Его слово во втором риваяте: «от Ибн Шихаба, он сказал: и сообщил мне Ата ибн Язид» — союз «и» здесь соединяет с чем-то опущенным, как если бы он до этого передал что-то, а затем передал хадис Аты. В риваяте Муслима, переданном через путь Ибн Вахба от Юнуса от Ибн Шихаба, сказано: «от Аты ибн Язида», а у Абу Аваны в его «Сахихе» через путь Шуайба от аз-Зухри сказано: «рассказал мне Ата ибн Язид аль-Лейси».
Его слово в начале третьего хадиса: «Сообщил нам Исхак ибн Ибрахим» — это Ибн Рахавейх, как я разъяснил во введении.
4 — Глава: «И было повеление Аллаха предопределением предначертанным»
6601 — Рассказал нам Абдуллах ибн Юсуф, сообщил нам Малик от Абу аз-Зинада от аль-Аараджа от Абу Хурайры, он сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Пусть женщина не просит развода со своей сестрой, чтобы освободить её блюдо для себя, пусть она выходит замуж, ибо ей достанется то, что ей предопределено».
6602 — Рассказал нам Малик ибн Исмаил, рассказал нам Исраиль от Асима от Абу Усмана «от Усамы, он сказал: я был у Пророка ﷺ, когда пришёл к нему посланец от одной из его дочерей, а при нём находились Саад, Убайй ибн Кааб и Муаз, [сообщая], что её сын находится в предсмертной агонии. Он послал к ней [сказать]: «Аллаху принадлежит то, что Он взял, и Аллаху принадлежит то, что Он дал, каждому — свой срок, пусть она терпит и надеется на награду»».
6603 — Рассказал нам Хиббан ибн Муса, сообщил нам Абдуллах, сообщил нам Юнус от аз-Зухри, он сказал: сообщил мне Абдуллах ибн Мухайриз аль-Джумахи, «что Абу Саид аль-Худри сообщил ему, что однажды, когда он сидел у Пророка ﷺ, пришёл человек из ансаров и сказал: «О Посланник Аллаха, мы захватываем пленниц и любим имущество, что ты скажешь об извержении семени вне [полового акта]?» Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Неужели вы делаете это? Не будет на вас греха, если вы не станете так делать, ибо нет души, которую Аллах предписал появиться на свет, чтобы она не появилась»».
6604 — Рассказал нам Муса ибн Масуд, рассказал нам Суфьян от аль-Амаша от Абу Ваиля «от Хузайфы (да будет доволен им Аллах), он сказал: Пророк ﷺ произнёс перед нами проповедь, в которой не оставил ничего, вплоть до наступления Часа, чтобы не упомянуть об этом — знал это тот, кто знал, и не знал тот, кто не знал. Бывало, я видел вещь, которую забыл, а затем вспоминал её, подобно тому, как человек узнаёт то, что он видел прежде, отсутствовав, а затем увидел снова и узнал».
6605 — Рассказал нам Абдан от Абу Хамзы от аль-Амаша от Саада ибн Убайды от Абу Абд ар-Рахмана ас-Сулами «от Али (да будет доволен им Аллах), он сказал: мы сидели с Пророком ﷺ, а у него была палочка, которой он чертил по земле, и он сказал: «Нет среди вас никого, для кого уже не было бы записано его место — в Огне или в Раю». Тогда один человек из присутствующих сказал: «Не положиться ли нам [на это], о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Нет, трудитесь, ибо каждому облегчён его путь». Затем он прочитал: «А что до того, кто отдавал и был благочестив» — этот аят».
Его слово: «Глава: «И было повеление Аллаха предопределением предначертанным»» — то есть решением, окончательно установленным относительно его исполнения. Под «повелением» подразумевается одно из предначертанных дел, но возможно также, что имеется в виду одно из повелений [творения], поскольку всё существующее возникает по слову «будь». В этой главе он привёл пять хадисов.
