В «Миркат»
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи и Ибн Маджа с подобным смыслом — сокращённо и полно.
[1529] (Что он слышал Абу Са‘ида аль-Худри) — аль-Мунзири сказал: этот хадис привели Муслим и ан-Насаи через хадис Абу Абд ар-Рахмана аль-Хубули Абдуллаха ибн Зайда от Абу Са‘ида в более полном виде.
[1530] («Кто помолится за меня» одной молитвой, «тому Аллах воздаст молитвой десятикратно») — аль-Мунзири сказал: этот хадис привели Муслим, ат-Тирмизи и ан-Насаи, и в их риваяте — «воздаст Аллах ему десятикратно». Конец.
[1531] («Ибо ваша молитва предстаёт передо мной») — аль-Мунави сказал: то есть предстаёт передо мной в каждый день пятницы. Кто из них более всех молится за меня, тот из них ближе ко мне по положению.
День пятницы был особо выделен потому, что день пятницы — господин дней, а избранный (ﷺ) — господин рода человеческого, поэтому молитве за него в этот день присуще особое достоинство, которого нет ни в каком другом.
(«и вот ты истлел» — арамта) по образцу «дараба» (ты ударил).
В «Нихае» сказано: аль-Харби сказал: так это передают знатоки хадисов, но я не знаю его обоснования. Правильно — «арамат» (она истлела), так что «та» будет показателем женского рода костей, либо «раммамта», то есть «ты стал истлевшим».
Другой сказал: это именно «арамта» по образцу «дараба», а исходная форма его — «армамта», то есть «ты обветшал», с усилением «та», на том основании, что одна из двух «мимов» была слита с «та» через ассимиляцию. Но это мнение несостоятельно, ибо «мим» никогда не ассимилируется с «та».
Сказано также, что возможно это «уримта» с даммой над «алифом» по образцу «умирта», от выражения «арамат-иль-ибль тарэму», когда верблюды берут корм и вырывают его из земли.
Я говорю: исходное значение этого слова — от «рамма-ль-маййиту» и «арама», когда он обветшал; «римма» — истлевшая кость. Форма прошедшего времени от «урамиму» для говорящего и обращаемого к нему — «арамамта» и «армамта», с явным проявлением удвоения. Так же и всякий удвоенный глагол — удвоение в нём проявляется явно с этими двумя формами. Ты говоришь в «шаддада» — «шададту», и в «а‘адда» — «а‘дадту». Удвоение проявляется явно потому, что «та» говорящего и обращаемого к нему подвижна, а то, что предшествует ей, не может быть иначе как неподвижным. И когда предшествующее ей становится неподвижным —
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
Хафиз Шамс ад-Дин Ибн аль-Каййим (да будет милостив к нему Аллах) сказал: в этом хадисе ошиблись две группы: одна — в его формулировке, другая — в его признании слабым. Что касается первой группы, то они сказали, что произносится «аразамма-т» с открытием «ра», удвоением и открытием «мим», и открытием «та». Они сказали: исходная его форма — «армамта», то есть «ты стал истлевшим», и они перенесли движение «мим» на предшествующую ей «ра», затем слили одну «мим» с другой, оставив «та» обращения в её состоянии, так получилось «арамма-т». Это ошибка. Подобная ассимиляция допустима лишь тогда, когда конец глагола не обязан быть неподвижным из-за присоединения местоимения говорящего, обращаемого к нему или «нун» женского множественного числа, как в «арамма», «арамма» (двойственное), «арамму» (множественное). Но если к нему присоединяется местоимение, требующее его неподвижности, ассимиляция недопустима, ибо это приводит либо к встрече двух неподвижных без опоры на одну из них, либо к движению его конца, а к нему присоединилось то, что требует его неподвижности.
Поэтому мы не говорим «аммадат» и «умидт» и «аммадна» от «амдадта», «амдадт» и «амдадна» по указанной причине. А эти люди, увидев, что глагол ассимилируется, когда его конец не неподвижен, как в «арамма», решили, что то же самое относится и к «армамта», и упустили из виду разницу.
Правильное же в этом — «арамат» по образцу «дарабат», где отбросили одну из двух «мим» для облегчения, и это известный красноречивый язык, засвидетельствованный в Коране, в словах Всевышнего: «залта над ним пребывающим» и Его словах: «И вы стали (залтум) наслаждаться», исходная форма которых — «залилта над ним» и «залилтум тафаккахуна», и подобных примеров много.
Что же касается второй группы, признавшей этот хадис слабым, то они сказали: этот хадис известен через Хусайна ибн Али аль-Джу‘фи, который передал его от Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Джабира от Абу аль-Аш‘аса ас-Санани от Авса ибн Авса. Они сказали: кто взглянет на внешнюю сторону этого иснада, не усомнится в его достоверности из-за надёжности его передатчиков, их известности и принятия имамами их хадисов и использования их в качестве доказательства. Этот хадис от Хусайна аль-Джу‘фи передала группа благородных [учёных]. Они сказали: его недостаток в том, что Хусайн ибн Али аль-Джу‘фи не слышал от Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Джабира, а слышал от Абд ар-Рахмана ибн Язида ибн Тамима, а Абд ар-Рахман ибн Язид ибн Тамим не является тем, чьи хадисы принимаются в качестве доказательства. Когда Хусайн аль-Джу‘фи передавал этот хадис, он ошибся в имени деда и сказал «ибн Джабир». Это разъяснили знатоки хадисов и указали на это.
