(И сказали они оба: «Практика — согласно хадису Абу Хурайры»). Это мнение и есть правильное, соответствующее хадисам главы. (И сказал Исхак: «Если он боится упустить первое такбирование, то нет ничего плохого в том, чтобы ускорить шаг»). На это нет доказательства, более того — это противоречит хадису главы, как ты уже знаешь. Кроме того, в конце хадиса главы в риваяте Муслима сказано: «Поистине, если один из вас направляется к молитве, то он уже находится в молитве», то есть он в положении молящегося, и ему следует придерживаться того, чего следует придерживаться молящемуся, и избегать того, чего следует избегать молящемуся. И раз установлено, что направляющийся к молитве уже находится в молитве, то как можно говорить, что нет ничего плохого в ускорении шага, если он боится упустить первое такбирование?
[328] Его слово («и это достовернее хадиса Язида ибн Зурайа») означает: слово Абд ар-Раззака в его риваяте от Саида ибн аль-Мусаййиба от Абу Хурайры достовернее слова Язида ибн Зурайа в его риваяте от Абу Салямы от Абу Хурайры. Это потому, что Суфьян последовал за Абд ар-Раззаком, передав также в своём риваяте от Саида ибн аль-Мусаййиба от Абу Хурайры. И ат-Тирмизи привёл риваят Суфьяна после этого.
Сказал Хафиз в «Фатх аль-Бари» после передачи этих слов ат-Тирмизи, дословно: «Это правильная практика, если бы не установилось, что аз-Зухри передавал этот хадис от них обоих». Он сказал: «И составитель, то есть аль-Бухари, объединил их обоих в главе о хождении на пятничную молитву, передав от Адама, где сказано: «от Саида и Абу Салямы, оба — от Абу Хурайры». Также передал это Муслим через путь Ибрахима ибн Саада от аз-Зухри от них обоих. И ад-Даракутни упомянул разногласие в этом от аз-Зухри и утвердил, что у него этот хадис — от них обоих вместе, сказав: «а иногда он ограничивался одним из них»». Конец цитаты.
[329] Его слово («сообщил нам Суфьян») — это Ибн Уяйна, как ясно указал Хафиз в «Фатх аль-Бари».
Глава 130. О том, что пришло относительно сидения в мечети и ожидания молитвы
ради достоинства этого. [330] Его слово («от Хаммама ибн Мунаббиха») — с даммой над «мим», фатхой над «нун» и кясрой на удвоенном «ба» — сын Камиля ас-Санъани, брат Вахба ибн Мунаббиха, надёжный передатчик из четвёртого поколения.
Его слово («не перестаёт один из вас находиться в молитве») — то есть в награде молитвы, а не в её (правовом) положении, поскольку ему дозволено разговаривать и прочее из того, что запрещено в молитве. («И не перестают ангелы молиться») — то есть просить прощения; под ангелами подразумеваются хранители, или странствующие ангелы, или же нечто более общее, чем это. («Пока он находится в мечети») — а в риваяте аль-Бухари: «пока он находится на своём месте молитвы, на котором он молился».
Из этого следует по смыслу противоположного, что если он уходит оттуда, то это (действие ангелов) прекращается. Возможно, что его слово «на своём месте молитвы» следует понимать как место, приготовленное для молитвы, а не конкретное место земного поклона, и тогда между этим риваятом и хадисом главы не будет противоречия. («О Аллах, прости ему, о Аллах, помилуй его») — разъяснение к его слову «молиться», то есть говорят: «О Аллах, прости ему» и так далее. Разница между прощением (магфира) и милостью (рахма) в том, что прощение — это сокрытие грехов, а милость — это излияние благодеяния на него. («Пока он не совершит осквернение») — от «ихдас», то есть пока не нарушит своё омовение. («А что такое осквернение, о Абу Хурайра?») — возможно, причина этого вопроса в том, что у них слово «хадас» применялось также и к иному, помимо упомянутого, либо они предположили, что «ихдас» означает нововведение (ибтида'). («Он сказал: беззвучный или звучный выход газов») — звук, выходящий из заднего прохода: если он без звука, то это «фуса'» — с даммой над «фа» и удлинением, а если со звуком, то это «дурат» — с даммой над «дад».
Сказал ас-Сафакиси: осквернение в мечети — это проступок, из-за которого совершивший его лишается прощения ангелов. И поскольку для осквернения в ней нет искупления, которое устраняло бы его вред, подобно тому, как закапывание устраняет вред мокроты в ней, он наказывается лишением прощения ангелов за то зловоние, которым он им досадил. А Ибн Баттал сказал: кто хочет, чтобы с него были сняты его грехи без труда, пусть воспользуется пребыванием на своём месте молитвы после молитвы, чтобы умножить мольбы ангелов и их прошения о прощении для него, ибо ожидается принятие этого, согласно словам Всевышнего: «Они не заступаются, кроме как за тех, кем Он доволен». И в хадисе — разъяснение достоинства того, кто ожидает молитву в целом, независимо от того, остаётся ли он на своём месте в мечети или переходит на другое, как это указано в «Умдат аль-кари».
Его слово («и в этой главе — от Али, Абу Саида, Анаса, Абдуллаха ибн Масуда и Сахля ибн Саада»): что касается хадиса Али, то его привёл Абу Яъля и аль-Баззар. Сказал аль-Мунзири с достоверным иснадом: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Совершенное омовение при неприятных обстоятельствах, труд ног, направленных к мечетям, и ожидание молитвы после молитвы смывает грехи полностью»». Это привёл также аль-Хаким, сказав: «достоверно по условию Муслима».
Что касается хадиса Абу Саида, то его привели Ибн Маджа, Ибн Хузайма и Ибн Хиббан в своём «Сахихе», а также ад-Дарими в своём «Муснаде», и в нём: «Нет никого, кто выходит из своего дома очищенным, пока не придёт в мечеть и не помолится в ней вместе с мусульманами или с имамом, а затем не ждёт следующую молитву, чтобы ангелы не сказали: «О Аллах, прости ему, о Аллах, помилуй его»» — и далее хадис.
Что касается хадиса Анаса, то его привёл аль-Бухари со словами: «Поистине, Посланник Аллаха ﷺ однажды ночью отложил молитву «иша» до половины ночи, а затем, помолившись, обратился лицом (к людям) и сказал: «Люди помолились и легли спать, а вы всё это время находились в молитве с тех пор, как её ожидали»».
Что касается хадиса Абдуллаха ибн Масуда, то его привёл ат-Табарани, и в нём: «И поистине, тот, кто приходит в мечеть, ожидая молитву, находится в молитве, пока не совершит осквернение».
Сказал аль-Хайсами в «Маджма аз-заваид»: в нём — Абд ибн Исхак аль-Аттар, а он оставлен (матрук), хотя Абу Хатим был им доволен, и Ибн Хиббан упомянул его среди надёжных, сказав: «он передаёт странные хадисы». Конец цитаты.
что же касается хадиса Сахля ибн Саада, то следует посмотреть, кто его привёл.
Его слово («хадис Абу Хурайры — хадис хороший, достоверный»): его привели аль-Бухари и Муслим и другие с различными формулировками.
