614 - мне передал Ибн Айяш: нам передал Шуайб ибн Абу Хамза, от Мухаммада ибн аль-Мункадира, от Джабира ибн Абдуллаха, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто скажет, услышав призыв [к молитве]: «о Аллах, Господь этого совершенного призыва и предстоящей молитвы, дай Мухаммаду средство приближения и превосходство, и воскреси его на достойном месте, которое Ты обещал ему» — тому дозволено будет моё заступничество в день воскресения».
Этот хадих аль-Бухари передал единолично, без Муслима.
Его привёл ат-Тирмизи и сказал: «хороший, но редкий (гариб) хадис от Ибн аль-Мункадира; мы не знаем никого, кто передал бы его, кроме Шуайба ибн Абу Хамзы».
Ибн Абу Хатим упомянул со слов своего отца, что он сказал: «этот хадис подвергался критике. Дело в том, что Шуайб ибн Абу Хамза принёс Ибн аль-Мункадиру некую книгу и попросил зачитать её ему. Тот узнал часть [хадисов] и отверг часть, и сказал своему сыну — или сыну своего брата: «запиши эти хадисы». Шуайб зафиксировал эту книгу, однако передача Шуайбом этих хадисов не была подтверждена людьми надёжной. Мне были показаны некоторые из этих книг, и я нашёл их похожими на хадисы Исхака ибн Абу Фарвы, а этот хадис — из числа тех хадисов». Конец слов.
Аль-Асрам передал от Ахмада, что он сказал: «я рассматривал книги Шуайба, которые вынес мне его сын, и нашёл в них подобное этому — из достоверного, хорошего и сомнительного».
Этот хадис передан от Джабира и другим путём, с некоторым отличием в формулировке, что указывает на то, что у хадиса Джабира есть основа.
Его привёл имам Ахмад через передачу Ибн Лахи‘а: нам передал Абу аз-Зубайр, от Джабира, от Посланника Аллаха ﷺ, который сказал: «кто скажет, когда призывающий произносит призыв: «о Аллах, Господь этого совершенного призыва и полезной молитвы, благослови Мухаммада и будь доволен им довольством, после которого не будет гнева» — тому Аллах ответит на его мольбу».
Это же значение и просьба о средстве приближения при услышании азана передаются также в хадисах Абу ад-Дарды и Ибн Мас‘уда, возведённых [к Пророку ﷺ], но в их иснадах есть слабость.
Также это подтверждается хадисом, который привёл Муслим через путь Ка‘ба ибн Алькамы, от Абд ар-Рахмана ибн Джубайра, от Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса, что он слышал, как Пророк ﷺ говорил: «когда вы слышите муэдзина, повторяйте то, что он говорит, затем призывайте благословение на меня; ибо кто призовёт на меня одно благословение, тому Аллах за это пошлёт десять благословений. Затем просите Аллаха для меня средство приближения; ибо это степень в раю, которая подходит лишь одному из рабов Аллаха, и я надеюсь, что это буду я. И кому дозволено просить для меня средство приближения, тому дозволено будет заступничество».
Этот Абд ар-Рахман ибн Джубайр — вольноотпущенник Нафи‘а ибн Амра аль-Кураши аль-Мисри, и некоторые полагали, что это Ибн Джубайр ибн Нуфайр, что является ошибкой. Аль-Бухари, ат-Тирмизи, Абу Хатим ар-Рази и его сын различали между ними двоими.
Передано от аль-Хасана, что эта мольба предписана произносить при услышании конца азана-иккамат.
Ибн Абу Шейба передал: нам передал Абу аль-Ахвас, от Абу Хамзы, от аль-Хасана, который сказал: «когда муэдзин произносит: «совершается молитва (кад камат ас-салят)», скажи: «о Аллах, Господь этого совершенного призыва и предстоящей молитвы, дай Мухаммаду то, о чём он просит, в день воскресения». И никто не скажет это, когда муэдзин произносит икамат, без того, чтобы Аллах не ввёл его в число тех, кому будет дано заступничество Мухаммада в день воскресения».
