Совет мужчины дочери о муже

«Я не переставал желать спросить Умара ибн аль-Хаттаба о тех двух женщинах из жён Пророка ﷺ, о которых Всевышний Аллах сказал: «Если вы обе покаетесь перед Аллахом, то ведь сердца ваши уже склонились (к греху)» [66:4], пока он не совершил хадж, и я совершил хадж с ним. Он свернул (с пути), и я свернул с ним, взяв сосуд для воды. Он удалился по нужде, затем пришёл, и я полил ему на руки из сосуда, и он совершил малое омовение. Я сказал ему: «О повелитель верующих, кто эти две женщины из жён Пророка ﷺ, о которых Всевышний Аллах сказал: «Если вы обе покаетесь перед Аллахом, то ведь сердца ваши уже склонились (к греху)»?» Он сказал: «Дивно мне твоё удивление, о Ибн Аббас! Это Аиша и Хафса»». Затем Умар обратился к этому рассказу и повёл его, сказав: Я и один мой сосед из ансаров жили в (квартале) бану Умайя ибн Зайд, а они (жили) в верхней части Медины. Мы по очереди спускались (в город) к Пророку ﷺ: он спускался один день, а я — другой. Когда я спускался, я приносил ему то, что произошло за этот день из откровения или иного, а когда он спускался, он делал то же самое. Мы, курайшиты, привыкли одерживать верх над своими женщинами. Но когда мы прибыли к ансарам, оказалось, что это люди, над которыми одерживают верх их женщины, и наши женщины стали перенимать нравы женщин ансаров. Однажды я закричал на свою жену, и она мне ответила (тем же); мне не понравилось, что она мне отвечает. Она сказала: «Почему тебе не нравится, что я отвечаю тебе? Клянусь Аллахом, жёны Пророка ﷺ отвечают ему, и одна из них покидает его (не говорит с ним) с утра до ночи». Это меня взволновало, и я сказал ей: «Понесла убыток та из них, кто так поступает». Затем я собрал на себе одежду и отправился (в город), и вошёл к Хафсе, и сказал ей: «О Хафса, разве одна из вас гневит Пророка ﷺ с утра до ночи?» Она сказала: «Да». Я сказал: «Ты понесла убыток и потерпела урон! Разве ты уверена, что Аллах не разгневается из-за гнева Своего Посланника ﷺ, и тогда ты погибнешь? Не требуй слишком многого от Пророка ﷺ, не отвечай ему ни в чём и не покидай его (молчанием), а проси у меня всё, что тебе представится нужным. И пусть тебя не обманывает то, что твоя соседка красивее тебя и любимее Пророку ﷺ», — имея в виду Аишу. Умар сказал: Мы говорили о том, что гассаниды подковывают лошадей для похода против нас. Мой сосед из ансаров спустился в день своей очереди, а затем вернулся к нам вечером и сильно постучал в мою дверь, говоря: «Он там?» Я испугался и вышел к нему, и он сказал: «Случилось сегодня великое дело!» Я сказал: «Что это? Пришли ли гассаниды?» Он сказал: «Нет, но нечто более великое и страшное: Пророк ﷺ развёлся со своими жёнами». Я сказал: «Хафса понесла убыток и потерпела урон! Я предполагал, что это скоро произойдёт». Затем я собрал на себе одежду и совершил утреннюю молитву вместе с Пророком ﷺ. Пророк ﷺ вошёл в свою верхнюю комнату и удалился в ней. Я вошёл к Хафсе и увидел, что она плачет. Я сказал: «Что заставляет тебя плакать? Разве я не предупреждал тебя об этом? Развёлся ли с вами Пророк ﷺ?» Она сказала: «Я не знаю, вот он удалился в верхнюю комнату». Я вышел и подошёл к минбару, и увидел вокруг него группу людей, некоторые из которых плакали. Я посидел с ними немного, затем меня одолело то, что я чувствовал, и я подошёл к верхней комнате, в которой находился Пророк ﷺ, и сказал его чёрному слуге: «Проси разрешения для Умара». Слуга вошёл, поговорил с Пророком ﷺ, затем вернулся и сказал: «Я поговорил с Пророком ﷺ и упомянул тебя ему, но он промолчал». Я вернулся и сел с группой людей у минбара, затем меня снова одолело то, что я чувствовал, и я подошёл и сказал слуге: «Проси разрешения для Умара». Он вошёл, затем вернулся и сказал: «Я упомянул тебя ему, но он промолчал». Я вернулся и сел с группой у минбара, затем меня снова одолело то, что я чувствовал, и я подошёл к слуге и сказал: «Проси разрешения для Умара». Он вошёл, затем вернулся ко мне и сказал: «Я упомянул тебя ему, но он промолчал». Когда я повернулся, чтобы уйти, слуга позвал меня и сказал: «Пророк ﷺ разрешил тебе (войти)». Я вошёл к Посланнику Аллаха ﷺ и увидел, что он лежит на плетёной цыновке без всякой постели между ним и ею, так что плетение оставило след на его боку, опираясь на кожаную подушку, набитую пальмовым волокном. Я поприветствовал его, затем сказал, стоя: «О Посланник Аллаха, ты развёлся со своими жёнами?» Он поднял на меня взгляд и сказал: «Нет». Я сказал: «Аллах велик!» Затем я сказал, стоя: «Позволь мне рассказать тебе кое-что, о Посланник Аллаха. Если бы ты видел меня — мы, курайшиты, одерживали верх над женщинами, но когда мы прибыли в Медину, оказалось, что это люди, над которыми одерживают верх их женщины». Пророк ﷺ улыбнулся. Затем я сказал: «О Посланник Аллаха, если бы ты видел меня — я вошёл к Хафсе и сказал ей: «Пусть тебя не обманывает то, что твоя соседка красивее тебя и любимее Пророку ﷺ»», — имея в виду Аишу. Пророк ﷺ улыбнулся ещё раз. Я сел, увидев, что он улыбнулся, и поднял взгляд в его доме, и, клянусь Аллахом, я не увидел в его доме ничего, что привлекало бы взгляд, кроме трёх кож. Я сказал: «О Посланник Аллаха, обратись с мольбой к Аллаху, чтобы Он расширил (удел) твоей общины, ведь персам и римлянам расширен (удел), и им дан этот мир, хотя они не поклоняются Аллаху». Пророк ﷺ сел — а он до этого полулежал — и сказал: «Неужели тебя это заботит, о сын аль-Хаттаба? Это люди, которым ускорены их благие (блага) в мирской жизни». Я сказал: «О Посланник Аллаха, попроси прощения для меня». И Пророк ﷺ удалился от своих жён из-за этого разговора, после того как Хафса передала его Аише, на двадцать девять ночей. И он сказал: «Я не буду входить к ним месяц», — из-за силы своего недовольства ими, когда Аллах упрекнул его. Когда прошли двадцать девять ночей, он вошёл к Аише и начал с неё. Аиша сказала ему: «О Посланник Аллаха, ты клялся, что не войдёшь к нам месяц, а прошло только двадцать девять ночей — я их считала». Он сказал: «Месяц (бывает и) двадцать девять (дней)». И тот месяц оказался двадцать девять ночей. Аиша сказала: Затем Аллах Всевышний ниспослал аят о выборе, и он начал с меня, первой из своих жён, и я выбрала его. Затем он предложил выбор всем своим жёнам, и они сказали то же, что сказала Аиша.