952 - нам передал Убайд ибн Исмаил: нам передал Абу Усама от Хишама, от его отца, от Аиши, которая сказала: «Вошёл Абу Бакр, а у меня были две девушки-помощницы из ансаров, которые пели то, что говорили ансары в день Бу‘асы». Она сказала: «А они не были профессиональными певицами». Абу Бакр сказал: «Дудки шайтана в доме Посланника Аллаха ﷺ!» — а это было в день праздника. Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «О Абу Бакр, у каждого народа есть свой праздник, и это наш праздник».
В этом хадисе — дозволение девушкам-помощницам в день праздника играть и петь пение бедуинов. И даже если это слышат женщины и мужчины, и даже если при этом есть бубен, подобный бубну арабов, похожий на решето.
Аль-Бухари привёл этот хадис в конце «Книги о двух праздниках» через риваят аз-Зухри от Урвы от Аиши, что Абу Бакр вошёл к ней, а у неё были две девушки в дни Мины, играющие на бубнах и хлопающие в ладоши, а Пророк ﷺ был укрыт своей одеждой. Абу Бакр их отругал, тогда Пророк ﷺ приоткрыл своё лицо и сказал: «Оставь их, о Абу Бакр, ведь это дни праздника» — и это дни Мины.
Нет сомнения, что у арабов было своё пение, которым они пели, и были у них бубны, на которых они играли, и их пение было стихами людей невежества (джахилии) — об упоминании войн и оплакивании убитых в них, а их бубны были подобны решётам, без бубенцов внутри, как в хадисе Аиши от Пророка ﷺ: «Объявляйте о браке и бейте по этому поводу в решето».
Этот хадис привели ат-Тирмизи и Ибн Маджа с иснадом, в котором есть слабость.
Пророк ﷺ дозволял им во время радостных событий, таких как праздники, свадьбы и возвращение отсутствовавших, играть девушкам на бубнах и петь при этом эти стихи и подобное им по смыслу.
Когда были завоёваны земли Персии и Рима, сподвижникам открылось то, к чему привыкли персы и римляне — мелодичное пение с размеренными ритмами, по способу музыки, со стихами, в которых описывались запретные вещи: вино и прекрасные образы, возбуждающие скрытую в душах страсть, врождённую в них любовь, — с помощью увлекательных музыкальных инструментов, слушание которых выводит из равновесия. Тогда сподвижники осудили пение и его слушание, запретили его и проявили в этом строгость.
Так что Ибн Мас‘уд сказал: «Пение растит лицемерие в сердце, как вода растит зелень». И это передано от него также как возведённое [к Пророку ﷺ].
Это указывает на то, что они понимали: пение, которое дозволил Пророк ﷺ своим сподвижникам, не было этим пением, и его инструменты не были этими инструментами, и что он дозволил лишь то, что было в его время, то, что известно арабам с их инструментами.
Что же касается пения иноземцев с их инструментами, то дозволение не распространяется на него, даже если это называют пением, а его инструменты называют бубнами, — но между ними есть различие, которое не скрыто от разумного человека. Ведь пение иноземцев с их инструментами возбуждает страсть, изменяет нравы и призывает к грехам, так что оно — приманка к прелюбодеянию. А дозволенное пение бедуинов не содержит в себе ничего из этих пороков вовсе, поэтому пение иноземцев не входит в дозволение ни по букве, ни по смыслу, ведь нет прямого текста от законодателя о дозволенности того, что называют пением или бубном вообще, — это лишь частные случаи, на которые было дано согласие, и они не имеют обобщающего значения.
Пение и бубен, дозволенные в этом случае, не имеют того же смысла, что пение иноземцев и их звонкие бубны, потому что их пение и их бубны возбуждают и разжигают нравы к запретному, в отличие от пения бедуинов. Кто уподобляет одно другому, тот совершил самую отвратительную ошибку и провёл сравнение при явном различии между второстепенным и основным, так что его аналогия — из самых порочных и далёких от истины.
Достоверно переданы сообщения от Пророка ﷺ, осуждающие тех, кто будет слушать певиц в конце времён, и это указывает на запрет слушания музыкальных инструментов, заимствованных у иноземцев.
Аль-Бухари привёл в «Книге напитков» хадис Абд ар-Рахмана ибн Гунма от Абу Малика — или Абу Амира — аль-Аш‘ари, от Пророка ﷺ об этом, как будет упомянуто в своём месте, если пожелает Аллах Всевышний.
Он сказал в нём: «Сказал Хишам ибн Аммар» — и привёл этот хадис.
Очевидно, что он слышал его от Хишама.
Его передал от Хишама также аль-Хасан ибн Суфьян ан-Насави.
