Хадис сорок первый — от Зейда ибн Асляма, мурсаль, но подтверждаемый и соединяемый достоверными путями через хадис Малика и других.
Малик передал от Зейда ибн Асляма, что тот сказал: пришли два человека с востока и произнесли речи, и люди удивились их красноречию. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, в красноречии есть колдовство» — или: «поистине, некое красноречие есть колдовство». Так передал его Яхья от Малика, от Зейда ибн Асляма, в форме мурсаль, и я не думаю, что кто-либо ещё, кроме него, передал этот хадис от Малика в такой форме. А группа передатчиков передала его от Малика в форме мусанад — среди них аль-Каанаби, Ибн Вахб, Ибн аль-Касим, Ибн Букайр, Ибн Нафи, Мутарриф и ат-Тиннисий, — все они передали его от Малика, от Зейда ибн Асляма, от Абдуллаха ибн Умара, от Пророка ﷺ, и это верно. А слышание Зейдом ибн Аслямом от Ибн Умара достоверно, и об этом уже было сказано в этой нашей книге, в начале главы о Зейде ибн Асляме.
Передал нам Абу Мухаммад ибн Абдуллах ибн Мухаммад аль-Джухани, сказал: передал нам Абу Усман Саид ибн Усман ибн ас-Сакан аль-Хафиз, сказал: передал нам Мухаммад ибн Юсуф, сказал: передал нам Мухаммад ибн Исмаил аль-Бухари, сказал: передал нам Абдуллах ибн Юсуф, сказал: сообщил нам Малик, от Зейда ибн Асляма, от Ибн Умара, который сказал: пришли два человека с востока и произнесли речи, и люди удивились их красноречию. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, в красноречии есть колдовство» — или: «поистине, некое красноречие есть колдовство».
И передал его также аль-Каттан от Малика таким же образом, в форме мусанад. Передал мне Абд аль-Варис ибн Суфьян, сказал: передал нам Касим ибн Асбаг, сказал: передал нам Бакр ибн Хаммад, сказал: передал нам Мусаддад, сказал: передал нам Яхья ибн Саид, от Малика ибн Анаса, от Зейда ибн Асляма, от Ибн Умара, который сказал: пришли два человека и произнесли речи, и люди удивились их красноречию. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, в красноречии есть колдовство».
Так же передали его ас-Саури, Ибн Уяйна и Зухайр ибн Мухаммад — от Зейда ибн Асляма, от Ибн Умара, — только в их риваяте: «и они произнесли речи» или «и один из них произнёс речь».
И передано слово Пророка ﷺ «поистине, в красноречии есть колдовство» другими путями, помимо этого, из хадиса Аммара и других. И разошлись во мнениях относительно смысла, подразумеваемого в этом сообщении.
Было сказано, что этим подразумевается осуждение красноречия, поскольку оно уподоблено колдовству, а колдовство запрещено и осуждаемо, — и это потому, что в красноречии есть представление лжи в облике истины, а также высокопарность и вычурность речи. И пришло в отношении болтливых и высокопарных то осуждение, которое пришло. К этому мнению склонилась группа сторонников Малика, и они привели в доказательство то, что Малик включил этот хадис в свой «Муваттаʼ», в главу о том, какая речь нежелательна.
Но большинство знатоков словесности и науки арабского языка отвергли это и посчитали, что слово его ﷺ «поистине, в красноречии есть колдовство» является похвалой, восхвалением, превознесением красноречия и его высокой оценкой. И на это указывает контекст сообщения и его формулировка, как мы приведём в этой главе, если пожелает Аллах.
