6593 — Передал нам Саид ибн Абу Марьям от Нафи‘а ибн Умара, который сказал: рассказал мне Ибн Абу Муляйка от Асмы бинт Абу Бакр (да будет доволен ими Аллах), что она сказала: сказал Пророк ﷺ: «Я буду у водоёма, пока не увижу, кто из вас придёт ко мне. Некоторых людей будут удерживать от меня, и я скажу: «Господь мой, они — из меня и из моей общины!» Мне будет сказано: «Знаешь ли ты, что они совершили после тебя? Клянусь Аллахом, они не переставали обращаться вспять на пятки свои»». Ибн Абу Муляйка обычно говорил: «О Аллах, поистине мы прибегаем к Тебе от того, чтобы обратиться вспять на пятки свои или подвергнуться искушению в нашей религии». (Слова) «на пятки ваши» (أعقابكم) означают «вы отступаете назад» (تنكصون), «возвращаетесь на пятку» (ترجعون على العقب).
[Хадис 6593 — его часть также приведена в 7048]
Его слово: «Глава о водоёме», то есть о водоёме Пророка ﷺ. Множественное число слова «хауд» (водоём) — «хийад» и «ахваад», и он представляет собой скопление воды. То, что аль-Бухари поместил хадисы о водоёме после хадисов о заступничестве и после установления моста (сырат), указывает на то, что приход к водоёму происходит после установления моста и прохождения по нему. Ахмад и ат-Тирмизи привели через ан-Надра ибн Анаса от Анаса, что он сказал: «Я попросил Посланника Аллаха ﷺ, чтобы он заступился за меня». Он сказал: «Я сделаю это». Я спросил: «Где мне искать тебя?» Он ответил: «Ищи меня, прежде всего, на мосту». Я сказал: «А если я не встречу тебя там?» Он сказал: «Я буду у весов». Я сказал: «А если я не встречу тебя там?» Он сказал: «Я буду у водоёма».
Возникло затруднение относительно того, что водоём находится после моста, ввиду того, что придёт далее в некоторых хадисах этой главы: группу людей отгоняют от водоёма после того, как они почти дошли до него, и их уводят в огонь. Суть затруднения в том, что тот, кто проходит по мосту до достижения водоёма, уже спасся от огня — как же его могут вернуть туда? Возможно объяснить это тем, что их приближают к водоёму так, что они видят его и видят огонь, и их отгоняют в огонь прежде, чем они завершат оставшуюся часть моста.
Абу Абдуллах аль-Куртуби в «ат-Тазкира» сказал: автор «аль-Кут» и другие считали, что водоём находится после моста, а иные считали обратное. Правильным же мнением является то, что у Пророка ﷺ два водоёма: один — на месте стояния, до моста, а другой — внутри Рая, и каждый из них называется «Кяусар». Я (автор) говорю: в этом есть сомнение, поскольку Кяусар — это река внутри Рая, как об этом было сказано ранее и будет сказано далее, а её вода изливается в водоём, и водоём называется «Кяусар» из-за того, что питается из неё. Максимум, что можно извлечь из слов аль-Куртуби, — это то, что водоём находится до моста, поскольку люди приходят на место стояния томимые жаждой, и верующие приходят к водоёму, а неверующие падают в огонь после того, как скажут: «Господь наш, мы испытываем жажду!» — и им явят геенну, подобную мареву, и им скажут: «Разве вы не придёте?» — и они, думая, что это вода, попадают в неё.
Муслим привёл от Абу Зарра, что в водоём вливаются два потока из Рая, и это подтверждается хадисом Саубана, и это довод против аль-Куртуби, а не в его пользу, поскольку было сказано ранее, что мост — это переход через геенну, что он находится между местом стояния и Раем, и что верующие проходят по нему для входа в Рай. Если бы водоём был до него, то огонь разделял бы его и воду, изливающуюся из Кяусара в водоём. Явный смысл хадиса — что водоём находится рядом с Раем, чтобы в него изливалась вода из реки, находящейся внутри него. В хадисе Ибн Мас‘уда, приведённом у Ахмада: «И открывается река Кяусар в водоём».
Кади Ияд сказал: явный смысл слов Пророка ﷺ в хадисе о водоёме: «кто напьётся из него, никогда после не будет томим жаждой» — указывает на то, что питьё из него происходит после расчёта и спасения от огня, поскольку явное состояние того, кто не будет томим жаждой, — что он не будет наказан огнём. Но возможно, что тот из них, кому предопределено наказание, не будет наказан именно жаждой, но чем-то иным. Я (автор) говорю: это предположение отвергается тем, что в хадисе Убайя ибн Ка‘ба, приведённом Ибн Абу Асимом, при упоминании водоёма сказано: «а кто не напьётся из него, никогда не будет утолён», а также у Абдуллаха ибн Ахмада в дополнениях к «Мусаду» в длинном хадисе от Лакита ибн Амира, что он прибыл к Посланнику Аллаха ﷺ вместе с Нахиком ибн Асимом. Он сказал: «Мы прибыли в Медину при исходе (месяца) раджаб, и встретили Посланника Аллаха ﷺ, когда он вышел с утренней молитвы».
Далее приводится хадис целиком, в описании Рая и воскресения, и в нём: «Вас будут представлять ему открыто, так что ваши лица будут видны, и ничто из вас не будет скрыто от него; он возьмёт горсть воды и брызнет ею в вашу сторону. Клянусь жизнью твоего Бога, ни одна капля не минует лица никого из вас: что касается мусульманина, она оставит его лицо подобным белой ткани, а что касается неверующего, она обуздает его подобно чёрной уздечке. Затем ваш Пророк удалится, а за ним последуют праведные, и они пойдут по мосту из огня; кто-то из вас коснётся углей и скажет: «Ах!» — и твой Господь скажет: «Ещё не время». Затем они выйдут к водоёму Посланника при жажде — клянусь Аллахом, я видел её утоляющей навсегда — никто из вас не протянет руку, кроме как найдёт сосуд...» и далее хадис. Его привели Ибн Абу Асим в «ас-Сунна», ат-Табарани и аль-Хаким, и он ясно указывает, что водоём находится до моста.
Его слово: «И слова Аллаха Всевышнего: «Поистине, Мы даровали тебе аль-Каусар»» — указывает на то, что под аль-Каусаром подразумевается река, которая изливается в водоём, то есть она является источником, питающим водоём, как об этом прямо говорится в седьмом хадисе главы. Об этом уже говорилось при толковании суры «аль-Каусар» в хадисе Аиши, где содержится подобное же с дополнительным разъяснением. Ранее также был разбор хадиса Ибн Аббаса о том, что аль-Каусар — это обильное благо. Употребление слова «аль-Каусар» в значении «водоём» встречается в хадисе аль-Мухтара ибн Фульфуля от Анаса, где говорится об аль-Каусаре: «Это водоём, к которому будет приходить моя община».
Известна особая привязанность нашего Пророка ﷺ к этому водоёму, однако ат-Тирмизи привёл от Самуры хадис, возведённый к Пророку ﷺ: «Поистине, у каждого пророка есть свой водоём», — и указал, что относительно его непрерывности и обрывности передачи существуют разногласия, причём обрывная передача (мурсаль) более достоверна.
