До Его слова — «(если он) из числа правдивых».
Если немой обвинит свою жену в прелюбодеянии посредством письма, жеста или понятного знака, то он подобен говорящему, ибо Пророк ﷺ дозволил жест в делах предписанных [шариатом]. Таково мнение некоторых хиджазцев и учёных. Аллах Всевышний сказал: «Она указала на него жестом. Они сказали: как нам говорить с тем, кто в колыбели, младенцем». Ад-Даххак сказал относительно (رمزا): жест. Некоторые люди сказали: нет ни определённого наказания [хадд], ни лиана [для немого], а затем утверждали, что развод письмом, жестом или знаком дозволен, — но между разводом и обвинением в прелюбодеянии нет разницы. Если он скажет: обвинение в прелюбодеянии бывает только речью, — ему отвечают: точно так же и развод не действителен иначе как речью, иначе будут недействительны и развод, и обвинение в прелюбодеянии, а также и освобождение раба [итк]. Равным образом глухой совершает лиан. Аш-Ша‘би и Катада сказали: если он скажет «ты разведена» и указал пальцами, она разводится с ним посредством его жеста. Ибрахим сказал: если немой написал развод своей рукой, это обязывает его. Хаммад сказал: если немой и глухой сказали [знаком] головой, это допустимо.
5300 — Передал нам Кутайба: передал нам Лейс от Яхьи ибн Са‘ида аль-Ансари, что он слышал Анаса ибн Малика, говорящего: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Не сообщить ли вам о лучших родах ансаров?» Они сказали: да, о Посланник Аллаха. Он сказал: «Бану ан-Наджжар, затем те, кто следует за ними, — Бану Абд аль-Ашхаль, затем те, кто следует за ними, — Бану аль-Харис ибн аль-Хазрадж, затем те, кто следует за ними, — Бану Са‘ида». Затем он сказал жестом рукой, сжав пальцы, а потом раскрыв их, подобно бросающему рукой, и сказал: «И во всех родах ансаров есть благо».
5301 — Передал нам Али ибн Абдуллах: передал нам Суфьян, [передавая слова] Абу Хазима: я слышал это от Сахля ибн Са‘да ас-Са‘иди, спутника Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Я послан, и Час подобен вот этому по сравнению с этим», или «подобен этим двум», — и он соединил указательный и средний пальцы.
5302 — Передал нам Адам: передал нам Шу‘ба: передал нам Джабала ибн Сухайм: я слышал Ибн Умара, говорящего: сказал Пророк ﷺ: «Месяц вот такой, и такой, и такой», имея в виду тридцать [дней], затем сказал: «и вот такой, и такой, и такой», имея в виду двадцать девять, — говоря то тридцать, то двадцать девять.
5303 — Передал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна: передал нам Яхья ибн Са‘ид от Исма‘иля от Кайса от Абу Мас‘уда, сказавшего: и Пророк ﷺ указал рукой в сторону Йемена: «Вера — здесь», дважды, — «а знайте, что жестокость и грубость сердец — у грубых бедуинов, там, где восходят два рога шайтана: Раби‘а и Мудар».
5304 — Передал нам Амр ибн Зурара: сообщил нам Абд аль-Азиз ибн Абу Хазим от своего отца от Сахля: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Я и опекающий сироту в Раю — вот так», и указал указательным и средним пальцами, немного разведя их.
[Хадис 5304 — его продолжение [тараф] в номере 6005]
Его слово: («Глава о лиане»). Это [слово] взято от проклятия [ла‘н], потому что произносящий лиан говорит: «Проклятие Аллаха на него, если он из числа лжецов». Было выбрано слово «проклятие» вместо «гнева» при наименовании, потому что это — слово мужчины, которым начинается [лиан] в аяте, и он же первым начинает его, и ему дозволено отказаться от него, вследствие чего [лиан] отпадает от женщины без обратного [то есть отказ женщины не освобождает мужчину]. Некоторые сказали: он назван лианом, потому что проклятие означает изгнание и удаление, и это общее для обоих [супругов]. А что касается женщины, то она особо связана со словом «гнев» из-за тяжести греха применительно к ней, ибо если мужчина лжец, его грех не превышает обвинения в прелюбодеянии, а если она лжёт, её грех тяжелее, поскольку это влечёт осквернение супружеского ложа и создаёт возможность приписать [ребёнка], не принадлежащего мужу, к нему, вследствие чего распространяется родство по браку [махрамийя], и устанавливаются опека и наследство для тех, кто не имеет на них права.
Лиан [اللعان], иль-ти‘ан [الالتعان] и муля‘ана [المُلاعنة] — синонимы. Говорят: они совершили взаимное проклятие друг другу [тала‘ана], иль-та‘ана [التعن], и судья устроил лиан между ними [ла‘ана]. Мужчина — «муля‘ин», женщина — «муля‘ина», поскольку это, как правило, происходит с обеих сторон. Учёные согласны в дозволенности лиана по шариату и в том, что он не допускается при отсутствии подозрения [в измене]. Разошлись во мнениях относительно его обязательности для мужа, но если подтвердилось, что ребёнок не от него, обязательность усиливается.
