Абу Тальха: «О Умм Суляйм, вот Посланник Аллаха ﷺ пришёл с людьми, а у нас нет столько еды, чтобы накормить их». Она сказала: «Аллах и Его Посланник знают лучше». Он сказал: тогда Абу Тальха отправился и встретил Посланника Аллаха ﷺ, и Абу Тальха вернулся вместе с Посланником Аллаха ﷺ, пока они не вошли. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Принеси, о Умм Суляйм, то, что у тебя есть». Она принесла тот хлеб, и он велел раскрошить его, а Умм Суляйм отжала свой бурдюк и заправила крошево маслом. Затем Посланник Аллаха ﷺ произнёс над ним то, что было угодно Аллаху произнести, и сказал: «Позволь войти десятерым». Он позволил им, и они ели, пока не насытились, затем вышли. Затем он сказал: «Позволь войти десятерым», он позволил им, они ели, пока не насытились, затем вышли. Затем он сказал: «Позволь войти десятерым», он позволил им, они ели, пока не насытились, затем вышли. Затем он позволил войти десятерым, и наконец все люди наелись и насытились, а всего их было восемьдесят человек.
5382 — Нам передал Муса, ему передал Му‘тамир от своего отца. Он сказал: также передавал Абу Усман от Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакра (да будет доволен ими обоими Аллах), который сказал: «Мы были с Пророком ﷺ в числе ста тридцати человек. Пророк ﷺ сказал: «Есть ли у кого-нибудь из вас еда?» И оказалось, что у одного человека был са‘ еды или около того. Из этого сделали тесто. Затем пришёл многобожник, лохматый, высокий, гнавший овец. Пророк ﷺ спросил: «Это продажа или дар, — или сказал: — подарок?» Тот ответил: «Нет, это продажа». Он купил у него овцу, её приготовили, и Пророк Аллаха ﷺ велел зажарить внутренний чёрный жир живота. И клянусь Аллахом, из ста тридцати человек не было ни одного, кому бы не отрезали кусок из чёрного жира живота этой овцы: если человек присутствовал, ему давали его, а если был в отъезде, для него откладывали. Затем остальное разложили в две большие чаши, и мы все ели и насытились, а в чашах ещё осталось, и я нёс это на верблюде». Или как-то так он сказал.
5383 — Нам передал Муслим, ему передал Вухайб, ему передал Мансур от своей матери, от Аиши (да будет доволен ею Аллах): «Пророк ﷺ скончался в то время, когда мы уже насыщались двумя чёрными — финиками и водой».
[Хадис 5383 — см. также: 5442]
Его слово (глава о том, кто ел, пока не насытился) — здесь приведены три хадиса:
Первый — хадис Анаса об умножении еды благодатью Пророка ﷺ, разбор которого уже приводился в разделе о признаках пророчества, и в нём сказано: «и они ели, пока не насытились».
Второй — хадис Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакра о том, как накормили людей чёрным жиром живота овцы, а их было сто тридцать человек, и в нём сказано: «мы все ели и насытились», разбор которого уже приводился в книге о дарах.
Третий — хадис Аиши: «Пророк ﷺ скончался в то время, когда мы уже насыщались двумя чёрными — финиками и водой». В этом есть указание на то, что их насыщение не происходило до времени его кончины, — так сказал аль-Кирмани. Я говорю: однако буквальный смысл этого не является подразумеваемым. Ведь уже приводилось в рассказе о походе на Хайбар, по пути передачи от Икримы от Аиши, что она сказала: «Когда была завоёвана Хайбар, мы сказали: теперь мы будем насыщаться финиками». И из хадиса Ибн Умара: он сказал: «Мы не насыщались, пока не завоевали Хайбар». Так что подразумевается, что он ﷺ насыщался, когда они насыщались, и их насыщение продолжалось, начавшись с завоевания Хайбара, а это было за три года до его смерти ﷺ. А то, на что указывает Аиша словом «насыщение», относится именно к финикам, а не к воде, но она соединила это с водой, указывая на то, что полное насыщение достигалось соединением обоих. Как бы союз «и» здесь употреблён в значении «вместе с», а не в том смысле, что от одной воды достигается насыщение. И поскольку она описала финики одним признаком — чернотой, она также описала насыщение и утоление жажды одним глаголом — насыщением.
А его слово в хадисе Анаса, от Абу Тальхи: «Я услышал голос Пророка ﷺ слабым, в котором узнавал голод», — как будто он не услышал в его голосе, когда тот говорил в тот момент, привычной для него звучности, и это было отнесено к голоду по признаку того положения, в котором они находились. В этом есть возражение на утверждение Ибн Хиббана о том, что Пророк ﷺ никогда не голодал, и он приводил в доказательство хадис: «Я провожу ночь, и Господь мой кормит меня и поит меня». Но на это возразили, отнеся это к разным состояниям: иногда он голодал, чтобы его сподвижники брали с него пример, особенно те, кто не находил средств [для пропитания], и тот, кого постигала боль голода, терпел, и за это ему удваивалась награда. Я подробно разбирал это в другом месте.