Я говорю: обрывную передачу привёл Ибн Абу ад-Дунья с достоверным иснадом от аль-Хасана, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, у каждого пророка есть свой водоём, и он стоит у своего водоёма с посохом в руке, призывая тех из своей общины, кого узнаёт, но они хвастаются друг перед другом, у кого больше последователей, а я надеюсь, что буду тем из них, у кого больше всего последователей»». Ат-Табарани привёл это же с другим путём передачи от Самуры непрерывно и возведённо к Пророку, подобным образом, но в его иснаде есть слабость. Ибн Абу ад-Дунья также привёл от Абу Саида хадис, возведённый к Пророку: «И каждый пророк призывает свою общину, и у каждого пророка есть водоём; к одним из них приходят целые толпы, к другим — группы, к иным — один человек, к иным — двое, а к иным не приходит никто. И поистине, я — тот из пророков, у кого будет больше всего последователей в День воскресения». В его иснаде также есть слабость, но если он достоверен, то тем, что отличает нашего Пророка ﷺ, является аль-Каусар — та вода, что изливается из него в его водоём, ибо подобного не передано ни для кого другого, и именно этим было оказано ему благодеяние, упомянутое в названной суре.
Аль-Куртуби в «аль-Муфхим», следуя в большей части за кади Ийядом, сказал: из того, что обязан знать и признавать истинным каждый обязанный (шариатом), — то, что Аллах, Свят Он и Велик, выделил Своего Пророка Мухаммада ﷺ водоёмом, название, описание и питьё которого прямо указаны в известных достоверных хадисах, которые в своей совокупности дают несомненное знание. Ведь это передали от Пророка ﷺ более тридцати сподвижников; из них в обоих «Сахихах» — более двадцати, а в других сборниках — остальные, чья передача достоверна и чьи передатчики известны. Затем от упомянутых сподвижников это передали табиины в подобном же количестве, а от них — те, кто пришёл позже, в кратно большем числе, и так далее. Единодушны в утверждении этого были праведные предшественники и приверженцы сунны из числа последующих поколений. Отвергла же это некая группа нововведенцев, которые истолковали его буквальный смысл превратно и впали в крайность в его иносказательном толковании без какой-либо умственной или обычной невозможности, вытекающей из понимания его в буквальном и истинном смысле, и без всякой нужды, побуждающей к иносказательному толкованию. Так тот, кто исказил его смысл, нарушил единогласие предшественников и разошёлся с мазхабом имамов из числа последующих поколений.
Я говорю: это отрицали хариджиты и некоторые из мутазилитов. Среди тех, кто это отрицал, был Убайдуллах ибн Зияд, один из наместников Ирака при Муавии и его сыне. У Абу Дауда приводится через путь Абд ас-Салама ибн Абу Хазима, который сказал: «Я присутствовал, когда Абу Барза аль-Аслями вошёл к Убайдуллаху ибн Зияду». Мне рассказал такой-то, который был среди присутствующих на трапезе, и упомянул историю, в которой Ибн Зияд упомянул водоём и спросил: «Слышал ли ты, чтобы Посланник Аллаха ﷺ упоминал о нём что-либо?» Абу Барза ответил: «Да, не один раз, не два, не три, не четыре и не пять; и кто сочтёт это ложью, того пусть Аллах не напоит из него». Аль-Байхаки привёл в «аль-Ба‘с»
через путь Абу Хамзы от Абу Барзы нечто подобное, и через путь Йазида ибн Хиббана ат-Тайми: «Я присутствовал у Зайда ибн Аркама, когда Ибн Зияд послал за ним и спросил: «Что за рассказы доходят до меня, что ты утверждаешь, будто у Посланника Аллаха ﷺ есть водоём в Раю?» Он ответил: «Нам рассказал об этом Посланник Аллаха ﷺ»».
У Ахмада приводится через путь Абдаллаха ибн Бурайды от Абу Сабры аль-Хузали (с фатхой на «син» и сукуном на «ба»), который сказал: «Убайдуллах ибн Зияд сказал: «Я не верю в водоём»», — и это было после того, как ему рассказали об этом Абу Барза, аль-Бара и Аиз ибн Амр. Тогда Абу Сабра сказал ему: «Твой отец послал меня с имуществом к Муавии, и меня встретил Абдаллах ибн Амр и рассказал мне, и я записал это своей рукой из его уст, что он слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Место вашей встречи со мной — мой водоём»», — и привёл хадис полностью. Тогда Ибн Зияд сказал: «Свидетельствую, что водоём — истина».
У Абу Йаля приводится через путь Сулеймана ибн аль-Мугиры от Сабита от Анаса: «Я вошёл к Ибн Зияду, когда они упоминали водоём, и он сказал: «Вот Анас». Я сказал: «Поистине, старушки в Медине часто просили своего Господа напоить их из водоёма их Пророка»», — и иснад этого достоверен. Мы передаём в «Фаваид аль-Исави», а это же есть в «аль-Ба‘с» аль-Байхаки, через его путь с достоверным иснадом от Хумайда от Анаса нечто подобное, и в этом же передано: «Я не думал, что доживу до того, чтобы увидеть подобных вам, отрицающих водоём».
Аль-Байхаки также привёл через путь Йазида ар-Ракаши от Анаса в описании водоёма: «И придут к нему люди с высохшими губами, не получив из него ни капли; кто отрицал его сегодня, тот не получит из него питья в тот день». Йазид слаб, но это подкрепляется тем, что было приведено ранее, и похоже, что последние слова принадлежат самому Анасу.
Сказал Ийад: Муслим привёл хадисы о Водоёме от Ибн Умара, Абу Са‘ида, Сахля ибн Са‘да, Джундуба, Абдуллаха ибн Амра, Аиши, Умм Салямы, Укбы ибн Амира, Ибн Мас‘уда, Хузайфы, Харисы ибн Вахба, аль-Муставарида, Абу Зарра, Саубана, Анаса и Джабира ибн Самуры. Он сказал: а другие, помимо Муслима, передали его от Абу Бакра ас-Сиддика, Зайда ибн Аркама, Абу Умамы, Асмы бинт Абу Бакр, Хаулы бинт Кайс, Абдуллаха ибн Зайда, Суваида ибн Джабалы, Абдуллаха ас-Сунабихи и аль-Бараа ибн Азиба. А ан-Навави, приведя его слова, сделал дополнение: аль-Бухари и Муслим передали его от Абу Хурайры, а другие, помимо них, — от Умара, Аиза ибн Амра и других, и всё это собрал аль-Байхаки в книге «аль-Ба‘с» с его многочисленными иснадами и путями передачи.