Первый — хадис Абу Хурайры: «Пусть женщина не просит развода со своей сестрой» — до его слов в конце: «ибо ей достанется то, что ей предопределено». Разбор этого хадиса уже приводился в главе об условиях, недопустимых в браке, из книги о никахе. Ибн аль-Араби сказал: в этом хадисе — один из основ религии: следование путям предопределения, что не противоречит совершению благочестивых деяний и не препятствует стремлению к заработку и заботе о пропитании на завтрашний день, даже если нет уверенности, что человек доживёт до него. А Ибн Абд аль-Барр сказал: этот хадис — один из лучших хадисов о предопределении по мнению учёных, поскольку он указывает на то, что если бы муж согласился с ней и развёлся с той, кого она считает соперницей в своём уделе, то ей не досталось бы от этого ничего, кроме того, что предписал ей Аллах, — согласился бы он с ней или нет. Это подобно словам Всевышнего Аллаха в другом аяте: «Скажи: нас не постигнет ничего, кроме того, что предписал нам Аллах».
Второй хадис — хадис Усамы, а он — сын Зейда. Его слово: «Асим» — это аль-Ахвал, а «Абу Усман» — это ан-Нахди.
Его слово: «при нём находились Саад» — это ибн Убада, а «Муаз» — это ибн Джабаль. Разбор этого хадиса был уже полностью приведён в книге о похоронах, включая то, что сказано об имени упомянутого сына, и разъяснение того, как согласовать этот риваят с риваятом, в котором говорится, что это была её дочь.
Третий хадис — хадис Абу Саида. Его слово: «Абдуллах» — это Ибн аль-Мубарак, а «Юнус» — это Ибн Язид.
Его слово: «пришёл человек из ансаров» — уже приводилось в разделе о походе на Аль-Мурайси и в разделе об обхождении с женщинами из книги о никахе, от Абу Саида, который сказал: «мы спросили». Этот хадис привёл ан-Насаи через путь Ибн Мухайриза, [сообщив], что Абу Саид и Абу Сирма сообщили ему, что они захватили пленниц, и он сказал: «мы стали обсуждать между собой вопрос об извержении семени вне [акта], и упомянули об этом Посланнику Аллаха ﷺ». Возможно, Абу Саид непосредственно задал вопрос, хотя обсуждавших этот вопрос была целая группа. У аль-Бухари в его «Тарихе», у Ибн ас-Сакана и других в разделах о сподвижниках приведён хадис от Маджди ад-Дамри, который сказал: «мы участвовали с Пророком ﷺ в походе на Аль-Мурайси, захватили пленниц и спросили Пророка ﷺ об извержении семени вне [акта]» — и далее хадис. Относительно принадлежности Абу Сирмы к сподвижникам существуют разногласия. В «Сахихе» Муслима через путь Ибн Мухайриза приведено: «Вошли я и Абу Сирма к Абу Саиду, и он сказал: «О Абу Саид, слышал ли ты от Посланника Аллаха ﷺ [что-либо] об извержении семени вне [акта]?»» — и далее хадис. Достоверно установлено, что именно Абу Сирма — а это имя произносится с кясрой на «сад» безточечной и сукуном на «ра» — задал вопрос Абу Саиду. Разбор этого хадиса уже был приведён полностью в книге о никахе, а цель его приведения здесь — его слова в конце: «и нет души, которую Аллах предписал появиться на свет, чтобы она не появилась».
Четвёртый хадис. Его слово: «рассказал нам Муса ибн Масуд» — это Абу Хузайфа ан-Нахди, а «Суфьян» — это ас-Саури.
Его слово: «Поистине, он произнёс перед нами проповедь» — в риваяте Джарира от аль-Амаша у Муслима: «Посланник Аллаха ﷺ стоял среди нас, произнося речь».
Его слово: «...без того, чтобы упомянуть его» — в риваяте Джарира: «...без того, чтобы рассказать о нём».
Его слово: «знал это тот, кто знал, и не знал тот, кто не знал» — в риваяте Джарира: «запомнил это тот, кто запомнил, и забыл тот, кто забыл», с добавлением: «знали это вот эти мои товарищи», то есть они знали о том, что имело место это стояние, и о том, что было сказано в нём. Я уже назвал в начале «Начала творения» тех из сподвижников, кто передавал нечто подобное этому хадису Хузайфы, как Умар, Абу Зайд ибн Ахтаб и Абу Саид. Он сказал: и другие, — так что, возможно, Хузайфа указал на них или на некоторых из них. Муслим привёл через путь Абу Идриса аль-Хаулани от Хузайфы: «Клянусь Аллахом, я знаю каждую смуту, которая случится между мной и Часом, и не потому, что Посланник Аллаха ﷺ доверил мне нечто тайное, чего не рассказывал никому другому», а в конце сказал: «Ушли те люди, кроме меня». Это не противоречит первому, но их можно совместить, отнеся к двум разным собраниям, либо смысл первого шире, чем смысл второго.
