Сулейман сказал: я слышал, как мой отец передавал от Сабита, от Анаса ибн Малика, который сказал: когда был ниспослан аят: «О те, которые уверовали! Не возвышайте своих голосов выше голоса Пророка» (аль-Худжурат, 2) — до слов «...не осознаёте того», Сабит ибн Кайс сказал: «Клянусь Аллахом, это я тот, кто повышал свой голос при Посланнике Аллаха ﷺ, и я боюсь, что окажусь из числа обитателей Огня». Он [продолжал]: «Я повышал свой голос при Пророке ﷺ». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Нет, напротив, он из числа обитателей Рая», или что-то подобное сказал. Конец. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах. Мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
56 — (Глава: подвергается ли человек взысканию за деяния времён невежества?)
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, упомянутому в начале книги, он сказал:
[325] (120) — Рассказал нам Усман ибн Абу Шейба, рассказал нам Джарир, от Мансура, от Абу Ваиля, от Абдуллаха, который сказал: люди сказали Посланнику Аллаха ﷺ: «О Посланник Аллаха, разве мы будем спрошены за то, что делали во времена невежества?» Он сказал: «Что до того из вас, кто совершил благое в Исламе, то он не будет спрошен за это [прошлое], а кто совершил дурное, будет спрошен за своё деяние — и во времена невежества, и в Исламе».
Передатчики этого иснада: пятеро.
1 — (Усман ибн Абу Шейба) — это Усман ибн Мухаммад ибн Абу Шейба Ибрахим ибн Усман аль-Абси, Абу аль-Хасан аль-Куфи, надёжный, хафиз [10] (умер в 239 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа). Упоминался ранее в «Книге веры», 35/246.
2 — (Джарир) ибн Абд аль-Хамид ибн Курт ад-Дабби, Абу Абдуллах аль-Куфи, живший в Райе и бывший его судьёй, надёжный, с достоверными записями [8] (умер в 188 г.) (все шестеро). Упоминался ранее в «Введении», 6/50.
3 — (Мансур) ибн аль-Мутамир ибн Абдуллах ас-Сулами, Абу Аттаб аль-Куфи, надёжный, твёрдый [6] (умер в 132 г.) (все шестеро). Упоминался ранее в разборе «Введения», т. 1, с. 296.
4 — (Абу Ваиль) — Шакик ибн Салама аль-Асади аль-Куфи, надёжный, из числа мухадрамов [2], умер во время правления Умара ибн Абд аль-Азиза, в возрасте ста лет (все шестеро). Упоминался ранее во «Введении», 6/57.
5 — (Абдуллах) ибн Масуд ибн Гафиль ибн Хабиб аль-Хузали, Абу Абд ар-Рахман, известный сподвижник, умер в 32 г. (все шестеро). Упоминался ранее во «Введении», 3/11. Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (в их числе) то, что он относится к пятизвенным иснадам автора, и в нём присутствуют формы передачи «рассказал нам» и «передал от».
2 — (в их числе) то, что все его передатчики являются передатчиками, [признанными] всей общиной, кроме его непосредственного учителя, у которого не приводил хадисов ат-Тирмизи.
3 — (в их числе) то, что он весь состоит из куфийцев [муссальсаль].
4 — (в их числе) то, что в нём есть передача табиина от табиина-мухадрама, согласно мнению тех, кто считает Мансура из числа младших табиинов.
5 — (в их числе) то, что его сподвижник (да будет доволен им Аллах) — один из первых принявших Ислам, из числа наиболее сведущих в чтении Корана сподвижников (да будут они все довольны Аллахом), из числа их великих учёных, и именно он подразумевается, когда в иснадах куфийцев упоминается просто «Абдуллах», как здесь. Обладатель многочисленных достоинств (да будет доволен им Аллах). Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(От Абдуллаха) ибн Масуда (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: сказали люди [унас]) — с даммой над хамзой; сказано, что это форма «фуаль» с даммой над «фа», производная от «унс» (близость, общение), однако допустимо отбрасывание хамзы для облегчения, не по правилу аналогии, и тогда остаётся «нас» (люди). От аль-Кисаи передаётся, что «унас» и «нас» — два синонима с одним значением, и ни одно из них не производно от другого. Аль-Фаюми сказал: это и есть верное [мнение], поскольку это два разных корня по происхождению, а отбрасывание [буквы] есть изменение, что противоречит исходному состоянию. Конец.