Я говорю: аль-Бухари привёл в этой главе хадис от тех сподвижников, которых Ийад указал как переданных Муслимом, кроме Умм Салямы, Саубана, Джабира ибн Самуры и Абу Зарра, а также привёл его от Абдуллаха ибн Зайда и Асмы бинт Абу Бакр — Муслим тоже передал от них двоих, но Ийад упустил их; и они оба (аль-Бухари и Муслим) привели его также от Усайда ибн Худайра. Ийад также упустил указание на принадлежность некоторых хадисов: хадис Абу Бакра — у Ахмада, Абу Аваны и других; хадис Зайда ибн Аркама — у аль-Байхаки и других; хадис Хаулы бинт Кайс — у ат-Табарани; хадис Абу Умамы — у Ибн Хиббана и других. Что касается хадиса Суваида ибн Джабалы, то его привёл Абу Зур‘а ад-Димашки в «Муснад аш-Шамиин», и так же упомянул его Ибн Манда среди сподвижников, а Ибн Аби Хатим категорически утверждал, что этот хадис является мурсалем. Что касается хадиса Абдуллаха ас-Сунабихи, то Ийад ошибся в его имени: правильно — ас-Сунабих ибн аль-А‘сар, и его хадис приведён у Ахмада и Ибн Маджи с достоверным иснадом, и текст его: «Поистине, я — ваш предшественник у Водоёма, и, поистине, я похвалюсь вами (перед другими народами)» — и далее хадис. Если дело так, как я предположил, и если верно установлено имя сподвижника и что он — Абдуллах, то счёт увеличивается на одного; однако я не знаю, кто привёл хадис от Абдуллаха ас-Сунабихи, а это другой сподвижник, отличный от известного последователя (табиина) Абд ар-Рахмана ибн Усайлы ас-Сунабихи. А слова ан-Навави о том, что аль-Байхаки исчерпал все пути передачи этого хадиса, наводят на мысль, что он привёл его в дополнение к именам, которые он упомянул, — там, где сказал «и другие», — но это не так, ибо он не привёл хадис Абу Бакра ас-Сиддика, ни хадис Суваида, ни ас-Сунабихи, ни Хаулы, ни аль-Бараа, а упомянул его лишь от Умара, от Аиза ибн Амра и от Абу Барзы. И я не нашёл у него дополнения, кроме как из мурсаля Йазида ибн Румана относительно ниспослания слов Всевышнего: «Поистине, Мы даровали тебе аль-Кяусар». А также он приводится от тех, кого они все не упомянули, — из хадиса Ибн Аббаса, как было приведено ранее в толковании суры «аль-Кяусар», и из хадиса Ка‘ба ибн Уджры — у ат-Тирмизи и ан-Насаи, и его достоверность подтвердил аль-Хаким; и из хадиса Джабира ибн Абдуллаха — у Ахмада и аль-Баззара с достоверным иснадом; и от Бурайды — у Абу Йалы; и из хадиса брата Зайда ибн Аркама, которого, как говорят, звали Сабитом, — у Ахмада; и из хадиса Абу ад-Дарды — у Ибн Аби Асима в «ас-Сунне».
И у аль-Байхаки в «ад-Далаиль»; и из хадиса Убайя ибн Ка‘ба, Усамы ибн Зайда, Хузайфы ибн Асида, Хамзы ибн Абд аль-Мутталиба, Лакита ибн Амира, Зайда ибн Сабита, аль-Хасана ибн Али — а его хадис есть также у Абу Йалы, — Абу Бакры и Хаулы бинт Хакима — все они у Ибн Аби Асима; и из хадиса аль-Ирбада ибн Сарийи — у Ибн Хиббана в его «Сахихе»; и от Абу Мас‘уда аль-Бадри, Сальмана аль-Фариси, Самуры ибн Джундуба, Укбы ибн Абда и Зайда ибн Ауфа — все они у ат-Табарани; и из хадиса Хаббаба ибн аль-Аратта — у аль-Хакима; и из хадиса ан-Навваса ибн Сам‘ана — у Ибн Аби ад-Дунья; и из хадиса Маймуны, матери верующих, — в «аль-Аусат» ат-Табарани, и текст его: «Придёт ко мне у Водоёма самая длиннорукая из вас…» и далее хадис.
И из хадиса Са‘да ибн Абу Ваккаса — у Ахмада ибн Мани‘а в его «Муснаде»; и упомянул его Ибн Манда в своём «Мустахрадже» от Абд ар-Рахмана ибнАуфа; и упомянул его Ибн Касир в своей «Нихае» от Усмана ибн Маз‘уна; и упомянул его Ибн аль-Каййим в «аль-Хави» от Му‘аза ибн Джабаля и от Лакита ибн Сабиры, и я полагаю, что это тот же Лакит ибн Амир, о котором было упомянуто ранее. Итак, всех, кого упомянул Ийад, — двадцать пять человек, и ан-Навави добавил к ним троих, а я добавил к ним всем столько же, сколько они упомянули, так что счёт превысил пятьдесят. Причём у многих из этих сподвижников в этом отношении имеется более одного хадиса, как у Абу Хурайры, Анаса, Ибн Аббаса, Абу Са‘ида и Абдуллаха ибн Амра; и хадисы их — одни просто упоминают Водоём, другие описывают его, третьи говорят о том, кто придёт к нему, четвёртые — о том, кто будет отогнан от него. Так же и в хадисах, которые привёл автор в этой главе: общее число путей их передачи — девятнадцать путей. И дошло до меня, что некто из более поздних учёных довёл число до восьмидесяти сподвижников, передавших этот хадис.
Первое: его слово: «И сказал Абдуллах ибн Йазид» — это Ибн Асим аль-Мазини.
Его слово: «Терпите, пока не встретитесь со мной у водоёма» — это часть длинного хадиса, целиком приведённого автором в главе о битве при Хунайне; в нём приводятся слова ансаров, когда трофеи Хунайна были разделены не в их пользу, и там сказано: «Вы увидите после меня предпочтение других, так терпите» — и далее по тексту хадиса. Разбор этого уже был дан там полностью.
За ним последовал Асим от Абу Ваиля, а Хусайн передал от Абу Ваиля от Хузайфы от Пророка ﷺ.
Второй и третий хадисы — от Ибн Масуда (иснад доведён до конца) и от Хузайфы (иснад прерван).
Его слово «от Сулеймана» — это аль-Амаш, а Шакык — это упомянутый во втором пути Абу Ваиль; это указано явно у аль-Исмаили в обоих путях и у Муслима в первом. «Абдуллах» — это Ибн Масуд, а «аль-Мугира» во втором пути — это Ибн Микъсам ад-Дабби аль-Куфи.
Его слово «и непременно будут возвышены» (وَلَيُرْفَعَنَّ) — с дамма в начале, фатхой на «фа» и «айн» — то есть Аллах явит их мне так, что я увижу их.
Его слово «затем они будут непременно оттащены» (ثُمَّ لَيُخْتَلَجُنَّ) — с фатхой на «лям», дамма на «я», сукуном на «ха» с точкой, фатхой на «та» и «лям», дамма на «джим», после чего усиленная «нун» — то есть их вырвут или потащат от меня; говорят «ихталаджаху минху», когда что-то у него отняли, или потащили без его воли. Дальнейшее пояснение этого будет приведено в разборе девятого хадиса и последующих, а также девятнадцатого.
Его слово «за ним последовал Асим» — это Ибн Абу ан-Наджуд, чтец Куфы; местоимение указывает на аль-Амаша, то есть Асим передал так же, как передал аль-Амаш от Абу Ваиля, сказав: «от Абдуллаха ибн Масуда». Этот риваят с доведённым иснадом привёл аль-Харис ибн Абу Усама в своём «Мусанаде» через путь Суфьяна ас-Саури от Асима.
Его слово «а Хусайн сказал» — то есть Ибн Абд ар-Рахман аль-Васити.
Его слово «от Абу Ваиля от Хузайфы» — то есть он разошёлся с аль-Амашем и Асимом, сказав: «от Абу Ваиля от Хузайфы». Этот путь с доведённым иснадом привёл Муслим через Хусайна, и его изложение предполагает, что у Абу Ваиля этот хадис есть одновременно от Ибн Масуда и от Хузайфы. А изложение аль-Бухари предполагает предпочтение мнения того, кто сказал «от Абу Ваиля от Абдуллаха», поскольку он привёл этот путь с доведённым иснадом, а другой — как прерванный.
Четвёртый хадис. Его слово «Яхья» — это Ибн Саид аль-Каттан, а «Убайдуллах» — это Ибн Умар аль-Умари.
Его слово «перед вами» (أَمَامَكُمْ) — с фатхой на «хамзе», то есть впереди вас; «водоём» — в риваяте ас-Сарахси: «мой водоём» (حَوْضِي) с добавлением местоименной «я», а первый вариант — тот, что есть у всех, кто привёл этот хадис, как, например, Муслим.