Передал Али ибн Харб аль-Мосыли от Абу Саида аль-Хайсама ибн Махфуза, от Абу аль-Мукаввима Яхьи ибн Саляба аль-Ансари (١), от аль-Хакама, от Миксама, от Ибн Аббаса, который сказал: собрались у Пророка ﷺ Кайс ибн Асим, аз-Зибрикан ибн Бадр и Амр ибн аль-Ахтам. Аз-Зибрикан стал хвалиться и сказал: «О Посланник Аллаха, я — господин племени Тамим, которому подчиняются и чьё слово принимается среди них; я добываю для них их права и защищаю их от несправедливости, и вот этот знает это» — имея в виду Амра ибн аль-Ахтама. Тогда Амр сказал: «Он и правда обладает сильным упорством, защищает своих ближних и подчинён среди своих родичей». Аз-Зибрикан сказал: «Клянусь Аллахом, он солгал, о Посланник Аллаха, и удержала его от говорения только зависть». Амр сказал: «Я тебе завидую? Клянусь Аллахом, плох ты по дядьям по матери, недавно разбогатевший, глуп отцом, ненавистен среди рода. Клянусь Аллахом, о Посланник Аллаха, я не солгал в том, что сказал сперва, и сказал правду в том, что сказал после. Я был доволен и сказал самое лучшее, что знал, и разгневался и сказал самое худшее, что нашёл, и в обоих случаях я сказал правду». Тогда Пророк ﷺ сказал: «Поистине, в красноречии есть колдовство».
И передал Хаммад ибн Зейд от Мухаммада ибн аз-Зубайра, который сказал: пришли к Посланнику Аллаха ﷺ аз-Зибрикан ибн Бадр, Амр ибн аль-Ахтам и Кайс ибн Асим. Посланник Аллаха ﷺ сказал Амру: «Расскажи мне об аз-Зибрикане». Тот сказал: «Он подчинён в своём собрании, обладает сильным упорством, защищает то, что за его спиной». Аз-Зибрикан сказал: «Он, клянусь Аллахом, о Посланник Аллаха, знает, что я лучше него». Тогда Амр сказал: «Поистине, он скуп в мужественности, тесен пастбищем, глуп отцом, низок по дядьям по матери. О Посланник Аллаха, я сказал правду в первый раз и не солгал во второй. Он удовлетворил меня, и я сказал самое лучшее, что знал, и разгневал меня, и я сказал самое худшее, что знал». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, в красноречии есть колдовство».
И упомянула группа знатоков сообщений, среди них аль-Мадаини и другие, что Посланник Аллаха ﷺ сказал Амру ибн аль-Ахтаму: «Расскажи мне об аз-Зибрикане ибн Бадре». Тот сказал: «Он подчинён среди своих ближних, обладает сильным упорством, защищает то, что за его спиной». Аз-Зибрикан сказал: «О Посланник Аллаха, он знает обо мне больше этого, но он позавидовал мне». Амр сказал: «А клянусь Аллахом, о Посланник Аллаха, он скуп в мужественности, тесен пастбищем, глуп отцом, низок по дядьям по матери. Я не солгал в первый раз и сказал правду в последний. Я был доволен и сказал самое лучшее, что знал, и разгневался и сказал самое худшее, что знал». Тогда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует......и мир ему): «Поистине, в красноречии есть подобие колдовства». В этом — указание на похвалу красноречию, признание достоинства ораторского искусства и удивление тому, что слышится от красноречия его обладателей. В этом хадисе присутствует переносное значение (маджаз) и красивая метафора (истиара), поскольку красноречие в действительности не есть колдовство. В нём же — крайность в похвале, ибо ничто в способности восхищать и покорять сердца не достигает степени колдовства. Изначально слово «сихр» (колдовство) у арабов означало склонение к себе, привлечение; и каждый, кто склонил тебя к себе, тем самым как бы «околдовал» тебя. Это высказывание Пророка ﷺ стало распространённой поговоркой среди людей: услышав речь, которая их восхищает, они говорят: «Поистине, в красноречии есть подобие колдовства», а также говорят в подобных случаях: «Это дозволенное колдовство» и тому подобное — и это тоже стало пословицей. Передают, что некий просящий обратился к Умару ибн Абд аль-Азизу с просьбой, изложенной в речи, которая восхитила его, и Умар сказал: «Это, клянусь Аллахом, дозволенное колдовство». А Ибн ар-Руми (да простит его Аллах) сказал на эту тему прекрасные стихи:
Её речь — дозволенное колдовство, если бы только
она не совершала убийства сдержанного мусульманина...
