Упомянутое [сообщение] указывает на то, что джум‘а не является обязательной для того, кто не слышит призыва [к молитве], — независимо от того, находится ли он в том селении, где совершается джум‘а, или вне его. Однако Хафиз [Ибн Хаджар] сказал в «Фатх аль-Бари»: «Мнение, к которому склонилось большинство, состоит в том, что она обязательна для того, кто слышит призыв, или для того, кто находится в положении слышащего, независимо от того, находится ли он внутри селения или вне его». Конец цитаты. Аль-Ираки же в толковании на ат-Тирмизи передал от аш-Шафи‘и, Малика и Ахмада ибн Ханбаля, что они считают джум‘у обязательной для жителей города, даже если они не слышат призыва. Конец цитаты.
[502] Его слово («слышал я Ахмада ибн аль-Хасана») — это слова ат-Тирмизи. Этот Ахмад ибн аль-Хасан — это Ахмад ибн аль-Хасан ибн Джунайдиб ат-Тирмизи, Абу-ль-Хасан, хафиз, много странствовавший [в поисках хадисов]. Он был из числа учеников Ахмада ибн Ханбаля. От него передавали аль-Бухари, ат-Тирмизи и Ибн Хузайма. Он был одним из вместилищ хадиса. Умер он в 260 (двести шестидесятом) году — так сказано в «аль-Хуласе» и других книгах.
Его слово («передал нам аль-Хаджжадж ибн Нусайр») — с даммой на «нун» — аль-Фасатыты ат-Таннисы, Абу Мухаммад аль-Басри, слабый [передатчик], принимавший внушённое ему [текстами] с чужих слов, из девятого поколения — так сказано в «ат-Такрибе». А говорящий «передал нам аль-Хаджжадж ибн Нусайр» — это Ахмад ибн аль-Хасан, а не ат-Тирмизи. Равно и говорящий слова «и он разгневался на меня» — это Ахмад ибн аль-Хасан.
Его слово («проси прощения у Господа твоего») — в форме повеления и с повторением ради усиления, то есть: «проси прощения у Господа твоего, о Ахмад ибн аль-Хасан, за передачу этого хадиса», ибо он слабый, поскольку в его иснаде трое слабых [передатчиков]: первый — аль-Хаджжадж ибн Нусайр, и он слабый; второй — Му‘арик, и он также слабый; третий — Абдуллах ибн Са‘ид аль-Макбури, и он также слабый.
Его слово («и поступил с ним Ахмад так-то и так-то») — это слова ат-Тирмизи.
(Глава о том, что передано о времени [молитвы] джум‘а)
[503] Его слово («сообщил нам Сурайдж») — в уменьшительной форме — ибн Ну‘ман аль-Джавхари, Абу-ль-Хасан аль-Багдади, родом из Хорасана, надёжный [передатчик], допускающий небольшие ошибки, из числа старших представителей десятого поколения; а от Усмана ибн Абд ар-Рахмана ат-Тайми аль-Мадани, надёжного [передатчика].
Его слово («когда солнце склоняется») — то есть к западу и отходит от своего зенита, имеется в виду после подтверждения [наступления] зенита. Хафиз сказал в «Фатх аль-Бари»: «В этом есть указание на то, что он ﷺ постоянно совершал молитву джум‘а, когда солнце склонялось [от зенита]». Конец цитаты.
[504] Его слово («и в этой главе передано от Салямы ибн аль-Аква‘а») — это вывели шесть имамов, кроме ат-Тирмизи, с формулировкой: «Мы совершали с Пророком ﷺ молитву джум‘а, а затем расходились, и у стен ещё не было тени, в которой можно было бы укрыться». А в риваяте Муслима: «Мы совершали джум‘а с Посланником Аллаха ﷺ, когда солнце склонялось [от зенита], а затем возвращались, следуя за тенью». (И от Джабира) — вывели это Муслим и ан-Насаи с формулировкой: «Мы совершали молитву с Посланником Аллаха ﷺ, а затем возвращались и давали отдых нашим верблюдам, [используемым] для водопоя». Хасан, то есть Ибн Аййаш, сказал: «Я спросил Джа‘фара: «В какой это час?» Он ответил: «После склонения солнца [от зенита]». (И от аз-Зубайра ибн аль-Аввама) — вывел это Ахмад с формулировкой: «Мы совершали с Пророком ﷺ молитву джум‘а, а затем расходились и спешили в укрепления, но не находили тени, кроме как размером с место наших ступней». Язид ибн Харун сказал: ««аль-аджам» [означает] «аль-атам»» [укрепления].