Это вторая «мим», встретились два неподвижных, ибо первая «мим» стала неподвижной из-за ассимиляции, а объединить два неподвижных невозможно, и нельзя привести в движение второй, поскольку его неподвижность обязательна из-за «та» говорящего и обращаемого к нему. Остаётся только привести в движение первый, а когда он приводится в движение, удвоение проявляется явно.
То же, что пришло в этом хадисе с ассимиляцией, где удвоение не проявилось явно согласно тому, что пришло в риваяте, потребовало от них усилить «та», чтобы предшествующее ей было неподвижным, поскольку привести в движение вторую «мим» невозможно, — либо оставить правило обязательности неподвижности перед «та» говорящего и обращаемого к нему. Если риваят достоверен и не искажён, то объяснить его невозможно иначе как на основе языка некоторых арабов, ибо аль-Халиль утверждал, что люди из племени Бакр ибн Ваиль говорят «раддату» и «радату», а также с группой женского рода говорят «раддна» и «маррна», подразумевая «рададту» и «рададту», «ардадна» и «имрурна». Он сказал: как будто они предполагали ассимиляцию до присоединения «та» и «нун», так что форма хадиса будет «араммата» с удвоением «мим» и открытием «та». И Аллах знает лучше. Конец его слов.
Аль-Мунзири сказал: этот хадис привели ан-Насаи и Ибн Маджа, и у него есть недостаток; я собрал его пути передачи в отдельном труде. Конец.
7 — (Глава о запрете человеку призывать беду на свою семью и своё имущество)
[1532] (Абу Хазра) — с открытым «ха» без точки, затем неподвижным «за» с точкой, затем «ра» без точки. («Не призывайте») — то есть мольбой —
[Примечание Ибн аль-Каййима, «Тахзиб ас-сунан»]
Сказал аль-Бухари в «ат-Тарих аль-кабир»: «Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Тамим ас-Суламий аш-Шамий передавал от Макхуля, от него слышал аль-Валид ибн Муслим; у него есть отвергаемые (мунакир) хадисы. Говорят, что это тот, от кого передавали куфийцы Абу Усама и Хусайн, и они говорили: «Абд ар-Рахман ибн Йазид ибн Джабир», — но «ибн Тамим» вернее».
Сказал Абд ар-Рахман ибн Абу Хатим: «Я спросил своего отца об Абд ар-Рахмане ибн Йазиде ибн Тамиме, и он сказал: «У него есть отвергаемые хадисы. Говорят, что это тот, от кого передавали Абу Усама и Хусайн аль-Джуфи, и оба они сказали: «ибн Йазид ибн Джабир», — и ошиблись в его родословии, а «ибн Тамим» вернее, и он слаб в хадисе»».
Сказал Абу Бакр аль-Хатыб: «Куфийцы передавали хадисы Абд ар-Рахмана ибн Йазида ибн Тамима как хадисы Абд ар-Рахмана ибн Йазида ибн Джабира и ошиблись в этом, и ответственность за эти хадисы лежит на них».
Сказал Муса ибн Харун хафиз: «Абу Усама передавал от Абд ар-Рахмана ибн Йазида ибн Джабира, и это была его ошибка: он не встречался с Абд ар-Рахманом ибн Йазидом ибн Джабиром, а встречался только с Абд ар-Рахманом ибн Йазидом ибн Тамимом, и подумал, что тот — ибн Джабир, тогда как ибн Джабир — надёжный (сика), а ибн Тамим — слабый». Они сказали: «И на это, что упомянули эти имамы, указали и другие хафизы».
«Дурного» (على أنفسكم) — то есть гибели, и подобно этому «и не призывайте зло на своих детей» — то есть слепоту и подобное этому, «и не призывайте зло на свои имущества» — то есть на рабов и рабынь смертью и прочим. «Чтобы не совпасть» — это запрет призывающему, и причина запрета в том, что не следует призывать зло на упомянутых, чтобы не совпасть с часом от Аллаха — часом получения (то есть дара), в который есть дарование, — «и Он ответит вам», то есть чтобы вы не попали случайно на час ответа и получения, и тогда была бы услышана ваша дурная молитва.
Упомянул это в «аль-Миркат».
Сказал аль-Мунзири: «Привёл его Муслим в середине длинного хадиса Джабира, но там нет упоминания о слугах».
8 — Глава о молитве (благословении) за кого-то, кроме Пророка ﷺ
[1533] («Пророку ﷺ помолись за меня») Сказал Ибн аль-Малак: «Ас-салят» здесь означает мольбу и испрашивание благословения. Сказано, что это допустимо и в отношении кого-то, кроме Пророка: Аллах Всевышний сказал о том, кто отдаёт закят: «И молись за них». А что касается салята, обращённого к Посланнику Аллаха ﷺ, то он означает возвеличивание и почитание и является особым только для него». Конец цитаты.