Его слово «как расстояние между Джарба и Азрухом»: что касается «Джарба», то это с фатхой на «джим», сукуном на «ра», после которой стоит буква «ба» — по форме женского рода от «аджраб». Ийад сказал: у аль-Бухари это встречается с продлённым окончанием (мамдуда). Ан-Навави в разборе Муслима сказал: правильно, что оно без продления (максура), и так же указали аль-Хазими и большинство; он сказал: продление — ошибка. А автор «ат-Тахрир» подтвердил продление, допустив также сокращение; продление подтверждается словами Абу Убайда аль-Бакри: это форма женского рода от «аджраб». Что касается «Азрух», то это с фатхой на «хамзе», сукуном на «заль» с точкой, дамма на «ра», после которой идёт «ха» без точки. Ийад сказал: так у большинства, а в риваяте аль-Узри у Муслима встречается с «джим» вместо «ха», и это ошибка. Я скажу: разногласие относительно определения мест этих двух названий я приведу в конце разбора шестого хадиса, если пожелает Всевышний Аллах.
Пятый хадис — хадис Ибн Аббаса, разбор которого уже был дан при толковании суры «Аль-Кяусар». Его слово здесь: «Хушайм, — сообщил нам Абу Бишр» — это Джафар ибн Абу Вахшия, с фатхой на «вав», сукуном на «ха» без точки, после которой «ша» с точкой и кясрой, затем усиленная «я», затем «ха» женского рода; имя Абу Вахшии — Ийас.
Его слово «и Атаа ибн ас-Саиб» — это известный передатчик хадисов, куфиец из младших последователей (табиин), правдивый (садук), у которого в конце жизни спуталась память, а слышание Хушайма от него было после этой путаницы; поэтому аль-Бухари приводит его хадис только в сочетании с Абу Бишром, и у него нет от него ничего, кроме этого места. Ранее в толковании суры «Аль-Кяусар» этот хадис был приведён от Хушайма от одного Абу Бишра. У Атаа ибн ас-Саиба в упоминании «Аль-Кяусар» есть другой иснад через другого шейха, который привели ат-Тирмизи и Ибн Маджа, и он признал его достоверным по достоверному иснаду через путь Мухаммада ибн Фудайля от Атаа ибн ас-Саиба от Мухариба ибн Дисара от Ибн Умара, приведя тот же хадис, на который указано в толковании «Аль-Кяусар». Абу Дауд ат-Тайалиси привёл его в своём «Мусанаде» от Абу Аваны от Атаа, который сказал: Мухариб ибн Дисар спросил меня: «Что говорил Саид ибн Джубайр об «Аль-Кяусар»?» Я ответил: «Он передавал от Ибн Аббаса, что это — обильное благо». Тогда Мухариб сказал: «Нам передал Ибн Умар…» — и привёл хадис. Аль-Байхаки привёл его в «Аль-Баас» через путь Хаммада ибн Зайда от Атаа ибн ас-Саиба с добавлением, что Мухариб сказал: «Слава Аллаху, как мало упускает Ибн Аббас», — приведя хадис Ибн Аббаса, а затем сказав: «Это, клянусь Аллахом, и есть обильное благо».
Шестой хадис. Его слово «Нафи» — это Ибн Умар аль-Джумахи аль-Макки.
Его слово «сказал Абдуллах ибн Амр» — в риваяте Муслима с другой стороны, от Нафи ибн Умара с его иснадом, от Абдуллаха ибн Амра. Нафи ибн Умар разошёлся в определении сподвижника с Абдуллахом ибн Усманом ибн Хусайм, который сказал: «от Ибн Абу Мулайки от Аиши» — это привели Ахмад и ат-Табарани, а Нафи ибн Умар более надёжен по памяти, чем Ибн Хусайм.
его слово («мой водоём — расстояние в месяц пути»). Муслим, аль-Исмаили и Ибн Хиббан в своих риваятах этим путём добавили: «и его углы равны», и это добавление отвергает толкование тех, кто пытался объединить различающиеся хадисы о размерах водоёма при разнице в ширине и длине. Об этом есть множество разногласий: в хадисе Анаса, который приводится далее, сказано: «как между Айлей и Санаа Йеменской». Айля — это город, который некогда был населённым, он расположен на краю моря Кульзум, на границе Шама; ныне он в развалинах, но через него проходят паломники из Египта, так что он находится к северу от них, а также проходят паломники из Газы и других мест, так что он оказывается перед ними; туда привозят припасы из аль-Карака, аш-Шаубака и других мест, и там встречают паломников, идущих туда и обратно. К нему относится знаменитая у египтян «Акаба». Между ним и Мединой Пророческой около месяца пути для тяжело нагруженных караванов, если они ограничиваются одним переходом в день, а иначе — меньше. От Айли до Египта расстояние составляет более половины этого пути. Не были правы те из ранних учёных, кто говорил, что она находится на половине пути между Египтом и Меккой; напротив, она составляет менее третьи этого пути, ведь она ближе к Египту.
Ияд передал от некоторых учёных, что Айля — это отрог горы Радва, что в Янбу, но на это возразили, что это лишь совпадение названий, а имеется в виду в хадисе именно тот город, что описан выше. Упоминание о нём достоверно установлено в «Сахихе» Муслима в рассказе о походе на Табук, где сказано, что правитель Айли пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ и заключил с ним мирный договор. Упоминание о нём также встречалось прежде в книге о пятничной молитве. Что же касается Санаа, то в этом риваяте она уточнена словами «Йеменская» в отличие от Санаа, что в Шаме. Изначально же имелась в виду именно Санаа Йеменская, но когда йеменцы переселились во времена Умара при завоевании Шама, жители Санаа расселились в одном месте близ Дамаска, и это место было названо именем их родного города. Исходя из этого, предлог «мин» («из») в словах этого риваята «из Йемена» — если он имеет начинательное значение, то это слово входит в основной текст хадиса (относится к речи Пророка ﷺ), а если он имеет пояснительное значение, то это вставка из слов одного из передатчиков, и, по всей видимости, это аз-Зухри.
В хадисе Джабира ибн Самуры также встречается: «как между Санаа и Айлей», и в хадисе Хузайфы то же самое, но вместо Санаа он сказал «Адан». В хадисе Абу Хурайры: «дальше, чем от Айли до Адана». Адан — с двумя открытыми гласными — известный город на морском побережье, на границе йеменского побережья и начале индийского побережья; он расположен на одной широте с Санаа, а Санаа находится в горной стороне. В хадисе Абу Зарра: «между Оманом и Айлей». Оман — с даммой на первой букве и облегчённым «нун» — город на морском побережье со стороны Бахрейна. В хадисе Абу Бурды у Ибн Хиббана: «между двумя сторонами моего водоёма — как между Айлей и Санаа, месяц пути». Эти риваяты близки друг к другу, ибо все они дают около месяца, либо чуть больше, либо чуть меньше.
В других же риваятах встречается указание на расстояние меньшее этого: в хадисе Укбы ибн Амира у Ахмада: «как между Айлей и аль-Джухфой»; в хадисе Джабира: «как между Санаа и Мединой»; в хадисе Саубана: «между Аданом и Амманом Балкаским», и подобное этому у Ибн Хиббана от Абу Умамы. Этот Амман — с фатхой на первой букве и удвоенным «мим» по мнению большинства, хотя передаётся и облегчённое произношение; он относится к Балка из-за близости к нему.