31 — глава о том, что сообщается о молитве на хумре [331]
(с даммой над «ха» с точкой и сукуном над «мим»). Ат-Табари сказал: это небольшой молитвенный коврик, изготавливаемый из пальмовых листьев, названный так потому, что закрывает лицо и ладони от жара и холода земли. Если же он большой, то называется хасир (циновка). Так же сказал аль-Азхари в своём «Тахзибе», а также его последователь Абу Убайд аль-Харави и группа учёных после них. В «ан-Нихае» добавлено: хумрой называют только предмет такого размера.
Аль-Хаттаби сказал: это подстилка, на которую совершающий молитву кладёт лоб при земном поклоне. Затем он привёл хадис Ибн Аббаса о мыши, которая тащила фитиль, пока не бросила его на хумру, на которой сидел Пророк ﷺ, — хадис целиком.
Он сказал: в этом содержится явное указание на то, что слово «хумра» применяется и к предмету, превышающему размер лица. Так это приведено в «Фатх аль-Бари», т. 1, с. 413.
Я говорю: хадис Ибн Аббаса, который упомянул аль-Хаттаби, привёл Абу Дауд, и его текст таков: он сказал: пришла мышь, таща фитиль, и бросила его перед Посланником Аллаха ﷺ на хумру, на которой сидел Пророк ﷺ, и она прожгла в ней место размером с дирхам. Тогда он сказал: «Когда вы спите, гасите свои светильники, ибо шайтан наводит подобное на такое и тем самым сжигает вас».
Об этом хадисе Абу Дауд промолчал. Аль-Мунзири сказал: в его иснаде — Амр ибн Тальха, и мы не нашли о нём упоминания в тех книгах, которые мы видели; если же это тот самый Амр ибн Тальха, в имени которого произошло искажение, — так в оригинале, — то это категория передатчиков, чьим хадисом не приводят довод. Конец слов аль-Мунзири.
Я говорю: этот Амр ибн Тальха — это Амр ибн Хаммад ибн Тальха аль-Куфи, Абу Мухаммад аль-Каннад, передававший от Асбата ибн Насра и Мандаля ибн Али, а от него передавал Муслим, но отверг его хадис, а также Ибрахим аль-Джаузджани. Мутаййан сказал: надёжный. Абу Дауд сказал: рафидит. Так в «аль-Хуласе». Этот хадис привёл аль-Хаким и сказал: его иснад достоверен.
Его слово («молился на хумре»): Ибн Батталь сказал: нет разногласия среди факихов различных областей о дозволенности молитвы на хумре, кроме того, что передаётся от Умара ибн Абд аль-Азиза, что ему приносили землю и клали её на хумру, и он совершал земной поклон на неё. Возможно, он делал это ради усиления смирения и покорности, и в этом нет противоречия с мнением остальных.
Ибн Абу Шейба передал от Урвы ибн аз-Зубайра, что он не одобрял молитву на чём-либо, отделяющем от земли, и подобное же передаётся не только от Урвы. Возможно, это следует понимать как нежелательность порицаемого (танзих), а не запрет. Так в «Фатх аль-Бари», т. 1, с. 243. Аш-Шаукани в «Найль аль-аутар» сказал: этот хадис указывает на то, что нет ничего плохого в молитве на молитвенном коврике, будь он сделан из тряпок, пальмовых волокон или иного, будь он маленьким или большим, подобно циновке и ковру, — поскольку достоверно установлено, что Пророк ﷺ молился на циновке, ковре и овчине.
Ахмад в своём «Муснаде» привёл от Умм Салямы, что Пророк ﷺ сказал Афляху: «О Афлях, покрой лицо своё землёй (тарриб ваджхака)», то есть при земном поклоне.
Аль-Ираки сказал: ответ на это таков — Пророк ﷺ не приказал ему молиться прямо на земле, а имел в виду плотное прижатие лба к земле. Видимо, он увидел, что тот молится, не прижимая лоб к земле как следует, и потому приказал ему это, а не то, что он увидел его молящимся на чём-то, отделяющем его от земли, и приказал это убрать. Конец.
Его слово («и в этой главе есть хадисы от Умм Хабибы, Ибн Умара, Умм Салямы, Аиши, Маймуны и Умм Кульсум бинт Абу Салямы ибн Абд аль-Асада, — которая, впрочем, не слышала от Пророка ﷺ»): что касается хадиса Умм Хабибы, его привёл ат-Табарани.
Что касается хадиса Ибн Умара, его привели ат-Табарани в «аль-Кабире» и «аль-Аусате», Ахмад и аль-Баззар.
Что касается хадиса Умм Салямы, его привёл ат-Табарани.
Что касается хадиса Аиши, его привели Муслим и Абу Дауд.
Что касается хадиса Маймуны, его привела вся община (аль-джамаа), кроме ат-Тирмизи.
Что касается хадиса Умм Кульсум, его привёл Ибн Абу Шейба. Так в «Найле».
Его слово («хадис Ибн Аббаса — хадис хороший, достоверный»): его привели аль-Бухари и Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи и Ибн Маджа из хадиса Маймуны. («И этого мнения придерживается часть учёных») — аш-Шаукани в «Найле» сказал: к мнению о том, что нет ничего плохого в молитве на хумре, склонилось большинство учёных. Ат-Тирмизи сказал: этого мнения придерживается часть учёных, а аль-Ираки приписал это большинству. Конец.
Его слово («хумра — это маленькая циновка»): на это указывает хадис Ибн Аббаса, который привёл Абу Дауд, и мы уже привели его текст.
32 — глава о том, что сообщается о молитве на циновке (хасир) [332]
Ибн Батталь сказал: если то, на чём совершается молитва, велико, размером с рост человека или больше, то это называется хасир, а не хумра. И то и другое изготавливается из пальмовых листьев и тому подобного.
Его слово («молился на циновке») — в этом довод на то, что Пророк ﷺ молился на циновке.
Что же касается того, что передали Ибн Абу Шейба и другие через путь Шурайха ибн Хани, что он спросил Аишу: «Молился ли Пророк ﷺ на циновке, ведь Аллах говорит: «и сделали Мы геенну для неверующих циновкой (хасиран)»?» — она ответила: «Он не молился на циновке», — то это редкое (шазз), отвергаемое сообщение, поскольку ему противоречит то, что сильнее его, — как хадис данной главы и другие. Более того, аль-Бухари в своём «Сахихе» через путь Абу Салямы от Аиши передал, что у Пророка ﷺ была циновка, которую он расстилал и молился на ней.
Его слово («и в этой главе есть хадисы от Анаса и аль-Мугиры ибн Шуубы»): что касается хадиса Анаса, его привела вся община (аль-джамаа); что касается хадиса аль-Мугиры, его привели Ахмад и Абу Дауд.
Его слово («и хадис Абу Саида — хадис хороший») — его привёл Муслим.
Его слово («и на этом действует практика по мнению большинства учёных» и т. д.). Сказано в «Ниль аль-аутар»: передано от Зайда ибн Сабита, Абу Зарра, Джабира ибн Абдуллаха, Абдуллаха ибн Умара, Саида ибн аль-Мусаййаба, Макхуля и других из числа таби‘инов, что желательно (мустахабб) совершать молитву на циновке. Ибн аль-Мусаййаб прямо заявил, что это сунна.
Из числа тех, кто предпочитал, чтобы молящийся соприкасался с землёй без какой-либо преграды, был Абдуллах ибн Мас‘уд. Ат-Табарани передал от него, что он не молился и не совершал земной поклон иначе как на земле. От Ибрахима ан-Наха‘и передано, что он молился на циновке, а земной поклон совершал на земле.