В следующем риваяте: «мы сказали: о Посланник Аллаха», а в риваяте аль-Бухари: «сказал человек: о Посланник Аллаха». Таким образом, второй риваят даёт понять, что Ибн Масуд (да будет доволен им Аллах) был одним из тех, кто задал этот вопрос (Посланнику Аллаха ﷺ: о Посланник Аллаха, разве мы будем спрошены) — в форме страдательного залога, (за то, что делали во времена невежества?) — это то состояние, в котором находились арабы до Ислама: невежество относительно Аллаха ﷻ, Его Посланника ﷺ и законоположений религии, гордость происхождением, высокомерие,
и деспотизм, и прочее. (Сказал) ﷺ: («Что до того из вас, кто совершил благое в Исламе) — то есть вошёл в него внешне и внутренне, как повелел ему Аллах ﷻ, сказав: «О те, которые уверовали! Входите все целиком в мир [ислама] и не следуйте по стопам шайтана, ведь он для вас явный враг» (аль-Бакара, 208), (тот не будет спрошен за это) — то есть за деяния, совершённые во времена невежества, ибо Ислам стирает то, что было до него, как сказал Всевышний: «Скажи тем, кто не верует: если они прекратят, им будет прощено то, что было прежде» (аль-Анфаль, 38). (А кто совершил дурное) — то есть вошёл в Ислам внешне, но грудь его не раскрылась для него [внутренне не принял], (будет спрошен) — в форме страдательного залога — (за своё деяние) — в единственном числе, но с изафетом, что придаёт обобщающий смысл, то есть за все свои деяния — (и во времена невежества, и в Исламе»).
Ан-Навави сказал: правильным в толковании смысла этого хадиса является то, что сказала группа исследователей: подразумевается под «совершением благого» здесь — вхождение в Ислам и внешне, и внутренне одновременно, то есть быть подлинным мусульманином. Такому человеку прощается всё, что было прежде во времена неверия, согласно ясному тексту благородного Корана и достоверному хадису: «Ислам разрушает то, что было прежде него», и по единогласному мнению мусульман. А под «совершением дурного» подразумевается невхождение в Ислам сердцем, при том, что человек внешне покорен и произносит два свидетельства, но в сердце не убеждён в Исламе — такой является лицемером, остающимся в своём неверии по единогласному мнению мусульман, и он будет спрошен за то, что совершил во времена невежества до проявления вида Ислама, и за то, что совершил после его проявления, поскольку он продолжает оставаться в своём неверии. Это известно в шариатском употреблении: говорят «хорошим стал ислам такого-то», если он вошёл в него поистине, с искренностью, и «плохим стал его ислам», или «не был хорошим его ислам», если это не так. Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов ан-Навави.
Аль-Куртуби сказал: он имеет в виду под «совершением благого» здесь — правильное вхождение в религию Ислама, искренность в нём и постоянство в этом, без изменения и без отступничества. А «совершение дурного», упомянутое в этом хадисе в противопоставлении этому «совершению благого» — это неверие и лицемерие. Неверно понимать под «совершением дурного» здесь совершение греха и проступка, ибо тогда следовало бы, что Ислам не стирает предшествующие грехи никому, кроме того, кто был защищён от всех грехов до самой смерти, что абсолютно неверно. Следовательно, верно именно то, что мы сказали.
А взыскание здесь — это наказание за то, что он совершил из грехов во времена невежества и в состоянии Ислама, и это выражено в другом риваяте словами: «будет спрошен за первое и за последнее». И это так потому, что его Ислам, поскольку не был правильным и не был искренним ради Аллаха Всевышнего, не стёр ничего из того, что было прежде, а затем к этому добавился грех его лицемерия и его грехи, совершённые в состоянии Ислама, так что он заслужил наказание за них. Отсюда лицемеры заслужили оказаться в самом нижнем слое Огня, как сказал Аллах Всевышний. Конец слов аль-Куртуби, и это хорошее исследование.
Сказано в «Фатх аль-Бари»: аль-Хаттаби сказал: внешний смысл этого хадиса противоречит тому, на чём единогласна умма, — что Ислам стирает то, что было прежде него, и что Аллах Всевышний сказал: «Скажи тем, кто не верует: если они прекратят, им будет прощено то, что было прежде» (аль-Анфаль, 38). Он сказал: смысл этого хадиса в том, что неверующий, когда принимает Ислам, не спрашивается за то, что прошло; но если он совершит дурное в Исламе в высшей степени и совершит самые тяжкие грехи, продолжая при этом быть в Исламе, то он будет спрошен именно за тот грех, который совершил в Исламе, и ему будет поставлено на вид то, что было с ним прежде, — как если бы ему сказали: не совершал ли ты то-то и то-то, будучи неверующим? Разве не должен был твой Ислам удержать тебя от повторения подобного? Конец в сокращённом виде.
