Ибн Баттал сказал: из этого можно извлечь, что всякий, к кому применено установленное наказание (хадд), не подлежит дополнительному порицанию и упрёку в виде осуждения и укора; это подобает лишь по отношению к тому, от кого проступок исходит до того, как дело было доведено до имама, — в целях предостережения и устрашения. Если же дело доведено до имама и наказание применено, то этого достаточно.
Я говорю: выше уже приводился запрет Пророка ﷺ поносить того, к кому было применено наказание за вино, и его слова: «Не будьте помощниками шайтана против вашего брата».
Его слово («за ним последовал Исмаил ибн Умайя, от Саида, от Абу Хурайры») — имеется в виду в матне, а не в иснаде, поскольку в нём отсутствуют слова «от его отца». Риваят Исмаила передал целиком ан-Насаи через Бишра ибн аль-Муфаддаля от Исмаила ибн Умайи, и его формулировка совпадает с формулировкой аль-Лейса, за исключением того, что в ней сказано: «а если она вернётся к прелюбодеянию, то пусть продаст её» — остальное совпадает. С аль-Лейсом в добавлении слов «от его отца» согласился Мухаммад ибн Исхак, это передали Муслим, Абу Дауд и ан-Насаи. С Исмаилом в их пропуске согласились Убайдуллах ибн Умар аль-Умари — у них всех, Айюб ибн Муса — у Муслима и ан-Насаи, а также Мухаммад ибн Аджлян и Абдуррахман ибн Исхак — у ан-Насаи.
В риваяте упомянутого Абдуррахмана от Саида встречается: «Я слышал Абу Хурайру». У Исмаила в этом иснаде есть и другой шейх: этот путь передал Мухаммад ибн Абдуррахман ибн Абу Лейля от него, от аз-Зухри, от Хумайда, от Абу Хурайры; это привёл ан-Насаи и сказал, что это ошибка, а верным является первый путь. В этом риваяте Хумайда встречается другая формулировка: он сказал: «Пришёл к Пророку ﷺ человек и сказал: «Моя невольница совершила прелюбодеяние», и выяснилось, что она действительно совершила прелюбодеяние. Он сказал: «Подвергни её бичеванию пятьюдесятью ударами»» — и далее хадис.
37 — Глава о положениях, касающихся людей писания (ахль аз-зимма), и их состоянии брачной защищённости (ихсан), если они совершили прелюбодеяние и были приведены к имаму
6840 — Передал нам Муса ибн Исмаил: передал нам Абд аль-Вахид: передал нам аш-Шайбани: «Я спросил Абдуллаха ибн Абу Авфу о забивании камнями (рджм), и он сказал: «Пророк ﷺ подвергал побиванию камнями». Я спросил: «До ниспослания суры «Свет» или после?» Он ответил: «Не знаю»». За ним последовали Али ибн Мусхир, Халид ибн Абдуллах, аль-Мухариби и Убайда ибн Хумайд — от аш-Шайбани. Некоторые из них сказали: «суры «Трапеза»», но первое достовернее.
6841 — Передал нам Исмаил ибн Абдуллах: передал мне Малик от Нафи‘, от Абдуллаха ибн Умара (да будет доволен Аллах ими обоими), что он сказал: «Иудеи пришли к Посланнику Аллаха ﷺ и сообщили ему, что мужчина и женщина из их числа совершили прелюбодеяние. Посланник Аллаха ﷺ сказал им: «Что вы находите в Торе относительно побивания камнями?» Они сказали: «Мы их позорим, и их бичуют». Абдуллах ибн Салям сказал: «Вы солгали, в ней есть побивание камнями». Они принесли Тору и развернули её, и один из них положил руку на аят о побивании камнями и стал читать то, что до и после него. Тогда Абдуллах ибн Салям сказал ему: «Подними руку». Он поднял руку, и там оказался аят о побивании камнями. Они сказали: «Ты сказал правду, о Мухаммад, в ней есть аят о побивании камнями». Тогда Посланник Аллаха ﷺ велел их обоих подвергнуть побиванию камнями, и я видел, как мужчина склонялся над женщиной, защищая её от камней»
Его слово («Глава о положениях, касающихся людей писания») — то есть иудеев, христиан и всех прочих, с кого взимается джизья.
Его слово («и их состоянии брачной защищённости, если они совершили прелюбодеяние») — то есть в противовес тем, кто утверждал, что одним из условий брачной защищённости (ихсан) является ислам.