Его слово: «бывало, что я видел вещь и забывал такую-то» — у большинства без упоминания дополнения (местоимения), а в риваяте аль-Кушмихани оно упомянуто, и текст его: «забывал её».
Его слово: «и узнавал её, как человек узнаёт человека, который был в отлучке, а потом увидел его и узнал» — в риваяте Мухаммада ибн Юсуфа от Суфьяна у аль-Исмаили: «как узнаёт человек» без упоминания дополнения, а в риваяте аль-Кушмихани: «человек лицо человека, который был в отлучке, потом увидел его и узнал». Ийяд сказал: в этой формулировке есть некоторая нескладность (тальфик), и то же самое в риваяте Джарира: «и бывало с ним нечто, что он забыл, потом увидел это и вспомнил, как вспоминает человек лицо человека, если тот был в отлучке, а потом, когда увидел его, узнал». Он сказал: правильнее было бы «как забывает человек лицо человека» — или «как не помнит человек лицо человека», если тот был в отлучке, а потом, когда увидел его, узнал. Я говорю: мне представляется, что риваят в обоих первоисточниках правильный, и смысл того, что в хадисе Суфьяна, таков: он видит вещь, которую забыл, и когда видит её — узнаёт. А его слово «как узнаёт человек человека, который был в отлучке» означает: того, кто был в отлучке, так что он забыл его облик, а потом, когда увидел его, узнал. Это привёл аль-Исмаили через риваят Ибн аль-Мубарака от Суфьяна со словами: «Поистине, я вижу вещь, которую забыл, и узнаю её, как узнаёт человек...» и так далее.
(Замечание): этот хадис привёл кади Ийяд в «аш-Шифа» через путь Абу Дауда с его иснадом до слов «потом, когда увидел его, узнал», после чего Хузайфа сказал: «Не знаю, забыли ли это мои товарищи или притворились забывшими. Клянусь Аллахом, не осталось предводителя смуты — до конца этого мира, — за которым следуют триста человек, чтобы Посланник Аллаха ﷺ не назвал нам его имени». Я говорю: я не видел этого добавления в книге Абу Дауда; его привёл Абу Дауд с другим, самостоятельным иснадом, иным путём, от Хузайфы.
Пятый хадис — хадис Али.
Его слово («от Абу Хамзы») — с несоединёнными «х» и «з» — это Мухаммад ибн Маймун ас-Суккари.
Его слово: «от Саада ибн Убайды» — с даммой над «айн» — это ас-Сулами аль-Куфи, известный по кунье как Абу Хамза, был зятем Абу Абд ар-Рахмана, своего шейха в этом хадисе. В толковании суры «И ночью, когда она покрывает» встречается через путь Шубы от аль-Амаша: «Я слышал Саада ибн Убайду», а Абу Абд ар-Рахман ас-Сулами — его имя Абдуллах ибн Хабиб, он из числа старших последователей (табиинов), и имя его встречается указанным в риваяте Мутамира ибн Сулеймана от Мансура от Саада ибн Убайды у аль-Фирьяби.
Его слово («от Али») — в риваяте Муслима аль-Бутайна от Абу Абд ар-Рахмана ас-Сулами: «Взял меня Али за руку, и мы пошли, пока не сели на берегу Евфрата, и Али сказал: сказал Посланник ﷺ», — и далее приводит хадис в сокращённом виде.
Его слово: «мы сидели» — в риваяте Абд аль-Вахида от аль-Амаша: «мы сидели» (другим словом того же значения), и добавлено в риваяте Суфьяна ас-Саури от аль-Амаша: «мы были с Пророком ﷺ на кладбище Бакиа аль-Гаркад» — с фатхой над «гайн» и «каф», между ними покоящаяся «ра» — на похоронах. Внешне это указывает, что все они присутствовали на похоронах вместе, но это привёл в «Книге похорон» через путь Мансура от Саада ибн Убайды, и там разъясняется, что они пришли на похороны раньше, а Пророк ﷺ пришёл к ним после этого, и текст его: «мы были на похоронах на кладбище Бакиа аль-Гаркад, и пришёл к нам Посланник Аллаха ﷺ, и сел, и мы сели вокруг него».
