Его слово: «Глава о [застёгиваемом] золотыми пуговицами» — то есть об одеждах.
Его слово: «И сказал аль-Лейс» — этот риваят передал ад-Даракутни (правильно: Ахмад) с иснадом через Абу ан-Надра Хашима ибн аль-Касима от аль-Лейса с тем же текстом, а у аль-Исмаили — через риваят Камиля ибн Тальхи: «Рассказал нам аль-Лейс», и это уже было приведено с полным иснадом чуть ранее; а в «Книге о дарах» — от Кутайбы, от аль-Лейса, но с другим текстом.
Его слово («что его отец Махрама сказал: «о сынок»») — в риваяте аль-Кушмихани сказано: «сказал ему». Разъяснение этого хадиса уже приводилось ранее, в главе о кафтане и одежде из шёлка. А его слово («и вышел он, а на нём был кафтан из дибаджа с застёжками из золота») допускает два толкования: возможно, это произошло до запрета, и когда был установлен запрет на шёлк и золото для мужчин, это уже не может служить доводом для тех, кто разрешает нечто из этого. А возможно, это было после запрета, и тогда он отдал это ему, чтобы тот воспользовался этим — например, одел бы в это женщин, или продал бы это, как случалось с другими, — и в таком случае смысл его слов «и вышел он, а на нём был кафтан» означает «в его руке», что является употреблением целого в значении части. Уже было упомянуто ранее, что он хотел успокоить сердце Махрамы, и что у того была некая черта в характере. А в его словах, обращённых к своему сыну в этом риваяте, когда тот сказал ему: «Я позову к тебе Пророка ﷺ» в форме несогласия с его словами «позови его ко мне», на что тот ответил ему: «о сынок, он не деспот» — есть указание на правильность веры Махрамы, хотя он и был описан как человек дурного нрава. В этом также — смирение Пророка ﷺ и его прекрасная мягкость по отношению к своим сподвижникам.
45 — Глава о золотых перстнях
5863 — Рассказал нам Адам, рассказал нам Шуба, рассказал нам Ашас ибн Сулейм, сказавший: я слышал, как Муавия ибн Суваид ибн Мукаррин сказал: я слышал, как аль-Бара ибн Азиб (да будет доволен им Аллах) говорил: запретил нам Пророк ﷺ семь вещей: запретил нам золотой перстень — или сказал: золотое кольцо, — и шёлк, и естебрак, и дибаж, и красную мисару, и косий, и серебряную посуду; и повелел нам семь вещей: посещать больного, следовать за похоронными носилками, желать здоровья чихнувшему, отвечать на приветствие, отвечать на приглашение, исполнять клятву того, кто поклялся, и помогать притеснённому.
5864 — Рассказал мне Мухаммад ибн Башшар, рассказал нам Гундар, рассказал нам Шуба от Катады от ан-Надра ибн Анаса от Башира ибн Нахика от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) от Пророка ﷺ, «что он запретил золотой перстень». И сказал Амр: сообщил нам Шуба от Катады, [который] слышал ан-Надра, [который] слышал Башира… подобное этому.
5865 — Рассказал нам Мусаддад, рассказал нам Яхья от Убайдуллаха, сказавшего: рассказал мне Нафи от Абдуллаха (да будет доволен им Аллах), «что Посланник Аллаха ﷺ взял себе перстень из золота и сделал его камень обращённым к своей ладони, и люди стали брать такие же, но он бросил его и взял себе перстень из серебра».
[Хадис 5865 — его продолжения в: 5866, 5867, 5873, 5876, 6651, 7298]
Его слово: «Глава о золотых перстнях» — [слово «хаватим»] есть множественное число от «хатам», и оно также образует множественное число «хаватим» без «я», и «хайатим» с «я» вместо «вав», и также без «я». В слове «хатам» есть восемь диалектных форм: с фатхой на «та» и с кясрой на ней — обе они ясны; с перестановкой её перед «алифом» вместе с кясрой на «ха» — «хитам»; с фатхой и покоем последующей буквы «я» и даммой на следующей за ней букве «вав» — «хайтум»; с опущением «я» и «вав» вместе с покоем следующей буквы — «хатм»; с «алифом» после «ха» и другим после «та» — «хатам» (удвоенный алиф); с добавлением «я» после кясры на следующей букве — «хатиям»; с опущением первой и перестановкой «я» вперёд — «хайтам». Я собрал их в одном бейте, который таков:
«хатам, хатам, хатм, хатим и хита — м, хатиям и хайтум и хайтам»
а перед ним: «возьми упорядоченный перечень диалектных форм слова «хатам» — собрались они в восьми, чего не содержал прежний упорядочивающий стих».
