Его слово (то избили его, причинив ему боль) — в риваяте Абу Кутайбы: «Меня били так, что я едва не умер», то есть меня избивали побоями, при которых бьющему было безразлично, если бы я от них умер.
Его слово (и они отступили от меня) — то есть удержались.
Его слово (и Аббас склонился над ним) — в риваяте Абу Кутайбы: «И сказал подобно тому, что сказал накануне». В хадисе есть указание на прекрасную находчивость Аббаса и остроту его понимания, поскольку он сумел освободить его от них, устрашив их тем, что его народ будет им мстить, перерезав пути их торговли, а их жизнь зависела от торговли, поэтому они поспешили удержаться от него. В хадисе также содержится указание на то, что принятие ислама Абу Зарром произошло довольно давно, однако по всей видимости это случилось спустя долгое время после начала пророческой миссии, судя по содержащемуся в нём рассказу от Али, как мы упоминали ранее, а также судя по его же словам в риваяте Абдуллаха ибн ас-Самита: «Мне была указана земля с пальмами», что даёт понять, что это произошло близко к хиджре. И Аллах знает лучше.
34 — Глава: принятие ислама Саидом ибн Зайдом (да будет доволен им Аллах)
3862 — Передал нам Кутайба ибн Саид: передал нам Суфьян от Исмаила от Кайса, который сказал: «Я слышал, как Саид ибн Зайд ибн Амр ибн Нуфайль говорил в мечети Куфы: «Клянусь Аллахом, я видел себя связанным Умаром за ислам ещё до того, как Умар принял ислам, и если бы гора Ухуд рассыпалась из-за того, что вы сделали с Усманом, то это было бы заслуженно»».
[Хадис 3862 — обе его части встречаются в: 6942, 3867]
Его слово (глава: принятие ислама Саидом ибн Зайдом) — то есть ибн Амром ибн Нуфайлем; об его отце уже упоминалось ранее, и что он был сыном двоюродного брата Умара ибн аль-Хаттаба.
Его слово (передал нам Суфьян) — это Ибн Уяйна, а Исмаил — это Ибн Абу Халид, а Кайс — это Ибн Абу Хазим.
Его слово (я видел себя) — с даммой на второй букве, а смысл: «я увидел себя самого». (И Умар связывал меня за ислам) — то есть связывал его по причине его принятия ислама, унижая его и вынуждая отречься от ислама. Аль-Кирмани сказал относительно смысла этого: «он утверждал меня в исламе и направлял меня». Так он сказал, но, кажется, он забыл о его словах здесь: «до того как принял ислам [сам Умар]», ведь утверждение в исламе от неверующего, который ещё не решился принять ислам, весьма далеко от истины, к тому же это противоречит действительности. Далее будет в книге о принуждении, глава о том, кто предпочёл побои, смерть и унижение неверию. И, кажется, причина этого в том, что он был мужем Фатимы бинт аль-Хаттаб, сестры Умара, и поэтому в конце главы о принятии ислама Умаром сказано: «Я видел себя связанным Умаром за ислам, меня и его сестру», и принятие ислама Умаром было позже принятия ислама его сестрой и её мужем, ибо первой причиной, побудившей его войти в ислам, было то, что он услышал в её доме из Корана, в длинной истории, которую упомянул ад-Даракутни и другие.
Его слово (и если бы гора Ухуд рассыпалась) — то есть сдвинулась со своего места; в грядущем риваяте — «обрушилась» (с буквами «нун» и «каф» вместо «ра» и «фа»), то есть упала, и Ибн ат-Тин утверждал, что это наиболее предпочтительный из риваятов, а в риваяте аль-Кушмихани — с буквами «нун» и «фа», что имеет тот же смысл, что и первое.
Его слово (то это было бы) — в грядущем риваяте: «то это было бы заслуженным, чтобы обрушиться», а в риваяте аль-Исмаили: «то это было бы уместным», то есть обязательным. Говорят: «тебе следует сделать то-то» и «ты достоин это сделать», а сказал это Саид из-за тяжести убийства Усмана, и это взято из слов Всевышнего: «Небеса готовы разверзнуться, земля готова расколоться, а горы готовы рассыпаться в прах от того, что они (многобожники) приписали Милостивому сына». Ибн ат-Тин сказал: «Саид сказал это в качестве примера», а ад-Дауди сказал: «смысл в том, что если бы племена пришли в движение и потребовали кровной мести за Усмана, это было бы для них уместно», и это далеко от правильного толкования.