(٩) - (Глава о желательности возложения руки на место боли с произнесением мольбы)
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги, сказано:
[٥٧٢٥] (٢٢٠٢) - «Рассказал мне Абу ат-Тахир и Харамала ибн Йахйа, они сказали: сообщил нам Ибн Вахб, сообщил мне Йунус от Ибн Шихаба, сообщил мне Нафи‘ ибн Джубайр ибн Мут‘им от Усмана ибн Абу аль-Аса ас-Сакафи, что он пожаловался Посланнику Аллаха ﷺ на боль, которую он чувствовал в своём теле с тех пор, как принял Ислам, и Посланник Аллаха ﷺ сказал ему: «Положи руку на то место своего тела, которое болит, и скажи: «Именем Аллаха» — трижды, и скажи семь раз: «Прибегаю к Аллаху и Его могуществу от зла того, что я нахожу, и того, чего опасаюсь»».
Передатчики этого иснада: семь.
1 - (Нафи‘ ибн Джубайр ибн Мут‘им) ан-Науфали, Абу Абдуллах, или Абу Мухаммад аль-Мадани, надёжный, достойный передатчик [3] (умер в 99 г.) (входит в число передатчиков всех шести сборников) — упоминался ранее в «Толковании введения», т. 2, с. 482.
2 - (Усман ибн Абу аль-Ас ас-Сакафи) ат-Таифи, Абу Абдуллах, известный сподвижник, которого Посланник Аллаха ﷺ назначил правителем над Таифом, и умер он во времена правления Муавии (да будет доволен им Аллах) в Басре (входит в число передатчиков у Муслима и четверых) — упоминался ранее в «Книге молитвы», 38/1055.
Остальные упомянуты главой ранее, и тремя главами ранее.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
Он относится к «шестизвенным» иснадам автора (да помилует его Аллах), и в нём есть передача одного последователя (табиина) от другого последователя, и первая его половина цепочкой состоит из египтян, а вторая — из мединцев, кроме сподвижника, который таифец, и он относится к числу передатчиков, от которых передано мало хадисов, так что в шести сборниках от него всего около тринадцати хадисов. Смотри его жизнеописание в «Тухфат аль-Ашраф» (¹).
Толкование хадиса:
(От Усмана ибн Абу аль-Аса ас-Сакафи (да будет доволен им Аллах)) (что он пожаловался Посланнику Аллаха ﷺ на боль) — с двумя фатхами: то есть на болезнь, и это масдар от глагола «вадж‘а», подобно «таб‘а». Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал:
«вадж‘а» такого-то его голова, или его живот — человек делается объектом действия, а орган — субъектом, но допустимо и обратное; как бы это перевёрнутая конструкция ради понимания смысла — «йаўджа‘у», «вадж‘ан», из разряда «таб‘а», отсюда «вадж‘ун»: то есть больной, страдающий; и слово «вадж‘» применяется к любой болезни, множественное число его — «авджа‘» подобно «сабаб» и «асбаб», а также «виджа‘», с кясрой, подобно «джабаль» и «джибаль»; и говорят «каум вадж‘уна», и «вадж‘а» подобно «маρда»; и «нисаун вадж‘ат», и «вадж‘а»; и иногда говорят «авджа‘аху» его голова, с алифом [в начале], а исходно: «вадж‘аху» боль его головы, и «авджа‘аху» боль его головы, но было опущено слово ради понятности по контексту, и на этом основании говорят: такой-то «мавджу‘», а более правильно: «мавджу‘ ар-ра’с», и если сказать: «Зайд йаўджа‘у ра’сахуху» с опущением объекта, то слово «ра’с» ставится в винительном падеже, и относительно этого падежа есть два мнения; аль-Фарра’ сказал: «вадж‘та батнака», подобно «рашидта амрака», так что определённое имя здесь имеет значение неопределённого; а кто-то иной, помимо аль-Фарра’, сказал: слово «батн» стоит в винительном падеже из-за опущения предлога, и исходно: «вадж‘та мин батника», и «рашидта фи амрика»; ибо разъясняющие слова у басрийцев бывают только неопределёнными; и это ясно при том толковании, когда человек делается объектом действия; а если же человек делается субъектом, а орган — объектом, то в этом толковании нет нужды; и «тавадджа‘а»: жаловался; и «тавадджа‘ту лаху мин кадза»: посочувствовал ему. Конец цитаты (¹).