Ибн ас-Сунни передал в книге «Дела дня и ночи» через передачу Абд ар-Рахмана ибн Сабита ибн Саубана, от Атаа ибн Кура, от Абдуллаха ибн Дамры, от Абу Хурайры, что он говорил, когда слышал муэдзина, произносящего икамат: «о Аллах, Господь этого совершенного призыва и этой предстоящей молитвы, благослови Мухаммада и дай ему то, о чём он просит, в день воскресения».
Эти передания подтверждают то, что установлено у Ахмада, а именно, что он призывает мольбу при икамате, как об этом было сказано ранее.
Его слово («кто скажет, услышав призыв») — по внешнему смыслу указывает на то, что он произносит это во время услышания призыва, до его окончания. Но возможно и то, что он имеет в виду момент по окончании услышания призыва.
Хадис Абдуллаха ибн Амра прямо указывает на то, что о средстве приближения просят после ответа муэдзину и после призвания благословения на Посланника Аллаха ﷺ.
Это более очевидное толкование, ибо предписано перед любой мольбой сначала воздать хвалу Аллаху и призвать благословение на Его Посланника, а затем уже обращаться с мольбой.
Его слово («о Аллах, Господь этого совершенного призыва»).
Под совершенным призывом подразумевается призыв азана, ибо это призыв к самому благородному из деяний поклонения, к вставанию на месте близости и уединённой беседы [с Аллахом]; поэтому он и назван совершенным призывом — то есть полным, без изъяна, в отличие от призывов людей эпохи невежества, которые были либо призывом к помощи против врага, либо оповещением о смерти, либо приглашением к еде и подобным этому вещам, внешне указывающим на недостаток и порок.
Абу Иса аль-Асвари передал, что Ибн Умар, когда слышал азан, говорил: «о Аллах, Господь этого принятого призыва, на который отвечают, призыва истины и слова благочестия, упокой меня на нём и оживи меня на нём, и сделай меня из числа праведных его приверженцев по деяниям в день воскресения».
Это передано от Ибн Умара как остановленное (маукуф) и другими путями.
Также передано от него как возведённое (марфу‘) слабым путём.
Ад-Даракутни сказал: «правильным является то, что это остановленное [сообщение]».
Бакы ибн Махлад и аль-Хаким привели хадис Уфайра ибн Ма‘дана, от [Сулайма ибн Амира, от] Абу Умамы, от Пророка ﷺ: «когда призывающий произносит призыв, открываются врата небес и принимается мольба. Поэтому кто испытывает горе или тяготу, пусть дождётся момента призыва, и когда призывающий произносит его, пусть скажет то же, что он говорит, а затем пусть скажет: «о Аллах, Господь этого совершенного, истинного, правдивого призыва, принимаемого и того, ради которого принимается, призыва истины и слова благочестия, оживи нас на нём, и упокой нас на нём, и воскреси нас на нём, и сделай нас из числа наилучших его приверженцев в жизни и в смерти». Затем пусть просит о своей нужде».
Уфайр — очень слабый передатчик.
Его слово («и предстоящей молитвы») — то есть той, которая вот-вот наступит и явится.
Аль-Байхаки привёл хадис Джабира со следующей формулировкой: «о Аллах, поистине я прошу Тебя по праву этого совершенного призыва и предстоящей молитвы».
Эта формулировка не вызывает затруднения, ибо Аллах Всевышний установил для этого призыва и для молитвы право, которое Он предписал Себе, не нарушая его в отношении тех из Своих рабов, кто исполнил их обоих. Таким образом, дело сводится к тому, что просьба обращена через качества Аллаха и Его слова.
Поэтому имам Ахмад приводил в качестве доказательства того, что Коран не сотворён, обращение Пророка ﷺ за защитой к совершенным словам Аллаха, и сказал: «прибегают к защите Творца, а не творения».