248 — Глава о том, что сообщается о молитве на подстилках (аль-бусут)
С даммой над «ба» и «син» — множественное число от «бисат» (с кясрой над «ба») — то, что расстилают, то есть постилают. Что же касается «басат» (с фатхой над «ба»), то это широкая ровная земля. Так сказано в «аль-Камус» и других источниках.
Его слово («от Абу ат-Таййаха») — с фатхой над «та» с точкой сверху и удвоенной «я» с точками снизу, в конце — «ха» без точки. Его имя — Язид ибн Хумайд, известен по кунье, надёжный (сика), твёрдый (сабт). («Ад-Дуба‘и») — с даммой над «дад» с точкой и фатхой над «ба» неточечной.
Его слово («до того, что он говорил») — предел: смешивался, то есть его общение с нашими домочадцами доходило до того, что он играл даже с ребёнком. («Что сделал нугайр?») — с даммой над «нун» и фатхой над «гайн» с точкой — уменьшительное от «нугар» (с даммой, затем фатхой) — птица, подобная воробью, с красным клювом; жители Медины называют её «бульбуль», то есть — как его дела и состояние? Так сказал аль-Касталлани.
В «аль-Камус» сказано: «нугар» по образцу «сурад» — бульбуль, множественное число — «нигран» по образцу «сирдан». Конец цитаты.
В «ан-Нихая» сказано: «нугайр» — уменьшительное от «нугар», это птица, похожая на воробья, с красным клювом. Конец цитаты. («И побрызгали») — то есть окропили. Сказано в «аль-Камус»: «надаха-ль-байта яндихуху» — окропил его. («Подстилка, принадлежащая нам») — ас-Суюти сказал: в «Сунан» Абу Дауда это истолковано как циновка. Конец цитаты.
Я говорю: Абу Дауд передал в своём «Сунане» от Анаса ибн Малика, что Пророк ﷺ навещал Умм Сулайм, и иногда его заставало время молитвы, и он молился на подстилке, принадлежащей нам, а это была циновка, которую мы окропляли водой.
Аль-Ираки сказал в толковании ат-Тирмизи: составитель, то есть ат-Тирмизи, разделил между хадисом Анаса о молитве на подстилке и хадисом Анаса о молитве на циновке и посвятил каждому из них отдельную главу.
Ибн Аби Шайба передал в своём «Сунане» то, что указывает на то, что под подстилкой подразумевается циновка, в формулировке: «и он иногда молился на подстилке, принадлежащей нам, а это циновка, которую мы окропляли водой».
Аль-Ираки сказал: таким образом выяснилось, что Анас под подстилкой подразумевал циновку, и нет сомнения, что это (слово) применимо к циновке, поскольку она расстилается на земле, то есть постилается. Конец цитаты.
Его слово («и в главе — от Ибн Аббаса») — это передали Ахмад и Ибн Маджа от него в формулировке: «Пророк ﷺ молился на подстилке». В его иснаде — Зам‘а ибн Салих аль-Хайди, которого ослабили Ахмад, Ибн Ма‘ин, Абу Хатим и ан-Насаи. Муслим привёл от него один хадис, соединённый с другим.
Его слово («хадис Анаса — хадис хороший, достоверный») — его привели аль-Бухари и Муслим, ан-Насаи и Ибн Маджа.
Его слово («не видели проблемы в подстилке и тюфяке») — сказано в «аль-Маджма‘»: «тынфиса» — с кясрой над «та» и «фа», а также с даммой над обеими; и с кясрой, затем фатхой — подстилка с тонким ворсом, множественное число — «танафис». Также сказано в нём: это покрывало с ворсом, на котором сидят. Конец цитаты.
Его слово («и этого мнения придерживаются Ахмад и Исхак») — это также мнение аль-Аузаи, аш-Шафии и большинства факихов. Группа таби‘инов порицала это. Ибн Аби Шайба передал в «Мусаннафе» от Саида ибн аль-Мусаййаба и Мухаммада ибн Сирина, что они оба сказали: молитва на тюфяке — а это подстилка, под которой ворс, — является нововведением.
От Джабира ибн Зайда передано, что он порицал молитву на всём, что относится к животным, и считал желательной молитву на всём, что относится к растениям земли. От Урвы ибн аз-Зубайра передано, что он не любил совершать земной поклон на чём-либо, кроме земли. Так сказано в «Ниль аль-аутар».
Истина же — то, к чему склонилось большинство.
34 — Глава о том, что сообщается о молитве в садах-оградах (аль-хитан)
Множественное число от «хаит». Сказано в «аль-Камус»: «хаит» — стена, множественное число — «хитан», а также сад.
Его слово («передал нам аль-Хасан ибн Аби Джа‘фар») — у составителя от него нет ничего, кроме этого хадиса. Он стал известен по кунье своего отца, а имя его отца — Аджлан, по другой версии — Амр, аль-Джуфри — с даммой над «джим», сукуном над «фа» и «ра» — по отношению к Джуфрат Халид, месту в Басре. Так сказано в «Кут аль-мугтази».
Его слово («он считал желательной молитву в садах») — автор «ан-Нихая» сказал: «хаит» — это сад из финиковых пальм, если вокруг него есть стена, а «хаит» — это и есть стена.
Аль-Ираки сказал: желательность для него ﷺ молитвы в садах допускает несколько толкований. Первое — стремление к уединению от людей в них, на этом настаивает кади Абу Бакр ибн аль-Араби. Второе — стремление к нисхождению благодати на плоды этих садов благодаря благословению молитвы, ведь она привлекает пропитание. Третье — что это является проявлением почёта посещаемому — совершить молитву в его владении.
Четвёртое — что это приветствие всякого места, куда он останавливался, или прощание с ним. Так сказано в «Кут аль-мугтази».
Его слово («сказал Абу Дауд») — это ат-Таялиси, передатчик от аль-Хасана ибн Аби Джа‘фара («то есть сады») — множественное число от «бустан».
Его слово («аль-Хасан ибн Аби Джа‘фар — его ослабили Яхья ибн Са‘ид и другие») — аль-Фаллас сказал: правдив, но передаёт отвергаемые хадисы (мункар аль-хадис). Ибн аль-Мадини сказал: слабый. Его ослабили Ахмад и ан-Насаи. Аль-Бухари сказал: передаёт отвергаемые хадисы. Так сказано в «аль-Мизан».
Его слово («Абу аз-Зубайр, имя его — Мухаммад ибн Муслим ибн Тадрус») — с фатхой над «та» с точкой сверху, сукуном над «дал» без точки и даммой над «ра». Он правдив (садук), однако был склонен к тадлису.
35 — Глава о том, что сообщается о сутре молящегося
Его слово («подобно задней луке седла») — это то есть палка, на которую опирается всадник, сидящий на седле. Относительно слова «муаххира» (مؤخرة) существуют различные варианты произношения: с даммой над «мим», сукуном над «хамзой» и кясрой над «ха» — так передал Абу Убайд, но Якуб отверг это чтение; с фатхой над «хамзой» и «ха» одновременно с ташдидом на «ха» — так передал автор «аль-Машарик». Ибн аль-Араби сказал: «Мухаддисы передают это слово с ташдидом», однако автор «ан-Нихая» отверг это, сказав: «Ташдида здесь быть не должно». Есть также вариант с сукуном над «хамзой» и фатхой над облегчённой (без ташдида) «ха» — так передал автор «Гариб ас-Саракусты», но Ибн Кутайба отверг это чтение. И ещё вариант — с фатхой над «мим», сукуном над «вав» без «хамзы» и кясрой над «ха» — так передал автор «аль-Машарик».