Его слово («и были приведены к имаму») — то есть независимо от того, пришли ли они сами к судье мусульман, чтобы он рассудил их, или же их привёл к нему кто-то другой, посягнувший на них, — в противовес тем, кто ограничивал это первым вариантом, как ханафиты. Я подробно остановлюсь на этом далее. В этой главе он привёл два хадиса:
Первый хадис:
Его слово («Абд аль-Вахид») — это Ибн Зияд, а аш-Шайбани — это Абу Исхак Сулейман.
Его слово («о забивании камнями») — то есть о побивании камнями того, относительно кого установлено, что он совершил прелюбодеяние, находясь в состоянии брачной защищённости.
Его слово («он сказал: «Пророк ﷺ подвергал побиванию камнями»») — так это передано без уточнения.
Аль-Кирмани сказал: соответствие этого заголовку главы состоит именно в этой неопределённости. Я говорю: то, что мне представляется очевидным, — что он поступил по своему обычаю, указывая на то, что встречается в некоторых путях передачи этого хадиса, а именно на то, что передали Ахмад, аль-Исмаили и ат-Табарани через Хушайма от аш-Шайбани, который сказал: «Я спросил: «Подвергал ли Пророк ﷺ побиванию камнями?» Он ответил: «Да, он подверг побиванию камнями иудея и иудейку»». Изложение Ахмада является сокращённым.
Его слово («до «Света»?») — то есть до ниспослания суры «Свет»; под предшествованием подразумевается ниспослание.
Его слово («или после») — в риваяте аль-Кушмихани: «или после него».
Его слово («Не знаю») — в этом содержится указание на то, что даже выдающийся сподвижник может не знать некоторых очевидных вещей, и что ответ достойного человека словами «не знаю» не является для него недостатком, но напротив, свидетельствует о его осторожности и осмотрительности, за что его следует хвалить.
Его слово («за ним последовал Али ибн Мусхир») — я говорю: этот путь целиком передал Ибн Абу Шайба от него, от аш-Шайбани, который сказал: «Я спросил Абдуллаха ибн Абу Авфу», и далее подобное этому, с формулировкой: «Я спросил: после суры «Свет»?»
Его слово («и Халид ибн Абдуллах») — то есть ат-Таххан; этот путь приводится у автора в главе о побивании камнями состоящего в браке, и его формулировка уже приводилась ранее.
Его слово («и аль-Мухариби») — имеется в виду Абдуррахман ибн Мухаммад аль-Куфи.
Его слово («и Убайда») — с фатхой в начале, а его отца звали Хумайд, с уменьшительной формой. Этот путь целиком передал аль-Исмаили через риваят Абу Саура и Ахмада ибн Мани‘, которые сказали: «Передал нам Убайда ибн Хумайд, а также Джарир — это Ибн Абдуллах, — от аш-Шайбани», с формулировкой: «Я спросил: до «Света» или после него?»
Его слово («некоторые из них сказали») — то есть некоторые из мусульман, а именно Убайда, ибо его формулировка в передаче Ахмада ибн Мани‘, а через его путь и у аль-Исмаили, такова: «Я спросил: после суры «Трапеза» или до неё?» Так же встречается в риваяте Хушайма, на который я указывал ранее.
Его слово («но первое достовернее») — то есть упоминание суры «Свет».
Я говорю: возможно, тот, кто это упомянул, предположил на основании упоминания иудея и иудейки, что имеется в виду сура «аль-Маида», поскольку в ней есть аят, ниспосланный по причине вопроса иудеев о решении относительно двух прелюбодеев из их числа.
Второй хадис. Его слово («от Нафи‘»): в «Муватта» Мухаммада ибн аль-Хасана в отдельности сказано: «рассказал нам Нафи‘» — так передал ад-Даракутни в книге «аль-Муватта’ат».
Его слово («иудеи пришли к Посланнику Аллаха ﷺ и упомянули ему, что мужчина из их числа и женщина совершили прелюбодеяние»). Ас-Сухайли передал от Ибн аль-Араби, что имя женщины было Бусра — с даммой над «ба» и сукуном над «син», — а имя мужчины не было названо.
