№ 897
«كَانَ إِذَا اسْتَفْتَحَ الصَّلَاةَ كَبَّرَ، ثُمَّ قَالَ: وَجَّهْتُ وَجْهِيَ لِلَّذِي فَطَرَ السَّمَوَاتِ وَالْأَرْضَ حَنِيفًا، وَمَا أَنَا مِنَ الْمُشْرِكِينَ، إِنَّ صَلَاتِي، وَنُسُكِي، وَمَحْيَايَ، وَمَمَاتِي لِلهِ رَبِّ الْعَالَمِينَ، لَا شَرِيكَ لَهُ، وَبِذَلِكَ أُمِرْتُ، وَأَنَا مِنَ الْمُسْلِمِينَ، اللَّهُمَّ أَنْتَ الْمَلِكُ لَا إِلَهَ إِلَّا أَنْتَ، أَنَا عَبْدُكَ ظَلَمْتُ نَفْسِي، وَاعْتَرَفْتُ بِذَنْبِي، فَاغْفِرْ لِي ذُنُوبِي جَمِيعًا، لَا يَغْفِرُ الذُّنُوبَ إِلَّا أَنْتَ، وَاهْدِنِي لِأَحْسَنِ الْأَخْلَاقِ، لَا يَهْدِي لِأَحْسَنِهَا إِلَّا أَنْتَ، وَاصْرِفْ عَنِّي سَيِّئَهَا، لَا يَصْرِفُ عَنِّي سَيِّئَهَا إِلَّا أَنْتَ، لَبَّيْكَ وَسَعْدَيْكَ، وَالْخَيْرُ كُلُّهُ فِي يَدَيْكَ، وَالشَّرُّ لَيْسَ إِلَيْكَ، أَنَا بِكَ وَإِلَيْكَ، تَبَارَكْتَ وَتَعَالَيْتَ، أَسْتَغْفِرُكَ وَأَتُوبُ إِلَيْكَ».
Когда он начинал молитву, произносил такбир, а затем говорил: «Я обратил свой лик к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи единобожником (ханифом), и я не из числа многобожников. Поистине, моя молитва, мои обряды, моя жизнь и моя смерть — для Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварища. Так мне было велено, и я из числа мусульман. О Аллах, Ты — Царь, нет божества, кроме Тебя. Я — Твой раб, я причинил несправедливость самому себе и признаю свой грех, прости же мне все мои грехи целиком, ибо никто не прощает грехи, кроме Тебя. Наставь меня на лучшие нравы, ибо никто не наставляет на лучшие из них, кроме Тебя. И отведи от меня их дурное, ибо никто не отведёт от меня дурное в них, кроме Тебя. Вот я перед Тобой и стремлюсь угодить Тебе, и всё благо — в Твоих Руках, а зло не от Тебя. Я существую благодаря Тебе и обращаюсь к Тебе. Благословен Ты и возвышен! Прошу у Тебя прощения и обращаюсь к Тебе с покаянием».