Его привёл через этот путь аль-Байхаки и другие.
Ат-Табарани привёл его: нам передал Мухаммад ибн Йазид ибн Абд ас-Самад: нам передал Хишам ибн Аммар.
Так что этот путь достоверен и непрерывен от Хишама.
Абу Дауд привёл его другим путём в сокращённом виде.
Аиша разъяснила, что эти две девушки пели пением дня Бу‘асы, а день Бу‘асы — известный день из дней войн джахилии.
Его буква «ба» с тремя точками, а «айн» — обычная, без точки, хотя некоторые передают её с точкой. Аль-Хаттаби сказал: это известный день из дней арабов, в который произошла великая резня ауситов против хазраджитов, и война продолжалась сто двадцать лет вплоть до ислама, как об этом упоминал Ибн Исхак и другие.
Он сказал: стихи, которые они пели, были об описании храбрости и войны, и если их обратить к джихаду против неверующих, то это будет подмогой в деле религии. А что касается пения с упоминанием непристойностей и восхваления посягательства на запретное, то это — запретный вид пения, и не подобает ему, чтобы что-либо подобное происходило в его присутствии и он был этим доволен, или оставил бы это без осуждения. И всякий, кто громко произносит что-либо своим голосом и открыто это выражает, тот поистине поёт этим.
Он сказал: слова Аиши «а они не были певицами» она разъяснила потому, что певица — это та, кто взяла пение как ремесло и привычку, а это не подобает в его присутствии. А что касается напевного чтения стиха и придания мелодичности голосу, если в этом нет непристойности, то это не запретно и не порочит свидетельство.
Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) не осуждал из пения ритмичное пение и погонное пение верблюдов и подобное этому, и это дозволяли многие из первых поколений (саляф).
Он сказал: слова «это наш праздник» означают, что проявление радости в праздник — из обрядов религии, и решение о малом количестве пения отличается от решения о многом. Конец [слов аль-Хаттаби].
В хадисе есть указание на запрет пения в иные, не праздничные, дни, потому что Пророк ﷺ обосновал [дозволение] тем, что это дни праздника, а это указывает на то, что основание для запрета сохраняется, но ему противостояло противостоящее обстоятельство — радость и веселье, сопутствующие праздничным дням.
Он также подтвердил Абу Бакра в назывании бубна «дудкой шайтана», и это указывает на наличие основания для запрета, если бы не было препятствующего обстоятельства.
Многие из первых поколений, среди них Катада, сказали: «Коран шайтана — это стихи, его муэдзин — это дудка, а его ловчие сети — это женщины».
Это передано также в хадисе Абу Умамы как возведённое [к Пророку ﷺ].
Шариат пришёл с дозволением для женщин, ввиду слабости их разума, того, что запрещено мужчинам — украшения и наряды из шёлка и золота, а мужчинам дозволено из этого лишь малое, а не многое. Так же и пение — оно дозволено женщинам в дни радости, даже если это слышат мужчины, как сопутствующее обстоятельство.
Поэтому большинство учёных считало, что игра на бубне для пения не дозволена для мужчин, ибо это — уподобление женщинам, а от этого удерживают. Таково мнение аль-Авзаи и Ахмада, так же передали аль-Халими и другие из шафиитов.
Играли на бубнах во времена Пророка ﷺ только женщины, или те, кто уподоблялся им из числа изнеженных мужчин (муханнасов), а Пророк ﷺ повелел изгонять муханнасов и выводить их из домов.
Ахмад и Исхак прямо указали на их изгнание, следуя этой достоверной сунне.
Ахмада спросили о муханнасе, который умер и завещал совершить за него хадж, и он сказал: «Заработок муханнаса — грязный, он заработан пением», — передал это от него аль-Марвази.
О запрете игры муханнаса на бубне есть возведённый хадис, который привёл Ибн Маджа со слабым иснадом. Что же касается пения без игры на бубне, то если оно в виде погонного пения верблюдов или ритмичного пения, то это дозволено. Дозволение этого передано от многих сподвижников.
«Насб» подобен «хида'» (погонному пению верблюдов) — так сказал аль-Харави и другие.
Это относится к разряду дозволенных вещей, которые совершаются иногда для отдыха.
Что же касается пения верующего, то оно должно быть Кораном, как сказал Пророк ﷺ: «Не из нас тот, кто не поёт Коран нараспев», — имеется в виду, что он делает это заменой пению, находя в этом упоение и наслаждение, обретая в этом покой сердца и пищу для духа, подобно тому как другой находит это в пении стихов.
Этот же смысл передан также от Ибн Мас‘уда.