Из истории Абу Тальхи можно извлечь, что из этикета принимающего гостя — выйти с гостем к двери дома в знак почёта для него. Ибн Батталь сказал: «В этих хадисах — дозволенность насыщения, и что оставление его иногда предпочтительнее». Передано от Сальмана и Абу Джухайфы, что Пророк ﷺ сказал: «Поистине, наиболее насыщавшийся в этом мире окажется наиболее долго голодающим в будущей жизни». Ат-Табари сказал: «Однако насыщение, хотя оно и разрешено, имеет предел, до которого оно доходит, а то, что превышает это, есть излишество. А дозволенным из этого является то, что помогает едящему в подчинении своему Господу и тяжесть которого не отвлекает его от исполнения того, что на него возложено обязательным». Конец цитаты.
Хадис Салмана, на который он указал, привёл Ибн Маджа со слабым иснадом; он же привёл нечто подобное от Ибн Умара, и в его иснаде также есть замечания; аль-Баззар привёл нечто подобное из хадиса Абу Джухайфы со слабым иснадом. Аль-Куртуби сказал в «аль-Муфхим», упомянув историю Абу аль-Хайсама, когда он зарезал овцу для Пророка ﷺ и его двух спутников, и они ели, пока не насытились: в этом содержится довод на допустимость насыщения, а то, что пришло из запрета на него, относится к такому насыщению, которое отягощает желудок, мешает своему обладателю встать на служение, и приводит к самодовольству, дерзости, сонливости и лени. Нежелательность этого может доходить до запретности, в зависимости от того, к какому вреду это приводит.
Аль-Кирмани, следуя Ибн аль-Мунайру, упомянул, что упомянутое насыщение относится к их обычному насыщению, а именно: треть — для пищи, треть — для питья и треть — для дыхания (воздуха). Однако для утверждения, что это была их обычная практика, требуется особая передача. В связи с этим пришёл хороший (хасан) хадис, который привели ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа, и который счёл достоверным аль-Хаким, — хадис от аль-Микдама ибн Мадикариба: «Я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Не наполнял человек сосуда хуже, чем свой живот. Человеку достаточно нескольких кусочков, которые поддержат его хребет. Если же человек непременно должен (наполнить его), то пусть треть будет для пищи, треть для питья и треть для дыхания»». Аль-Куртуби сказал в «Шарх аль-асма»: «Если бы Гиппократ услышал об этом делении, он подивился бы этой мудрости».
А аль-Газали до него сказал в главе «О преломлении двух страстей» из «Ихья»: этот хадис был упомянут одному из философов, и тот сказал: «Я не слышал более мудрого высказывания о малости еды, чем это». Нет сомнения, что мудрость, содержащаяся в упомянутом хадисе, очевидна. А выделение именно трёх (составляющих) связано с тем, что они — причины жизни живого существа, и потому что в живот не входит ничего иного, кроме них. Что касается того, подразумевается ли под «третью» равенство согласно явному смыслу хадиса, или же деление на три приблизительно равные части — это предмет предположения, и первое предпочтительнее. Возможно также, что упоминанием «трети» здесь намекается на его слова в другом хадисе: «треть — это уже много».
Ибн аль-Мунайр сказал: аль-Бухари упомянул в «Книге напитков», в главе «Питьё молока ради благодати», хадис Анаса, в котором содержится его слово: «И я не переставал наполнять свой живот этим», — и возможно, что насыщение, на которое указывается в хадисах данной главы, относится именно к этому, поскольку это была пища благодати. Я говорю: это возможно, за исключением хадиса Аиши — третьего из хадисов главы, — в котором подразумевается их обычное насыщение. И Аллах знает лучше.
Разошлись мнения о пределе голода, и в «Ихья» упомянуты два мнения на этот счёт. Первое — что человек желает лишь хлеба сам по себе; и если он требует приправы, то он уже не голоден. Второе — что если его слюна, упавшая на землю, не притягивает мух (то есть высохла), значит, он голоден.
И упомянуто, что степени насыщения ограничиваются семью:
Первая: то, чем поддерживается жизнь.
Вторая: когда прибавляется до такой степени, что можно поститься и совершать молитву стоя, — и эти две степени обязательны.
Третья: когда прибавляется до такой степени, что появляются силы для совершения добровольных молитв.
Четвёртая: когда прибавляется до такой степени, что появляются силы для заработка, — и эти две степени желательны.
Пятая: когда наполняется треть — это допустимо.
Шестая: когда прибавляется сверх этого, из-за чего тело становится тяжёлым и увеличивается сон, — это нежелательно.
Седьмая: когда прибавляется до такой степени, что наступает вред, — и это чрезмерное насыщение, запрещённое.