Что же касается передания, гласящего: «о Аллах, Господь этого совершенного призыва и предстоящей молитвы», как это в риваяте аль-Бухари, ат-Тирмизи и других, то возникает вопрос: как этот призыв объявлен подвластным Господу (мурабуб), при том что в нём содержится слово единобожия, являющееся частью Корана, а Коран не подвластен Господу и не сотворён?
Именно на этом основании некоторые из приверженцев сунны разграничивали между деяниями веры и словами веры, говоря: «слова её не сотворены, а деяния её сотворены», поскольку слова её все восходят к Корану.
На это отвечено несколькими путями:
Один из них — что подвластным Господу является именно призыв к молитве в частности, то есть слова «поспешите к молитве, поспешите к успеху», а это не входит в Коран, и не подразумевается этим ни возвеличивание [Аллаха словами «Аллах велик»], ни единобожие [словами «нет божества, кроме Аллаха»]. Но в этом есть натяжка.
Другой — что подвластным является её награда. Но в этом есть слабость.
Третий — что эти слова возвеличивания и единобожия являются частью Корана в одном отношении, а не являются его частью в другом отношении, как сказал Пророк ﷺ: «наилучшая речь из Корана — четыре [выражения], и они из Корана: «Пресвят Аллах», «Хвала Аллаху», «нет божества, кроме Аллаха» и «Аллах велик»».
Таким образом, они являются частью Корана, когда встречаются в его составе, и не являются его частью, когда произносятся отдельно от него в обычной речи. Поэтому допустимо, чтобы эти слова, произнесённые в таком контексте, были подвластны Господу.
Имам Ахмад считал нежелательным, чтобы человек, находящийся в состоянии большого ритуального осквернения (джанаба), произносил азан, обосновывая это тем, что в азане содержатся слова из Корана.
По всей видимости, это нежелательность в смысле предпочтительности избегания (танзих), а не запрещённость (тахрим).
Некоторые из последователей [мазхаба] толковали это как запрет, но в этом есть сомнение, ибо находящемуся в состоянии джанабы не запрещается говорить «Пресвят Аллах, хвала Аллаху, нет силы, кроме как от Аллаха, Аллах велик» в качестве упоминания [Аллаха, зикр], а не в качестве чтения [Корана, тилява].
Исхака спросили о человеке в состоянии джанабы, отвечающем муэдзину. Он сказал: «да, [можно], ибо это не чтение Корана».
Ещё один путь ответа — что «Господь» может быть присоединён к чему-то, даже если это не является творением Его, как, например, «господин дома» и подобное этому. Таким образом, речь присоединяется к Аллаху, потому что Он и есть говорящий этой речью, от Него она исходит и к Нему возвращается. Это в смысле присоединения к владычеству (рубубия) Аллаха.
Этот смысл ясно выразил аль-Аузаи, сказав о том, кто произносит слова «господин Корана»: «если он не подразумевает то, что подразумевают джахмиты, то в этом нет проблемы».
То есть, если он не подразумевает под господством Его сотворение [Корана], как это подразумевают джахмиты, а имеет в виду присоединение речи к тому, кто её произносит.
Его слово («дай Мухаммаду средство приближения») — уже приводился ранее хадис Абдуллаха ибн Амра от Пророка ﷺ, где он сказал: «затем просите Аллаха для меня средство приближения; ибо это степень в раю, которая подходит лишь одному из рабов Аллаха, и я надеюсь, что это буду я».
Имам Ахмад и ат-Тирмизи привели хадис от Абу Хурайры, что Пророк ﷺ сказал: «Просите Аллаха дать мне аль-василя». Они спросили: «О Посланник Аллаха, а что такое аль-василя?» Он ответил: «Наивысшая степень в раю, которой не достигнет никто, кроме одного человека, и я надеюсь, что это буду я».
В версии имама Ахмада: «Когда вы произносите молитву за меня, просите Аллаха дать мне аль-василя» — и далее приводится остальное.