Наиболее известным же произношением является «ахира ар-рахль» (آخِرَة الرَّحْل) — с мадом и кясрой над «ха». Именно так это слово встречается в грядущем хадисе Абу Зарра.
Ибн аль-Араби сказал, что именно это произношение является верным. Об этом же сказал ас-Суюты.
Хафиз в «Фатх аль-Бари» сказал: факихи учитывали заднюю луку седла при определении минимального размера сутры, но разошлись в определении её величины на практике. Одни говорили — локоть, другие — две трети локтя, и это мнение более известно. Однако в «Мусаннафе» Абд ар-Раззака от Нафи‘ передаётся, что задняя лука седла Ибн Умара была величиной в локоть. На этом заканчивается его слово.
Ан-Навави в комментарии к Сахиху Муслима сказал: в этом хадисе содержится указание на то, что минимальный размер сутры — это задняя лука седла, а она размером примерно с кость предплечья, что составляет около двух третей локтя. Сутра же достигается любым предметом, который поставлен перед молящимся таким образом. Малик же поставил условием, чтобы предмет был толщиной с копьё. На этом заканчивается его слово.
Его слово («а по этой теме передано от Абу Хурайры, Сахля ибн Аби Хасмы, Ибн Умара, Сабры ибн Ма‘бада, Абу Джухайфы и Аиши»): что касается хадиса Абу Хурайры, то его привёл Муслим.
Что касается хадиса Сахля ибн Аби Хасмы, то его привёл Абу Дауд.
Что касается хадиса Ибн Умара, то его привёл аль-Бухари.
Что касается хадиса Сабры, то его тоже привёл аль-Бухари.
Что касается хадиса Абу Джухайфы, то его привели оба шейха (аль-Бухари и Муслим).
Что касается хадиса Аиши, то его тоже привели оба шейха.
Его слово («хадис Тальхи — хадис хороший, достоверный») — его привели Ахмад, Муслим и Ибн Маджа. («и они сказали: сутра имама служит сутрой и для тех, кто позади него») — то есть для молящихся позади него, следующих за ним, — им не требуется устраивать себе отдельную сутру, им достаточно сутры имама, и эта сутра считается их сутрой тоже. Поэтому проход, наносящий вред молитве стоящего перед сутрой, в отношении следующего за имамом — это проход перед самим имамом.
Ибн Абд аль-Барр сказал: этот хадис Ибн Аббаса, а именно тот, что передал аль-Бухари, в котором говорится: «Я прошёл перед частью ряда, слез с осла, отпустил ослицу пастись и вошёл в ряд, и никто не выразил мне порицания за это» — уточняет хадис Абу Са‘ида: «Если кто-то из вас молится, пусть не позволяет никому проходить перед собой», указывая, что это относится именно к имаму и к молящемуся в одиночестве. Что же касается следующего за имамом, то ему не вредит тот, кто проходит перед ним, на основании данного хадиса Ибн Аббаса. Он сказал: и всё это не является предметом разногласий среди учёных.
Точно так же Ийад передал единодушное мнение о том, что следующие за имамом молятся, обращаясь к сутре, но разошлись в том, является ли их сутрой сутра имама, или же их сутрой является сам имам. На этом заканчивается его слово.
Однако в этом есть сомнение, ввиду того что передал Абд ар-Раззак от сподвижника аль-Хакама ибн Амра аль-Гифари о том, что он совершал молитву со своими товарищами в пути, а перед ним была сутра, и мимо его товарищей прошли ослы, после чего он повторил с ними молитву. А в другом риваяте от него передаётся, что он сказал им: «Это не прервало мою молитву, но прервало вашу». Это противоречит тому единодушному мнению, о котором сообщалось.
Ат-Табарани в «аль-Аусат» передал через путь Сувайда ибн Абд аль-Азиза от Асима от Анаса как марфу‘: «Сутра имама служит сутрой для тех, кто позади него», и сказал, что Сувайд единолично передал это от Асима. На этом заканчивается его слово. А Сувайд считается у них слабым передатчиком.
Это же передаётся и в хадисе, восходящем как маукуф к Ибн Умару, который привёл Абд ар-Раззак.
Следствие разногласия, переданного Ийадом, проявляется в том случае, если кто-то проходит перед имамом: согласно мнению тех, кто говорит, что сутра имама служит сутрой и для тех, кто позади него, это вредит и его молитве, и их молитве вместе; а согласно мнению тех, кто говорит, что сам имам является сутрой для тех, кто позади него, это вредит его молитве, но не вредит их молитве. Так сказано в «Фатх аль-Бари».
36 — Глава о том, что передано относительно порицаемости прохождения перед молящимся [336]
Его слово («передал нам аль-Ансари») — это Исхак ибн Муса ибн Убайдуллах ибн Муса аль-Хатми, Абу Муса аль-Мадани, затем аль-Куфи, один из имамов сунны, надёжный, точный передатчик из десятого поколения. Его слово («послал к Абу Джухайму») — с даммой над «джим» в уменьшительной форме, то есть Зайд ибн Халид послал Бусра ибн Са‘ида. В риваяте аль-Бухари сказано, что Зайд ибн Халид послал его к Абу Джухайму.
Его слово («перед молящимся») — то есть впереди него, вблизи от него. Выражение через «руки» (يدين) употреблено потому, что большая часть занятости приходится именно на них. Относительно определения этого расстояния есть разногласие: одни говорят — если кто-то проходит между ним и местом его земного поклона; другие говорят — на расстоянии около трёх локтей от него; третьи говорят — на расстоянии броска камня. Так сказал хафиз.
Хафиз ас-Суюты сказал: под прохождением подразумевается прохождение перед ним поперёк. Что же касается того, если кто-то идёт перед ним, направляясь в сторону киблы, то это не входит в это предостережение. На этом заканчивается его слово.
Хафиз в «Фатх аль-Бари» сказал: из внешнего смысла хадиса следует, что упомянутое предостережение относится именно к тому, кто проходит, а не к тому, кто, например, намеренно остановился, сел или прилёг перед молящимся. Однако если причиной здесь является создание помехи для молящегося, то это по смыслу приравнивается к проходящему. На этом заканчивается его слово.
Его слово («что было бы на нём») — то есть из греха.
Его слово («то стоять сорок было бы») — то есть если бы проходящий знал меру греха, который постигает его из-за прохождения перед молящимся, он предпочёл бы простоять упомянутый срок, лишь бы не понести этот грех.
Его слово («лучше для него») — в форме именительного падежа (хайрун), так это встречается в риваяте ат-Тирмизи.
Ас-Суюти сказал в «Кут аль-мугтази»: здесь встречается форма с раф‘ом, [объясняемая тем], что это — имя «кана», а у аль-Бухари — с насбом, [объясняемая тем], что это — хабар. Абу ат-Тайиб аль-Мадани в своём шархе, возражая ему, сказал: в этом есть [неувязка], а именно: слово «(чтобы он стоял)» — определённое имя, ибо подразумевается «его стояние», а «(лучше)» — неопределённое имя, поэтому не годится, чтобы «(чтобы он стоял)» было именем «кана», а «(лучше)» — его хабаром, поскольку смысл этому противится. На этом его слова заканчиваются. Я же говорю: возможно, что её именем является местоимение положения дел (дамир аш-шан), а предложение [целиком] — её хабаром.
