«Обнажение меча из ножен» — [так поясняется на персидском языке значение слова]. «Оружие» (ас-силах) с кясрой — орудие войны и его железная часть; слово может употребляться и в женском роде; включает меч, лук без тетивы и палку.
[1459] Его слово («кто поднимет на нас оружие») — а в хадисе Салямы ибн аль-Аква у Муслима: «кто обнажит на нас меч». Смысл хадиса: поднял оружие на мусульман для сражения с ними без права на то, поскольку в этом — устрашение их и наведение на них ужаса. Как будто словом «поднятие» он иносказательно обозначил сражение или убийство ввиду того, что это обычно с ним связано. Ибн Дакык аль-Ид сказал: возможно, под «поднятием» подразумевается то, что противоположно «опусканию» [оружия], и это иносказание о сражении им; возможно также, что под «поднятием» подразумевается ношение его с намерением сражаться им — на это указывает контекст слов «на нас»; возможно также, что имеется в виду поднятие его для нанесения удара им. В любом случае в этом — указание на запретность сражения с мусульманами и суровость в этом деле.
Хафиз сказал: хадис передан также в форме «кто обнажит на нас оружие» (ман шахара). Аль-Баззар вывел его из хадиса Абу Бакры, из хадиса Самуры и из хадиса Амра ибн Ауфа, и в иснаде каждого из них есть слабость, но они подкрепляют друг друга. У Ахмада из хадиса Абу Хурайры приведено в форме: «кто бросит в нас стрелой (би-н-набль), тот не из нас», а у ат-Табарани в «аль-Аусат» — со словом «ночью» (аль-лайль) вместо «стрелой» (ан-набль); у аль-Баззара из хадиса Бурайды — подобное этому. («Тот не из нас») — то есть не следует нашему пути, или не является придерживающимся нашего пути, ибо право мусульманина на мусульманина в том, чтобы он помогал ему и сражался за него, а не устрашал его, поднимая на него оружие с намерением сразиться с ним или убить его.
Подобно этому: «кто обманывает нас, тот не из нас» и «не из нас тот, кто бьёт себя по щекам и разрывает на себе одежды [в скорби]».
Это относится к тому, кто не считает подобное дозволенным; что же касается того, кто считает его дозволенным, то он впадает в неверие через признание запретного дозволенным при соблюдении соответствующего условия, а не через одно лишь поднятие оружия.
Более предпочтительным у многих из ранних [учёных] считалось оставлять формулировку хадиса без истолкования, чтобы это было более действенным для устрашения.
Суфьян ибн Уяйна порицал тех, кто отклоняет хадис от его явного смысла, говоря: «его смысл — не по нашему пути», и считал, что воздержание от его истолкования предпочтительнее по указанной причине.
Упомянутая угроза не распространяется на того, кто сражается против мятежников из числа приверженцев истины; она относится к мятежникам и к тому, кто первым начал сражение несправедливо. Конец [слов Хафиза].
Его слово («и в этой главе [передано] от Ибн Умара, Ибн аз-Зубайра, Абу Хурайры и Салямы ибн аль-Аква») — что касается хадиса Ибн Умара и Абу Хурайры, то его вывели аш-Шейхан в формулировке хадиса главы.
Что касается хадиса Ибн аз-Зубайра, то следует посмотреть, кто его вывел.
Что касается хадиса Салямы ибн аль-Аква, то его вывел Муслим.
Его слово («хадис Абу Мусы — хадис хороший, достоверный») — его вывел также аль-Бухари.
27 — Глава о том, что передано о наказании колдуна
[1460] Его слово («наказание колдуна — удар мечом») — в «Маджма аль-бихар» сказано: передаётся с [огласовкой] та и с [огласовкой] ха; и [Пророк ﷺ] отступил от [слова] «убиение» к этому выражению, чтобы не выйти за его пределы к чему-то иному. На этот хадис опирался тот, кто говорил, что наказание колдуна — смерть, однако хадис слабый.