Имам Ахмад привёл хадис от Абу Са‘ида, что Пророк ﷺ сказал: «Аль-василя — это степень у Аллаха ﷻ, выше которой нет степени, поэтому просите Аллаха, чтобы Он дал мне аль-василя».
Что касается «превосходства» (аль-фадыля), то имеется в виду, — а Аллах знает лучше, — проявление его превосходства над всем творением в День воскресения и после него, засвидетельствование его превосходства над всеми в том положении, как он сказал: «Я — глава сынов Адама в День воскресения», после чего привёл хадис о заступничестве.
Его слово («и воскреси его на месте достохвальном») — так это передано в риваяте аль-Бухари, Абу Дауда, ат-Тирмизи, ан-Насаи и других.
Некоторые приписали ан-Насаи, что он передал это выражение со словом «аль-макам аль-махмуд» (с определённым артиклем), но это не так.
Также это слово встречается с определённым артиклем в некоторых путях риваятов аль-Исма‘или в его «Сахихе».
Основание известного риваята состоит в том, что это соответствует тексту Корана, и это предпочтительнее. Согласно этому, «который Ты обещал ему» не является определением, поскольку неопределённое имя не может определяться определённым, даже если оно специфицировано; это может быть только приложением (бадаль), так как приложение не требует совпадения в определённости и неопределённости, — либо это стоит в винительном падеже при подразумеваемом глаголе, смысл которого: «то есть: тот, которому Ты обещал», либо в именительном падеже как сказуемое подразумеваемого подлежащего, то есть: «это тот, которому Ты обещал».
Что касается «места достохвального» (аль-макам аль-махмуд):
Его толковали как заступничество.
Это передано от Пророка ﷺ в хадисах от Абу Хурайры, Абу Са‘ида, Ибн Аббаса и других.
Его также толковали так, что его призовут в День воскресения, чтобы облачить в зелёное одеяние, и он встанет по правую сторону от Трона на такое место, куда никто не будет допущен раньше него, и первые и последующие поколения будут завидовать ему в этом.
Это передано от Пророка ﷺ в хадисе от Ибн Мас‘уда, и нечто подобное — в хадисе от Ка‘ба ибн Малика, а также передано от Хузайфы — как остановленный (мауфуф) риваят, и как возведённый (марфу‘) риваят.
Это происходит перед заступничеством.
Муджахид и другие толковали это иначе.
Его слово («стало обязательным для него моё заступничество»).
Сказано, что смысл этого — оно достигло его, обрело для него силу и стало обязательным.
Под этим заступничеством не подразумевается заступничество при разрешении суда (фасль аль-када), поскольку то заступничество является общим для каждого человека. И не подразумевается заступничество в выведении из огня, и это неизбежно так, поскольку это может сказать и тот, кто вообще не войдёт в огонь.
Имеется в виду, — а Аллах знает лучше, — что человек оказывается под опекой Посланника Аллаха ﷺ таким образом, что его заступничество за него становится неизбежным. Если он из тех, кто войдёт в огонь из-за своих грехов, то он заступится за то, чтобы вывести его оттуда, или чтобы удержать его от входа туда. А если он не из числа обитателей огня, то он заступится за то, чтобы тот вошёл в рай без расчёта, или чтобы была повышена его степень в раю.
Ранее уже указывалось на виды заступничества Пророка ﷺ в «Книге о тайаммуме».
9 — Глава
О жеребьёвке в вопросе азана
Упоминается, что некие люди разошлись во мнениях относительно азана, и Са‘д провёл между ними жеребьёвку.
Абдуллах, сын имама Ахмада, сказал: рассказал мне мой отец: рассказал нам Хушайм, сказал: сообщил нам Ибн Шубрума, сказав: люди при Кадисии заспорили из-за азана, и они обратились к Са‘ду, и он провёл между ними жеребьёвку.
Это прерванный (мункати‘) иснад.