Его слово («сказал Абу ан-Надр») — это слова Малика, как сказал аль-Хафиз. («Не знаю, сказал ли он: сорок месяцев или сорок лет») — в этом [содержится] неопределённость греха, [лежащего] на проходящем, в качестве устрашения его. А в риваяте аль-Баззара — «сорок осеней».
Аль-Хайсами сказал в «Маджма‘ аз-заваид», приведя хадис аль-Баззара с формулировкой «сорок осеней»: его передатчики — передатчики [хадисов], [приводимых в] достоверных [сборниках]. На этом его слова заканчиваются.
Хадис указывает на то, что прохождение перед молящимся относится к тяжким грехам, влекущим [наказание] огнём, и внешний смысл его — отсутствие различия между обязательной молитвой и добровольной.
Ан-Навави сказал: в хадисе — довод на запретность прохождения, ибо в смысле хадиса содержится строгий запрет и суровая угроза относительно этого. На этом его слова заканчиваются.
Его слово («и в этой главе передано от Абу Са‘ида аль-Худри») — вывели аш-Шейхан. («И от Абу Хурайры») — вывел Ибн Маджа. («И от Ибн Умара») — вывел аль-Бухари. («И от Абдуллаха ибн Амра») — вывели ат-Табарани в «аль-Кабир» и «аль-Аусат» с формулировкой: что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «А тот, кто проходит перед человеком, когда он молится, намеренно, — пожелает в День воскресения, чтобы он был высохшим деревом».
Аль-Хафиз аль-Хайсами сказал в «Маджма‘ аз-заваид»: в нём [есть передатчик], которого я не нашёл в биографических [сводах].
Его слово («хадис хороший, достоверный») — вывела [вся] группа [составителей сборников].
Его слово («и передано от Пророка ﷺ, что он сказал: чтобы он простоял сто лет») — вывел Ибн Хиббан в своём «Сахихе» из хадиса Абу Хурайры, как сказал ас-Суюти.
Аль-Хафиз сказал в «Фатхе»: а у Ибн Маджи и Ибн Хиббана из хадиса Абу Хурайры: «было бы для него лучше простоять сто лет, чем [сделать] тот шаг, который он сделал».
Он сказал: и это даёт понять, что упоминание [числа] «сорок» — ради усиления значимости дела, а не ради конкретного определённого числа.
А ат-Тахави склонился к тому, что ограничение [числом] «сто» произошло после ограничения [числом] «сорок» в качестве усиления придания значимости делу [прохождения] перед проходящим, поскольку они оба не могли быть [сказаны] одновременно, так как «сто» больше, чем «сорок», а положение [дела] здесь — положение устрашения и запугивания, поэтому не подобает, чтобы упоминание «ста» предшествовало упоминанию «сорока», — напротив, уместнее, чтобы оно было упомянуто позже. А если то, что уточняет [число] «сорок», — это год, то утверждаемое доказано, а если менее того — то тем более. На этом его слова заканчиваются.
Его слово («и по этому действуют учёные, они считали прохождение нежелательным...» и так далее) — под нежелательностью здесь подразумевается запретность. И уже было приведено во введении разъяснение значения нежелательности у саляфов.
37 — Глава о том, что передано: «Ничто не прерывает молитву» [337]
Аль-Бухари в своём «Сахихе» сказал: «Глава о том, кто сказал: ничто не прерывает молитву».
Аль-Хафиз сказал в «Фатхе»: то есть [ничто] из действия не-молящегося. Фраза, послужившая заглавием, приведена в главе явно как слова аз-Зухри, и передал её Малик в «аль-Муватта» от аз-Зухри от Салима ибн Абдуллаха ибн Умара от его отца как его собственные слова. А ад-Даракутни вывел её как возведённую [к Пророку] по другому пути от Салима, но её иснад слаб. Она передана также как возведённая [к Пророку] из хадиса Абу Са‘ида у Абу Дауда и из хадиса Анаса и Абу Умамы у ад-Даракутни, и из хадиса Джабира у ат-Табарани в «аль-Аусат», и в иснаде каждого из них есть слабость.
А Са‘ид ибн Мансур передал с достоверным иснадом от Али и Усмана и других нечто подобное этому как остановленное [на сподвижниках]. На этом заканчивается то, что в «Фатхе».
Его слово («я был позади аль-Фадля [на верховом животном]») — это аль-Фадль ибн Аббас ибн Абд аль-Мутталиб ибн Хашим аль-Хашими, старший из детей Аббаса (да будет доволен им Аллах); он был убит мучеником в халифате Умара. («На ослице» (атан) — с фатхой на хамзе; редко встречается [огласовка] с касрой, как передал ас-Сагани; это самка ослов, а иногда говорят для самки «атана», как передал Юнус, но другие это отвергли. («И мы пришли, а Пророк ﷺ молился со своими сподвижниками в Мине») — в риваяте аш-Шейхайн добавлено: «без стены».
Аль-Кари сказал в «аль-Миркат»: аль-Байхаки передал от аш-Шафи‘и, что имеется в виду под словами Ибн Аббаса «без стены» — «без сутры»; и это подтверждается риваятом аль-Баззара с формулировкой: «а Пророк ﷺ молился обязательную молитву, и ничто не заслоняло его». Однако аль-Бухари привёл этот хадис в главе «Имам — сутра для тех, кто позади него», и это указывает на то, что он склонился к тому, что хадис относится к случаю, когда там была сутра.
Шейх Ибн Хаджар, то есть аль-Аскалани, сказал: как будто аль-Бухари истолковал это дело согласно привычному, известному из его (мир ему) обыкновения, [а именно], что он не молился в открытом пространстве иначе, как когда копьё [сутра] было перед ним. Так это упомянул Майрак.
А в шархе ат-Тыби сказано: аль-Музхир сказал: его слова «без стены» означают «без сутры», и цель хадиса в том, что прохождение перед молящимся не прерывает молитву. На этом заканчиваются его слова.
Если ты скажешь: слова «без стены» не отрицают ничего иного, [кроме стены], — так как же он истолковал это как сутру? Я отвечу: сообщение Ибн Аббаса о своём прохождении мимо людей и об отсутствии стены, при том что они не порицали его, а это — место, где ожидается порицание, указывает на возникновение дела, которое не было привычным. Сказано: это [указание] проистекает из того, что прохождение при отсутствии сутры не является порицаемым, ибо если бы предположить наличие иной сутры, то этому сообщению не было бы пользы. На этом заканчивается [сказанное].
Сказал аль-Кари: возможно, из этого можно извлечь пользу — что сутра имама является сутрой [также] для стоящих за ним, как это понял аль-Бухари.
«Тогда мы спустились с неё» — то есть с ослицы. «И присоединились к ряду, и она прошла перед ними, но не прервала их молитвы» — этим доказывается, что прохождение осла не прерывает молитву, и что это отменяет собой хадис Абу Зарра, переданный Муслимом, о том, что осёл прерывает молитву, равно как и прохождение женщины и чёрной собаки.
Я говорю: в этом доказательстве есть изъян, подумай над этим. Аш-Шаукани прояснил это.