Абу Дауд привёл причину этого через путь передачи аз-Зухри: «Я слышал одного человека из племени музайна, из тех, кто занимался знанием, — он находился у Са‘ида ибн аль-Мусаййаба, — и он рассказывал от Абу Хурайры, который сказал: один мужчина из иудеев совершил прелюбодеяние с женщиной. Тогда некоторые из них сказали друг другу: «Пойдёмте к этому пророку, ведь он был послан с облегчением. Если он даст нам решение без побивания камнями, мы примем его и будем приводить это как доказательство перед Аллахом, говоря: «Это решение одного из твоих пророков». И они пришли к Пророку ﷺ, который сидел в мечети среди своих сподвижников, и сказали: «О Абу-ль-Касим, что ты скажешь о мужчине и женщине из них, совершивших прелюбодеяние?»…»
Ибн аль-Араби передал от ат-Табари и ас-Са‘лаби со слов толкователей Корана, что они сказали: отправилась группа людей из бану Курайза и бану ан-Надир, среди них Ка‘б ибн аль-Ашраф, Ка‘б ибн Асад, Са‘ид ибн Амр, Малик ибн ас-Сайф, Кинана ибн Абу-ль-Хукайк, Шас ибн Кайс и Юсуф ибн Азура, и они спросили Пророка ﷺ. А до этого мужчина и женщина из знатных людей Хайбара совершили прелюбодеяние, и имя женщины было Бусра. Хайбар тогда находился в состоянии войны. Он сказал им: «Спросите его». Тогда Джибриль сошёл к Пророку ﷺ и сказал: «Поставь между собой и ними Ибн Сурию». Далее рассказ приводится подробно.
А в изложении ат-Табари через упомянутый путь передачи аз-Зухри говорится: раввины иудеев собрались в доме учения, а перед этим мужчина из их числа, будучи уже состоявшим в браке, совершил прелюбодеяние с женщиной из их числа, которая также была замужней. Далее приводится рассказ, в котором сказано: «Он сказал: «Идите к Абдуллаху ибн Сурии Кривому»».
Ибн Исхак сказал: говорят, что вместе с ним они вывели также Абу Ясира ибн Ахтаба и Вахба ибн Йахуду. Тогда Пророк ﷺ остался наедине с Ибн Сурией. Далее приводится хадис.
У Муслима в хадисе аль-Бара’а сказано: мимо Пророка ﷺ провели иудея, вымазанного сажей и подвергнутого бичеванию. Он позвал их и спросил: «Таково ли вы находите наказание за прелюбодеяние в вашей Книге?» Они ответили: «Да».
Это противоречит первому изложению в том отношении, что там они начали с вопроса до применения наказания, а здесь они применили наказание до вопроса.
Можно примирить эти сведения, предположив множественность случаев: те, кто спрашивал о двух прелюбодеях, были не те же, кого подвергли бичеванию. Также возможно, что они поспешили и подвергли его бичеванию, а затем им пришло на ум спросить, и случайно совпало так, что во время их вопроса об этом мимо провели подвергнутого бичеванию, и Пророк ﷺ велел им привести обоих, и произошло то, что произошло. А знание — у Аллаха.
Подтверждает это примирение то, что передано у ат-Табарани в хадисе Ибн Аббаса: группа иудеев пришла к Пророку ﷺ, и с ними была женщина, и они сказали: «О Мухаммад, что было ниспослано тебе о прелюбодеянии?» Отсюда следует, что они подвергли мужчину бичеванию, а затем им пришло на ум спросить о решении, и они привели женщину и рассказали историю вместе с вопросом. В риваяте Убайдуллаха аль-Умари от Нафи‘ от Ибн Умара сказано, что к Пророку ﷺ были приведены иудей и иудейка, совершившие прелюбодеяние. Подобное же есть в упомянутом ранее риваяте Абдуллаха ибн Динара от Ибн Умара, где употреблено слово «совершили новое (деяние)». А в хадисе Абдуллаха ибн аль-Хариса у аль-Баззара сказано: иудеи привели двух иудеев, совершивших прелюбодеяние, будучи уже состоящими в браке.
Его слово («что вы находите в Торе относительно побивания камнями?»). Аль-Баджи сказал: возможно, что он [Пророк ﷺ] знал через откровение, что решение о побивании камнями в ней утверждено согласно тому, что было предписано, и не подверглось изменению. А возможно, что он узнал об этом через сообщение Абдуллаха ибн Салама и других, принявших ислам из их числа, таким образом, что у него возникло знание о достоверности их передачи. А возможно, что он спросил их об этом лишь для того, чтобы узнать, что у них есть по этому поводу, а затем узнать истинность этого от Аллаха Всевышнего.
Его слово («они сказали: мы их опозорим») — с фатхой над первой и третьей буквами, от слова «позор».
