Хадис № 18

Мне передал Малик от Рузайка ибн Хакима аль-Айли, что некий человек, которого звали Мисбах, попросил своего сына о помощи, и, видимо, счёл, что тот замешкался. Когда сын пришёл, отец сказал ему: «О прелюбодей!» Рузайк сказал: он обратился ко мне с жалобой на него, и когда я решил подвергнуть его бичеванию, сын его сказал: «Клянусь Аллахом, если ты подвергнешь его бичеванию, я непременно признаю против самого себя, что совершил прелюбодеяние». Когда он это сказал, дело показалось мне неясным, и я написал об этом Умару ибн Абд аль-Азизу, который был в то время правителем, изложив ему это. Умар написал мне, чтобы я принял его прощение. Рузайк сказал: я также написал Умару ибн Абд аль-Азизу: «Что ты думаешь о человеке, на которого была совершена клевета, или на его родителей, а они уже умерли, или один из них?» Умар написал мне: «Если он простит — прими его прощение в отношении него самого. А если клевета была совершена на его родителей, которые уже умерли, или на одного из них, то добейся для него по Книге Аллаха, — разве что он желает сохранить это в тайне». Йахья сказал: я слышал, как Малик говорил: «Это означает, что человек, на которого совершена клевета, боится: если это будет раскрыто, против него может быть представлено доказательство. Если дело таково, как я описал, и он простил, то его прощение принимается».