Аль-Балка — с фатхой на «ба», сукуном на «лям», далее «каф» и долгим «а» — известное селение в Палестине. У Абд ар-Раззака в хадисе Саубана: «между Бусрой и Санаа, или между Айлей и Меккой». Бусра — с даммой на «ба» и сукуном на «син» — известный город на краю Шама со стороны Хиджаза; его написание уже разбиралось в начале книги о начале откровения. В хадисе Абдуллаха ибн Амра у Ахмада: «дальше, чем между Меккой и Айлей», а в другой версии: «между Меккой и Амманом». В хадисе Хузайфы ибн Асида: «между Санаа и Бусрой», и подобное этому у Ибн Хиббана в хадисе Утбы ибн Абда. В риваяте аль-Хасана от Анаса у Ахмада: «как между Меккой и Айлей, или между Санаа и Меккой». В хадисе Абу Саида у Ибн Абу Шейбы и Ибн Маджа: «между Каабой и Байт аль-Макдисом». В хадисе Утбы ибн Абда у ат-Табарани: «как между аль-Байдой и Бусрой». Аль-Байда находится близ ар-Рабазы, известного селения между Меккой и Мединой. Все эти расстояния близки друг к другу и все сводятся приблизительно к половине месяца пути, либо чуть больше, либо чуть меньше.
Наименьшее из того, что передано в этом отношении, встречается в риваяте Муслима в хадисе Ибн Умара по пути Мухаммада ибн Бишра от Убайдуллаха ибн Умара с иснадом, как приведено выше, с добавлением: сказал Убайдуллах: «Я спросил его, и он сказал: два селения в Шаме, между которыми расстояние в три дня пути». Подобное этому передано у него же в риваяте Абдуллаха ибн Нумайра от Убайдуллаха ибн Умара, но он сказал: «три ночи».
Учёные примирили это разногласие; аль-Кади Ияд сказал: это относится к разногласию в определении меры, потому что это не встретилось в одном хадисе, чтобы считаться беспорядочностью (идтираб) передатчиков, а встретилось в разных хадисах от нескольких сподвижников, которые слышали это в разных обстоятельствах. Пророк ﷺ в каждом случае приводил пример для отдалённости краёв водоёма (хауда) и его обширности с помощью того выражения, которое ему представлялось, приближая это к пониманию через знание отдалённости между дальними странами друг от друга, а не имея в виду точное установленное расстояние. Он сказал: этим примиряются разные по смыслу выражения. Конец в сокращённом изложении.
В этом есть слабость с той точки зрения, что приведение примера и определение меры бывает лишь в том, что близко друг к другу, а что касается этого далёкого разногласия, которое то превышает тридцать дней, то уменьшается до трёх дней, то это не подходит. Аль-Куртуби сказал: некоторые недостаточно сведущие полагали, что разногласие в определении размера водоёма — это идтираб, но это не так. Затем он передал слова аль-Кади Ияда и добавил: это не разногласие, а все эти сообщения указывают на то, что он большой, обширный, с отдалёнными друг от друга сторонами. Затем он сказал: возможно, упоминание им разных сторон было сообразно тому, кто присутствовал из знающих ту сторону, и он обращался к каждому народу с той стороной, которую они знают.
Ан-Навави ответил, что в упоминании малого расстояния нет того, что отвергало бы большое расстояние; большее установлено достоверным хадисом, поэтому противоречия нет. Суть его ответа в том, что он указывает на то, что сначала было сообщено о небольшом расстоянии, а затем стало известно о длинном расстоянии, и он сообщил о нём, как если бы Аллах облагодетельствовал его расширением водоёма постепенно, одно за другим. Тогда опора делается на то, что указывает на наибольшее расстояние. Ранее приводились слова того, кто примирил разногласие различием между длиной и шириной, и это было отвергнуто тем, что содержится в хадисе Абдуллаха ибн Амра: «его углы равны».
Также встретилось в хадисе ан-Навваса ибн Сам‘ана, Джабира, Абу Барзы и Абу Зарра: «его длина и ширина равны». Другой учёный примирил первые два разногласия различием между медленным ходом — это ход обременённых грузом — и быстрым ходом — это ход всадника, идущего легко; а риваят с наименьшей мерой, то есть три дня, относится к ходу почтового курьера (барид), ведь известно, что среди них были такие, кто проходил расстояние месяца за три дня, хотя это было очень редким явлением. В этом ответе относительно последнего расстояния есть слабость, тогда как относительно предыдущего он приемлем, и это наилучший способ примирения.
Что касается расстояния трёх дней, то хафиз Дыя ад-Дин аль-Макдиси упомянул в отдельном сочинении, которое он составил о водоёме, что в изложении этого выражения есть ошибка, и это сокращение произошло в изложении со стороны некоторых передатчиков этого хадиса. Затем он привёл его от хадиса Абу Хурайры и извлёк его из «Фаваид» Абд аль-Карима ибн аль-Хайсама ад-Дайр‘акули с хорошим (хасан) иснадом, восходящим к Абу Хурайре, в виде хадиса, восходящего к Пророку, в упоминании о водоёме, где сказано: «его ширина подобна тому, что между вами и Джарба и Азрух». Ад-Дыя сказал: этим стало очевидно, что в хадисе Ибн Умара произошло опущение, полное выражение которого было: «как между моим местом стояния и между Джарба и Азрух», и выпало «моим местом стояния и между».
Хафиз Салах ад-Дин аль-Аляи, передав слова Ибн аль-Асира в «ан-Нихая»: это два селения в Шаме, между которыми расстояние трёх дней пути, — затем указал на его ошибку в этом и сказал: это не так, как он сказал, а между ними расстояние полёта стрелы, и они известны между Иерусалимом (Кудсом) и аль-Караком. Он сказал: и опущенная мера установлена у ад-Даракутни и других в выражении: «то, что между Мединой и Джарба и Азрух».
Я говорю: это соответствует риваяту Абу Са‘ида у Ибн Маджа: «как между Каабой и Байт аль-Макдисом». А упоминание Джарба и Азрух встретилось в другом хадисе у Муслима, где сказано: «жители Джарба и Азрух прибыли со своей охраной к Посланнику Аллаха ﷺ», упомянув это в связи с походом на Табук, и это подтверждает слова аль-Аляи о том, что они близки друг к другу. Когда это установлено, всё разногласие сводится к различию между медленным и быстрым ходом. Я расскажу слова Ибн ат-Тина об определении расстояния между Джарба и Азрух в разборе шестнадцатого хадиса. И Аллах знает лучше.
Его слово («вода его белее молока»). Аль-Мазири сказал: согласно требованию грамматистов следовало бы сказать «более сильная по белизне» (ашадду байадан), а не говорить «белее чего-то» (абяду мин каза), но некоторые допускали это в поэзии, а некоторые допускали это в редких случаях, и этот хадис и другие подобные ему тому свидетельствуют. Я говорю: возможно, что это относится к обращению передатчиков со словом, ведь встретилось в риваяте Абу Зарра у Муслима в выражении: «сильнее по белизне, чем молоко» (ашадду байадан мин аль-лябан), и так же у Ибн Мас‘уда у Ахмада, и так же у Абу Умамы у Ибн Абу Асима.
Его слово («и запах его приятнее мускуса»). В хадисе Ибн Умара у ат-Тирмизи: «более приятный запахом, чем мускус» (атъябу рихан мин аль-миск), и подобное этому в хадисе Абу Умамы у Ибн Хиббана: «ароматом» (раиха). Ибн Абу Асим и Ибн Абу ад-Дунья добавили в хадисе Бурайды: «и мягче масла» (ва алину мин аз-зубд). Муслим добавил в хадисе Абу Зарра и Саубана: «и слаще мёда» (ва ахла мин аль-асаль), и подобное этому у Ахмада от Убайа ибн Ка‘ба, а у него же от Абу Умамы: «слаще на вкус, чем мёд». Ахмад добавил в хадисе Ибн Амра из хадиса Ибн Мас‘уда: «и холоднее снега» (ва абраду мин ас-салдж), и так же в хадисе Абу Барзы, и у аль-Баззара в риваяте Адий ибн Сабита от Анаса, и у Абу Я‘лы другим путём от Анаса, и у ат-Тирмизи в хадисе Ибн Умара: «и вода его холоднее снега» (ва мауху ашадду бардан мин ас-салдж).