Абдуллах, сын имама Ахмада, сказал: я спросил своего отца о мечети, в которой два человека утверждают, что каждый из них имеет больше прав на неё, причём один произносит азан в ней, и другой произносит азан в ней? Он ответил: если они равны в благочестии и богобоязненности, то между ними проводится жеребьёвка. Так поступил и Са‘д. Если же один из них более благочестив в своей религии, то им следует не спорить между собой.
Я спросил: а если один из них старше по возрасту и раньше находился при этой мечети, тратил на неё средства, заботился о ней и следил за ней? Он ответил: этот имеет больше прав на неё.
Смысл этого таков: если два человека спорят из-за азана, то если один из них выделяется дополнительным достоинством в самом себе, ему отдаётся предпочтение, и это то, что подразумевал Ахмад своими словами: «если один из них более благочестив в своей религии, то им следует не спорить между собой» — то есть более благочестивый имеет больше прав, и потому не должно быть спора. Если же они равны в достоинстве в самих себе, но один из них выделяется служением мечети и заботой о ней, то ему отдаётся предпочтение по этой причине.
Наши сподвижники сказали: одному из спорящих отдаётся предпочтение по причине его отличия качествами, желательными в азане, — например, если один из них обладает более звучным голосом и лучше знает время молитв, и подобное этому. Если же они равны во всех достоинствах, то тогда между ними проводится жеребьёвка, как поступил Са‘д.
Очевидно, что Ахмад имел в виду спор из-за азана изначально при его испрошении. Что же касается того, за кем закрепилось право на мечеть и кто является постоянным муэдзином в ней, то никому не позволено спорить с ним, и он имеет предпочтение перед всяким, кто спорит с ним.
Аш-Шаланджи передал от Ахмада то, что разъясняет этот смысл:
Исмаил ибн Са‘ид аш-Шаланджи сказал: я спросил Ахмада о людях, которые разошлись во мнениях относительно азана, и все они его требуют? Он ответил: жеребьёвка в этом случае хороша.
Он сказал: рассказал нам Хушайм от Ибн Шубрумы, что люди при Кадисии заспорили из-за азана, и Са‘д провёл между ними жеребьёвку по этому поводу.
Аш-Шаланджи сказал: Абу Айюб — то есть Сулейман ибн Дауд аль-Хашими — сказал: если муэдзин умер, и у него есть благочестивый сын, то этот сын имеет больше прав на азан, даже если он его не требует, но если он не подходит для этого, а благочестивые люди мечети его требуют, то между ними проводится жеребьёвка по этому поводу.
Того же мнения придерживался Абу Хайсама — то есть Зухайр ибн Харб.
Ибн Абу Шейба сказал об азане: согласно тому, что пришло: «пусть возглавляет людей тот, кто лучше всех знает Книгу Аллаха», и так же — азан.
Аль-Джаузаджани сказал после того, как упомянул это от аш-Шаланджи, — смысл его слов: разногласие людей разрешается обращением к сунне.
Затем он привёл хадис Пророка ﷺ «муэдзин — доверенное лицо» через несколько путей передачи.
Он привёл хадис Хусайна ибн Исы от аль-Хакама ибн Абана от Икримы от Ибн Аббаса от Пророка ﷺ: «Пусть азан для вас произносят лучшие из вас».
Его привели Абу Дауд и Ибн Маджа.
Об этом хадисе высказывались критические замечания как относительно Хусайна, так и относительно аль-Хакама.
В мурсаль-риваятах Сафвана ибн Сулайма сообщается, что Пророк ﷺ сказал племени Бану Хатма из ансаров: «О Бану Хатма, сделайте своим муэдзином наилучшего из вас в ваших собственных глазах».
Затем аль-Джаузаджани сказал: муэдзин непременно должен быть наилучшим, доверенным лицом, следующим сунне, а новатор (мубтади‘) не является доверенным лицом. Если же эти качества соберутся в нескольких людях мечети, то из них более достоин азана тот, у кого более звучный голос.