Его слово: («И слово Аллаха Всевышнего: «А те, которые обвиняют своих жён…» — до Его слова — «если он из числа правдивых»). Так у большинства [передатчиков], а в риваяте Каримы приведены все аяты целиком. Как будто аль-Бухари опёрся на общность Его слова Всевышнего «обвиняют» [يرمون], поскольку оно шире, чем [обвинение] словом или понятным жестом. А другие оперлись на это [же] в пользу большинства учёных в том, что в лиане не обязательно, чтобы мужчина сказал «я видел её совершающей прелюбодеяние», и не обязательно отрицать её беременность, если она беременна, или её ребёнка, если она родила, — в противоречие Малику. Достаточно сказать: «она — прелюбодейка» или «она совершила прелюбодеяние». Это подтверждается тем, что Аллах установил определённое наказание [хадд] за обвинение в прелюбодеянии для посторонного человека, обвинившего целомудренную женщину, а затем установил лиан для обвинения женой [мужем]. Если бы посторонний сказал: «о прелюбодейка», на него было бы обязательно наказание за обвинение, — таково же и положение лиана. Против маликитов приводили общее согласие о дозволенности лиана для слепого. Ибн аль-Каттар отделился от этого [возражения], сказав, что условием для слепого — сказать «я ощупал его орган в её органе». И Аллах знает лучше.
Его слово: («Если немой обвинит свою жену в прелюбодеянии посредством письма» [بكتابة]) — с [буквой] «та мусаннат» [конечная «та» с двумя точками], затем «ба». У аль-Кушмихани — «книгой» [بكتاب], без «ха».
Его слово: («или жестом, или понятным знаком, то он подобен говорящему, ибо Пророк ﷺ дозволил жест в делах предписанных») — то есть в делах, установленных [шариатом] как обязательные.
Его слово: («Таково мнение некоторых хиджазцев и учёных») — то есть из числа других [не только хиджазцев]. Ханафиты, аль-Аузаи и Исхак разошлись [в этом], и есть риваят от Ахмада, который выбрали некоторые из поздних учёных.
Его слово: («И сказал Аллах Всевышний: «Она указала на него. Они сказали: как нам говорить с тем, кто в колыбели, младенцем?»). Ибн Абу Хатим передал по пути Маймуна ибн Михрана, что он сказал: когда сказали Марьям: «Ты совершила нечто небывалое» и далее, она указала на Ису, чтобы они говорили с ним. Они сказали: «Ты велишь нам говорить с тем, кто в колыбели», добавляя это к той беде, с которой она пришла. Смысл довода в том, что Марьям дала обет не говорить и была подобна немой, а потому указала понятным жестом, которым они удовлетворились, не повторяя вопроса, хотя и осудили её за этот жест. Достоверно установлено из хадиса Убаййа ибн Кааба и Анаса ибн Малика, что смысл слов Всевышнего «Я дала обет Милостивому صوم» — то есть молчание (صمت). Это передали ат-Табарани и другие.
Его слово: («И сказал ад-Даххак») — то есть Ибн Музахим («иначе как жестом (رمزا) — знаком») передал это в связном виде Абд ибн Хумайд и Абу Хузайфа в толковании Суфьяна ас-Саури, и в их изложении со слов ад-Даххака относительно слов Всевышнего «Знамением тебе будет то, что ты не будешь говорить с людьми три дня, иначе как жестом» — здесь жест исключён из речи, что указывает на то, что он имеет её же правовое значение. Аль-Кирмани допустил странность, сказав, что ад-Даххак — это Ибн Шарахиль аль-Хамдани, но он не прав, ибо известным толкователем Корана является Ибн Музахим, и данное сообщение найдено переданным от него с прямым указанием, что это Ибн Музахим. А что касается Ибн Шарахиля, называемого также Ибн Шурахбилем, то он из числа последователей (табиин), но от него не передавали ничего в толковании Корана; у аль-Бухари от него есть лишь два хадиса — один в «Достоинствах Корана», другой в «Призыве отступников к покаянию», и оба они переданы им от Абу Саида аль-Худри, который сказал: «жест (رمز) — это знак».
Его слово: («И сказал некто из людей: нет ни установленного наказания (худд), ни лиана») — то есть посредством жеста немого и подобного ему («затем он утверждал, что если он развёлся посредством письма, жеста или знака, то это допустимо») — так у Абу Зарра, а у других: «что развод посредством письма» и далее.
Его слово: («И нет различия между разводом и обвинением в прелюбодеянии (кадф); если он скажет, что обвинение бывает только речью, ему говорится: точно так же развод бывает только речью») — то есть: ты сам согласился с тем, что развод происходит без речи, значит, тебе следует применить то же самое к лиану и наказанию.