Его слово («и в этой главе передано от Аиши, аль-Фадля ибн Аббаса и Ибн Умара»). Что касается хадиса Аиши, то его привели аль-Бухари и Муслим от неё: она сказала, что Пророк ﷺ совершал молитву ночью, а я лежала поперёк между ним и киблой, подобно тому, как лежит поперёк носилки с покойным.
Что касается хадиса аль-Фадля ибн Аббаса, то его привёл Абу Дауд от него: он сказал, что Посланник Аллаха ﷺ пришёл к нам, когда мы были в нашей пустыне, и с ним был Аббас, и он совершил молитву в пустыне, не имея перед собой сутры, а наша ослица и собака резвились перед ним, и он не обратил на это внимания. Ан-Насаи привёл нечто подобное, и в его иснаде — Муджалид ибн Саид ибн Умайр аль-Хамдани аль-Куфи, о котором говорили многие [критики], хотя Муслим привёл от него хадис в сочетании с группой сподвижников аш-Шаби.
Что касается хадиса Ибн Умара, то его привёл ад-Даракутни в такой формулировке: Пророк ﷺ, Абу Бакр и Умар сказали: «Ничто не прерывает молитву мусульманина, но отгоняй, что можешь». В его иснаде — Ибрахим ибн Язид аль-Хузи, а он слаб. Аль-Ираки сказал: верным от Ибн Умара является то, что передал Малик в «Муватта» от его собственных слов: он говорил, что ничто из того, что проходит перед молящимся, не прерывает молитву.
Его слово («хадис Ибн Аббаса — хадис хороший, достоверный»). Его привели аль-Бухари и Муслим в схожей форме, но в их риваяте нет слов «и она прошла перед ними, но не прервала их молитву».
Его слово («они сказали: ничто не прерывает молитву, и так говорит Суфьян и аш-Шафии»). Так же говорят и ханафиты, приводя в доказательство хадис этой главы и хадис «ничто не прерывает молитву», переданный от Ибн Умара, Абу Саида, Анаса, Абу Умамы и Джабира, а также то, что передал Саид ибн Мансур с достоверным иснадом от Али, Усмана и других нечто подобное как остановленное [на уровне сподвижника] (маукуф), как ты узнал из слов аль-Хафиза.
38 — Глава о том, что молитву прерывают только собака, осёл [338] и женщина.
Его слово («сообщил нам Хушайм») — с уменьшительной формой — это Ибн Башир, по форме подобно «Азым», сын аль-Касима ибн Динара, ас-Сулами, Абу Муавия ибн Абу Хазим аль-Васити, надёжный, твёрдый, много практиковавший тадлис. «Сообщили нам Йунус и Мансур ибн Зазан» — этот Йунус — Ибн Убайд ибн Динар аль-Абди, их вольноотпущенник, аль-Басри, передававший от Хумайда ибн Хиляля и множества других, надёжный, твёрдый, достойный, благочестивый. А Мансур ибн Зазан — с «за» и «заль» с точкой — аль-Васити, Абу аль-Мугира ас-Сакафи, надёжный, твёрдый, благочестивый.
«От Хумайда ибн Хиляля» — аль-Адави аль-Басри, надёжный, учёный; Ибн Сирин выражал сомнение относительно него из-за его вхождения на службу к правителю, из третьего поколения. «От Абдуллы ибн ас-Самита» — аль-Гифари аль-Басри, надёжный, из третьего поколения. «Сказал: слышал я Абу Зарра» — аль-Гифари, известного сподвижника, чьё имя — Джундуб ибн Джунада, по наиболее верному мнению; его принятие ислама было ранним, а переселение (хиджра) — поздним, поэтому он не участвовал в битве при Бадре. Его достоинства весьма многочисленны.
Его слово: «и не было перед ним ничего, кроме [подобного] задней части седельной луки» (ка-ахирати ар-рахль) — с долгим «а» и кясрой на «х» с точкой — это дерево, на которое опирается всадник, из остова верблюжьего седла, или же «подобно середине седла». Сказано в «аль-Камус»: «васитату аль-кавр» и «васитуху» — его передняя часть. А в «ас-Сурах» сказано: «васит аль-кавр» — «пиш баалан» [персидское пояснение].
Аль-Ираки сказал: возможно, что под этим подразумевается его середина, а возможно — его передняя часть; возможно также, что Пророк ﷺ сказал и то и другое совместно; а возможно, что это сомнение одного из передатчиков иснада составителя, ибо упоминание «середины седла» (васитат ар-рахль) есть только у составителя в отдельности — конец цитаты.
«Прерывает его молитву чёрная собака, женщина и осёл». Ан-Навави сказал: учёные разошлись в этом вопросе. Некоторые из них сказали, что эти [три] прерывают молитву.
Ахмад ибн Ханбаль сказал: прерывает её чёрная собака, а относительно осла и женщины в моей душе есть сомнение. Довод в пользу того, что собака [прерывает молитву], состоит в том, что не пришло никакого послабления относительно неё, которое противоречило бы этому хадису. А относительно женщины есть хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) — то есть тот, на который указал ат-Тирмизи в предшествующей главе, и мы уже привели его текст. А относительно осла — хадис Ибн Аббаса, то есть тот, что привёл ат-Тирмизи в предшествующей главе.
Малик, Абу Ханифа, аш-Шафии (да будет доволен ими Аллах) и большинство из числа предшественников и последующих поколений сказали: молитва не становится недействительной из-за прохождения кого-либо из этих [существ], ни из-за кого-либо иного. Эти учёные истолковали данный хадис так, что под «прерыванием» подразумевается умаление молитвы вследствие занятости сердца этими вещами, а не подразумевается её полная недействительность. А некоторые из них утверждают, что этот хадис отменён другим хадисом: «ничто не прерывает молитву человека, но отгоняйте, что можете». Однако это мнение не одобряется, ибо к утверждению об отмене (насх) не обращаются, кроме как при невозможности совместить хадисы и истолковать их, и при известности хронологии, а здесь никакой хронологии нет, и совмещение и толкование вовсе не невозможны — напротив, толкование производится так, как мы упомянули, тем более что хадис «ничто не прерывает молитву человека» слаб — конец цитаты.
Его слово («и в этой главе передано от Абу Саида, аль-Хакама аль-Гифари, Абу Хурайры и Анаса»). Что касается хадиса Абу Саида, то его привёл Абу Дауд: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Ничто не прерывает молитву, но отгоняйте, что можете, ибо это лишь шайтан».
Что касается хадиса аль-Хакама аль-Гифари, то его привёл ат-Табарани в своём «аль-Муджам аль-Кабир».
Что касается хадиса Абу Хурайры, то его привёл Муслим от него: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Прерывают молитву женщина, осёл и собака, и защищает от этого нечто подобное задней части седельной луки».
Что касается хадиса Анаса, то его привёл аль-Баззар в формулировке: «Молитву прерывают собака, осёл и женщина». Аль-Ираки сказал: «Его передатчики — надёжные».
В этой же главе есть также риваят от Абдуллаха ибн аль-Мугаффаля, который привели Ахмад и Ибн Маджа от него от Пророка ﷺ: «Молитву прерывают женщина, собака и осёл». Аш-Шаукани сказал: «Его привёл Ибн Маджа по пути передачи Джамиля ибн аль-Хасана, в котором есть слабость, а остальные его передатчики надёжны».