Кадий Ийад подробно рассмотрел этот вопрос в «аш-Шифа», и аль-Хафаджи — в своём комментарии, к ним и следует обращаться. И Аллах знает лучше.
Сказал аль-Мунзири: «Привёл его ат-Тирмизи в сокращённом виде и указал на этот раздел, и привёл его ан-Насаи».
9 — Глава о мольбе за отсутствующего
[1534] («Когда человек молится за своего брата») то есть верующего, «за спиной, в его отсутствие» (بظهر الغيب) — слово «ظهر» («спина») здесь добавлено для усиления, то есть в отсутствие того, за кого молятся, о его молении, даже если он присутствует рядом, если молящийся молится за него в сердце в этот момент или же произносит вслух, но тот не слышит. («Ангелы говорят: амин») — то есть: «Ответь ему, Господь, на его мольбу за брата».
Его слово («и тебе также») — здесь оборот речи (ильтифат), или же смысл таков: «Аллах ответил на твою мольбу в отношении твоего брата, и тебе также» («بمثل» — с кясрой над «мим», сукуном над «ثاء» и танвином на «лям») — то есть Аллах дал тебе подобное тому, о чём ты просил для своего брата.
Сказал ат-Тыби: «Буква «ба» здесь избыточна в составе подлежащего, как в выражении «бихасбика дирхам»».
Некоторые из числа праведных предшественников, когда хотели помолиться за самих себя, молились за своего брата-мусульманина этой же мольбой, чтобы ангел помолился за них тем же самым, и это было более способствующим принятию.
Сказал аль-Мунзири: «Привёл его Муслим в подобном изложении».
Умм ад-Дарда, упомянутая здесь, — это младшая, из числа последователей (таби‘ин), её имя — Худжайма, а говорят также Джухайма, а говорят также Джумана. А старшая, чьё имя Хайра, была сподвижницей, но у неё нет хадиса в этих двух книгах.
Халаф аль-Васити упомянул в своём «Та‘лике» этот хадис в муснаде Умм ад-Дарда от Посланника Аллаха ﷺ, основываясь на внешнем виде, который он увидел в «Сахихе» Муслима. Но Муслим упомянул до этого и после этого, что это передано ею от Абу ад-Дарда от Посланника Аллаха ﷺ, и на это указали многие из хафизов (да будет доволен ими Аллах). И Аллах знает лучше.
[1535] («Поистине, самая быстрая в получении ответа мольба») — выделяется («мольба отсутствующего за отсутствующего») — из-за её чистоты, искренности намерения и отдалённости от показухи и стремления быть услышанным.
Сказал аль-Мунзири: «Привёл его ат-Тирмизи и сказал: «Хадис редкий (гариб), мы знаем его только с этой стороны, а аль-Ифрики слаб в хадисе, и это Абд ар-Рахман ибн Зияд ибн Анам аль-Ифрики»».
[1536] («Три мольбы») — подлежащее, сказуемое которого — («принимаемые, без сомнения») то есть в их принятии, и это более настойчиво выражено, чем в хадисе «Троих, чья мольба не отвергается». А усиление здесь связано с тем, что эти трое обращаются к Аллаху Всевышнему с искренней просьбой, смягчённым сердцем и сокрушённым духом. («Мольба родителя») — то есть за своего ребёнка или против него; матери здесь не упомянуто, потому что её право больше, и поэтому её мольба тем более достойна принятия. («И мольба путника») — возможно, что его мольба — за того, кто сделал ему добро, и со злом — за того, кто причинил ему вред и обидел его, поскольку его мольба не лишена смягчённости сердца. («И мольба обиженного») — то есть за того, кто ему помогает и поддерживает его, или утешает его
и облегчает его положение, или против того, кто обидел его, каким бы видом несправедливости это ни было. Так сказано в «аль-Миркат».
Сказал аль-Мунзири: «Привели его ат-Тирмизи и Ибн Маджа. И сказал ат-Тирмизи: «Абу Джафар, который передавал от Абу Хурайры, называется Абу Джафар аль-Муаззин, и мы не знаем его имени. От него передавал Йахья ибн Касир несколько хадисов». И привёл его в другом месте, и сказал: «Это хороший (хасан) хадис»».
10 — Глава о том, что говорит человек, когда боится
[1537] («О Аллах, поистине мы делаем Тебя в их горлах») — говорят: «Я поместил такого-то в горло врага», то есть напротив него и перед ним, чтобы он сражался с тобой и стоял между тобой и им. И выделено именно горло упоминанием, потому что враг обращается им вперёд при вступлении в бой.
Смысл: мы просим Тебя отвратить их груди, отвести их зло, оградить нас от их дел и встать между нами и ними.
Сказал аль-Мунзири: «Привёл его ан-Насаи».