Потом я добавил третью [форму]: «и хамза на фатхе «та» девятая, и если допустить аналогию, десятую завершает «хаатаму»».
Что касается первой [дополнительной формы], то её упомянул Абу аль-Бака в «Разборе шаввадских чтений», говоря о том, кто читал «аль-‘алямин» с хамзой, сказав: «и подобно этому «аль-ха'там» с хамзой». Что касается второй, то она предположительна. Многие, среди них ан-Навави, ограничились четырьмя формами. Истина же в том, что «хатм» и «хитам» специфичны для того, чем запечатывают, поэтому в этом значении восемь форм полны, а что касается того, чем украшаются, то в этом значении их только шесть. И приводили в качестве стиха о форме «хатиям», которая является самой странной из них: «взял я от твоей удачи хатияма для срока, в который накапливаются грехи».
В этой [главе] он привёл три хадиса. Первый — хадис аль-Бара, где он сказал: запретил нам Посланник Аллаха ﷺ семь вещей: запретил нам золотой перстень — или сказал: золотое кольцо. Так это в данном пути передачи, через риваят Адама от Шубы от Ашаса ибн Сулейма — а это Ибн Абу аш-Шасса, — [сказавшего]: я слышал Муавию ибн Суваида ибн Мукаррина, сказавшего: я слышал аль-Бару — и упомянул это с предшествованием запретов повелениям. А ранее, в начале «Книги о похоронах», от Абу аль-Валида, от Шубы, было с предшествованием повелений запретам, но там из числа запретов выпало упоминание мясар (сёдельных покрывал), и там сказано «золотой перстень» без сомнения. А привёл он это в «Книге о притеснениях» от Саида ибн ар-Раби, от Шубы, но там он не привёл запрещённое полностью списком. И привёл он это в «Книге о медицине» от Хафса ибн Умара, от Шубы, но там из запретов выпала серебряная посуда, и из повелений он упомянул только три: следование за похоронными носилками, посещение больного и распространение приветствия, а остальное сократил, и там также сказано «золотой перстень». И привёл он это в конце «Книги о нравах» от Сулеймана ибн Харба, от Шубы, подобным образом, но там не упомянуты ни косий, ни серебряная посуда, и сказано вместо «естебрак» — «сундус».
И привёл его аль-Бухари в «Книге клятв и обетов» через путь Гундара от Шубы, ограничившись лишь [упоминанием повеления] исполнять клятву. Это то, что имеется у него из различия в изложении только в риваяте Шубы. Что же касается риваята, переданного не от него, а от других передатчиков от Аш'аса, то у него также приведён этот хадис в «Книге напитков» только через риваят Абу Аваны от Аш'аса, где он поставил повеления перед запретами и привёл его полностью, сказав в нём: «И запретил нам золотые перстни». Так же он привёл его в «Книге о пиршестве» через путь Абу аль-Ахваса от Аш'аса — точно так же, и это соответствует заголовку главы здесь. И привёл его в начале «Книги об испрашивании дозволения» через путь Джарира от Аш'аса подобным же образом, но сказал: «И запретил ношение золотых перстней». А ранее, незадолго до этого, в «Книге одежды», в конце главы о шёлковой ткани «аль-касси», был приведён очень краткий вариант через риваят Суфьяна ас-Саури: «Запретил нам красные подстилки для верховых животных и аль-касси». А в главе о красной подстилке через его риваят: «Повелел нам семь вещей», и упомянул среди них посещение больных, следование за похоронными процессиями и пожелание милости чихнувшему, «и запретил нам семь вещей», но не упомянул среди них ни золотой перстень, ни серебряный сосуд. Таковы все пути передачи этого хадиса у него. Что касается запрещённых вещей, то они уже были разъяснены в соответствующих местах, и большая часть их — в этой самой книге, «Книге одежды», а речь о серебряных сосудах уже была ранее приведена в «Книге напитков». Что же касается повелений, то мы упомянем каждое из них в соответствующей главе, а подробное их изложение придёт в «Книге благонравия», если пожелает Всевышний Аллах.
