№ 6248
«كُنَّا نَفْرَحُ يَوْمَ الْجُمُعَةِ، قُلْتُ: وَلِمَ؟ قَالَ كَانَتْ لَنَا عَجُوزٌ تُرْسِلُ إِلَى بُضَاعَةَ قَالَ ابْنُ مَسْلَمَةَ: نَخْلٍ بِالْمَدِينَةِ فَتَأْخُذُ مِنْ أُصُولِ السِّلْقِ فَتَطْرَحُهُ فِي قِدْرٍ، وَتُكَرْكِرُ حَبَّاتٍ مِنْ شَعِيرٍ، فَإِذَا صَلَّيْنَا الْجُمُعَةَ انْصَرَفْنَا وَنُسَلِّمُ عَلَيْهَا فَتُقَدِّمُهُ إِلَيْنَا، فَنَفْرَحُ مِنْ أَجْلِهِ، وَمَا كُنَّا نَقِيلُ وَلَا نَتَغَدَّى إِلَّا بَعْدَ الْجُمُعَةِ».
«Мы радовались дню пятницы». Я спросил: «А почему?» Он ответил: «У нас была старуха, которая посылала за (растениями) в Буда‘а», — Ибн Масляма сказал: «пальмовая роща в Медине», — «она брала корни свеклы, бросала их в котёл и добавляла несколько зёрен ячменя. Когда мы завершали пятничную молитву и расходились, мы приветствовали её, и она подавала нам это блюдо, и мы радовались этому. Мы не отдыхали днём и не обедали до окончания пятничной молитвы».