Ибн ат-Тин сказал: под проклятием в этом хадисе подразумеваются те мужчины, которые уподобляются женщинам во внешнем облике, и те женщины, которые уподобляются мужчинам таким же образом. Что же касается тех, кто дошёл в уподоблении мужчин женщинам до того, что с ним совершают действие через задний проход, и тех женщин, которые дошли в уподоблении мужчинам до того, что предаются взаимному сношению с другими женщинами (сухк), то порицание и наказание для этих двух разрядов гораздо суровее, чем для тех, кто не дошёл до этого. Он сказал: а повеление изгонять из домов тех, кто занимается этим, как указано в следующей главе, дано для того, чтобы дело уподобления не привело к совершению этого мерзкого деяния.
Шейх Абу Мухаммад ибн Абу Джамра, да принесёт Аллах пользу через него, сказал — в кратком изложении: внешний смысл выражения указывает на запрет уподобления во всём, однако из других доказательств известно, что имеется в виду уподобление во внешнем облике, некоторых чертах, движениях и тому подобном, а не уподобление в делах добра. Он также сказал: проклятие, исходящее от Пророка ﷺ, бывает двух видов: один — когда им подразумевается запрет от того, из-за чего было произнесено проклятие, и это опасно, ибо проклятие является одним из признаков тяжких грехов; другой — когда оно произносится в состоянии стеснённости (гнева), и это не опасно, более того, оно является милостью в отношении того, кого прокляли, при условии, что тот, кого прокляли, не заслуживает этого, как это установлено в хадисе Ибн Аббаса у Муслима. Он сказал: мудрость в проклятии того, кто уподобляется, состоит в том, что он выводит вещь за пределы того облика, который придал ей Мудрейший из мудрых. На это указано в проклятии наращивающих волосы словами его «изменяющие творение Аллаха».
Его слово («последовал за ним Амр, сказав: сообщил нам Шу‘ба») — то есть с упомянутым иснадом. Этот риваят передал в непрерывном виде Абу Ну‘айм в «Мустахрадже» через путь Юсуфа-судьи, который сказал: рассказал нам Амр ибн Марзук с ним же. Из этого хадиса выведено доказательство того, что мужчине запрещено носить одежду, украшенную жемчугом, и это ясно, поскольку присутствуют признаки запрещённости — проклятие того, кто совершил это. Что же касается слов аш-Шафи‘и: «Я не считаю порицаемым для мужчины ношение жемчуга, кроме как потому, что это относится к облику женщин», — то это не противоречит сказанному, ибо он имел в виду, что не пришло конкретного текста о запрете именно этого.
62 — Глава об изгнании из домов уподобляющихся женщинам
5886 — Рассказал нам Му‘аз ибн Фадала, рассказал нам Хишам, от Йахйи, от Икримы, от Ибн Аббаса, который сказал: Пророк ﷺ проклял мужеподобных мужчин (муханнасин) и женоподобных женщин (мутараджжилят) и сказал: «Изгоняйте их из ваших домов». Он сказал: и Пророк ﷺ изгнал такого-то, и Умар изгнал такого-то.
5887 — Рассказал нам Малик ибн Исма‘ил, рассказал нам Зухайр, рассказал нам Хишам ибн Урва, что Урва сообщил ему, что Зайнаб бинт Абу Салама сообщила ему, что Умм Салама сообщила ей, что Пророк ﷺ находился у неё, а в доме был муханнас (мужеподобный), и он сказал Абдуллаху, брату Умм Саламы: «О Абдуллах, если Аллах откроет вам завтра Таиф, то я укажу тебе на дочь Гайлана, ибо она обращена вперёд четырьмя (складками) и назад восемью». Тогда Пророк ﷺ сказал: «Пусть эти не входят к вам». Абу Абдуллах (аль-Бухари) сказал: «обращена вперёд четырьмя и назад» — то есть четырьмя складками её живота, которыми она обращена вперёд; а его слово «и назад восемью» — то есть краями этих четырёх складок, поскольку они охватывают оба бока, пока не соединяются. И он сказал «восемью» (саманин), а не «восемью» (саманийатин), потому что единственное число от «края» (атраф) — слово мужского рода (тараф), ведь он не сказал «восемь краёв» (саманийата атраф).
Его слово («Глава об изгнании из домов уподобляющихся женщинам») — так у большинства, а у ан-Насафи: «Глава об их изгнании», и так же у аль-Исма‘или и Абу Ну‘айма.
Его слово («рассказал нам Хишам») — это ад-Дастава’и; («от Йахйи») — это Ибн Абу Касир. Этот хадис вывел Абу Дауд ат-Тайалиси в своём «Муснаде» от Шу‘бы и Хишама вместе, от Катады, от Икримы. И, по-видимому, Абу Дауд отнёс риваят Хишама к риваяту Шу‘бы, поскольку риваят Шу‘бы от Катады передан тем текстом, который упомянут в предыдущей главе, а риваят Хишама от Йахйи передан именно тем текстом, который приведён в этой главе. Этот хадис вывели автор (аль-Бухари) и Абу Дауд в «Сунане», оба — от Муслима ибн Ибрахима, а Ахмад вывел его от Исма‘ила ибн Улаййи, Йахйи аль-Каттана и Йазида ибн Харуна — все они от Хишама, от Йахйи ибн Абу Касира.