А что касается пения, возбуждающего нравы, разжигающего страсть, то оно не дозволено ни мужчине, ни женщине — ни исполнять его, ни слушать его, ибо оно призывает к разврату, смуте в религии и распутству, поэтому запрещено, как запрещён взгляд со страстью на прекрасные образы [...]; ведь смута возникает как через взгляд, так и через слушание. Поэтому Пророк ﷺ назвал прелюбодеянием глаз — взгляд, а прелюбодеянием уха — слушание.
Нет разногласия среди учёных, чьё мнение принимается во внимание, в неодобрении пения, его осуждении и осуждении его слушания, и никто из тех, чьё мнение учитывается, не давал в этом дозволения.
Дозволение это передавалось лишь от некоторых из жителей Медины.
Имам Ахмад передал от Исхака ат-Таббаа, что он спросил Малика о том, что послабляют жители Медины относительно пения. Малик сказал: «У нас это делают только нечестивцы».
Так же сказал Ибрахим ибн аль-Мунзир аль-Хиззами, а он также из числа учёных жителей Медины.
Ахмад прямо указал на несогласие с тем, что передаётся от мединцев в этом вопросе. Также он и Исхак прямо указали на нежелательность томных стихов, в которых воспеваются женщины.
Ахмад сказал: «Пение, относительно которого пришло послабление, — это пение всадника: «мы пришли к вам, мы пришли к вам»».
Что же касается слушания музыкальных инструментов, заимствованных от установлений иноземцев, то это запрещено, и на запрете этого есть единогласие; никому не известно послабление в чём-либо из этого, и кто передал послабление в этом от какого-либо авторитетного имама, тот солгал и совершил клевету.
Что же касается бедуинского бубна, лишённого звенящих колечек и подобного, то учёные разошлись в этом на три мнения:
Первое: он разрешается безусловно для женщин.
Это передано от Ахмада, что подтверждает данное мнение, и его выбрала группа из числа поздних представителей нашей школы, как автор «аль-Мугни» и другие.
Второе: он разрешается только на свадьбах и подобных случаях. Это передано от Умара ибн Абд аль-Азиза и аль-Авзаи, и это мнение многих или большинства из наших сторонников.
Третье: он не разрешается ни в каком случае. Это мнение ан-Нахаи и Абу Убайда.
Группа из числа сторонников Ибн Масуда преследовала бубны вместе с девушками-служанками в переулках и сжигала их.
Аль-Хасан сказал: «Бубен вовсе не относится к делу мусульман». Возможно, он имел в виду бубны иноземцев, звенящие и мелодичные.
Ахмада спросили об этом, и он воздержался от ответа, и, видимо, у него возникло колебание: было ли неприятие тех, кто не любил бубны, направлено на бедуинские бубны или на иноземные бубны, в которых есть звон? Ахмаду было сказано: «В бубне есть звон?» Он ответил: «Нет».
Он прямо указал на запрет звенящего бубна.
Малик сказал о бубне: «Это из числа легких забав. Если кто-то приглашён на свадебный пир и обнаружил там бубен, то я не считаю, что он должен уйти».
То же самое сказал аль-Касим из числа его сторонников.
А Асбаг — из их числа — сказал: «Он уходит из-за этого».
Относительно послабления в использовании бубна в праздник существуют и другие хадисы:
Ибн Маджа привёл по риваяту аш-Шааби, что тот сказал: «Ияд аль-Ашари присутствовал на празднике в аль-Анбаре и сказал: «Что со мной, почему я не вижу вас совершающими такляс, как совершал такляс Посланник Аллаха ﷺ?»».
И по риваяту аш-Шааби от Кайса ибн Саада: «Не было ничего во времена Посланника Аллаха ﷺ, чего бы я не видел, кроме одной вещи: Посланнику Аллаха ﷺ совершали такляс в день праздника разговения».
Язид ибн Харун сказал: «Такляс — это удары в бубен».
А Юсуф ибн Ади сказал: «Такляс — это когда девушки-служанки и дети садятся у входов на улицы и играют на барабане и подобном».
Мы подробно рассмотрели вопрос о постановлении относительно пения и музыкальных инструментов в отдельной книге, которую назвали «Нузхат аль-асмаа фи масъалят ас-самаа», а здесь мы указали на это лишь краткой изящной отсылкой.
К этой же главе относится то, что передал Хаммад ибн Салама от Хумайда от Анаса, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ прибыл в Медину, а у них было два дня, в которые они забавлялись. Он спросил: «Что это за два дня?» Они ответили: «Мы забавлялись в них во времена невежества». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, Аллах заменил их для вас лучшими: днём разговения и днём жертвоприношения»».
Этот хадис привели Абу Дауд и ан-Насаи.
4 — глава
о еде в день разговения перед выходом