Второй хадис — хадис Абу Хурайры. Его слово («от Башира ибн Нахика») — «Башир» с фатхой на «ба» и кясрой на «шин» (с точкой), а «Нахик» — с «нун», по той же огласовке.
Его слово («от Пророка ﷺ, что он запретил золотой перстень») — в речи здесь имеется пропуск, подразумеваемый смысл: «запретил ношение золотого перстня».
Его слово («и сказал Амр») — это Амр ибн Марзук, [который сказал]: «сообщил нам Шуба». Он привёл этот иснад ради того, что в нём содержится разъяснение того, что Катада слышал от ан-Надра — а это ан-Надр ибн Анас ибн Малик, упомянутый в предыдущем иснаде, — и что ан-Надр слышал от Башира ибн Нахика. И это соединил Абу Авана в своём «Сахихе» через Абу Килябу ар-Ракаши, и Касим ибн Асбаг в своём «Мусаннафе» через Мухаммада ибн Галиба ибн Харба — оба они передали от Амра ибн Марзука таким же образом. И явное указание на то, что Катада слышал этот хадис от ан-Надра, встречается также в риваяте Абу Дауда ат-Таялиси от Шубы, и привёл его так же аль-Исмаили.
Сказал Ибн Дакык аль-Ид: сообщение сподвижника о повелении и запрете бывает трёх степеней. Первая — когда он приводит саму формулировку, как его слова: «делайте» или «не делайте». Вторая — его слова: «повелел нам Посланник Аллаха ﷺ то-то» и «запретил нам то-то», и это подобно первой степени в отношении применения его как повеления и запрета, но она ниже той степени из-за вероятности того, что он мог посчитать повелением то, что повелением не являлось; однако эта вероятность является слабой, поскольку известна его справедливость и знание значений слов на арабском языке. Третья степень — «нам было повелено» и «нам было запрещено» в форме страдательного залога, и она подобна второй, но ниже неё из-за вероятности того, что повелевающим мог быть не Пророк ﷺ.
Установив это, [скажем, что] запрет на золотой перстень или на ношение перстня из золота относится исключительно к мужчинам, а не к женщинам, ибо передан иджма о дозволенности этого для женщин.
Я говорю: и привёл Ибн Абу Шейба из хадиса Аиши, что ан-Наджаши подарил Пророку ﷺ украшение, в котором был золотой перстень. Они взяли его, а он отвернулся от него, затем позвал Умаму, дочь своей дочери, и сказал: «Укрась себя этим». Сказал Ибн Дакык аль-Ид: явный смысл запрета указывает на запретность, и таково мнение имамов, и на этом устоялось дело. Сказал Ияд: то, что передано от Абу Бакра ибн Мухаммада ибн Амра ибн Хазма о ношении им золотого перстня, является отклонением от нормы, и наиболее вероятно, что до него не дошла сунна об этом, ибо люди после него единогласны в противоположном. Так же и то, что передано об этом от Хаббаба: сказал ему Ибн Мас'уд: «Не пришло ли время снять этот перстень?» Тот ответил: «Ты больше не увидишь его на мне после сегодняшнего дня», — как будто до него не дошёл запрет, а когда дошёл, он отказался от него. Сказал [Ияд]: и некоторые склонились к тому, что ношение его мужчинами является порицаемым порицанием чистоты нрава (танзих), а не запретным, подобно тому, как говорили о шёлке. Сказал Ибн Дакык аль-Ид: это предполагает наличие разногласия относительно запретности, что противоречит утверждению об иджме на запретность, и необходимо учитывать характеристику того, что именно это перстень [из золота, а не иное изделие].