Если она продолжает — не наскучит, а если она сократит —
собеседник хотел бы, чтобы она не сокращала...
Пленение умов и отрада, которой нет подобной
для слушающих, и узы для торопливого...
И из этого же — то, что мне прочитал Юсуф ибн Харун из своей касыды:
Она произнесла после этого колдовство, но оно
из того колдовства, дозволенность которого не вызывает разногласий...
Так и Ибн Сирин выдохом Юсуфа
говорил о толковании снов подобными его словам речами...
В этом хадисе — указание на то, что удивление перед совершенством и красноречием присуще натуре обладателей разума и ораторского дара. Пророк ﷺ, хотя ему были дарованы всеобъемлющие изречения, по своей справедливости признавал за каждым обладателем достоинства его достоинство. В этом также указание на то, что наиболее проницательный в понимании вещи — наиболее радующийся её хорошему проявлению, если он не завистлив. Учёные хвалят красноречие и владение языком лишь до тех пор, пока это не переходит в границы многословия, излишней растянутости и вычурности речи (тафайхук). Передано о болтливых и вычурных в речи людях, что они — наиболее ненавистные Аллаху и Его Посланнику из людей. И это, Аллах знает лучше, относится к тому, кто пытается украсить ложь и представить её красивой своей речью, желая придать ей вид истины, — вот это и есть то предосудительное, о чём пришла строгая угроза. Что же касается речи истины, то она хороша и прекрасна в любом случае, будь в ней растянутость или нет, пока она не выходит за пределы истины. Хотя я предпочитаю умеренность в делах, ибо она наиболее справедлива. То же, в похвале чему сошлись языковеды, — это красноречие, краткость, сжатость выражения и передача великих смыслов немногими словами. Говорят, что два человека, которые произносили речь (или один из них) перед Посланником Аллаха ﷺ, упомянутые в этом хадисе, — это Амр ибн аль-Ахтам и аз-Зибрикан ибн Бадр.
Абу Умар сказал: относительно его слова (لزَمِرٌ) — «замир» означает «немногий», и здесь имеется в виду «малый по мужественности». А «‘атан» — это загон [для скота] или двор; и его слово (ضيّق العطن) «узкий двором» — иносказание о скупости.
Передал нам Абд аль-Варис ибн Суфьян, сказал: передал нам Касим ибн Асбаг, сказал: передал нам Ахмад ибн Зухайр, сказал: передал нам Мухаммад ибн Язид, сказал: передал нам Ибн Идрис от Малика ибн Магуля, который сказал: Зайд ибн Ияс говорил аш-Ша‘би: «О губитель нужд!» — имея в виду, что тот отвлекает своих собеседников от их дел красотой своей речи.
Передал нам Ахмад ибн Мухаммад ибн Ахмад, сказал: передал нам Ахмад ибн Саид, сказал: передал нам Абу-ль-Хасан Мухаммад ибн Абдуллах ибн Саид аль-Михрани, сказал: передал нам Язид ибн Мухаммад аль-Мухаллаби, сказал: передал нам аль-Утби от того, кто ему передал, сказавшего: аш-Ша‘би, услышав хадис и передавая его, как бы прибавлял к нему от красоты своего изложения. Однажды он услышал хадис, который слышал вместе с ним его собеседник по имени Разин; аш-Ша‘би пересказал его и украсил речью. Разин сказал ему: «Побойся Аллаха, о Абу Амр, хадис не таков!» Аш-Ша‘би ответил ему: «О Разин, как же ты нуждаешься в гладко скатанном [стихе], крепкой шкурой, мягким сотрясением, обильным плодом, взявшем всё от места крепления шеи до основания хвоста, — если бы такое было положено на тебя, ты бы много пляс совершил без всякой радости». Тот не понял, что он сказал, и спросил: «А что это?» Аш-Ша‘би ответил: «Нечто, в чём для нас польза, а для тебя — урок».