Его слово: «и с ним палочка, которой он чертил на земле» — в риваяте Шубы: «и в руке его палочка, и он начал чертить ею на земле», а в риваяте Мансура: «и с ним посох» — с кясрой над «мим», покоящейся «х» и фатхой над «сад» — это палка или прут, который держит начальник, чтобы опираться на неё, отгонять ею [что-либо] от себя и указывать ею на то, что желает; названа так потому, что обычно её несут под поясом (хасром), чтобы опираться на неё. В языке говорят «ихтасара-р-раджулю», если человек держит такой посох.
Его слово: «фа-наккаса» — с усиленной «каф», то есть опустил голову.
Его слово: «и сказал: «Нет среди вас никого...»» — добавлено в риваяте Мансура: «нет ни одной сотворённой души», то есть созданной, сотворённой, а в риваяте Абу Хамзы и ас-Саури ограничились первым.
Его слово (кроме как уже записано его место в огне или в раю) — или это для указания на разновидность. В риваяте Суфьяна встречается то, что может указывать на то, что здесь «или» в значении «и»; его формулировка: «кроме как уже записано его место в раю и его место в огне», и как будто это указывает на то, что было ранее в хадисе Ибн Умара, свидетельствующем о том, что у каждого есть два места. А в риваяте Мансура: «кроме как записано её место в раю и в огне», и в нём добавлено: «и кроме как уже записано, что она несчастна или счастлива». Повторение слова «кроме» допускает, что «ни одна душа» стоит вместо «никто из вас», а второе «кроме» — заменяет первое, а также допускает, что это относится к разряду «переплетения и развёртывания» (лафф ва-нашр), и тогда в этом содержится обобщение после конкретизации, причём второе в каждом из двух случаев более общее, чем первое. На это указал аль-Кирмани.
Его слово (тогда сказал человек из числа людей) — в риваяте Суфьяна и Шубы: «они сказали». «О посланник Аллаха!» Этот человек, как встречается в хадисе Джабира у Муслима, — это Сурака ибн Малик ибн Джушум, и его формулировка: «Пришёл Сурака и сказал: о посланник Аллаха, разве мы совершаем деяния сегодня согласно тому, чем высохли перья и чем протекли предопределения, или же согласно тому, что предстоит?» Он сказал: «Нет, согласно тому, чем высохли перья и чем протекли предопределения». Тот сказал: «Тогда для чего же деяние?» Он сказал: «Совершайте деяния, ибо каждому облегчено то, для чего он создан». Это передал ат-Табарани и Ибн Мардавайх подобным образом, добавив, что он прочитал: «А что касается того, кто дал...» — до слов «...к тяжкому». Это передал также Ибн Маджа от самого Сураки, но без чтения аята.
Этот вопрос и его ответ, помимо чтения аята, встречаются также применительно к Шурайху ибн Амиру аль-Килаби; это передали Ахмад и ат-Табарани, и его формулировка: он сказал: «Тогда для чего же деяние?» Он сказал: «Совершайте деяния, ибо каждому облегчено то, для чего он создан». Ат-Тирмизи передал от Ибн Умара, что Умар сказал: «О посланник Аллаха, скажи мне, то, что мы совершаем, — это дело новое, или дело, уже завершённое?» Он сказал: «То, что уже завершено», — и далее подобным образом. Аль-Баззар и аль-Фирьяби передали от Абу Хурайры, что Умар сказал: «О посланник Аллаха», — и далее это упомянуто. Ахмад, аль-Баззар и ат-Табарани передали от Абу Бакра ас-Сиддика: «Я сказал: о посланник Аллаха, разве мы действуем согласно тому, что уже завершено?» — хадис подобным образом. В хадисе Саада ибн Абу Ваккаса встречается: «тогда сказал человек из числа ансаров». Сочетание этих версий заключается в множественности спрашивавших об этом; ведь в хадисе Абдуллаха ибн Амра встречается, что спрашивавших об этом была группа людей, и его формулировка: «Тогда его сподвижники сказали: для чего же деяние, если это уже завершено?» Он сказал: «Будьте прямы и приближайтесь [к истине], ибо обитателю рая печать ставится делом обитателей рая, даже если он совершал любое деяние», — хадис. Это передал аль-Фирьяби.
Его слово (разве нам не положиться, о посланник Аллаха?) — в риваяте Суфьяна: «разве же не». «Фа» здесь следует за чем-то опущенным, подразумеваемое: «если так, то разве нам не положиться?» В риваяте Мансура, а также в риваяте Шубы добавлено: «разве нам не положиться на нашу запись и оставить деяние?», то есть — опереться на то, что нам предопределено. В риваяте Мансура добавлено: «Кто из нас относится к обитателям счастья, тот придёт к деянию счастья, а кто из нас относится к обитателям несчастья — подобно тому же».