Я говорю: примирение между этими двумя высказываниями возможно, если предположить, что тот, кто говорил о нежелательности (без запрета), перестал существовать [как мнение], и после него утвердился консенсус (иджма) о запрете. И действительно, от группы сподвижников передаётся ношение золотого перстня. Из этого — то, что вывел Ибн Абу Шейба через путь Мухаммада ибн Абу Исмаила, что он видел это на Са‘де ибн Абу Ваккасе, Тальхе ибн Убайдуллахе и Сухайбе, и упомянул шесть или семь человек. Также вывел Ибн Абу Шейба от Хузайфы, от Джабира ибн Самуры и от Абдуллаха ибн Йазида аль-Хатми нечто подобное. И через путь Хамзы ибн Абу Усайда: «Мы сняли с рук Усайда золотой перстень». А самое удивительное из того, что пришло по этому поводу, — это то, что передаётся от аль-Бара, который сам передал запрет. Ибн Абу Шейба вывел с достоверным иснадом от Абу ас-Сафара, который сказал: «Я видел на аль-Бара золотой перстень». И от Шу‘бы, от Абу Исхака — нечто подобное; это вывел аль-Багави в «аль-Джа‘диййат». И вывел Ахмад через путь Мухаммада ибн Малика, который сказал: «Я видел на аль-Бара золотой перстень», и он сказал: «Посланник Аллаха ﷺ разделил долю [добычи] и надел его на меня, и сказал: «Носи то, во что облачил тебя Аллах и Его Посланник»». Аль-Хазими сказал: «Его иснад не таков [чтобы на него опираться], а если бы он был достоверен, то это было бы отменено (мансух)». Я говорю: если бы отмена была установлена у аль-Бара, он не носил бы этого после Пророка ﷺ, ведь хадис о запрете, согласованный [учёными] в его достоверности, передаётся именно от него. Поэтому примирение между его риваятом и его поступком возможно либо в том, что он понял запрет как относящийся к нежелательности без строгого запрета, либо понял, что для него [сделано] исключение из слов «носи то, во что облачил тебя Аллах и Его Посланник». И это предпочтительнее слов аль-Хазими: «Возможно, до аль-Бара не дошёл запрет».
Второе предположение подтверждается тем, что в риваяте Ахмада передаётся, что люди говорили аль-Бара: «Почему ты носишь золотой перстень, ведь Посланник Аллаха ﷺ запретил это?» И он приводил им этот хадис, а затем говорил: «Как вы велите мне снять то, о чём Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Носи то, во что облачил тебя Аллах и Его Посланник»?» Из доказательств запрета также то, что передал Йунус от аз-Зухри, от Абу Идриса, от человека, имевшего [опыт] общения [со сподвижниками], который сказал: «Сел один человек к Посланнику Аллаха ﷺ, а на его руке был золотой перстень. Посланник Аллаха ﷺ ударил по его руке прутом и сказал: «Брось это»». И общий смысл хадисов, упомянутых ранее в главе о ношении шёлка, где он сказал о золоте и шёлке: «Эти два запретны для мужчин моей общины, дозволены для её женщин». И хадис Абдуллаха ибн Амра, переданный им от Пророка ﷺ: «Кто из моей общины умрёт, носящий золото, тому Аллах запретит золото Рая», — и далее по тексту хадиса; его вывели Ахмад и ат-Табарани. А в хадисе Ибн Умара, третьем из хадисов главы, есть то, чем можно доказать отмену дозволенности носить перстень, если он из золота, и на него опираются в доказательство запрета золота для мужчин — малого его количества и большого — из-за запрета на ношение перстня, а он мал [по количеству золота]. Ибн Дакык аль-Ыд возразил на это, что запрет распространяется на то, что равно перстню по величине или больше него, как браслет, наручник и подобное им, а что меньше этого — на то нет указания из хадиса. И запрет охватывает все положения, так что не разрешается ношение золотого перстня тому, кого внезапно застигла война, поскольку это не имеет связи с войной, в отличие от того, что было упомянуто ранее о шёлке — о дозволении его ношения по причине войны, и в отличие от того, что на мече, щите или поясе из золотого убранства, ибо если война застигла его внезапно, то ему дозволяется наносить удар этим мечом, а когда война закончится, пусть снимет [украшение], поскольку всё это относится к принадлежностям войны, в отличие от перстня.