Ибн аль-Араби сказал: «В этом — довод в пользу правомерности кыяса (суждения по аналогии) и учёта на основе подобия». А Ибн Дакык аль-Ыд в этом усомнился и сказал: «Это уподобление в вещи бытийной (внешне наблюдаемой), а спор ведь идёт об уподоблении в шариатских постановлениях — по одному сильному пути». В хадисе также содержится указание на то, что мужу не дозволяется отрекаться от своего ребёнка на основании одного лишь предположения, и что ребёнок присоединяется к отцу по родству, даже если цвет его кожи отличается от цвета кожи матери.
Аль-Куртуби, следуя Ибн Рушду, сказал: «Нет разногласия в том, что не дозволяется отрицать ребёнка из-за различия близких оттенков цвета, таких как смуглость и загар, равно как и из-за белизны и черноты, если муж признал факт совокупления и не истёк срок истибра (выжидания для установления непричастности к беременности)». По-видимому, он имел в виду положение в своём мазхабе, иначе же разногласие существует у шафиитов, с уточнением: они сказали, что если к этому не присоединяется признак прелюбодеяния, отрицание не дозволяется; если же муж заподозрил жену, а затем родившийся ребёнок оказался похож цветом на того мужчину, в котором он её заподозрил, то отрицание дозволяется согласно достоверному мнению. И в хадисе Ибн Аббаса, который приводится далее в главе о лиане, есть то, что это подтверждает. У ханбалитов же отрицание дозволяется при наличии признака безусловно, а разногласие имеет место лишь при его отсутствии — это обратный порядок разногласия по сравнению с шафиитским. В хадисе также содержится указание на то, что постановление о брачном ложе (фираш) имеет приоритет над тем, на что может указывать несходство внешнего облика. В нём также — предписание проявлять осторожность в вопросах происхождения и сохранять его по возможности, а также порицание за стремление подтвердить дурное подозрение. Аль-Куртуби сказал: «Из этого можно извлечь довод против бесконечной цепи (тасальсуль) и на то, что происходящие события непременно должны восходить к некоему первоначалу, которое само не является происходящим (возникшим)».
В хадисе также содержится указание на то, что намёк на обвинение в прелюбодеянии (та‘рид би-ль-кадф) не влечёт за собой применения постановления о кадфе (обвинении в прелюбодеянии), пока не последует прямое высказывание — вопреки мнению маликитов. Некоторые из маликитов ответили, что тот намёк, за который у них полагается наказание за кадф, — это такой намёк, из которого понимается обвинение точно так же, как понимается из прямого высказывания, а данный хадис не является доводом для опровержения этого, поскольку тот человек не намеревался обвинить, а пришёл, спрашивая и испрашивая фетву о постановлении относительно возникшего у него сомнения; когда же ему был приведён пример, он смирился (признал это верным). Аль-Мухалляб сказал: «Намёк, если он делается в форме вопроса, не влечёт наказания; наказание же за намёк полагается, только если он делается в форме прямого обращения к лицу и брани». Ибн аль-Мунир сказал: «Различие между мужем и посторонним в отношении намёка состоит в том, что посторонний преследует цель чистого причинения вреда, тогда как муж может быть извинён ввиду заботы о сохранении родословной». И Аллах знает лучше.
27 — Глава об приведении к клятве совершающего лиан
5306 — Рассказал нам Муса ибн Исмаил, рассказал нам Джувайрия от Нафи‘, от Абдуллаха (да будет доволен им Аллах): один человек из числа ансаров обвинил свою жену в прелюбодеянии, и Пророк ﷺ привёл их обоих к клятве, а затем разлучил их.
Его слово («Глава об приведении к клятве совершающего лиан»). В этой главе он привёл хадис Ибн Умара в риваяте Джувайрии ибн Асмы от Нафи‘ в сокращённом виде, со словами «и он привёл их обоих к клятве»; так же он приведёт его через шесть глав по пути Убайдуллаха ибн Умара от Нафи‘. А ранее, в разделе толкования суры «Свет», был приведён этот хадис иным путём от Убайдуллаха ибн Умара со словами «он произвёл лиан между мужчиной и женщиной». Под «приведением к клятве» здесь подразумевается произнесение слов лиана. На это опирались те, кто говорил, что лиан является клятвой (ямин), — таково мнение Малика, аш-Шафии и большинства учёных. Абу Ханифа же сказал, что лиан является свидетельством (шахада), и это же — один из вариантов мнения у шафиитов; сказано также, что это свидетельство с примесью клятвы, а сказано и обратное. Отсюда некоторые учёные сказали, что это ни клятва, ни свидетельство. На этом разногласии основано то, что лиан узаконивается между любыми супругами — мусульманами или неверующими, свободными или рабами, — будь то праведными или нечестивыми, исходя из того, что это клятва: чья клятва действительна, того и лиан действителен. А сказано также, что лиан действителен лишь между свободными супругами-мусульманами, поскольку лиан — это свидетельство, а оно не принимается от того, кто был подвергнут наказанию за кадф (обвинение в прелюбодеянии). Данный хадис является доводом для первых, поскольку передатчик уравнял «совершил лиан» и «поклялся». Это подкрепляется тем, что клятвой является то, что указывает на побуждение, либо на запрет, либо на подтверждение сообщения, а здесь именно так и есть. На это указывает и слово Пророка ﷺ в некоторых версиях хадиса Ибн Аббаса, где он сказал ему: «Поклянись Аллахом, кроме Которого нет иного божества, что я правдив», — говоря это четыре раза; это привели аль-Хаким и аль-Байхаки через риваят Джарира ибн Хазима от Аййуба, от Икримы, от него. И далее вскоре последует: «Если бы не клятвы, между мной и ней было бы дело» (в значении наказания). Некоторые из ханафитов возразили тем, что если бы это была клятва, она бы не повторялась. На это дан ответ, что она вышла за рамки обычного правила ради ужесточения в деле защиты запретного (чести и родства), подобно тому как касама (клятвенная процедура при обвинении в убийстве) вышла за рамки обычного правила ради защиты жизней, а также тем, что если бы это было свидетельством, оно тоже не повторялось бы.