Затем он привёл хадис об Абдуллахе ибн Зайде, что Пророк ﷺ сказал ему: «Передай его (азан) Билялу, ведь у него голос звучнее твоего». Он сказал: я полагаю, что они были близки друг другу в достоинстве и надёжности, а Биляль превзошёл его голосом, и поэтому он посчитал его более достойным.
Итак, если в мечети собираются люди, и один из них превосходит остальных каким-либо из этих качеств, то он более достоин азана, а если их положение в этом равно, то жеребьёвка в таком случае хороша.
Он указал на поступок Са‘да и подкрепил его словами Пророка ﷺ: «Если бы люди знали, что содержится в призыве (азане), а затем не нашли бы иного способа получить его, кроме жеребьёвки, то они бросили бы жребий».
Затем он сказал: что касается отцов, сыновей и родственников (аль-асаба) в вопросах азана и имамата, то мы не знаем в этом установившейся сунны. А Аллах знает лучше. Это конец того, что он изложил, — в сокращённом виде.
Абу Дауд привёл через риваят Галиба аль-Каттана от некоего человека от его отца от его деда, что один человек из них пришёл к Пророку ﷺ и сказал: мой отец — старый шейх, он — старшина над водопоем, и он просил тебя закрепить эту должность за мной после него? Пророк ﷺ ответил: «Старшинство — это право, и людям не обойтись без старшин, а старшины будут в огне».
Это иснад с неизвестным передатчиком.
Он не упомянул, что закрепил старшинство за ним лишь по причине того, что его отец был старшиной, а великий имамат не полагается по причине родства, и поэтому сподвижники осуждали того, кто присягал на верность его сыну.
Абдур-Рахман ибн Абу Бакр сказал: вы принесли это как византийское обыкновение (хиракли), присягая на верность вашим сыновьям!
Это услышала Аиша и сподвижники, и они не осудили его за это, что указывает на то, что присяга сыновьям — обыкновение римлян и персов, тогда как обыкновение мусульман — это присяга тому, кто наиболее достоин и наиболее благочестив для общины.
А то, что утверждают в этом рафидиты, — это одна из наклонностей многобожников в предпочтении детей и родственников.
Все прочие религиозные должности следуют в этом тем же путём, что и великий имамат. А Аллах знает лучше.
Передано и то, на что может опираться тот, кто закрепляет азан за сыновьями после их отцов.
Имам Ахмад сказал: рассказал нам Халаф ибн аль-Валид: рассказал нам аль-Хузайл ибн Билал от Ибн Абу Махзуры от его отца — или его деда, — сказал: Посланник Аллаха ﷺ закрепил азан за нами и нашими вольноотпущенниками, водопой — за Бану Хашим, а служение при Каабе (хиджаба) — за Бану Абд ад-Дар.
Аль-Хузайл ибн Билал — Ибн Ма‘ин назвал его слабым передатчиком. А имам Ахмад и Абу Хатим укрепили его.
Его иснад вызывает сомнение, и этот Ибн Абу Махзура не назван по имени.
Имам Ахмад и ат-Тирмизи вывели через риваят Абу Марьяма от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ, что он сказал: «Власть — у курайшитов, судейство — у ансаров, а азан — у эфиопов».
Ат-Тирмизи вывел это также как приостановленный (маукуф) на Абу Хурайре и сказал: это более достоверно.
Этот Абу Марьям не является известным передатчиком.
Смысл этого таков: глава муэдзинов был из эфиопов, а не то, что этот удел передаётся по наследству после Билала, ведь после него не известно ни одного муэдзина из эфиопов.
Также приводится в качестве доказательства то, что сыновья Абу Махзуры передавали азан по наследству в Мекке в течение долгого времени, равно как и сыновья Саада аль-Курза в Медине.
Ад-Даракутни передал со своим иснадом от Саада аль-Курза, что Умар призвал его и сказал ему: «Азан — за тобой и за твоим потомством после тебя». В иснаде есть слабость.
