Я говорю: и не отделился он от своего выбора того, что повеление здесь — повеление желательности (надб). Ибн аль-Араби же прямо заявил о греховности того, кто ест левой рукой, приведя в качестве довода то, что всякое действие, приписываемое шайтану, запретно.
Аль-Куртуби сказал: это повеление носит характер желательности, поскольку относится к разряду предпочтения правой руки перед левой — ведь она, как правило, сильнее, быстрее в делах и более способна в работе. Она производна от слова «юмн» (благословенность), и Аллах почтил обитателей рая, отнеся их к «правой стороне», а обратное — к обитателям «левой стороны». Он сказал: в целом же правая сторона и всё, что к ней относится и от неё производно, похвально в языке, в шариате и в религии, левая же сторона — наоборот. Установив это, [следует сказать, что] из проявлений благонравия и достойного поведения у людей добродетельных — выделение правой руки для благородных дел и чистых состояний. Он также сказал: все эти повеления относятся к совершенствующим достоинствам и одобряемым благородным качествам, а основа в подобных случаях — побуждение и желательность. Он сказал: и его слово («ешь из того, что перед тобой») относится к тому случаю, когда еда — одного вида, ибо каждый как бы владеет тем, что находится перед ним из еды, и взятие этого другим есть посягательство на него, помимо того, что в этом есть брезгливость души от того, чего касались [чужие] руки, и проявление жадности и алчности, а вместе с тем — это дурное поведение без всякой пользы. Что же касается случая, когда виды еды различны, то учёные это дозволили. Так он сказал.
Его слово («и с тех пор таково было моё питание [тыма]») — с огласовкой «кясра» буквы «та», то есть: способ моей еды, то есть я стал придерживаться этого, и это стало моей привычкой. Аль-Кирмани сказал: в некоторых риваятах — с огласовкой «дамма» [«тумъа»]. Говорят: «таима» — значит «поел», а «тумъа» — это трапеза. Имеется в виду всё вышеупомянутое: начинание с упоминания имени [Аллаха] и еда правой рукой из того, что находится перед [едоком]. А его слово «после» («баʻду») — с «даммой» на конце по причине обрыва изафета, то есть: это стало постоянным в моём образе действий при еде.
В хадисе содержится указание на то, что следует избегать действий, уподобляющихся действиям шайтанов и неверных, и что у шайтана есть руки, и что он ест, пьёт, берёт и даёт. В нём также — дозволенность мольбы против того, кто нарушает шариатское установление. В нём — побуждение к одобряемому и удержание от порицаемого даже во время еды. В нём — желательность обучения этикету еды и питья. В нём — достоинство Умара ибн Абу Салямы за исполнение им повеления и постоянное следование его требованию.
3 — Глава о еде из того, что находится перед [едоком]
Анас сказал: Пророк ﷺ сказал: «Поминайте имя Аллаха, и пусть каждый ест из того, что перед ним».
5377 — Рассказал нам Абд аль-Азиз ибн Абдуллах, сказал: рассказал мне Мухаммад ибн Джафар от Мухаммада ибн Амра ибн Хальхаля ад-Дили от Вахба ибн Кайсана Абу Нуайма от Умара ибн Абу Салямы — а он сын Умм Салямы, жены Пророка ﷺ, — который сказал: однажды я ел вместе с посланником Аллаха ﷺ еду и стал есть с краёв блюда, и посланник Аллаха ﷺ сказал мне: «Ешь из того, что перед тобой».
5378 — Рассказал нам Абдуллах ибн Юсуф, сообщил нам Малик от Вахба ибн Кайсана Абу Нуайма, который сказал: посланнику Аллаха ﷺ была принесена еда, а с ним был его пасынок Умар ибн Абу Саляма, и он сказал: «Помяни имя Аллаха и ешь из того, что перед тобой».
Его слово («глава о еде из того, что находится перед [едоком], и Анас сказал: Пророк ﷺ сказал: «поминайте имя Аллаха, и пусть каждый ест из того, что перед ним»») — это подвешенное сообщение представляет собой отрывок из хадиса аль-Джаʻда Абу Усмана от Анаса о истории свадебного пира по случаю [женитьбы Пророка] на Зайнаб бинт Джахш, и он уже приводился в главе о подарке невесте в начале книги о браке в подвешенном виде по пути Ибрахима ибн Тахмана от аль-Джаʻда, и там сказано: «Затем он стал приглашать по десять человек есть и говорить им: «поминайте имя Аллаха, и пусть каждый ест из того, что перед ним»». Я уже упоминал там того, кто передал его в непрерывном виде, и его основа придёт далее в непрерывном виде через две главы другим путём от Анаса, но там не будет содержаться то, ради чего дана эта заглавная фраза. Наш шейх Ибн аль-Мулаккин, следуя за Мугультаем, приписал это извлечению Ибн Абу Асима в «Книге о еде» по пути Бакра и Сабита от Анаса, но это — оплошность их обоих, ибо в упомянутом хадисе нет того, ради чего дана заглавная фраза. Он приводится также у Абу Яʻлы и аль-Баззара тем же путём, каким его извлёк Ибн Абу Асим.