Его слово («хадис Анаса — хадис хороший, достоверный») — его передали также аль-Бухари и Абу Дауд.
Его слово («и это то, чего придерживается большинство обладателей знания, а именно, что время джум‘а наступает, когда солнце склоняется [от зенита]») — они приводили в качестве довода хадис этой главы и то, что имеет схожий смысл. Ан-Навави сказал: «Малик, Абу Ханифа, аш-Шафи‘и и подавляющее большинство учёных из числа сподвижников, последователей и тех, кто пришёл после них, [считают], что джум‘а не дозволяется совершать иначе как после склонения солнца [от зенита]. И не разошлись в этом [во мнении] никто, кроме Ахмада ибн Ханбаля и Исхака, которые дозволили её до склонения [солнца]. И передано об этом от сподвижников многое, но ничего из этого не является достоверным, кроме того, чего придерживается большинство. И большинство истолковало эти хадисы как указание на стремление к спешному совершению [молитвы]». Конец цитаты.
Его слово («а некоторые сочли, что молитва джум‘а, если она совершена до склонения солнца [от зенита], также дозволена») — то есть, подобно тому как она дозволена после склонения. Они приводили в качестве довода некоторые хадисы, среди них — хадис Анаса: «Мы совершали джум‘у рано и отдыхали [в полуденный час] после джум‘а». Вывел это аль-Бухари. Хафиз сказал: «Внешний смысл этого — что они совершали молитву джум‘а в начале дня, однако путь совмещения [смыслов] предпочтительнее утверждения о противоречии [между сообщениями]. И уже установлено, что слово «спешность» [ат-табкир] применяется как к совершению чего-либо в начале его времени, так и к предпочтению его перед другим, и именно это здесь и имеется в виду. Смысл в том, что они начинали с молитвы прежде полуденного отдыха, в отличие от того, что было у них в обычае при молитве зухр в жару, ибо тогда они отдыхали, а затем совершали молитву — ввиду узаконенности отсрочки [молитвы] из-за жары [аль-ибрад]». Конец цитаты.
И среди них хадис Сахля ибн Са‘да (да будет доволен им Аллах): «Мы не отдыхали в полуденный час и не обедали иначе как после джум‘а». Передала это группа [хадисоведов]. А довод в нём в том, что обед и полуденный отдых имеют своим местом время до склонения [солнца]. И передают от Ибн Кутайбы, что он сказал: «Не называется это обедом и не называется полуденным отдыхом после склонения [солнца]». А ответил на это ан-Навави и другие тем, что этот хадис и то, что имеет схожий смысл, истолковывается как указание на стремление к спешному совершению [молитвы], и что они откладывали обед и полуденный отдых в этот день на время лишь после молитвы джум‘а, поскольку им было рекомендовано спешить к ней, — и если бы они занялись чем-либо из этого до неё, то опасались бы упустить её или упустить спешное [прибытие] к ней.
И среди них — предание Абдуллаха ибн Сидана, который сказал: «Я присутствовал на джум‘а с Абу Бакром, и его молитва и проповедь были до полудня дня. И присутствовал я на ней с Умаром (да будет доволен им Аллах), и его молитва и проповедь [продолжались] до того, что я говорил: «Уже настал полдень»». А ответил на это хафиз Ибн Хаджар и другие тем, что Абдуллах ибн Сидан не является известным по своей справедливости [как передатчик].
Ибн Ади сказал: «Он подобен неизвестному (передатчику)». Аль-Бухари сказал: «За ним в этом хадисе никто не следует», более того, этому хадису противоречит то, что сильнее его. Так, Ибн Абу Шайба передал через Сувайда ибн Гафалу, что он молился вместе с Абу Бакром и Умаром, когда солнце уже склонилось (от зенита), и иснад этого сообщения крепкий.
Некоторые приводили в качестве довода его слова ﷺ: «Поистине, этот день Аллах сделал праздником для мусульман», говоря: раз он назвал его праздником, то молитва в этот день дозволена во время праздничной молитвы, подобно разговению и жертвоприношению. На это возразили тем, что из наименования дня пятницы праздником не следует, что на него распространяются все установления праздника, доказательством чему служит то, что в день праздника пост запрещён безусловно, независимо от того, постился ли человек до него или после, в отличие от дня пятницы.
Очевидным же и заслуживающим опоры является то, к чему склонилось большинство учёных, а именно что пятничная молитва не дозволена иначе как после склонения солнца (от зенита). Что же касается мнения некоторых о том, что она дозволена до склонения солнца, то по этому вопросу нет достоверного и ясного хадиса. И Аллах Всевышний знает лучше.