Аш-Шафии (да будет милостив к нему Аллах) и его сторонники сказали: желательно, чтобы муэдзином был человек, родившийся среди тех, среди кого некоторые сподвижники установили азан, а затем — наиболее близкие к ним по родству, и так далее, по степени близости.
Аш-Шафии также сказал: если группа людей спорит об азане, а у мечети нет постоянного муэдзина, между ними проводится жребий; так же — если у мечети есть несколько муэдзинов, и они спорят о том, кто начнёт первым, или мечеть небольшая, и различие их голосов приводит к смятению — тогда проводится жребий, и азан произносит тот, на кого выпал жребий. Если же там есть постоянный муэдзин, а кто-то другой спорит с ним, — предпочтение отдаётся постоянному. Если же есть несколько постоянных муэдзинов, и возможно, чтобы каждый произносил азан в своём месте мечети из-за её величины, то каждый произносит азан отдельно. Если же мечеть мала, и различие их голосов не приводит к смятению, они произносят азан все вместе одновременно.
Всё это — в случае, если соперничество вызвано стремлением к достоинству и награде за это. Если же оно вызвано стремлением к главенству и первенству, то следует отстранить того, кто стремится к этому, и не позволять ему этого, как сказал Пророк ﷺ: «Мы не назначаем на эту нашу должность того, кто просит её или жаждет её».
Суфьян ас-Саури сказал: если увидишь человека, жаждущего имамства, отстрани его.
Также если его цель — получение вознаграждения, которое в наше время дают людям, занимающимся азаном, будь то из казны — а такое ныне отсутствует — или из вакфа.
Если соперничают двое: у одного цель — награда за азан, а у другого — мирская цель, то нет сомнения, что первый более достоин.
Усман ибн Абу аль-Аас сказал: одно из последних наставлений, которое дал мне Пророк ﷺ, было: «Возьми муэдзином того, кто не берёт за свой азан вознаграждения». Это вывели имам Ахмад, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа и ат-Тирмизи, и последний сказал: хороший [хадис], и на нём практика у людей знания — они не желали, чтобы за азан бралось вознаграждение, и желали для муэдзина, чтобы он совершал азан, надеясь на награду [у Аллаха].
Абу Нуайм передал: рассказал нам Умара ибн Зазан от Яхьи аль-Бакка, который сказал: я обходил [Каабу] вместе с Саидом ибн Джубайром, и мимо прошёл Ибн Умар. Его встретил один из муэдзинов Каабы, и Ибн Умар сказал: «Клянусь Аллахом, поистине я ненавижу тебя ради Аллаха — за то, что ты берёшь дирхемы».
Сказал: и рассказал нам аль-Масуди от аль-Касима — то есть Ибн Абд ар-Рахмана, — который сказал: говорили: за четыре вещи не берётся вознаграждение: чтение Корана, азан, судейство и раздел имущества.
Ваки в своей «Книге» передал от Умары ибн Зазана, от Яхьи аль-Бакка, что один из муэдзинов Каабы сказал Ибн Умару во время обхода: «Поистине, я люблю тебя ради Аллаха». Тот ответил: «А я ненавижу тебя ради Аллаха — за то, что ты украшаешь свой голос ради дирхемов».
Муавия ибн Курра сказал: пусть произносит азан только тот, кто делает это ради награды [у Аллаха].
Ибн Абу Шайба передал: рассказал нам Ибн Нумайр от Халлама ибн Салиха, от Фаида ибн Букайра, который сказал: я вышел с Хузайфой в мечеть на утреннюю молитву, и Ибн ан-Нуббах, муэдзин аль-Валида ибн Укбы, произносил азан, говоря: «Аллах велик, Аллах велик, свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха», покачиваясь при этом вправо и влево. Хузайфа сказал: «Кому Аллах желает сделать удел его в его голосе, тот так и делает».
Это сказал Хузайфа в порицание ему, потому что видел, как тот раскачивается во время азана, словно восхищаясь красотой своего голоса, и Хузайфа выразил своё неприятие этого — это подобно словам Ибн Умара.