От Ибн Аббаса это привели Абу Дауд и Ибн Маджа в формулировке: «Молитву прерывают чёрная собака и женщина в состоянии хайда». Абу Дауд не сказал «чёрная», и это передано также как приостановленное (мавкуф) от Ибн Аббаса.
От Ибн Аббаса есть и другой возведённый (марфу‘) хадис у Абу Дауда, где добавлены свинья, иудей и маг. Абу Дауд прямо сказал, что упоминание свиньи и мага в этом хадисе является отвергаемым (некара). Он сказал: «Я не слышал этот хадис ни от кого, кроме Мухаммада ибн Исмаиля, и полагаю, что это его ошибка, поскольку он передавал нам его по памяти» — конец цитаты.
От Абдуллаха ибн Умара это привёл Ахмад: «Однажды мы были с Посланником Аллаха ﷺ в верхней части долины, он собирался молиться и уже встал, и мы встали, когда вдруг на нас вышел осёл из ущелья. Пророк ﷺ остановился и не произнёс такбир, а Якуб ибн Зам‘а погнал осла, пока не отогнал его обратно». Аль-Ираки сказал: «Его иснад достоверен».
От Аиши это привёл Ахмад: она сказала, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Молитву мусульманина не прерывает ничто, кроме осла, неверующего, собаки и женщины — нас поставили в один ряд со скверными животными». Аль-Ираки сказал: «Его передатчики надёжные».
Его слово («хадис Абу Зарра — хадис хороший, достоверный») — его привели все составители сборников, кроме аль-Бухари.
Его слово («некоторые из учёных склонились к этому и сказали: молитву прерывают осёл, женщина и чёрная собака. Ахмад сказал: «В чём я не сомневаюсь — это в том, что чёрная собака прерывает молитву, а относительно осла и женщины в душе моей есть сомнение»») — аш-Шаукани сказал: «Хадисы этой главы указывают на то, что собака, женщина и осёл прерывают молитву».
Под прерыванием молитвы подразумевается её недействительность (батль). К этому склонилась группа сподвижников, среди них Абу Хурайра, Анас и Ибн Аббас — в одном из риваятов от него. Также это передаётся от Абу Зарра и Ибн Умара, и от Ибн Умара передано, что он говорил это относительно собаки, а аль-Хакам ибн Амр аль-Гифари говорил это относительно осла. Из числа последователей (табиин) о прерывании всеми тремя упомянутыми вещами говорили аль-Хасан аль-Басри и Абу аль-Ахвас, спутник Ибн Масуда. Из имамов — Ахмад ибн Ханбаль, как это передал от него Ибн Хазм аз-Захири, а ат-Тирмизи передал от него, что он ограничивает это чёрной собакой и колеблется относительно осла и женщины.
Ибн Дакык аль-Ид сказал: «Это лучше того, на что указывают слова аль-Асрама о категоричном утверждении от Ахмада, что женщина и осёл не прерывают молитву».
Приверженцы захиритского толка также склонились к тому, что молитва прерывается упомянутыми тремя вещами, если собака и осёл находятся перед молящимся, независимо от того, проходят ли собака и осёл мимо или нет, малы они или велики, живы или мёртвы, и независимо от того, проходит ли женщина перед мужчиной или нет, мала она или велика, — кроме случая, когда она лежит поперёк. К мнению, что молитву прерывают чёрная собака и женщина в состоянии хайда, склонились Ибн Аббас и Атаа ибн Абу Рабах, опираясь на упомянутый ранее хадис у Абу Дауда и Ибн Маджи, то есть тот, который мы упомянули выше. И нет оправдания тому, кто говорит о применении толкования безусловного (мутлак) через ограниченное (мукайяд) в этом вопросе — а это большинство учёных (джумхур). А что касается тех, кто действует согласно безусловному тексту, а это ханафиты и захириты, то на них это не возлагается.
Ибн аль-Араби сказал: «Нет доказательства у того, кто ограничивает это состоянием хайда, поскольку хадис слабый». Он сказал: «Менструация женщины не находится ни в её руке, ни в животе, ни в ноге». Аль-Ираки сказал: «Если он имел в виду слабость его передатчиков, то это не так, ибо все они надёжны. А если он имел в виду то, что большинство передало это как приостановленное (мавкуф) от Ибн Аббаса, то Шу‘ба возвёл его (сделал марфу‘), а возведение надёжного передатчика имеет приоритет перед приостановлением того, кто его приостановил, даже если таковых, согласно правильному мнению в основах фикха и науках хадиса, было больше» — конец цитаты.
Его слово («Исхак сказал: ничто не прерывает её, кроме чёрной собаки») — это же передал Ибн аль-Мунзир от Аиши. Доказательство этого мнения состоит в том, что упомянутый ранее в предыдущей главе хадис Ибн Аббаса исключил осла, а хадис Умм Салямы исключил женщину, в формулировке: «Пророк ﷺ молился в её комнате, и перед ним прошёл Абдуллах или Умар, и он сделал рукой вот так, и тот вернулся; затем прошла дочь Умм Салямы, и он сделал рукой вот так, и та продолжила идти. Когда Посланник Аллаха ﷺ закончил молитву, он сказал: «Они более упорны»». Его привели Ахмад и Ибн Маджа, и в его иснаде есть неизвестный передатчик — это Кайс аль-Мадани, а остальные его передатчики надёжны.
Точно так же исключил женщину хадис Аиши, на который указал ат-Тирмизи в предыдущей главе, и мы уже упоминали его текст. А ограничение чёрным цветом исключает всех остальных собак, помимо чёрной.
Я говорю: в приведении хадиса Ибн Аббаса как доказательства исключения осла и хадисов Умм Салямы и Аиши как доказательства исключения женщины есть предмет для размышления, так что подумай об этом.
Это упомянул также аш-Шаукани в «Найль аль-аутар».
39 — глава о том, что сообщается относительно молитвы в одном одеянии [339]
Его слово («укутавшись в одно одеяние») — аш-Шейхан добавили: «положив его края на свои плечи». Плечо (аль-‘атик) — это то, что находится между плечевым суставом и основанием шеи. Ат-Тыби сказал: «Иштималь — это укутывание с перекрёстным расположением краёв одеяния, так что человек берёт край, который он бросил на правое плечо, из-под левой руки, а край, который бросил на левое плечо, — из-под правой руки, затем связывает их на груди», то есть чтобы это не было простым свисанием (садль). Так же сказал Ибн ас-Сиккит. А Ибн Батталь сказал:
Полезное замечание: упомянутое укутывание (иль-тихаф) означает, что молящийся не должен видеть свою наготу при поклоне (руку‘), а также чтобы одеяние не упало при поклоне и земном поклоне (суджуд).
Его слово («и в этой главе передано также от Абу Хурайры, Джабира, Салямы ибн аль-Аква‘, Анаса, Амра ибн Абу Асида, Абу Са‘ида аль-Худри, Кайсана, Ибн Аббаса, Аиши, Умм Хани, Аммара ибн Ясира, Талька ибн Али и Убады ибн ас-Самита аль-Ансари»).
Что касается хадиса Абу Хурайры, то его привёл аль-Бухари с формулировкой: «Кто молится в одной одежде, пусть скрестит её края».
Также аль-Бухари и Муслим привели от него с формулировкой: «Пусть никто из вас не молится в одной одежде, если на его плечах нет ничего из неё».
