Глава о запрещённых ссудах

Мне передал Йахья от Малика, что до него дошло, что Умар ибн аль-Хаттаб сказал о человеке, который дал другому в долг (салям) еду с условием, что тот отдаст её ему в другом городе. Умару ибн аль-Хаттабу это не понравилось, и он сказал: «А где же перевозка?» — имея в виду её доставку.

Мне передали со слов Малика, что до него дошло: некий человек пришёл к Абдуллаху ибн Умару (да будет доволен им Аллах) и сказал: «О Абу Абд ар-Рахман! Я дал человеку заём и поставил ему условие, что он вернёт больше, чем я дал в долг». Абдуллах ибн Умар сказал: «Это и есть ростовщичество (риба)». Тот сказал: «Как же ты велишь мне поступить, о Абу Абд ар-Рахман?» Абдуллах сказал: «Заём бывает трёх видов: заём, который ты даёшь, желая лика Аллаха, — и тебе (полагается) лик Аллаха; заём, который ты даёшь, желая лика своего товарища, — и тебе (полагается) лик твоего товарища; и заём, который ты даёшь, чтобы взять плохое за хорошее, — это и есть ростовщичество». Тот сказал: «Как же ты велишь мне поступить, о Абу Абд ар-Рахман?» Он сказал: «Я считаю, что тебе следует разорвать расписку (документ о долге). Если он вернёт тебе то же, что ты дал ему в долг, — прими это. Если он вернёт тебе меньше, чем ты дал ему в долг, и ты возьмёшь это, — тебе будет награда. А если он вернёт тебе больше, чем ты дал ему в долг, будучи довольным этим по собственной воле, — то это благодарность, которую он выразил тебе, а тебе (полагается) награда за то, что ты дал ему отсрочку».

И передал мне (передатчик) от Малика, от Нафи‘а, что он слышал, как Абдуллах ибн Умар говорил: «Кто дал заём (салям), пусть не ставит условием ничего, кроме его возврата».

Мне передал Малик, что до него дошло, что Абдуллах ибн Мас‘уд говорил: «Кто дал что-либо в долг, не должен ставить условие получить обратно лучшее, чем он дал, — даже если это была всего лишь горсть корма для скота, это ростовщичество (риба)». Малик сказал: «У нас принято единое мнение, что тот, кто взял в долг какое-либо животное с известными признаками и отличительными чертами, — в этом нет ничего дурного, и он обязан вернуть подобное ему, кроме как в случае невольниц: здесь опасаются, что это станет уловкой для дозволения недозволенного, поэтому так делать не годится. Разъяснение того, что было признано порицаемым в этом деле, таково: человек берёт в долг рабыню, вступает с ней в связь, как ему захочется, а затем возвращает её саму владельцу — так делать не годится и не дозволено, и знающие люди неизменно запрещали это и никому не давали в этом послабления».