Аш-Шафии прямо указал в хадисе: правитель не имеет права назначать муэдзинам вознаграждение, если он находит того, кто произносит азан добровольно из числа надёжных людей. Так же сказали наши сторонники [ханбалиты].
Аш-Шафии сказал в «старом» мнении: их наделял вознаграждением праведный правитель — Усман ибн Аффан.
Ад-Даххака спросили о муэдзине, который произносит азан без вознаграждения, а ему дают его: может ли он его взять? Он сказал: если ему дают без просьбы, и он беден, то нет вреда, чтобы он взял.
Явное мнение мазхаба имама Ахмада: что он не берёт вознаграждения ни за что из азана, и он прямо указал на это применительно к азану в частности.
От него передано также: что правитель наделяет их из военной добычи (фай), и это понимается как относящееся к случаю, когда он не находит того, кто добровольно этим займётся.
Ибн Мансур передал от него по поводу того, кто ведёт людей [в молитве] в Рамадане: даётся ли ему [вознаграждение]? Он сказал: мне не нравится, чтобы за что-либо из добрых дел бралось вознаграждение.
Сказал: и сказал Исхак ибн Рахавайя: не подобает ему возглавлять молитву с намерением получить [вознаграждение], а если он возглавил её, не имея такого намерения, а затем ему дали или почтили его, то это допустимо.
Харб и другие передали от Ахмада: что при [спорах] предпочтение отдаётся тому, кем довольны жители мечети.
Кади и его сторонники передали этот риваят как второй от Ахмада, поскольку право в этом принадлежит им, ведь они лучше знают, до кого доходит его голос, и кто более сдержан во взоре, когда поднимается над ними для азана.
Автор «аль-Мугни» поставил согласие соседей выше жребия, и что жребий проводится только после этого.
Верный же путь — путь большинства, поскольку Абу Дауд передал от Ахмада: что согласие соседей вообще не принимается во внимание, а принимается во внимание только жребий. Отсюда стало известно, что этот риваят и риваят согласных с ним противоречат этому.
Не принимается во внимание согласие и выбор того, кто построил мечеть, — на это прямо указал Ахмад, объясняя это тем, что мечеть принадлежит Аллаху, а не тому, кто её построил.
Он указывает на то, что она вышла из его собственности и стала принадлежать Аллаху ﷻ.
Это указывает на то, что у него нет [распоряжения] мечетью, которую он построил.
И это также известное мнение шафиитов: строитель мечети не более достоин её имамства и азана, чем другие.
Абу Ханифа и часть шафиитов — как ар-Руяни — сказали: тот, кто построил мечеть, более достоин её азана и имамства, подобно тому, как тот, кто освободил раба, имеет право покровительства (валя) над ним.
Но это сравнение неверно, потому что установление права валя над освобождённым рабом не даёт владельцу власти над ним в его жизни, права ограничения его и пользования его имуществом — оно даёт лишь возврат его имущества к нему после его смерти, поскольку имущество непременно должно куда-то перейти в этот момент, и освободивший его покровитель более достоин этого, чем прочие мусульмане, ввиду его особой заслуги перед ним, оказанной ему милостью.
Что касается мечети, то цель её строительства — польза мусульман от неё в их молитвах, уединении (итикаф) и обрядах, а строитель в этом подобен остальным мусульманам, без какого-либо преимущества.
Если же строитель мечети при её учреждении в качестве вакфа, до того как она фактически стала мечетью, поставил условием, что он и его потомство более достойны её имамства и азана, то это условие действительно и должно исполняться, даже если другие из них лучше читают Коран и обладают более приятным голосом, при условии, что среди них есть тот, кто годен для этого; а если другой более достоин него [по иным причинам] — на это прямо указал Убайдуллах ибн аль-Хасан аль-Анбари.
Это соответствует по аналогии мнению Ахмада о действительности того, что учредитель вакфа оставляет себе то, что желает, из доходов вакфа и его пользы.
Сказал аль-Бухари (да будет милостив к нему Аллах):