Что касается хадиса Джабира, то его привели аль-Бухари, Муслим и Абу Дауд с формулировкой: «О Джабир, если одежда широкая, скрести её края, а если узкая, обвяжи ею бёдра».
Что касается хадиса Салямы ибн аль-Аква‘, то его привели Абу Дауд и ан-Насаи. Что касается хадиса Анаса, то его привёл аль-Бухари. Что касается хадиса Амра ибн Абу Асида и Абу Са‘ида аль-Худри, то его привёл Ахмад. Что касается хадиса Кайсана — с фатхой над каф и сукуном над йа — то его привёл Ибн Абу Шейба от него, который сказал: «Я видел, как Пророк ﷺ совершил зухр и аср в одной одежде, закутавшись в неё».
Что касается хадиса Ибн Аббаса, то его привёл Ибн Абу Шейба с формулировкой: «Пророк ﷺ молился в одной одежде, прикрываясь её излишком от жара и холода земли».
Что касается хадиса Аиши, то его привёл аль-Хатыб в «аль-Муттафак».
Что касается хадиса Умм Хани и Аммара ибн Ясира, то его привёл Ибн Асакир с формулировкой: он сказал: «Посланник Аллаха ﷺ совершил с нами молитву в одной одежде, обернувшись в неё».
Что касается хадиса Талька ибн Али, то его привели Абд ар-Раззак и Ибн Абу Шейба с формулировкой: он сказал: «Пришёл человек и сказал: «О пророк Аллаха, что ты скажешь о молитве в одной одежде?» Тогда Пророк ﷺ развязал свой изар, и его накидка (рида) слетела вместе с ним, затем он закутался в них обоих. Когда же он завершил молитву, то сказал: «Разве у всех вас найдётся по две одежды?»».
Что касается хадиса Убады ибн ас-Самита аль-Ансари, то его привёл Ибн Асакир с формулировкой: он сказал: «Вышел к нам Посланник Аллаха ﷺ, на нём была румийская катифа (плотная накидка), которую он завязал у себя на шее, а затем совершил с нами молитву, не имея на себе ничего, кроме неё».
Его слово («хадис Умара ибн Абу Салямы — хадис хороший, достоверный») — его привели аль-Бухари и Муслим. («И некоторые учёные сказали: человек может молиться в двух одеждах») — хафиз сказал в «Фатхе»: разногласие относительно недопустимости молитвы в одной одежде было древним.
Ибн Абу Шейба передал от Ибн Мас‘уда, что он сказал: «Не молись в одной одежде, даже если она широка, как пространство между небом и землёй».
Ибн Баттал приписал это же мнение Ибн Умару, а затем сказал: «В этом за ним никто не последовал». Затем дело утвердилось на дозволенности — конец цитаты.
Замечание. Знай, что нет никакого сомнения в том, что молитва в одной одежде дозволена, но молитва в двух одеждах предпочтительнее при их наличии.
Аль-Бухари передал в своём «Сахихе» от Абу Хурайры, который сказал: «Встал человек к Пророку ﷺ и спросил его о молитве в одной одежде. Он сказал: «Разве у всех вас найдётся по две одежды?» Затем один человек спросил Умара, и тот сказал: «Если Аллах даровал вам широту, то и вы проявляйте широту. Пусть человек соберёт на себе свои одежды». Один человек молился в изаре и рубахе, другой — в изаре и каба, третий — в шароварах и накидке, четвёртый — в шароварах и рубахе, пятый — в шароварах и каба» — и далее по хадису.
Хафиз сказал: слова «пусть человек соберёт» — это продолжение слов Умара, приведённое в форме сообщения, а подразумевается повеление. Ибн Баттал сказал: имеется в виду — пусть соберёт (одежды) и молится — конец цитаты.
Он сказал: в этом указание на то, что молитва в двух одеждах предпочтительнее молитвы в одной одежде — конец цитаты. Аль-Айни сказал в толковании на аль-Бухари: сподвижники Малика разошлись во мнениях относительно того, кто молится в шароварах, будучи способным (надеть) одежды. В «аль-Мудаввана» сказано: он не обязан повторять молитву ни в отведённое для неё время, ни после него. От Ибн аль-Касима передано то же самое.
От Ашхаба передано, что он обязан повторить молитву в отведённое для неё время, а от него же передано, что его молитва действительна, если одежда узкая.
Абу Дауд привёл от Абдуллаха ибн Бурайды, от его отца, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ запретил молиться в лихафе (покрывале), не обернувшись им (как следует), а также — молиться в шароварах без накидки».
Опираясь на внешний смысл этого хадиса, некоторые наши сторонники сказали: молитва в одних лишь шароварах порицаема (макрух).
Правильное же мнение состоит в том, что если он прикрыл свою наготу, молитва в них не порицаема — конец слов аль-Айни.
140 — Глава о том, что сообщается о начале (установления) киблы [340]
Его слово («следует, чтобы его направили») — с даммой в начале и фатхой над «джим», в форме страдательного залога, то есть: следует, чтобы ему было велено обратиться к Каабе, ибо она — кибла Ибрахима.
Его слово: «мы видим, как ты обращаешь свой лик к небу» — то есть обращение твоего лица в сторону неба в ожидании откровения.
Его слово («и с ним молился один человек, совершая аср») — это Аббад ибн Бишр, а по другой версии — Аббад ибн Нахик.
Его слово («а они были в поясном поклоне») — множественное число от «ракы‘» (кланяющийся) — («в молитве аср, обращённые в сторону Байт аль-Макдис»). А в риваяте аль-Бухари: «в молитве аср они молились в сторону Байт аль-Макдис». Хафиз сказал в «Фатхе»: в тафсире Ибн Абу Хатима приведено через путь Тавилы бинт Аслям: «Я совершила зухр или аср в мечети бану Хариса, и мы были обращены к мечети Илия (Иерусалим); мы совершили два земных поклона, то есть два рак‘ата, затем к нам пришёл тот, кто сообщил нам, что Пророк ﷺ уже обратился к Заповедному дому». («Тогда он сказал») — то есть тот человек — («он свидетельствует») — имея в виду самого себя, и это на пути отвлечённого выражения (таджрид). А в риваяте аль-Бухари: «Свидетельствую перед Аллахом». («И они повернулись, оставаясь в поясном поклоне») — тем, что имам повернулся от передней части мечети к задней её части, затем повернулись мужчины, так что оказались позади него, а женщины повернулись, так что оказались позади мужчин. Описание того, как именно происходил поворот и перемещение, приведено в сообщении Тавилы: она сказала: «И женщины переместились на место мужчин, а мужчины — на место женщин». Хафиз сказал: смысл этого в том, что имам повернулся...
с его места в передней части мечети в заднюю её часть, потому что тот, кто повернулся лицом к Каабе, повернулся спиной к Байт аль-Макдису, а если бы он развернулся на своём месте, позади него не оставалось бы места, вмещающего ряды. И когда имам обернулся, мужчины обернулись так, что оказались позади него, а женщины обернулись так, что оказались позади мужчин. А это требует совершения многих действий во время молитвы. Поэтому возможно, что это произошло до запрета на совершение множества действий [в молитве], подобно тому как это было до запрета на речь [в молитве]. И возможно также, что упомянутое действие было прощено ради упомянутой пользы, либо шаги при развороте совершались не подряд, а вразбивку. Конец.