Его слово («и их подвергают бичеванию»). Разъяснение опозоривания приводится в риваяте Аюба от Нафи‘, который придёт далее в книге «ат-Таухид», в такой формулировке: они сказали: «Мы вычерним их лица и обесчестим их». А в риваяте Абдуллаха ибн Умара сказано: они сказали: «Мы чёрним их лица, вымазываем их сажей, разворачиваем их лица в разные стороны, и их проводят по кругу». А в риваяте Абдуллаха ибн Динара сказано: что наши раввины ввели вымазывание лица сажей и «тадждибат-и-таджбих».
В хадисе Абу Хурайры сказано: его вымазывают сажей, подвергают «таджбиху» и бичуют. А «таджбих» — это когда двух прелюбодеев сажают на осла спинами друг к другу и проводят их по кругу. Ранее в главе о побивании камнями на площади уже было передано от Ибрахима аль-Харби, что он определённо утверждал, что толкование слова «таджбих» принадлежит аз-Зухри, и оно, как бы, было вставлено в текст сообщения, поскольку основа хадиса — из его передачи.
Аль-Мунзири сказал: похоже, что основа этого слова — с хамзой, и это «таджби’а», что означает удержание и одёргивание. Говорят: «джабба’туху таджби’ан», то есть «я его одёрнул». А «таджбих» — это когда голову опускают вниз. Возможно, что тот, с кем это делали, опускал голову от стыда, и потому это действие назвали «таджбих». А возможно, что это происходит от слова «джабх», означающего встречу с неприятным, и первоначально оно связано с попаданием в лоб. Говорят: «джабахтуху», если попал ему в лоб, подобно «ра’астуху», если попал ему в голову.
Аль-Баджи сказал: явствует из ответа, что они [иудеи] намеревались исказить решение Торы и солгать на Пророка ﷺ — либо надеясь, что он вынесет решение не по тому, что ниспослал Аллах, либо потому, что, обращаясь к нему за решением, стремились облегчить участь двух прелюбодеев и полагали, что это освободит их от обязанности, возложенной на них [Торой], либо намеревались испытать его дело, поскольку установлено, что пророк не подтверждает ложь. И по содействию Аллаха Своему Пророку обнаружилась их ложь и его правдивость, и хвала Аллаху.
Его слово: («Абдуллах ибн Салям сказал: вы солгали, поистине в ней [Торе] есть побивание камнями») — в риваяте Айюба и Убайдуллаха ибн Умара сказано: он сказал: «принесите Тору», сказал: «прочтите её, если вы правдивы».
Его слово: («и они принесли») — в форме глагола прошедшего времени; в риваяте Айюба: «и они пришли». Убайдуллах ибн Умар добавил: «с ней, и прочитали её», а в риваяте Зайда ибн Аслама: «и он принёс её и снял с себя подушку, и положил на неё Тору, затем сказал: «я уверовал в тебя и в Того, кто ниспослал тебя»». А в хадисе аль-Бара у Муслима: «и он призвал одного из их учёных мужей и сказал: заклинаю тебя Аллахом и Тем, кто ниспослал её [Тору]».
А в хадисе Джабира у Абу Дауда сказано: он сказал: «приведите мне двух самых сведущих из вас», и был приведён Ибн Сурия. Ат-Табари добавил в хадисе Ибн Аббаса: «приведите мне двух мужей из учёных сынов Исраиля», и привели ему двух мужей, один из которых был молод, а другой — старец, у которого от старости брови нависли на глаза.
У Ибн Абу Хатима от Муджахида [передано], что иудеи спросили у Посланника Аллаха ﷺ фетву о двух прелюбодеях, и он вынес фетву о побивании камнями, но они отвергли это. Тогда он велел им привести их раввинов и заклинал их, и они утаили [истину], кроме одного из младших среди них, кривого на один глаз, который сказал: «они солгали тебе, о Посланник Аллаха, о том, что в Торе».
