о мужчине, который вступил в близость со своей мукатабой: «Если она зачала, то у неё есть выбор: если пожелает, станет матерью его ребёнка, а если пожелает, останется при своём договоре о самовыкупе. А если она не зачала, то остаётся при своём договоре». Малик сказал: «Согласно единодушному мнению у нас о рабе, принадлежащем двум мужчинам совместно: один из них не может заключить договор о самовыкупе со своей долей в нём, независимо от того, дал ему на это разрешение его товарищ или не дал, — если только они оба не заключат с ним договор совместно. Ведь это влечёт для него освобождение, и получается, что если раб выплатит то, на что был заключён договор, освобождается лишь половина его, а тот, кто заключил договор о самовыкупе с его частью, не обязан довести его освобождение до конца. Это противоречит тому, что сказал Посланник Аллаха ﷺ: „Кто освободит свою долю в рабе, тому раб оценивается по справедливой цене“». Малик сказал: «Если об этом не было известно, пока мукатаб не выплатил (свой долг) или до того, как он выплатил, то тот, кто заключил с ним договор, возвращает то, что получил от мукатаба, и делит это со своим товарищем-совладельцем по их долям. Договор о самовыкупе аннулируется, и раб возвращается к прежнему положению — принадлежащим им обоим». Малик сказал о мукатабе, принадлежащем двум мужчинам, один из которых дал ему отсрочку по причитающемуся с него долгу, а другой отказался дать отсрочку: «Тот, кто отказался дать отсрочку, получил часть своего долга. Затем мукатаб умер, оставив имущество, недостаточное для покрытия остатка его договора». Малик сказал: «Они делят (оставшееся) пропорционально тому, что каждому из них ещё причиталось с него: каждый получает по размеру своей доли. А если мукатаб оставил имущество сверх суммы договора, то каждый из них получает то, что ему причиталось по договору, а остаток делится между ними поровну. Если же мукатаб оказался неспособен выплатить (весь долг), а тот, кто не дал отсрочки, получил больше, чем получил его товарищ, то раб делится между ними пополам, и он не обязан возвращать своему товарищу излишек того, что получил, поскольку он получил лишь то, что ему причиталось, с разрешения своего товарища. А если один из них простил ему свою долю, а затем его товарищ получил часть того, что ему причиталось с него, после чего (мукатаб) оказался неспособен выплатить остальное, то раб делится между ними, и тот, кто получил (свою часть), не обязан возвращать своему товарищу ничего, поскольку он получил лишь то, что ему причиталось. Это подобно долгу двух мужчин по одному документу с одного человека: один из них даёт ему отсрочку, а другой проявляет скупость и получает часть своего права, а затем должник становится банкротом, — тот, кто получил (свою часть), не обязан возвращать что-либо из полученного».

Сказал Малик: «Установившееся среди нас мнение таково, что если рабы заключили один общий договор о самовыкупе (китаба), то они несут ответственность друг за друга, и смерть одного из них не уменьшает того, что причитается с остальных. А если один из них скажет: „Я не в силах“ — и откажется от усилий, то его товарищи вправе использовать его на той работе, которую он способен выполнять, и помогать друг другу этим в исполнении своего договора о самовыкупе, пока он не станет свободным вместе с ними, если они станут свободными, или не останется рабом вместе с ними, если они останутся рабами». Сказал Малик: «Установившееся среди нас мнение таково, что если раб заключил договор о самовыкупе со своим хозяином, то хозяину не подобает, чтобы кто-либо взял на себя обязательство по выплате договора его раба, если раб умрёт или окажется не в силах выплатить. Это не относится к сунне мусульман. Потому что если человек взял на себя перед хозяином мукатаба обязательство по тому, что причитается с него по договору о самовыкупе, а затем хозяин мукатаба потребует это от того, кто взял на себя обязательство, то он получит его имущество незаконно: ведь он не купил мукатаба, чтобы то, что с него взято, было частью цены за то, что ему принадлежит, и мукатаб не стал свободным, чтобы это было частью цены за неприкосновенность, которая установилась для него. Если же мукатаб окажется не в силах выплатить, он возвращается к своему хозяину и становится его рабом, находящимся в его полной собственности. Ведь договор о самовыкупе — это не установленный долг, обязательство по которому может взять на себя кто-то перед хозяином мукатаба; это лишь нечто, что если мукатаб выплатит — он становится свободным. А если мукатаб умрёт, будучи в долгу, то заимодавцы не делят с его хозяином право на договор о самовыкупе — заимодавцы имеют больше прав на это, чем его хозяин. А если мукатаб окажется не в силах выплатить, будучи в долгу перед людьми, он возвращается рабом, находящимся в полной собственности своего хозяина, а долги людей остаются на попечении (зимма) мукатаба — они не входят с его хозяином в долю ни в чём из цены его самого». Сказал Малик: «Если люди заключили один общий договор о самовыкупе, и между ними нет родства, по которому они наследуют друг другу, то они несут ответственность друг за друга, и никто из них не становится свободным отдельно от других, пока они не выплатят весь договор целиком. А если кто-то из них умрёт, оставив имущество, которое больше всего того, что причитается с них всех, то из него выплачивается всё, что причиталось с них, а излишек имущества принадлежит хозяину, и тому, кто заключил договор вместе с ним, не причитается ничего из излишка имущества. Хозяин же требует с них их доли, которые остались за ними по договору о самовыкупе, выплаченному из имущества умершего, потому что умерший взял на себя обязательство за них, и они обязаны выплатить то, за счёт чего они стали свободными, из его имущества. А если у умершего мукатаба был свободный ребёнок, не рождённый во время действия договора о самовыкупе и не включённый в договор, то он не наследует ему, потому что мукатаб не стал свободным до самой своей смерти».