Из наилучшего, что сказано в стихах о похвале красноречию, — слова Хассана ибн Сабита об Ибн Аббасе:
Молчалив, когда молчание украшает его обладателя,
и раскрывающий девственность запечатанной речи...
Он вместил то, что вместил Коран из всякой мудрости,
и связаны с ним знания плотью и кровью...
Са‘лаб сказал: «Я не знаю в описании красоты речи ничего прекраснее этих двух строк», принадлежащих Ади ибн аль-Харису ат-Тайми:
Как будто речь людей собрана у него,
и он выбирает из её краёв, отбирая лучшее...
Он не удовлетворяется ничем, кроме каждой девственной и весомой [мысли],
которая, кажется, готова закапать красноречием из глубинной крови...
Абу Умар сказал: два стиха, предшествующие этим, лучше их. Хассану также принадлежат об Ибн Аббасе (да будет доволен им Аллах) стихи, которые передаются также от аль-Хутайи:
Когда он говорит, не оставляет места для слова говорящему,
своими стройными речами, между которыми не видно разрыва...
Он произносит слово, подобного которому не произносят другие,
как высечение из твёрдого камня, не оставляющее в пределе изъяна...
Он утолил и исцелил то, что было в душах, и не оставил
для обладателя нужды в речи ни серьёзного дела, ни шутки... —
из стихов, ему принадлежащих.
И у другого также об этом...
«Когда он говорит — не упускает верного и не останавливается в затруднении и заикании, и не сворачивает язык на дурную речь».
И сказал Бакр ибн Саввада о Халиде ибн Сафване:
«Знающий, как выстроить речь, наученный, помнящий то, что изложил прежде всего, —
ты видишь ораторов людей в день его импровизированной речи, будто они кроншнепы, увидевшие сокола».
Сообщил нам Абдуллах ибн Мухаммад ибн Абд аль-Мумин, сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Бакр, сказал: рассказал нам Абу Дауд, сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Йахья ибн Фарис, сказал: рассказал нам Саид ибн Мухаммад, сказал: рассказал нам Абу Тумайла, сказал: рассказал нам Абу Джафар ан-Наххви Абдуллах ибн Сабит, сказал: рассказал мне Сахр ибн Абдуллах ибн Бурайда, от своего отца, от своего деда, сказал: я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Поистине, в красноречии есть колдовство, и поистине, в знании есть невежество, и поистине, в поэзии есть мудрость, и поистине, в речи есть тягость».
И сказал Сасаа ибн Сухан: правду сказал Посланник Аллаха ﷺ. Что касается его слов «поистине, в красноречии есть колдовство», то это о человеке, за которым стоит неправда, но он искуснее в приведении доводов, чем тот, за кем стоит истина, и он околдовывает людей своим красноречием, и уводит истину. Что касается его слов «поистине, в знании есть невежество», то это когда учёный берётся в своей науке за то, чего не применяет на деле, и это делает его невежественным в этом. Что касается его слов «поистине, в поэзии есть мудрость», то это те наставления, которыми наставляются люди. Что касается его слов «поистине, в речи есть тягость», то это когда ты излагаешь свою речь и свой рассказ тому, для кого это не нужно и кто этого не желает.
Сказал Абу Умар: его слово ﷺ (поистине, в поэзии есть хикам) — он имел в виду хикму (мудрость), и это подобно словам Его, Всемогущ и Велик Он: «Это те, кому Мы дали Писание, хукм и пророчество», то есть мудрость и пророчество. Это более известно и более прославлено, чем требует приведения свидетельства. И у Аллаха — успех.