Его слово (совершайте деяния, ибо каждому облегчено) — Шуба добавил: «то, для чего он создан. Что касается того, кто относится к обитателям счастья, тому облегчается деяние счастья», — хадис. В риваяте Мансура он сказал: «Что касается обитателей счастья, то им облегчается деяние обитателей счастья», — хадис. Суть вопроса: «разве нам не оставить тяжесть деяния, ведь мы всё равно придём к тому, что нам предопределено?» Суть ответа: «нет тяжести», ибо каждому облегчено то, для чего он создан, и это легко для того, кому Аллах облегчил. Ат-Тиби сказал: этот ответ относится к разряду «мудрого стиля» (аль-услюб аль-хаким) — им запретили оставлять деяние и повелели придерживаться того, что обязательно для раба из служения [Аллаху], и удержали их от вмешательства в скрытые дела, чтобы они не делали служение и его оставление самостоятельной причиной входа в рай или в огонь, — они лишь являются признаками.
Его слово (затем он прочитал: «а что касается того, кто дал и остерёгся...») — аят. В риваяте Суфьяна и Вакиа приведены аяты до слов «...к тяжкому». В хадисе Ибн Аббаса у ат-Табарани встречается нечто подобное хадису Умара, и в конце его: он сказал: «Совершай деяние, ибо каждому облегчено». А в конце его у аль-Баззара: «Тогда люди сказали друг другу: значит теперь усердие!» Это передал ат-Табарани в конце хадиса Сураки, и его формулировка: «он сказал: о посланник Аллаха, для чего же деяние?» Он сказал: «Каждому облегчено его деяние». Он сказал: «Теперь усердие, теперь усердие!» А в конце хадиса Умара у аль-Фирьяби: «Умар сказал: тогда для чего же деяние?» Он сказал: «Каждый достигает [своей доли] только через деяние». Умар сказал: «Тогда мы будем усердствовать». Аль-Фирьяби передал с достоверным иснадом от Башира ибн Каба, одного из старших последователей (таби‘инов), что он сказал: «Два юноши спросили посланника Аллаха ﷺ: для чего же деяние, если [оно совершается] согласно тому, чем высохли перья и протекли предопределения, или это нечто, что мы начинаем заново?» Он сказал: «Нет, согласно тому, чем высохли перья». Они сказали: «Тогда для чего же деяние?» Он сказал: «Совершайте деяния, ибо каждому облегчено то, что он совершает». Они сказали: «Значит, теперь усердие!»
В этом хадисе — допустимость сидения возле могил и беседы возле них о знании и наставлении.
Аль-Мухалляб сказал: то, что он постукивал по земле палкой, — это основа для движения пальцем в ташаххуде; это передал Ибн Баттал, но это далёкое [толкование]; на самом деле это обычай того, кто размышляет о чём-то, вызывая в памяти его смыслы. Допустимо, что это было размышлением его ﷺ о деле последней жизни, судя по присутствию похоронной процессии, и допустимо, что это было связано с тем...
...(и) он изложил это впоследствии своим сподвижникам из числа упомянутых мудростей. Связь этого с рассказом состоит в том, что здесь содержится указание на утешение по поводу умершего тем, что он умер по завершении своего предопределённого срока. Этот хадис является основой для приверженцев сунны в том, что счастье и несчастье определяются предвечным предопределением Аллаха. В нём — опровержение джабритов, ибо облегчение (тайсир) противоположно принуждению (джабр), поскольку принуждение бывает только через неприязнь, а человек не совершает что-либо путём облегчения иначе как не питая к этому неприязни.
Этим хадисом обосновывается возможность распознания несчастного от счастливого ещё в этой жизни — подобно тому, кому дана добрая слава (правдивый язык), и противоположному ему случаю, — поскольку деяние является признаком воздаяния, судя по внешнему смыслу этого сообщения. Но это было опровергнуто тем, что было изложено ранее в хадисе Ибн Масуда, а именно что это внешнее деяние может обратиться в противоположное — в соответствии с тем, что предопределено. Истина же в том, что деяние есть признак и указание, поэтому судят по внешнему проявлению дела, а дело внутреннего состояния предоставлено Аллаху Всевышнему.