Его слово («и кувшины его подобны звёздам небесным») — в хадисе Анаса, который приводится далее: «и там кувшинов по числу звёзд небесных»; у Ахмада в риваяте аль-Хасана от Анаса: «больше числа звёзд небесных»; в хадисе аль-Муставарида в конце главы: «там сосуды подобны звёздам»; у Муслима по пути Мусы ибн Укбы, от Нафи‘, от Ибн Умара: «там кувшины подобны звёздам небесным».
Его слово («кто напьётся из них») — то есть из кувшинов; в риваяте аль-Кушмихани: «кто напьётся из него» — то есть из водоёма. («не испытает жажды никогда») — в хадисе Сахля ибн Са‘да, который приводится вскоре: «кто пройдёт мимо меня, напьётся, а кто напьётся, не испытает жажды никогда». В риваяте Мусы ибн Укбы: «кто придёт к нему и напьётся, не испытает жажды после этого никогда» — и это разъясняет смысл его слов «кто пройдёт мимо него, напьётся», то есть: кто пройдёт мимо него и ему будет дана возможность напиться, тот напьётся и не испытает жажды, или: кому будет дана возможность пройти мимо него, тот напьётся. В хадисе Абу Умамы: «и лицо его никогда не почернеет». Ибн Абу Асим добавил в хадисе Убайй ибн Ка‘ба: «кто будет отогнан от него, тот никогда не напьётся вдоволь». А в хадисе ан-Навваса ибн Сам‘ана у Ибн Абу ад-Дунья приводится: «первым придёт к нему тот, кто поит каждого жаждущего».
Седьмой хадис. Его слово («Юнус») — это Ибн Язид.
Его слово («рассказал мне Анас») — это опровергает довод тех, кто счёл хадис с изъяном на том основании, что Ибн Шихаб не слышал его от Анаса, ибо Абу Увайс передал его от Ибн Шихаба, от его брата Абдуллаха ибн Муслима, от Анаса — это вывел Ибн Абу Асим; а ат-Тирмизи вывел это по пути Мухаммада ибн Абдуллаха ибн Муслима, племянника аз-Зухри, от его отца с этим же текстом. По всей видимости, это было у Ибн Шихаба через его брата от Анаса, а затем он услышал это непосредственно от Анаса, ибо между двумя изложениями есть различие. Ибн Абу Асим перечислил имена тех, кто передал этот хадис от Ибн Шихаба, от Анаса без посредника, и таких оказалось более десяти.
Восьмой хадис — хадис Анаса, также в риваяте Катады от него.
Его слово («когда я шёл по раю») — ранее, в толковании суры «аль-Каусар», было указано, что это произошло в ночь ночного переноса (исра'), а также в конце разбора хадиса об исра' в начале жизнеописания Пророка. Ад-Давуди же предположил, что имеется в виду происходящее в день воскрешения, и сказал: если это достоверно передано, то это указывает на то, что водоём, от которого будут отгоняться некоторые люди, — не та река, что в раю, либо же он видит их, находясь внутри рая, а они снаружи его, и он взывает к ним, а их отгоняют от него. Но это удивительная натяжка, от которой избавляет то, что водоём, находящийся вне рая, питается из реки, находящейся внутри рая, — так что вообще нет затруднения. Его слово в конце («аромат его или глина его») — Худба усомнился, идёт ли речь о слове с буквой «ба» (от «тыб» — аромат) или с буквой «нун» (от «тин» — глина). Имеется в виду, что Абу аль-Валид в своём риваяте не сомневался, что это слово с «нун», и это и есть опора. Ранее, в толковании суры «аль-Каусар», по пути Шайбана от Катады приводилось: «и ангел протянул руку и извлёк из глины его мускус благоуханный». Аль-Байхаки в «аль-Ба‘с» вывел по пути Абдуллаха ибн Муслима от Анаса с формулировкой: «почва его — мускус».
Девятый хадис — тоже хадис Анаса, в риваяте Абд аль-Азиза, то есть Ибн Сухайба, от него.
Его слово («о моих сподвижничках») — в форме уменьшительно-ласкательной; в риваяте аль-Кушмихани: «о моих сподвижниках» — без уменьшительной формы.
Его слово («и он скажет») — в риваяте аль-Кушмихани: «и будет сказано». Разъяснение содержания этого уже приводилось в толковании хадиса Ибн Аббаса.
Ибн Аббас сказал: («сухкан») означает «удаление»; говорят: «сахик» — далёкий; «сахакаху» и «асхакаху» — удалил его.
Десятый и одиннадцатый хадисы — хадис Сахля ибн Са‘да и хадис Абу Са‘ида аль-Худри, в риваяте Абу Хазима от Сахля и от Ну‘мана ибн Абу Айяша от Абу Са‘ида.
Его слово («и я скажу: удаление, удаление») — с сукуном на букве «ха» в обоих случаях, допустимо и с даммой; смысл — «удаление, удаление», и слово стоит в винительном падеже по предположению «пусть Аллах обяжет их этим».
Его слово («и сказал Ибн Аббас: «сухкан» — «удаление»») — привёл это с иснадом Ибн Абу Хатим по пути Али ибн Абу Тальхи от него, с этой же формулировкой.
Его слово («говорят: «сахик» — далёкий») — это слова Абу Убайды в толковании слов Всевышнего: «или же ветер сбросит его в место далёкое (сахик)»; «сахик» — далёкий, а «пальма сахук» — высокая.
Его слово (««сахакаху» и «асхакаху» — удалил его») — это подтверждено в риваяте аль-Кушмихани, и это тоже слова Абу Убайды, который сказал: говорят «сахакаху Аллаху» и «асхакаху», то есть «удалил его»; и говорят «бу‘ида» и «сухика», когда взывают против кого-либо с проклятием; «сахакату-р-рийху» — то есть «ветер прогнал его». Аль-Исмаили сказал: говорят «сахакаху», когда он на что-то опёрся и это его искусило, а «асхакаху» — «удалил его». Толкование хадиса Ибн Аббаса по этому поводу уже приводилось в главе «Как будет сбор (хашр)».
Его слово («и сказал Ахмад ибн Шабиб... и так далее») — привёл это с иснадом Абу Аваны от Абу Зур‘а ар-Рази и Абу аль-Хасана аль-Маймуни, которые сказали: «рассказал нам Ахмад ибн Шабиб» с этим текстом; а Юнус — это Ибн Язид, которого Абу Авана назвал по имени в этом своём риваяте; так же вывели это аль-Исмаили и Абу Ну‘айм в своих «Мустахраджах» по разным путям от Ахмада ибн Шабиба.
И сказал Шу‘айб от аз-Зухри: Абу Хурайра рассказывал от Пророка ﷺ, «то их прогонят (юджлявна)»; а Укайль сказал: «то их отгонят (юхалляу’на)»; а аз-Зубайди передал от аз-Зухри, от Мухаммада ибн Али, от Убайдуллаха ибн Абу Рафи‘, от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ.