Его слово: («иначе развод и обвинение были бы недействительны, и равным образом освобождение раба») — то есть: либо следует признавать значение жеста во всех этих случаях, либо не признавать его вовсе, и тогда все они становятся недействительными через жест; иначе же разделение между ними без довода есть произвол. С этим рассуждением согласился один из ханафитов, сказав: по аналогии всё это должно быть недействительным, но мы применили это (жест) вне лиана и наказания по соображениям истихсана (предпочтения). А некоторые из них сказали: мы запретили это в лиане и наказании из-за сомнения, поскольку это связано с явным словом, как обвинение в прелюбодеянии, а значит, здесь недостаточно жеста, ибо он не является явным выражением. Это — основной аргумент тех ханбалитов и других, кто согласился с ханафитами. Ибн ат-Тин возразил на это, сказав, что вопрос рассматривается в случае, когда жест понятен настолько ясно, что не остаётся никакого сомнения. Из их доводов также то, что обвинение в прелюбодеянии связано с явным словом «зина», а не с его смыслом, доказательством чему служит то, что если кто-то скажет другому: «Ты совершил недозволенное совокупление», это не считается обвинением в прелюбодеянии, поскольку возможно, что совокупление было по сомнительному основанию, а говорящий счёл его недозволенным. Жестом же невозможно ясно различить эти два смысла, и поэтому за косвенный намёк (та‘риз) наказание не полагается. Ибн аль-Кассар ответил на это возражением, что обвинение действительно и не на арабском языке, но это возражение слабое. Другой же возразил примером убийства, которое делится на умышленное, подобное умышленному и непреднамеренное, и различается посредством жеста — и это возражение сильное. Они также приводили в качестве аргумента то, что лиан есть свидетельство, а свидетельство немого не принимается по единогласному мнению. На это возразили, что Малик упомянул о принятии его свидетельства, значит, единогласия нет; и что лиан, по мнению большинства, есть клятва, о чём речь будет далее.
Его слово: («И равным образом глухой совершает лиан») — то есть если ему дан жест так, что он понял. Аль-Мухаллаб сказал: в его случае есть затруднение, но оно может быть устранено повторением жеста до тех пор, пока не станет известно, что он это понял. Я говорю: узнать о его понимании этого легко, ибо это узнаётся по его произношению (звукам).
Его слово: («И сказали аш-Ша‘би и Катада: если он скажет «ты разведена», указав пальцами, она становится разведённой посредством его жеста») — это передал в связном виде Ибн Абу Шайба со словами: спросили аш-Ша‘би, и он сказал: одного человека однажды спросили: «Развёлся ли ты со своей женой?» Он указал рукой четырьмя пальцами, не говоря ни слова, и расстался со своей женой. Ибн ат-Тин сказал: смысл этого в том, что он выразил жестом то число (разводов), которое имел в виду, и это было засчитано ему.
Его слово: («И сказал Ибрахим: немой, если он написал развод своей рукой, обязан этим») — это передал в связном виде Ибн Абу Шайба в его же формулировке, а также аль-Атрам от Ибн Абу Шайбы таким же образом; и передал Абд ар-Раззак словами: человек, который пишет развод и не произносит его словами — что он (Ибрахим) считал это обязывающим. Ибн ат-Тин передал от Малика, что немой, если он написал развод или задумал его в намерении, обязан этим; а аш-Шафии сказал: это не считается разводом — то есть каждое из двух по отдельности не считается разводом, но если он объединит их (письмо и намерение), то аш-Шафии считает развод состоявшимся, независимо от того, говорящий он или немой.
Его слово: («И сказал Хаммад: немой и глухой, если он сказал головой, это допустимо») — это Хаммад ибн Абу Сулейман, учитель Абу Ханифы, и как будто аль-Бухари хотел обязать куфийцев словом их же учителя. Не секрет, что допустимость этого — там, где предшествует что-то, соответствующее кивку головой в качестве ответа.
Затем составитель привёл в этой главе пять хадисов, также относящихся к жесту:
Первый из этих хадисов — хадис Анаса о достоинстве домов ансаров, толкование которого уже было приведено ранее в «Книге достоинств», ибо там он привёл его другим путём — от Анаса, от Абу Усайда ас-Саиди, а здесь он привёл его от Анаса без промежуточного звена, и оба пути достоверны. В этом дополнении от Анаса содержится указанный жест, которого нет в его риваяте от Абу Усайда, а в риваяте от Абу Усайда есть дополнение — история про Саада ибн Убаду, как было упомянуто ранее.
Целью приведения хадиса здесь является его слово (затем он сказал своей рукой, сжав пальцы, а затем разжал их, подобно тому, кто бросает рукой). В этом — использование понятного жеста в сочетании с речью. Его слово (подобно тому, кто бросает рукой) означает: подобно тому, у кого в руке находится что-то, и он сжал свои пальцы на нём, а затем бросил это, и оно рассыпалось.
Второй — хадис Сахля.
Его слово (сказал Абу Хазим) — так это встречается у него [аль-Бухари], а аль-Исмаили привёл его двумя путями от Суфьяна со словами «от Абу Хазима», и аль-Хумайди прямо указал.