Его слово: («и они принесли Тору, развернули её, и один из них положил свою руку на аят о побивании камнями, и прочитал то, что перед ним, и то, что после него») — подобное этому в риваяте Абдуллаха ибн Динара. А в риваяте Убайдуллаха ибн Умара: «юноша, который читал, положил свою руку на аят о побивании камнями и прочитал то, что перед ним и что после него». А в риваяте Айюба: «они сказали одному человеку, которым они были довольны: «о кривой, читай», и он прочитал, пока не дошёл до места в ней, и положил на него руку». Имя этого человека — Абдуллах ибн Сурия, как было указано ранее. У ан-Наккаша в его тафсире встречается, что тот принял ислам, однако Макки упомянул в своём тафсире, что он отступил от ислама после того, как принял его; так же передал аль-Куртуби. Затем я нашёл у ат-Табари с тем же иснадом, что и в предыдущем хадисе, что когда Пророк ﷺ заклинал его, тот сказал: «о Посланник Аллаха, они ведь знают, что ты — посланный пророк, но завидуют тебе». И в конце хадиса сказано: «затем Ибн Сурия впал в неверие после этого, и о нём было ниспослано: «О Посланник! Пусть не печалят тебя те, кто спешит к неверию»» — до конца аята.
Его слово: («и Абдуллах ибн Салям сказал ему: подними свою руку, и он поднял руку, и вот в ней аят о побивании камнями») — в риваяте Абдуллаха ибн Динара: «и вот аят о побивании камнями под его рукой».
А в хадисе аль-Бара сказано: «предписанное наказание для него — побивание камнями, но оно стало часто применяться среди наших знатных людей, так что когда мы брали знатного, то оставляли его [без наказания], а когда брали простолюдина, то применяли к нему наказание. И мы сказали: «давайте соберёмся на чём-то одном, что будем применять и к знатному, и к простолюдину», и мы сделали чернение лица и бичевание вместо побивания камнями». Разъяснение того, что в Торе относительно аята о побивании камнями, приводится в риваяте Абу Хурайры: «женатый мужчина и замужняя женщина, если они совершат прелюбодеяние и против них будет установлено свидетельство, побиваются камнями, а если женщина беременна, то с ней выжидают, пока она не разрешится тем, что у неё во чреве».
А в хадисе Джабира у Абу Дауда: они сказали: «мы находим в Торе, что если четверо засвидетельствуют, что видели его орудие в её срамном месте подобно палочке в футляре для сурьмы, то оба побиваются камнями». Аль-Баззар добавил в этой передаче: «а если они находят мужчину с женщиной в доме, или в её одежде, или на её животе, то это подозрение, и за это полагается наказание». Он сказал: «что же помешало вам побить их камнями?» Они сказали: «наша власть ушла, и мы не желали убийства».
А в хадисе Абу Хурайры: «что же было первым, в чём вы облегчили повеление Аллаха?» Он сказал: «совершил прелюбодеяние родственник царя, и побивание камнями было отложено для него; затем совершил прелюбодеяние знатный муж, и они хотели побить его камнями, но его люди воспрепятствовали этому и сказали: «начни со своего товарища [царского родственника]», и они сговорились на этом наказании [бичевании и чернении лица]». А в хадисе Ибн Аббаса у ат-Табарани: «мы были молоды, и среди наших женщин была красота лица, и это [прелюбодеяние] умножилось среди нас, и наказание не применялось к нему, и мы стали бичевать». И Аллах знает лучше.
Его слово: («и Посланник Аллаха ﷺ приказал в отношении них обоих, и они были побиты камнями») — в хадисе Абу Хурайры добавлено: «и сказал Пророк ﷺ: «поистине, я выношу решение по тому, что в Торе»». А в хадисе аль-Бара: «о Аллах, поистине я первый, кто оживил Твоё повеление, после того как они умертвили его». А в хадисе Джабира встречается ещё добавление: «и Посланник Аллаха ﷺ призвал свидетелей, и пришли четверо и засвидетельствовали, что видели его орудие в её срамном месте подобно палочке в футляре для сурьмы, и он приказал в отношении них обоих, и они были побиты камнями».
Его слово: («и я видел этого человека наклоняющегося») — так в риваяте Абу Зарра от ас-Сарахси: с несогласованной буквой «ха», после которой «нун» с огласовкой «касра», затем спокойная точечная буква. А от аль-Мустамли и аль-Кушмихани — с «джим» и «нун» с огласовкой «фатха», затем «хамза», и это то, что Ибн Дакык аль-Ид назвал предпочтительным в риваяте. А в риваяте Айюба: «юджани» с огласовкой «дамма» в начале и «джим» с «хамзой». А Ибн Абд аль-Барр сказал: в риваяте Яхьи ибн Яхьи, как и у ас-Сарахси, встречается [то же самое], и правильно — «яхни», то есть «наклоняется».
Итого различий в огласовке этого слова, дошедших до нас, — десять вариантов.