Хадис двенадцатый. Его слово (فيجلون — «фа-юджлявна») — с даммой в начале, сукуном на «джим» и фатхой на «лям», то есть: «их отгоняют/отвращают». А в риваяте аль-Кушмихани — с фатхой на «ха» без точки и ташдидом на «лям», после которой стоит хамза с даммой перед «вав» (يحلَّؤون), и так же — у большинства передатчиков, а значение — «их отгоняют силой». Ибн ат-Тин передал, что некоторые приводят это слово без хамзы, и сказал: «в основе своей оно с хамзой, и, видимо, здесь хамза была облегчена».
Его слово («они вероотступничали») — это согласуется с толкованием Кабисы, приведённым ранее в главе «Как будет сбор [людей]».
Его слово («на своих пятках») — в риваяте аль-Исмаили: «на своих задах».
Его слово («и сказал Шуайб») — это Шуайб ибн Абу Хамза, передающий от аз-Зухри, то есть по своему иснаду; этот путь передачи привёл аз-Зухли в «аз-Зухриййат» как связанный (мавсуль), и оно также с сукуном на «джим»; было сказано также, что оно с точечной «ха» с фатхой, после которой — тяжёлая «лям» и покоящийся «вав», но это искажение (тасхиф).
Его слово («и сказал Укайль») — это Укайль ибн Халид, то есть от Ибн Шихаба по своему иснаду: «юхалляуна» (يحلَّئون), то есть с непроточной «ха» и хамзой.
Его слово («и сказал аз-Зубайди») — это Мухаммад ибн аль-Валид, а Мухаммад ибн Али — шейх аз-Зухри в этом иснаде — это Абу Джафар аль-Бакир, а его шейх Убайдуллах — это Ибн Абу Рафи, вольноотпущенник Пророка ﷺ. Аль-Джаяни упомянул, что в риваяте аль-Кабиси и аль-Асили от аль-Марвази встречается «Абдуллах ибн Абу Рафи» с сукуном на «ба» — и это ошибка. В иснаде подряд идут трое табиинов-мединцев: аз-Зухри и аль-Бакир — сверстники, а Убайдуллах старше их обоих. Упомянутый путь передачи аз-Зубайди привёл ад-Даракутни как связанный (мавсуль) в «аль-Афрад» через риваят Абдуллаха ибн Салима от него таким же образом. Затем автор [аль-Бухари] привёл хадис через путь Ибн Вахба от Юнуса — подобно риваяту Шабиба от Юнуса, но не назвал Абу Хурайру, а сказал: «от сподвижников Пророка ﷺ». Суть расхождения в том, что Ибн Вахб и Шабиб ибн Саид сошлись в своих риваятах от Юнуса, от Ибн Шихаба, от Саида ибн аль-Мусаййаба, а затем разошлись: Ибн Саид сказал «от Абу Хурайры», а Ибн Вахб сказал «от сподвижников Пророка ﷺ». Это не вредит [достоверности], поскольку в риваяте Ибн Вахба есть дополнение сверх того, что предполагает риваят Ибн Саида. Что же касается риваятов Укайля и Шуайба, то они разошлись лишь в некоторых словах [текста], а всем им противоречит аз-Зубайди в иснаде, и это следует понимать так, что у аз-Зухри этот хадис был с двумя иснадами, ведь он — хафиз и знаток хадиса. А риваят аз-Зубайди указывает на то, что Шубайб ибн Саид верно запомнил в этом хадисе упоминание Абу Хурайры. Муслим же отказался от всех этих путей передачи и привёл через путь Мухаммада ибн Зияда от Абу Хурайры хадис, возведённый к Пророку ﷺ: «Поистине, я буду отгонять от своего водоёма людей, как отгоняют чужого верблюда от стада», и привёл его же другим путём от Абу Хурайры в середине другого хадиса. Этот смысл аль-Бухари не приводил, несмотря на обилие приведённых им хадисов об упоминании водоёма. Мудрость же в упомянутом отгонянии в том, что Пророк ﷺ хочет указать каждому на водоём его собственного пророка, как было сказано ранее, что у каждого пророка есть свой водоём, и что они [пророки] гордятся многочисленностью своих последователей, и это — часть его справедливости и заботы о своих братьях-пророках, а не то, что он отгоняет их из скупости в отношении воды. Также возможно, что он отгоняет тех, кто не заслуживает пить из водоёма. А знание — у Аллаха Всевышнего.
Хадис тринадцатый: хадис Абу Хурайры также, приведённый через риваят Фулайха ибн Сулеймана, от Хиляля ибн Али, от Ата ибн Ясара, от него [Абу Хурайры]. Все передатчики этого иснада — мединцы. Путь его извлечения оказался затруднителен для аль-Исмаили, Абу Нуайма и прочих, кто извлекал хадисы из «Сахиха», так что они привели его несколькими путями от аль-Бухари, от Ибрахима ибн аль-Мунзира, от Мухаммада ибн Фулайха, от его отца.
Его слово («когда я спал») — так, с «нун», у большинства, а у аль-Кушмихани — «стоял» с «каф», и это более уместно, и подразумевается его стояние у водоёма в День воскресения. Первый же вариант объясняется тем, что он видел во сне в этом мире то, что произойдёт с ним в жизни будущей.
Его слово («затем — вот группа [людей]... пока я не узнал их, [как вдруг] вышел человек между мной и ними и сказал: «Идите сюда») — под «человеком» подразумевается ангел, приставленный к этому [делу], но я не нашёл сведений о его имени.
Его слово («поистине, они вероотступничали, отступив назад») — то есть вернулись вспять, а смысл выражения «вернулся назад» (аль-кахкара) — это возвращение, называемое таким особым названием, то есть особый вид возвращения; было также сказано, что его смысл — сильный бег.
Его слово («и я не вижу, чтобы из них спасся хоть кто-то, кроме как подобно бродячим верблюдам из стада») — то есть из тех, кто приблизился к водоёму и чуть не подошёл к нему [чтобы напиться], но был отогнан от него. «Хамаль» (с двумя фатхами) — это верблюды без пастуха. Аль-Хаттаби сказал: «хамаль» — это то, что не пасётся и не используется, и применяется также к заблудившимся [животным]. Смысл же в том, что подойдёт к нему [водоёму] из них лишь немногое, ибо бесхозных верблюдов среди прочих — мало.
Четырнадцатый хадис: хадис Абу Хурайры также: «Между моим домом и моим минбаром…», и в нём: «а мой минбар — над моим водоёмом». Разбор этого уже приводился в конце книги о хадже. Смысл наименования того места «садом» (равда) состоит в том, что этот участок будет перенесён в рай и станет одним из его садов, либо же это употреблено в переносном смысле, поскольку поклонение в этом месте в итоге приводит поклоняющегося в сад рая. Но в этом есть сомнение, ибо это не является особенностью именно этого участка, а данное сообщение приведено ради указания на особое превосходство этого места над прочими. Говорят также, что здесь — уподобление с опущенной частицей сравнения, то есть: «оно подобно саду», потому что те, кто сидит там из числа ангелов и верующих людей и джиннов, много поминают Аллаха и совершают прочие виды поклонения. Аль-Хаттаби сказал: смысл этого хадиса — побуждение к проживанию в Медине, и что тот, кто постоянно поминает Аллаха в её мечети, придёт в итоге к саду рая и будет напоен в День воскресения из водоёма.
Пятнадцатый хадис: хадис Джундаба, а передающий его от него — Абд аль-Малик ибн Умайр аль-Куфи. Слово «фарат» (опережающий) — с фатхой над «фа» и «ра».
Шестнадцатый хадис. Его слово: «Язид» — это Ибн Абу Хабиб, «Абу аль-Хайр» — это Марсад ибн Абдуллах аль-Язани, а «Укба ибн Амир» — это аль-Джухани. Разбор этого уже приводился в книге о похоронах, в разделе, касающемся молитвы над павшими, а также в разделе о знамениях пророчества, в связи с относящимся к этому. Речь о соперничестве (мунафаса) уже приводилась в разборе хадиса Абу Саида в начале этой книги — книги о смирении (ар-Рикак).