Его слово (يجده في جسده — «которую он чувствует в своём теле») — предложение в положении винительного падежа как определение к слову «вадж‘ан» («боль»). Аль-Маджд (да помилует его Аллах) сказал: «джасад», с фатхой на обеих буквах — тело человека, джиннов и ангелов. Конец цитаты (²).
Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал: множественное число слова «джасад» — «аджсад», и это слово не применяется ни к чему из земных творений [кроме указанного]; и сказано в «аль-Бари‘»: слово «джасад» применяется только к разумному живому существу, то есть к человеку, ангелам и джиннам, и не применяется к иному, кроме как к шафрану, а также к крови, когда она засохнет. Конец цитаты (³).
(с тех пор, как принял Ислам) — то есть с момента его принятия Ислама; а в риваяте «аль-Муваттаʼ»: «что он пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ. Усман сказал: и у меня была боль, которая почти убивала меня».
[Польза]: аль-Маджд (да помилует его Аллах) в «аль-Камус» сказал: «мунзу» — простая форма, стоящая в состоянии дамма [в конце], а «муз» — форма, из которой [часть] опущена, стоящая в состоянии сукуна, и допустимо кясрование их мимов, и после них следует имя в родительном падеже,
в таком случае — это два предлога, в значении «мин» («от») для прошедшего времени, и «фи» («в») для настоящего, и «мин» и «иля» вместе для считаемого, например: «ма ра’айтуху мунзу йауми аль-хамис» («я не видел его со дня четверга»); либо имя в именительном падеже, например: «мунзу йаумани» и «хина’из» — оба являются подлежащими, а то, что после них, — сказуемым, и значение их — предел [срока] в настоящем и в считаемом, и начало срока в прошедшем; либо это два обстоятельства, о которых сообщается через то, что после них, и значение их — «между и между», например: «лакитуху мунзу йаумани», то есть между мной и встречей с ним — два дня; и после них следует глагольное предложение, например, в стихе [размера аль-камиль]:
«Не переставал он с тех пор, как связали его руки его пояс, … возвышаться, пока не достиг пяти пядей»,
либо именное предложение, как в стихе [размера ат-тавиль]:
«И не прекращал я стремиться к богатству с тех пор, как я подросток, … мальчиком и взрослым мужчиной, до того как поседел и стал безбородым».
В таком случае это два обстоятельства, присоединённые в изафет к предложению, либо ко времени, присоединённому к нему в изафет; а сказано также, что они — подлежащие.
И исходная форма «муз» — «мунзу»; из-за того, что они возвращаются к дамме на «заль» слова «муз» при встрече двух неподвижных букв, например «музу аль-йаум»; и если бы исходной формой не была дамма, они бы кясровали; и из-за того, что при уменьшительной форме говорят «мунайиз»; либо, если «муз» — имя, то исходная форма его — «мунзу», а если предлог — то она сама и есть исходная; и говорят «ма лакитуху мунза аль-йаум», и «муза аль-йаум», с фатхой на их «заль»; либо исходная форма их — это «мин» предложная и «зу» в значении «который», либо «мин из», где была опущена хамза, и встретились два неподвижных звука, поэтому «заль» получила дамму; либо исходная форма их — «мин за» — указательное имя, так что смысл в выражении «ма ра’айтуху муз йаумани» — «от этого времени два дня», и во всём этом есть натянутость. Конец цитаты (¹).
И на некоторые из упомянутых моментов указал Ибн Малик (да помилует его Аллах) в «аль-Хуляса», где сказал:
«И «муз», и «мунзу» — оба имена, там, где стоят в именительном падеже, либо предшествуют глаголу, как «джи’ту муз да‘а»,
а если управляют родительным падежом в прошедшем — то подобны «мин», оба они, а в настоящем — пойми их значение как «фи»».
(и Посланник Аллаха ﷺ сказал ему: «Положи руку») — а у ат-Табарани и аль-Хакима: «Положи свою правую руку на то место, на которое ты жалуешься, и потри его семь раз» (²). (на то, что болит) — форма настояще-будущего времени от «алима», из разряда «таб‘а»: то есть болит и страдает.
В некоторых списках встречается «та’аллама» с «та» вместо «йа», и тогда это форма настояще-будущего времени от «та’аллама», с фатхой в начале и удвоенным «лям», и здесь опущена одна из двух букв «та», так как исходная форма — «тата’аллам», подобно тому, как в словах Всевышнего: «Огонь, который пылает» [«аль-Лейль», 14], и Его словах: «Ниспосылаются ангелы» [«аль-Кадр», 4], и Его словах: «А ему ты обращаешь внимание» [«‘Абаса», 6]. В «аль-Хуляса» сказано:
«И то, что начинается двумя «та», может быть ограничено одной «та», как «табаййану аль-‘ибар»».
И допустимо также, что это с облегчённым (без удвоения) «лям», форма настояще-будущего времени от «алима», подобно «фариха», говорят: «алима йа’лам»: то есть заболел; то есть на тот орган, который у тебя болеет. А Аллах Всевышний знает лучше.
И его слово (из твоего тела) — пояснение к относительному местоимению. (И скажи: «С именем Аллаха») — то есть именно эту формулировку, и не следует прибавлять к ней, говоря: «С именем Аллаха, Милостивого, Милосердного», хотя некоторые так и говорили. Ведь в пророческом наставлении есть тайный смысл, и если к нему что-то прибавить, эта тайна утрачивается, так пусть об этом знают. А Аллах Всевышний знает лучше. (Трижды) — то есть три раза. (И скажи семь раз: «Прибегаю») — то есть ищу защиты и укрытия (у Аллаха) Всевышнего (и Его могущества, от зла того, что я нахожу) — то есть в настоящий момент из боли, (и опасаюсь») — то есть боюсь этого в будущем. Говорят: «хазира-шай» (بابе «таиба») — когда он его боится. По видимому, глагол выражен в форме взаимного действия («муфаа‘ала»), потому что опасаемая вещь как бы стремится настичь человека, а он отталкивает её от себя, отчего это стало относиться к форме взаимности. А Аллах Всевышний знает лучше.
Ат-Тыби (да помилует его Аллах) сказал: прибегают к защите от боли и неприятности, которая уже случилась, либо от того, что ожидается в будущем — от печали и страха, ведь «хазар» (осторожность) означает избегание того, чего боятся.
У ат-Табарани и аль-Хакима сказано, что это произносится при каждом поглаживании из семи.
У ат-Тирмизи, который назвал хадис хорошим (хасан), и у аль-Хакима, который признал его достоверным, передано от Мухаммада ибн Салима, который сказал: Сабит аль-Бунани сказал мне: «О Мухаммад, если ты почувствуешь боль, положи руку туда, где болит, и скажи: «С именем Аллаха, прибегаю к могуществу Аллаха и Его силе от зла того, что я нахожу от этой моей боли», затем подними руку и повтори это нечётное число раз». Он сказал: «А мне рассказал Анас ибн Малик, что Посланник Аллаха ﷺ сообщил ему об этом».
В риваяте «аль-Муватта» добавлено: «Он сказал: я так и сделал, и Аллах устранил то, что было со мной, и я не переставал велеть это своей семье и другим», — то есть потому, что это относится к божественным лекарствам и пророческой медицине,
ради упоминания в нём Аллаха Всевышнего, вверения себя Ему и прибегания к Его могуществу и силе. А повторение делает это более действенным и более убедительным, подобно повторению естественного лекарства для полного извлечения болезнетворного вещества. И в числе семь есть особое свойство, которого нет в других числах. Пророк ﷺ выделил число семь в разных случаях при условии крепости убеждённости и искренности намерения. Некто сказал: «И, по видимому, если больной — как бы младенец, то тот, кто заклинает его, должен говорить: «от зла того, что он находит», и «он опасается»».
[Замечание]: ат-Табарани (да помилует его Аллах) привёл этот хадис в «аль-Му‘джам аль-кабир» в развёрнутом виде, сказав:
(8356) — Рассказал нам Яхья ибн Айюб аль-Аллаф аль-Мисри, рассказал нам Са‘ид ибн Абу Марьям, рассказал нам Мухаммад ибн Джа‘фар, от Сухайля ибн Абу Салиха, от Хакима ибн Хакима ибн Аббада ибн Хунайфа, от Усмана ибн Абу аль-Аса, который сказал: «Я прибыл в составе делегации племени Сакиф, когда они прибыли к Посланнику Аллаха ﷺ, и мы облачились в наши одежды у ворот Пророка ﷺ. Они сказали: «Кто удержит для нас верховых животных?» — и все люди желали войти к Пророку ﷺ и не любили оставаться позади него. Усман сказал: «А я был самым молодым из этих людей, и я сказал: «Если хотите, я удержу для вас животных при условии, что вы возьмёте на себя обязательство перед Аллахом, что подержите их для меня, когда выйдете»». Они сказали: «Это тебе полагается». Они вошли к нему, затем вышли и сказали: «Пойдём с нами». Я спросил: «Куда?» Они сказали: «К твоей семье». Я сказал: «Я отправился от своей семьи, пока не остановился у ворот Пророка ﷺ, а теперь вернусь и не войду к нему, хотя вы дали мне обязательство, которое вы знаете?» Они сказали: «Поторопись, ведь мы уже за тебя всё спросили, не оставив ничего, о чём бы мы его не спросили». Я вошёл и сказал: «О Посланник Аллаха, попроси Аллаха, чтобы Он дал мне понимание религии и обучил меня». Он сказал: «Что ты сказал?» Я повторил ему эти слова. Он сказал: «Ты попросил у меня то, о чём не просил меня никто из твоих товарищей. Иди, ты — амир над ними и над теми из твоего народа, кто придёт к тебе, и веди людей на молитву, применяясь к самому слабому из них». Я вышел, а затем прибыл к нему в другой раз и сказал: «О Посланник Аллаха, я заболел после тебя». Он сказал: «Положи правую руку на то место, где болит, и скажи: «Прибегаю к могуществу Аллаха и Его силе от зла того, что я нахожу», семь раз». Я так и сделал, и Аллах исцелил меня». Конец.
А Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Усмана ибн Абу аль-Аса (да будет доволен им Аллах) относится к тем, что автор (да помилует его Аллах) привёл в единственном числе, без параллели у других составителей.
[Замечание]: ад-Даракутни (да помилует его Аллах) сказал: аль-Муслим привёл хадис Ибн Вахба, от Юнуса, от аз-Зухри, от Нафи‘а ибн Джубайра, от Усмана ибн Абу аль-Аса: «Я пожаловался Пророку ﷺ на боль, которую я чувствую…» Он сказал: «Его передал Усман ибн аль-Хакам, от Юнуса, от аз-Зухри, от Нафи‘а ибн Джубайра, что Пророк ﷺ сказал Усману…» в форме мурсаль (с пропущенным звеном). Конец.
Составитель говорит, да простит его Аллах: так упомянул ад-Даракутни, но не упомянул порочения хадиса, и, по видимому, он не считает это порочащим, а хотел лишь показать разногласие. А если предположить, что он желал порочения, то этому нет оснований, поскольку Ибн Вахб — хафиз, отличающийся точностью, и ему не вредит противоречие Усмана ибн аль-Хакама, ведь тот ниже его по положению. В «ат-Такриб» сказано: «Правдив, но допускал ошибки». Конец. Так и обнаружилась здесь его ошибка через противоречие Ибн Вахбу.
Из удивительного и странного то, что некто, писавший комментарий на «Сахих Муслим», следуя своей постоянной привычке ослаблять множество хадисов из «Сахих Муслим», ослабил этот хадис Усмана и его хадис, который приводится далее в следующей главе, по причине разрыва и мурсаля. Это дерзость с его стороны, до которой никто прежде не доходил, ведь даже ад-Даракутни не утверждал разрыва в цепи передачи у Муслима, а лишь упомянул противоречие Усмана ибн аль-Хакама Ибн Вахбу в вопросе мурсаля. Так что вникни со справедливостью, и у Аллаха Всевышнего просим помощи.
(Второй вопрос): о его иснадах:
Его привёл (составитель) здесь [9/5725] (2202), (Абу Дауд) в «Медицине» (3891), (ат-Тирмизи) в «Медицине» (2080), (Ибн Маджа) в «Медицине» (3522), (ан-Насаи) в «аль-Кубра» (4/367 и 410 и 6/248), (Малик) в «аль-Муватта» (2/942), (Ибн Абу Шайба) в своём «Мусаннафе» (5/48 и 6/63),
и (Ахмад) в своём «Мусанаде» (4/21 и 217), (Абд ибн Хумайд) в своём «Мусанаде» (382), (ат-Табарани) в «аль-Кубра» (9/8341 и 8342 и 8343), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (2964 и 2965 и 2967), (аль-Хаким) в «аль-Мустадрак» (1/494). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — из них: разъяснение допустимости заклинания (рукъя), и что оно относится к причинам, которые Аллах Всевышний установил для устранения случившихся болезней и отвращения ожидаемых.
2 — из них: разъяснение желательности возложения руки на болящее тело во время заклинания упомянутым словом поминания.
3 — из них: желательность повторения формулы «бисми-Ллях» три раза и повторения заклинания семь раз.
4 — из них: то, что сказал имам Ибн Абд аль-Барр (да помилует его Аллах): в этом хадисе — ясное доказательство того, что атрибуты Аллаха несотворены, ведь прибегание к защите не может быть направлено к сотворённому. Конец.
5 — из них: то, что он же сказал: и в нём — указание, что заклинания отвращают беду, и Аллах через них устраняет её, и это одно из самых сильных средств лечения болей для того, кого сопровождает истинная убеждённость и явное содействие свыше, а моё содействие только от Аллаха, на Него я уповаю, и Он — Господь великого трона. Конец.
6 — из них: то, что сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): его слово («положи руку на то из твоего тела, что болит») — это повеление в порядке наставления и указания на то, что приносит пользу — возложение руки заклинающего на больного и поглаживание ею, и что это не было особенностью, свойственной только Пророку ﷺ, но следует, чтобы так поступал каждый заклинающий. И это подтвердилось действием Пророка ﷺ и его сподвижников (да будет доволен ими Аллах), которые делали это сами с собой и с другими, как упомянуто в предыдущих хадисах. Поэтому заклинающему не следует отклоняться от этого к поглаживанию железом или чем-то иным, ведь никто из упомянутых прежде так не делал, и такое действие — обман, не имеющий основания.
Он сказал: и из того, что подобает делать заклинающему — дуновение и слюновыделение (нафс и тафл), а мы уже говорили, что они — выдыхание
«ат-Тамхид» Ибн Абд аль-Барра, 23/29....со слюной, притом слюна, выделяемая при выдувании (تفل), обильнее; было сказано, что слюна при выдувании с шипением (نفث) обильнее; было сказано, что они равны по количеству. Первое мнение более верно с точки зрения знатоков языка. Это [слово] часто встречалось в предыдущих хадисах и других, поэтому от него не следует отступать. Так же и повторение произнесения «бисми-Ллях» трижды, и повторение защитной мольбы (العوذة) семь раз, как пришло в этом хадисе, — читающему заклинание надлежит придерживаться этого, поскольку этому научил Пророк ﷺ и повелел так делать. Во всём этом заключены тайны, которыми Аллах Всевышний отводит вред.
Что же касается того, что делают заклинатели-обманщики с помощью различных приспособлений и звенящих предметов, то всё это относится к разряду обмана и способов незаконного присвоения чужого имущества.
Он сказал: учёные разошлись во мнениях относительно «нушры» (النُّشْرة) — это когда пишут нечто из имён Аллаха или из Корана, затем смывают это водой, а затем обтирают этой водой больного или дают ему её выпить. Саид ибн аль-Мусайиб разрешал это; его спросили: «Человек, на которого наведено колдовство через его жену, — можно ли снять с него это колдовство посредством нушры?» Он ответил: «В этом нет ничего плохого, а то, что приносит пользу, не запрещено». Аль-Мазири сказал: нушра — дело, известное среди заклинателей, и названо так потому, что снимает (تُنْشَر) [колдовство] с того, кто ему подвергся, то есть развязывает его.
Аль-Хасан же запрещал это и говорил, что это относится к колдовству. Абу Дауд передал хадис от Джабира ибн Абдуллаха (да будет доволен им Аллах), что Посланника Аллаха ﷺ спросили о нушре, и он ответил: «Это из деяний шайтана». Некоторые из наших учёных сказали: это следует понимать применительно к тому, что выходит за рамки того, что содержится в Книге Аллаха Всевышнего и сунне Его Посланника ﷺ, и за рамки известного лечения, тогда как нушра относится к разряду медицины.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: это подтверждается его словами ﷺ: «Нет ничего плохого в заклинаниях, если в них нет многобожия», и «кто из вас способен принести пользу своему брату, пусть сделает это».
Кади Ияд (да помилует его Аллах) сказал относительно выдувания с шипением (النفث): польза от этого — и Аллах знает лучше — в благословении через влажность или воздух и дыхание, непосредственно сопровождающее благое заклинание, подобно тому, как испрашивают благословения через воду, которой смывают написанные прекрасные имена Аллаха в нушре. Он сказал: это может также совершаться в качестве доброго предзнаменования об уходе этой боли и её отделении от больного, подобно отделению этого выдыхаемого воздуха. Малик, когда лечил себя заклинанием, имел обычай выдувать с шипением. Он не одобрял [использование] железа, соли, которую завязывают узлом, и того, на чём пишут печать Сулеймана, причём завязывание узлов он считал наиболее предосудительным из-за того, что в этом...