Первое, второе и третье [имя]: с даммой над первой буквой, с «джим» и кясрой над «нун», и с хамзой. Четвёртое: подобно первому, но с точечной буквой вместо «нун». Пятое: подобно второму, но с «вав» вместо буквы «я». Шестое: подобно первому, но с «джим». Седьмое: с даммой над первой буквой, фатхой над несоединённой буквой и удвоением «нун». Восьмое: «юджани» с «нун». Девятое: подобно ему, но с «ха». Десятое: подобно ему, но с «фа» вместо «нун», а также с «джим».
Я видел в «Зухриййат» аз-Зухли, почерком ад-Дийа, в этом хадисе по пути Ма‘мара от аз-Зухри: «юджафи» — с «джим» и «фа» без хамзы, а над «фа» стоит [пометка] «сахх, сахх».
Его слово (يقيها — «оберегает её») — с фатхой над первой буквой, затем «каф»; это пояснение к его слову (يحني — «склоняется»). В риваяте Убайдуллаха ибн Умара [сказано]: «Я видел, как он оберегал её от камней своим телом». А у Ибн Маджаха в этом же изводе: «закрывал её [собой]». А в хадисе Ибн Аббаса у ат-Табарани: «Когда он почувствовал прикосновение камней, он поднялся над своей спутницей, склоняясь над ней, оберегая её от камней, пока оба не были убиты вместе». Так Аллах устроил для Своего Посланника подтверждение того, что оба они совершили прелюбодеяние.
Среди пользы этого хадиса — обязательность применения наказания (хадд) к неверному, находящемуся под покровительством (зимми), если он совершит прелюбодеяние; это мнение большинства учёных. Однако у шафиитов на этот счёт есть разногласие. Ибн Абд аль-Барр допустил здесь оплошность, передав как согласованное мнение то, что условием мухсанства (обязывающего наказание в виде забивания камнями) является ислам. Ему возразили тем, что шафииты и Ахмад не ставят такого условия, и их мнение подтверждается явным указанием на то, что оба иудея, которых забили камнями, были мухсанами, как об этом было передано ранее. Маликиты, большинство ханафитов и Раби‘а, шейх Малика, говорили: условием мухсанства является ислам.
Они ответили на хадис данной главы тем, что Пророк ﷺ забил их камнями лишь по решению Торы, а не по какому-либо положению ислама; это было лишь исполнением над ними того решения, что содержится в их писании, ведь в Торе предписано забивание камнями и для состоящего, и для не состоящего в браке. Они сказали: это произошло в самом начале прибытия Пророка ﷺ в Медину, когда ему было велено следовать решению Торы и применять его, пока это не будет отменено в его шариате. Поэтому он забил камнями обоих иудеев согласно этому решению. Затем это было отменено словами Всевышнего: «А тех из ваших женщин, которые совершат прелюбодеяние, — призовите против них в свидетели четверых из вас...» до слов «...или пока Аллах не устроит для них иной путь». Затем это было отменено разделением между состоящим и не состоящим в браке, как было сказано ранее. Конец [цитаты].
В утверждении о том, что забивание камнями применялось и к не состоящему в браке, есть сомнение — из-за того, что было передано ранее из риваята ат-Табари и других.
Малик сказал: он забил камнями обоих иудеев только потому, что у иудеев в те времена не было договора о покровительстве (зимма), и они сами обратились к нему за судом. Ат-Тахави возразил ему тем, что если бы это не было обязательным, он бы этого не сделал. Он сказал: если он применяет наказание к тому, у кого нет договора о покровительстве, то тем более уместно применить его к тому, у кого такой договор есть.
Аль-Мазари сказал: на ответ Малика можно возразить тем, что он забил камнями и женщину, хотя сам он говорит, что женщину не убивают [в подобных случаях], — если только не ответить, что это было до запрета убивать женщин [на войне]. Аль-Куртуби подтвердил, что оба они были воюющими (харбиййан), опираясь на то, что передал ат-Табари, как было сказано ранее, но в этом нет доказательства, поскольку [цепочка] прерванная. Аль-Куртуби сказал: смущает это то, что их приход с вопросом обязывает для них договор [о безопасности], подобно тому как если бы они вошли с какой-либо целью — торговлей, посланничеством или подобным этому, — ведь тогда они находятся в безопасности до тех пор, пока не будут возвращены в место своей безопасности.
Я говорю: от этого нет выхода, кроме как сказать, что спрашивавший об этом деле не был участником самого происшествия.
Ан-Навави сказал: утверждение о том, что оба они были воюющими, ложно; напротив, они принадлежали к людям договора. Так он сказал. И некоторые маликиты признали, что они принадлежали к людям договора, и обосновали это тем, что судья вправе выбирать, когда к нему обращаются за судом люди, находящиеся под покровительством: судить между ними по решению Аллаха или отвернуться от них, следуя явному смыслу аята. И Пророк ﷺ в этом случае выбрал судить между ними. На это возразили тем, что это не согласуется с мазхабом Малика, поскольку у него условием мухсанства является ислам, а оба они были неверными. Ибн аль-Араби разрешил это тем, что они выступали перед ним как обратившиеся за судом внешне, но в действительности испытывали его — истинный ли он пророк или снисходителен в отношении истины. Однако это не разрешает затруднения и не избавляет от возражения.
Затем Ибн аль-Араби сказал: в хадисе [указано], что ислам не является условием мухсанства. А ответ, что он забил их камнями лишь для установления довода против иудеев в том, что они сами обратились к суду по решению Торы, вызывает сомнение, ибо как он может устанавливать против них довод тем, что сам не считает истинным в своём шариате, при том что сказано: «Суди между ними по тому, что ниспослал Аллах»? Он сказал: и был дан ответ, что ход самого рассказа требует именно того, что мы сказали, и поэтому он потребовал их свидетелей, чтобы установить против них довод из их же собственных [показаний]. И далее он сказал: истина достойнее того, чтобы за ней следовать, и если бы они пришли ко мне [сегодня], я бы вынес против них решение о забивании камнями и не считал бы ислам условием мухсанства.
Ибн Абд аль-Барр сказал: наказание за прелюбодеяние — это одно из прав Аллаха, и на правителе лежит обязанность его исполнения. У иудеев был свой судья, и именно он вынес решение относительно этих двоих. Слова же некоторых, что оба прелюбодея сами избрали его третейским судьёй — утверждение отвергаемое. Возражают тем, что третейское разбирательство возможно лишь в отношении того, кто не является правителем, что же касается Пророка ﷺ, то его решение было вынесено на основании власти, а не на основании третейского разбирательства. Ханафиты же ответили относительно побивания камнями двух иудеев тем, что это произошло по решению Торы, но аль-Хаттаби отверг это, поскольку Аллах сказал: «и суди между ними по тому, что ниспослал Аллах». А люди пришли к нему именно с вопросом о решении по этому делу у него самого, как указывает на это упомянутый риваят, и он указал им на то, что они скрыли из решения Торы. И невозможно, чтобы решение ислама у него по этому вопросу противоречило этому, ведь недопустимо выносить решение по отменённому положению. Это указывает на то, что он вынес решение именно по отменяющему установлению.
Что же касается его слов в хадисе Абу Хурайры «поистине, я сужу по тому, что в Торе», то в его иснаде есть неизвестный человек, и, кроме того, даже если бы это было достоверно установлено, смысл этого был бы в установлении довода против них, что согласуется с его шариатом. Я говорю: это подтверждается тем, что побивание камнями было ниспослано отменяющим бичевание, как это уже было изложено ранее, и никто не сказал, что побивание камнями было узаконено, затем отменено бичеванием, затем бичевание было отменено побиванием камнями. И раз решение о побивании камнями остаётся действующим с момента его узаконения, то он вынес им решение о побивании камнями не просто по решению Торы, а по своему шариату, в котором сохранилось решение Торы, поскольку не установлено, что они изменили его среди того, что изменили.
Что же касается упомянутого ранее — что Пророк ﷺ побил их камнями сразу по прибытии в Медину, исходя из слов в некоторых путях передачи этого повествования: «когда Пророк ﷺ прибыл в Медину, к нему пришли иудеи», — то ответ таков: из этого не следует немедленность события. В некоторых достоверных путях передачи, как уже упоминалось, сказано, что они обратились к нему за судом, когда он находился в мечети среди своих сподвижников, а строительство мечети было завершено лишь спустя некоторое время после его прибытия ﷺ в Медину, так что довод о немедленности отпадает.
Кроме того, в хадисе Абдуллаха ибн аль-Хариса ибн Джуз'а сказано, что он присутствовал при этом, а Абдуллах прибыл вместе со своим отцом, приняв ислам, лишь после завоевания Мекки. Также уже приводился хадис Ибн Аббаса, в котором есть указание на то, что он был свидетелем этого события.