Его слово («это хадис, который мы не знаем возведённым [к Пророку] иначе как с этой стороны передачи») — его вывели также ад-Даракутни, аль-Хаким и аль-Байхаки. («Исмаил ибн Муслим аль-Макки признаётся слабым в хадисе из-за [слабости] его памяти») — в «ат-Такриб» сказано: Исмаил ибн Муслим аль-Макки, Абу Исхак, был родом из Басры, затем поселился в Мекке, был правоведом, слабым в хадисе, из пятого поколения. («А Исмаил ибн Муслим аль-Абди аль-Басри — Вакиа сказал: он надёжен, — и передаёт также от аль-Хасана») — то есть подобно тому, как передаёт от него Исмаил ибн Муслим аль-Макки.
В «ат-Такриб» сказано: Исмаил ибн Муслим аль-Абди, Абу Мухаммад аль-Басри, судья, надёжен, из шестого поколения.
Его слово («и это мнение Малика ибн Анаса и т.д.») — ан-Навави в «Шарх Муслим» сказал: занятие колдовством запретно и относится к тяжким грехам по единогласному мнению. Он сказал: оно может быть неверием, а может и не быть неверием, а являться лишь тяжким ослушанием; если в нём есть слово или действие, влекущее неверие, то [колдун] впадает в неверие, иначе — нет.
Что же касается изучения его и обучения ему, то это запретно. Он сказал: у нас [колдуна] не убивают; если он покается, его покаяние принимается. Малик же сказал: колдун — неверный по причине колдовства, от него не требуют покаяния, и его покаяние не принимается, напротив, его убиение обязательно.
Этот вопрос строится на разногласии о принятии покаяния зиндика (вероотступника-лицемера), ибо колдун у него [Малика] — неверный, как мы упомянули, а у нас — не неверный, и у нас принимается покаяние лицемера и зиндика.
Кади Ияд сказал: мнения Малика придерживался также Ахмад ибн Ханбаль, и оно передаётся от группы сподвижников и последователей.
Наши товарищи [шафииты] сказали: если колдун убил своим колдовством человека или признался, что тот умер от его колдовства, и что оно обычно убивает, то на него возлагается кисас (возмездие); если же тот умер от этого, но [колдовство] иногда убивает, а иногда нет, то кисаса нет, а обязательны выкуп за кровь (дийя) и искупление (каффара); и дийя выплачивается из его имущества, а не с его родичей (акиля), поскольку родичи не несут ответственность за то, что установлено признанием самого виновного.
Наши товарищи сказали: убийство посредством колдовства не может быть представлено через свидетельские показания, а представляется лишь через признание самого колдуна. И Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов ан-Навави.
8 — Глава о том, что передано о присвоившем добычу (гали) — что с ним делать
[1461] Его слово («кого вы найдёте присвоившим [добычу] на пути Аллаха») — то есть укравшим из имущества военной добычи.
«Гулюль» — это измена в отношении военной добычи. («Сожгите его имущество») — на основании этого хадиса опирался тот, кто говорил о сожжении имущества присвоившего [добычу].
(Его слово: «это хадис необычный (гариб), мы не знаем его иначе как с этой стороны передачи») — его вывели также Ахмад, Абу Дауд, аль-Хаким и аль-Байхаки.
(Его слово: «и это мнение аль-Аузаи, Ахмада и Исхака») — это также мнение Макхуля; а от аль-Хасана передано, что сжигается всё его имущество, кроме животных и списка Корана.
Ат-Тахави сказал: если бы этот хадис был достоверным, можно было бы допустить, что это относилось к тому времени, когда наказание налагалось имуществом. Конец цитаты.
Его слово («и он — мункар аль-хадис»). Аль-Мунзири сказал: Салих ибн Мухаммад ибн Заида — о нём отзывались критически несколько имамов, и говорилось, что он единолично передал этот хадис.
Аль-Бухари сказал: большинство наших товарищей приводят этот хадис в качестве довода относительно присвоения военной добычи (гулюль), но он ложен и ничего не стоит.
Ад-Даракутни сказал: этот хадис сочли неприемлемым (мункар) со стороны Салиха ибн Мухаммада. Он сказал: этот хадис не имеет подтверждающих передач, и у него нет основы как передачи от Посланника Аллаха ﷺ. Достоверно установлено (махфуз), что именно Салим велел это [сделать]. Абу Дауд признал достоверным его остановленную (мавкуф) передачу.
