[٢٦٦٠] Его слово («кто солгал на меня»). Аль-Кирмани сказал: смысл выражения «солгал на него» — приписал ему лживую речь, независимо от того, было это против него или в его пользу. На этом он закончил. Аль-Кари сказал: этим отвергается притязание тех, кто дозволял сочинять хадисы для побуждения к благочестию, как это произошло с некоторыми невежественными суфиями, сочинявшими хадисы о достоинствах сур, о ночной и дневной молитве и прочем. Более очевидно, что употребление предлога «на» (على) здесь обусловлено включением в него смысла измышления. Слово «намеренно» (متعمدا) стоит в винительном падеже как обстоятельство образа действия, и это не усилительное обстоятельство, поскольку ложь может исходить и без умысла; в этом содержится указание на то, что без умысла в это (в угрозу огнём) не входит. Его слово («пусть обустроит себе место в огне») означает: пусть возьмёт себе жилище — говорят «человек обосновался (تبوّأ) в месте», когда он избрал его себе обиталищем. Это повеление, употреблённое в значении сообщения о факте, либо в значении угрозы, либо в значении насмешки, либо это мольба против совершившего такое, то есть: «пусть Аллах уготовит ему это».
Аль-Кирмани сказал: возможно, что повеление здесь в своём буквальном смысле, и смысл таков: кто солгал, пусть повелит самому себе обустроиться (в огне), и это необходимо следует за таким поступком. Так он сказал. Однако более правильным толкованием является первое, ибо Ахмад передал с достоверным иснадом от Ибн Умара с формулировкой: «ему будет построен дом в огне». Ат-Тыби сказал: здесь есть указание на смысл соответствия между умыслом в грехе и его наказанием, то есть: как он умышленно солгал, так пусть и умышленно обустраивается (в огне) в качестве возмездия за это.
Этот хадис Абдуллаха ибн Масуда также передал Ибн Маджа.
Его слово («не лгите на меня») — это общее положение, относящееся к любому виду лжи без ограничения. Смысл его: не приписывайте мне ложь. И у слова «на меня» здесь нет особого смыслового ограничения, поскольку немыслимо, чтобы солгали в его пользу, ибо запрет касается лжи вообще, безо всякого уточнения.
Некоторые невежды впали в заблуждение и сочинили хадисы о побуждении к добру и устрашении от зла, говоря нечто подобное: «мы не солгали на него, но сделали это для укрепления его шариата», не понимая, что приписывание Пророку ﷺ того, чего он не говорил, влечёт за собой ложь на самого Аллаха Всевышнего, поскольку это утверждение одного из шариатских установлений — будь то в разряде обязательного или рекомендуемого, а также противоположного им — запрещённого или нежелательного. Не принимается во внимание мнение тех из каррамитов, кто разошёлся с этим, дозволяя сочинение лжи в целях побуждения и устрашения для утверждения того, что пришло в Коране и сунне.
Они приводили в качестве доказательства, что это ложь в его пользу, а не против него, но это — невежество в арабском языке. Некоторые из них опирались на дополнение, встречающееся в некоторых путях передачи хадиса, которое не подтверждено, а именно то, что передал аль-Баззар от Ибн Масуда с формулировкой: «кто солгал на меня, чтобы ввести людей в заблуждение...» — и далее по тексту хадиса.
Разошлись во мнениях о том, доходит ли этот риваят до Пророка ﷺ (маусуль) или является прерванным (мурсаль). Ад-Даракутни и аль-Хаким отдали предпочтение мнению о его прерванности. Ад-Дарими передал его от Йаля ибн Мурры со слабым иснадом. Даже если признать его достоверность, буква «лям» здесь не указывает на причину, а указывает на исход дела, как это толкуется в словах Всевышнего: «Кто же более несправедлив, чем тот, кто измыслил на Аллаха ложь, чтобы ввести людей в заблуждение» — смысл в том, что итог его дела приводит к заблуждению. Либо это относится к упоминанию частного случая из общего положения, и тогда не следует извлекать из него особое ограничение смысла, подобно словам Всевышнего: «не поедайте лихвы, увеличивая её многократно» и «не убивайте детей своих из-за нужды», ведь упоминание убийства детей, многократного увеличения лихвы и введения в заблуждение в этих аятах служит лишь для усиления смысла запрета, а не для ограничения действия установления именно этим случаем. («войдёт в огонь») — то есть войдёт в него.
Его слово («а в этой главе также передано от Абу Бакра, Умара, Усмана и других»). Хафиз ас-Суюти в своей книге «Аль-джами' ас-сагыр» упомянул имена тех, кто передал хадисы от этих сподвижников (да будет доволен Аллах ими всеми); если желаешь ознакомиться с этим, обратись туда. Ибн аль-Джаузи сказал: этот хадис передали от Пророка ﷺ девяносто восемь сподвижников, среди них — десять (обрадованных раем), и подобное не известно ни для какого другого хадиса. Ат-Табарани передал его примерно от такого же числа передатчиков. Ибн Дихья упомянул, что он приведён по примерно четырёмстам путям передачи. А некоторые сказали, что его передали двести сподвижников, причём их формулировки близки друг другу, а смысл один. Среди этих формулировок есть и такая: «кто передаст от меня то, чего я не говорил, пусть обустроит себе место в огне».
Учёные сказали: это одна из наиболее трудных и тяжёлых формулировок хадиса, поскольку она охватывает и того, кто ошибся в переписывании, и того, кто допустил грамматическую ошибку, и того, кто искажённо передал текст.
Ибн ас-Салах сказал: в его степени среди достоверно переданных многими путями (мутаватир) хадисов нет другого, равного ему.
Его слово («и аль-Мунка‘»). В некоторых списках — «аль-Мукна‘», с перестановкой буквы «каф» перед «нун».
На полях экземпляра «Ахмадийя» сказано: аль-Мунка‘ упомянут Ибн Саадом в «Табакат» жителей Басры среди сподвижников, где сказано: аль-Мунка‘ ибн Хусайн ибн Язид, и он видел Пророка ﷺ; трое учёных упомянули его среди сподвижников, как записано почерком нашего шейха.
Ибн Абд аль-Барр сказал: (правильно) «аль-Малфа‘» с буквами «лям» и «фа», и это Ибн аль-Хусайн ибн Язид ибн Шабиб ат-Тамими ас-Саади; также говорят о нём «аль-Мунка‘» с «нун» и «каф», и Аллах знает лучше. Абу Хатим ар-Рази сказал: аль-Мунка‘ был сподвижником. На этом закончено. Я видел в некоторых полях написание «аль-Мунакка‘» с усилением («шадда»), но верным считается облегчённое произношение; это отмечено на полях достоверного экземпляра, переписанного от арабов. На этом заканчивается то, что сказано на полях экземпляра «Ахмадийя».
Его слово («хадис Али ибн Абу Талиба — хадис хороший, достоверный»). Его передали аль-Бухари, Муслим, ан-Насаи и Ибн Маджа.