Его слово: «Клянусь Аллахом, я вот сейчас смотрю на мой водоём». Возможно, что это было ему открыто во время произнесения проповеди, и это — явный смысл; а возможно, что имеется в виду видение сердцем. Ибн ат-Тин сказал: тонкость упоминания этого сразу вслед за предшествующим предостережением состоит в том, что это указывает на предостережение их от совершения того, что влечёт удаление их от водоёма. В хадисе — несколько знамений пророчества, как об этом уже говорилось.
Семнадцатый хадис. Его слово: «Мабад ибн Халид» — это аль-Джадали, с фатхой над «джим» и невыделенной (буквой), из числа надёжных куфийцев. Кроме него, есть ещё двое по имени Мабад ибн Халид: один старше его — это сподвижник из племени Джухайна, а другой моложе его — это ансар, неизвестный.
Его слово: «Хариса ибн Вахб» — это аль-Хузаи, сподвижник, поселившийся в Куфе, ему принадлежит несколько хадисов, и он был братом Убайдуллы (уменьшительная форма) ибн Умара ибн аль-Хаттаба по матери.
Его слово: «Как расстояние между Мединой и Сана». Ибн ат-Тин сказал: имеется в виду Сана Шама. Я же говорю: нет ничего невозможного в том, чтобы понимать это в буквальном смысле — то есть Сана Йемена, — исходя из того, что уже было разъяснено. А в пятом хадисе уже было уточнение о Сана Йемена, так что общее следует понимать в свете этого уточнения. Затем он сказал: возможно, что расстояние между Мединой и Сана Шама равно расстоянию между ней и Сана Йемена, а также расстоянию между ней и Айлой, и расстоянию между Джарбой и Азрухом… Конец цитаты. Это предположение отвергается, ибо эти расстояния различны, за исключением расстояния между Мединой и одной Сана и между ней и другой Сана. И Аллах знает лучше.
Восемнадцатый хадис. Его слово: «И добавил Ибн Абу Адий» — это Мухаммад ибн Ибрахим, а Абу Адий — его дед, чьё имя неизвестно; говорят также, что это, скорее, кунья его отца Ибрахима. Он — басриец, надёжный, с большим числом хадисов. Муслим и аль-Исмаили передали этот довесок в непрерывном иснаде через его путь передачи.
Его слово: «Слышал Пророка ﷺ, сказавшего: «его водоём»» — так это у них, и здесь — переход (ильтифат) в лице; а в риваяте Муслима встречается: «мой водоём».
Его слово: «И сказал ему аль-Мустаурид» — с даммой над «мим», сукуном над невыделенной (буквой), фатхой над следующей буквой, после которой сукунная «вав», затем «ра» с касрой, затем невыделенная буква. Это — Ибн Шаддад ибн Амр ибн Хисль, с касрой над первой буквой, сукуном над второй, обе — невыделенные, затем «лям», аль-Кураши аль-Фихри, сподвижник, сын сподвижника, участвовавший в завоевании Египта и поселившийся в Куфе. Говорят, что он умер в сорок пятом году. У аль-Бухари от него нет ничего, кроме этого места, и его хадис имеет статус возведённого (марфу), хотя это не было прямо оговорено. Разбор того, что он добавил относительно упоминания сосудов, уже приводился в разборе шестнадцатого хадиса.
Девятнадцатый хадис. Его слово: «от Асмы бинт Абу Бакр». Муслим объединил хадис Ибн Абу Мулайки от Абдуллы ибн Амра и его же хадис от Асмы, приведя сначала упоминание хадиса Абдуллы ибн Амра в описании водоёма, а затем, после слов «после этого никогда не будет испытывать жажду», сказал: «И сказала Асма бинт Абу Бакр…» — и привёл его.
Его слово: «И будут отведены люди, помимо меня» — это разъясняет его слова в хадисе Ибн Масуда в начале главы: «Затем они непременно будут вырваны прочь от меня», и что имеется в виду некая группа из их числа.
Его слово: «И я скажу: «Господь мой, из меня и из моей общины»» — в этом опровержение мнения тех, кто относил их к иной, нежели эта, общине.
Его слово: «Знаешь ли ты, что они совершили после тебя?» — в этом указание на то, что он не знал их лица по отдельности, хотя и знал по признаку, что они из этой общины.
Его слово: «Они непрестанно возвращались вспять» — то есть отступались (от веры), как и в хадисе о других.
Его слово: «Сказал Ибн Абу Мулайка» — это соединено с упомянутым иснадом; Муслим привёл это с формулировкой: «Сказал: и было так, что Ибн Абу Мулайка говорил…»
Его слово: «чтобы нам не отступить вспять или не подвергнуться искушению в нашей вере» — этим указывается на то, что возвращение вспять есть иносказание об ослушании повеления, причиной чего становится искушение (фитна); и он попросил защиты от обоих этих (бедствий).
Его слово: «на пятки ваши вы обращаетесь вспять» (танкисуна — возвращаетесь вспять) — это толкование Абу Убайды к этому айату, с добавлением: «накаса — вернулся на свои пятки».
(замечание): Муслим и аль-Исмаили привели этот хадис вслед за хадисом Абдуллаха ибн Амра, который является пятым по счёту. Как будто аль-Бухари отложил хадис Асмы до конца главы из-за содержащегося в его конце указания на завершение, свидетельствующего об окончании, как это установлено путём индуктивного изучения его обыкновения — завершать каждую книгу хадисом, в котором есть указание на это, каким бы выражением оно ни было. И Аллах знает лучше.
(заключение): Книга «Рикак» («О смягчении сердец») содержит сто девяносто три возведённых к Пророку ﷺ хадиса. Из них приведённых в форме таъликов (без полного иснада) — тридцать три риваята, остальные — с непрерывным иснадом. Повторяющихся из них — как в этой книге, так и в предыдущих — сто тридцать четыре, а не повторяющихся — пятьдесят девять. Муслим согласился с аль-Бухари в приведении этих хадисов, за исключением следующих: хадиса Ибн Умара «Будь в этом мире, как странник»; хадиса Ибн Масуда о примешивающем (свою прибыль к прибыли сироты); также хадиса Анаса на ту же тему; хадиса Убайй ибн Каба о ниспослании (аята) «Увлекла вас страсть к приумножению»; хадиса Ибн Масуда «Кому из вас имущество его наследника любимее»; хадиса Абу Хурайры «Аллах дал оправдание тому человеку»; его же хадиса «Рай ближе к любому из вас»; его же хадиса «Что для Моего верующего раба, если Я забрал его любимого»; хадиса Абдуллаха ибн аз-Зубайра «Если бы у сына Адама была целая долина золота»; хадиса Сахля ибн Саада «Кто поручится мне»; хадиса Анаса «Поистине, вы совершаете деяния»; хадиса Абу Хурайры «Кто враждует с Моим приближённым (аулия)»; его же хадиса «Я послан вместе с Часом (Судным), подобно этим двум (пальцам)»; хадиса о выведении из Огня; хадиса Имрана об обитателях Ада; хадиса Абу Хурайры «Никто не войдёт в Рай, не увидев своего места (в Аду)»; хадиса Ата ибн Ясара от Абу Хурайры о том, кого отгонят от Водоёма (Хауда). В этих хадисах содержатся добавления, которых нет у Муслима. В книге также приведено семнадцать асаров от сподвижников и тех, кто был после них. И Аллах Всевышний знает лучше.
Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного.