«его слово «а мы оба находимся в состоянии джанаба»» (وَنَحْنُ جُنُبَانِ) — это построено на одном из двух языковых вариантов [склонения] слова «джунуб»: согласно первому, оно склоняется в двойственном и множественном числе, и говорят: «джунуб», «джунубан», «джунубиййун», «аджнаб». Согласно второму варианту говорят: мужчина — джунуб, двое мужчин — джунуб, мужчины — джунуб, женщины — джунуб, — одной и той же формой [без изменения].
Изначальное значение слова «джанаба» в языке — отдаление. А словом «джунуб» называют того, на кого стало обязательным полное омовение (гусль) вследствие полового акта или истечения семени, потому что такой человек сторонится (يجتنب) молитвы, чтения [Корана] и мечети и удаляется от них.
Так сказал ан-Навави.
В этом [хадисе] содержится довод о чистоте остатков воды после женщины, поскольку когда Аиша (да будет доволен ею Аллах) зачерпнула рукой из сосуда и взяла из него воду в первый раз, вода после этого стала её остатком, и то, что брал Пророк ﷺ после неё из этой воды, было не чем иным, как её остатком. Что же касается соответствия хадиса главе, то оно в том, что полное омовение включало в себя [частичное] омовение.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привёл ан-Насаи в сокращённом виде, а Муслим привёл со слов Абу Салямы ибн Абд ар-Рахмана от Аиши, которая сказала: «Я и Посланник Аллаха ﷺ совершали полное омовение из одного сосуда после состояния джанаба». На этом заканчивается [цитата].
[78] «Ибн Харрабуз» (بن خَرَّبُوذَ) — с фатхой над точечной «ха», удвоенной с фатхой обычной «ра», даммой над «ба», сукуном над «вав», а затем точечная «заль» в конце. Это Салим ибн Сардж, Абу ан-Ну‘ман аль-Мадани, [передающий] от своей вольноотпущенницы Умм Хабибы. Ибн Маин признал его надёжным.
Хафиз Ибн Хаджар сказал: аль-Хаким Абу Ахмад сказал: кто говорит «Ибн Сардж» — тот арабизировал [имя], а кто говорит «Ибн Харрабуз» — тот имел в виду его же по-персидски. А некоторые из них говорили о нём «Салим ибн ан-Ну‘ман».
«От Умм Субаййи аль-Джухании» (بِصَادٍ مُهْمَلَةٍ) — с обычной «сад», затем «ба», в уменьшительной форме с удвоением. Это Хаула бинт Кайс, бабушка Хариджи ибн аль-Харис.
Ибн Манда сказал, что Умм Субаййя — это Хаула бинт Кайс ибн Кахд, но Абу Ну‘айм возразил ему.
Хафиз сказал: и был прав, то есть Абу Ну‘айм.
А в «Шарх ма‘ани аль-асар» ат-Тахави [сказано], что она застала [время Пророка] и присягнула Посланнику Аллаха ﷺ. Абу Абдуллах Ибн Маджа сказал: я слышал, как Мухаммад говорил: Умм Субаййя — это Хаула бинт Кайс; я упомянул это Абу Зур‘а, и он сказал: «Он сказал правду».
«Моя рука и рука Посланника Аллаха ﷺ чередовались» (اخْتَلَفَتْ يَدِي وَيَدُ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ), то есть иногда он зачерпывал прежде неё, а иногда она зачерпывала прежде него.
У Муслима, по пути передачи от Му‘азы от Аиши: «...и он опережал меня, так что я говорила: «Оставь мне [воды]»». Ан-Насаи добавил: «...а я опережала [его], так что он говорил: «Оставь мне»».
«В [частичном] омовении» (فِي الْوُضُوءِ) — с даммой над «вав», то есть при совершении омовения. «Из одного сосуда» (مِنْ إِنَاءٍ وَاحِدٍ) связано с [частичным] омовением.
В этом хадисе [содержится довод] о дозволенности того, чтобы человек в состоянии джанаба зачерпывал из малого количества воды, и что это не препятствует очищению этой водой, равно как и остатком от неё. Это также указывает на то, что запрет на погружение находящегося в состоянии джанаба в стоячую воду носит характер порицаемого (танзих) из опасения, что это будет сочтено неопрятным, а не потому, что вода становится нечистой от погружения в неё человека в состоянии джанаба, ведь нет разницы между всем телом человека в таком состоянии и отдельным его органом.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привёл также Ибн Маджа, и он передал, что Умм Субаййя — это Хаула бинт Кайс. На этом заканчивается [цитата].