В этом хадисе содержится указание на то, что женщина, когда над ней исполняется наказание, должна сидеть — так на это указывал ат-Тахави.
Уже упоминалось ранее, что учёные разошлись во мнениях относительно того, следует ли рыть яму для побиваемой камнями женщины. Те, кто считает, что для неё роют яму, полагают, что в большинстве случаев она будет сидеть в этой яме. А их разногласие относительно того, исполняется ли наказание над ней сидя или стоя, касается именно бичевания. Поэтому в использовании образа бичевания как довода относительно образа побивания камнями есть очевидная натянутость.
В этом хадисе также содержится указание на принятие свидетельства иноверцев, живущих под покровительством мусульман (ахль аз-зимма), друг против друга. Ибн аль-Араби утверждал, что смысл слов в хадисе Джабира «и он призвал свидетелей» означает свидетелей-мусульман об их признании, а слова «и он побил их камнями по свидетельству свидетелей» означают доказательство их признания. Но это толкование отвергается словами в том же самом хадисе: «они видели, как его половой орган входил в её половой орган подобно палочке в баночку для сурьмы», что является прямым указанием на то, что свидетельство было основано на непосредственном наблюдении, а не на признании.
Аль-Куртуби сказал: большинство учёных считают, что свидетельство неверующего не принимается ни против мусульманина, ни против неверующего, ни в деле о наказании, ни в чём-либо ином, и в этом нет разницы между пребыванием в пути и оседлостью. А группа последователей сподвижников и некоторые факыхи принимали их свидетельство при отсутствии мусульманина. Ахмад же сделал исключение для положения в пути при отсутствии мусульманина. Аль-Куртуби ответил от имени большинства относительно случая с иудеями тем, что Пророк ﷺ применил к ним то, что, как он знал, было решением Торы, и обязал их следовать этому, чтобы разоблачить искажение ими своего писания и изменение его решения, — либо же это было特ое положение, касающееся именно этого случая, как он сказал. Второе мнение отвергается. Ан-Навави сказал: очевидно, что он побил их камнями на основании признания, и если достоверен хадис Джабира, то, возможно, свидетели были мусульманами, а иначе их свидетельство не имеет значения, и определённо признаётся, что они оба признались в прелюбодеянии.
Я говорю: не установлено, что они были мусульманами, и возможно, что свидетели сообщили об этом по просьбе остальных иудеев, и Пророк ﷺ услышал их слова и не вынес решения относительно них иначе как опираясь на то, что открыл ему Всевышний Аллах, вынеся решение по этому делу посредством откровения и обязав их довод между собой, как сказал Всевышний: «и засвидетельствовал свидетель из её семьи», и что их свидетели свидетельствовали против них перед их учёными-раввинами о том, что было упомянуто. Когда же они передали это дело Пророку ﷺ, он выяснил обстоятельства дела в точности, и каждый из передатчиков, кто присутствовал при этом, рассказал то, что запомнил из этого, и опорой для решения Пророка ﷺ не было ничего, кроме того, что открыл ему Аллах.
Некоторые из маликитов приводили этот хадис в качестве довода на то, что подвергаемый бичеванию мужчина бичуется стоя, а женщина — сидя, опираясь на слова Ибн Умара: «я видел, как мужчина заслонял её от камней», что указывает на то, что он стоял, а она сидела. Но это возражается тем, что это — частный случай, и он не указывает на то, что стояние мужчины было по причине вынесенного относительно него решения об этом. Этим хадисом также приводили довод в пользу побивания камнями состоящего в браке — и об этом уже подробно велось рассуждение ранее, — а также в пользу ограничения только побиванием камнями без присоединения к нему бичевания. Разногласие по этому вопросу уже приводилось в отдельной главе. Также некоторые приводили этот хадис как довод, хотя было бы ближе к истине привести его как довод для противоположного, поскольку в хадисе аль-Бараа у Муслима сказано, что прелюбодей был сначала подвергнут бичеванию, а затем побит камнями, как уже упоминалось. Однако возможно разъединение этих случаев тем, что бичевание, которому он подвергся, не было по решению судьи.
В этом хадисе также содержится указание на то, что браки неверующих действительны, поскольку установление состояния состояния в браке (ихсан) является следствием установления действительности брака.
В этом также содержится указание на то, что неверующие обращены (обязаны исполнять) ответвлениями шариата, однако в выведении этого из данной истории есть натянутость (отдалённость от прямого смысла).