(И сказал Мухаммад: передано в нескольких других хадисах от Пророка ﷺ относительно присваивающего добычу, и в них он не велел сжигать его имущество). Слово «аль-харак» — с фатхой над «ха» и «ра» (причём «ра» иногда может произноситься с сукуном, как указано в «ан-Нихае») — является масдаром от «харика» (с фатхой над «ха» и кясрой над «ра»). Это формулировка риваята ат-Тирмизи от аль-Бухари (да помилует его Аллах). А формулировка аль-Бухари в его «Сахихе», в «Книге джихада», в главе «О малом из присвоенного (гулюль)», не упоминает от Абдуллаха ибн Умара от Пророка ﷺ, что он сжёг его имущество — то есть в том хадисе, который он привёл в этой главе, а это хадис Абдуллаха ибн Умара, где сказано: был на обозе Пророка ﷺ человек по имени Каркара, и он умер. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Он в огне». Люди пошли посмотреть на него и обнаружили, что он присвоил себе плащ.
Затем аль-Бухари сказал: и это более достоверно.
В «Фатхе» сказано: он указал на слабость хадиса Абдуллаха ибн Умара относительно повеления сжечь поклажу присвоившего добычу. Конец цитаты.
9 — (Глава о том, что передано относительно человека, который говорит другому: «О муханнас!»)
С фатхой над удвоенной «нун» (и допускается также кясра) — это тот, кто уподобляется женщинам; назван так из-за «изломанности» (инкисар) его речи. Говорилось также, что по аналогии следовало бы произносить с кясрой, но общеизвестно произношение с фатхой. Уподобление может быть врождённым (табъи) либо принятым по собственному выбору (таклиф).
Ко второму виду относится хадис о проклятии муханнасов, как сказано в «Маджмаъ аль-бихар».
[1462] Его слово («если человек скажет человеку») — то есть мусульманину («О иудей!»). Аль-Кари сказал: в том же смысле — «О христианин!» и «О неверный!». («То побейте его двадцатью [ударами]») — то есть плетьми. («А если скажет: «О муханнас!» — то побейте его двадцатью»). Ат-Тыби сказал: в его словах «О иудей!» есть двусмысленность (таврийя) и иносказание (ихам), поскольку возможно, что под этим подразумевается либо неверие, либо униженность, ведь иудеи являются примером униженности, и толкование во втором смысле предпочтительнее ради устранения [сомнения] в применении хадов; так же обстоит дело и со словом «муханнас». Конец цитаты.
(«А кто совокупится с той, что запретна ему по родству, — убейте его») — то есть того, кто совершил половой акт умышленно. В этом довод для тех, кто говорит, что совершивший половой акт с той, кто запретна ему по родству (махрам), подлежит казни. Аль-Музхир сказал: Ахмад вынес решение согласно внешнему смыслу хадиса. Другие же сказали: это лишь угроза (заджр), а иначе его положение подобно положению прочих прелюбодеев — он побивается камнями, если состоит в браке (мухсан), и подвергается бичеванию, если не состоит в браке. Так сказано в «аль-Миркат».
Я говорю: очевидным является то, что сказал имам Ахмад, и нет необходимости толковать хадис как простую угрозу.
Его слово («а Ибрахим ибн Исмаил считается слабым в передаче хадисов»). В «ат-Такрибе» сказано: Ибрахим ибн Исмаил ибн Абу Хабиба аль-Ансари аль-Ашхали, их вольноотпущенник, Абу Исмаил аль-Мадани — слабый передатчик, из седьмого поколения.
Его слово («и передано от Пророка ﷺ несколькими путями, передали аль-Бара ибн Азиб и Курра ибн Ияс аль-Музани, что некий человек... и так далее»). Хадис аль-Бара и хадис Курры уже приводились ранее в главе о том, кто женился на жене своего отца.
Его слово («они сказали: кто совокупится с той, что запретна ему по родству») — то есть вступит с ней в половую связь («зная об этом») — предложение, выражающее обстоятельство (хал), то есть при том условии, что он знает о её запретности («подлежит казни») — то есть он должен быть казнён, иными словами, его казнь становится обязательной, и это очевидный смысл, на который указывают хадисы этой главы.
Что же касается тех, кто говорит, что на него распространяется наказание за прелюбодеяние (хадд аз-зина), то хадисы этой главы служат доводом против них. И Аллах Всевышний знает лучше.