Итог этого — что в первом случае взыскание начинается с упрёка, а в последнем — с наказания. Более предпочтительным является мнение других, согласно которому под «дурным деянием» подразумевается неверие, ибо оно есть предел дурного и самый тяжкий из грехов. Поэтому если человек впал в отступничество и умер в своём неверии, он подобен тому, кто вообще не принял ислам, и будет наказан за всё, что совершил прежде. На это указал аль-Бухари, поместив этот хадис после хадиса «Величайший из тяжких грехов — многобожие», и оба он привёл в главах об отступниках.
Ибн Батталь передал от аль-Мухаллаба, что он сказал: смысл хадиса главы таков: кто совершил благое деяние в исламе, продолжая соблюдать его и выполняя его условия, тот не будет спрошен за то, что совершил во времена невежества (джахилийи); а кто совершил дурное деяние в исламе, то есть в самом его исповедании, оставив единобожие, тот будет спрошен за всё, что предшествовало. Ибн Батталь сказал: я представил это группе учёных, и они сказали: у этого хадиса нет иного смысла, кроме этого, и «дурное деяние» здесь не может означать ничего иного, кроме неверия, ибо есть единогласие (иджма) в том, что мусульманин не будет спрошен за то, что совершил во времена джахилийи. Этого же мнения твёрдо держался аль-Мухибб ат-Табари.
Ибн ат-Тин передал от ад-Давуди: смысл слов «кто совершил благое» — умер, будучи мусульманином, а «кто совершил дурное» — умер не мусульманином.
А от Абу Абд аль-Малика аль-Буни: смысл слов «кто совершил благое в исламе» — то есть принял ислам правильным образом, без лицемерия и без сомнения; а «кто совершил дурное в исламе» — то есть принял ислам из показухи и ради славы. Этого твёрдо держался аль-Куртуби.
У других же: смысл «благого деяния» — искренность в момент вхождения в ислам и её сохранение до самой смерти, а «дурное деяние» — противоположность этому; ведь если человек не был искренним в своём исламе, то он был лицемером (мунафиком), и то, что он совершил во времена джахилийи, не отменяется, так что его позднее лицемерие присоединяется к его прежнему неверию, и он наказывается за всё это.
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал после упоминания всего вышеизложенного: итог этого — что аль-Хаттаби отнёс слова «в исламе» к признаку, внешнему по отношению к сущности ислама, а другие отнесли их к признаку, внутреннему по отношению к самому исламу, и это более предпочтительно.
Он сказал: и в «Китаб ас-сунна» Абд аль-Азиза ибн Джафара, который является одним из глав ханбалитов, есть то, что отвергает притязание аль-Хаттаби и Ибн Батталя на иджма, которое они передали, а именно — то, что передано от аль-Маймуни от Ахмада, который сказал: дошло до меня, что Абу Ханифа говорит, что тот, кто принял ислам, не будет спрошен за то, что было во времена джахилийи. Затем он возразил ему хадисом Ибн Масуда, в котором содержится указание на то, что грехи, которые неверующий совершал во времена своего неверия, если он упорствовал в них после принятия ислама, за них он будет спрошен, ибо своим упорством он не покаялся от них, а покаялся лишь от неверия, поэтому грех этого проступка не спадает с него из-за его упорства в нём. К этому склонился аль-Халими из числа шафиитов. А некоторые ханбалиты истолковали слова Всевышнего: «Скажи тем, кто не верует: если они прекратят, то будет им прощено то, что было прежде» (сура «Добыча», 38) в том смысле, что имеется в виду то, что было прежде, из того, от чего они отказались. Он сказал: и разногласие в этом вопросе основано на том, что покаяние — это раскаяние в грехе вместе с отказом от него и решимостью не возвращаться к нему; а неверующий, если он покаялся от неверия, но не решил не возвращаться к порочному деянию, не считается покаявшимся от него, и поэтому с него не снимается взыскание за него.
А ответ большинства (джумхур) таков: это относится лишь к мусульманину, что же касается неверующего, то он с принятием ислама становится подобен тому дню, когда его родила мать, и хадисы указывают на это, как хадис Усамы (да будет доволен им Аллах), когда Пророк ﷺ упрекнул его за убийство того, кто сказал «нет божества, кроме Аллаха», так что в конце он сказал: «до того, что я пожелал, чтобы я принял ислам в тот день». Конец слов Хафиза (1). А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и место прибежища, и к Нему прибегаем за помощью, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абдуллы ибн Масуда (да будет доволен им Аллах) — согласованный (мутафакк алейх).
(Второй вопрос): о его иснадах:
Его привёл автор здесь в «Книге веры» [56/325, 326, 327] (120), а также аль-Бухари в «Истребовании покаяния от отступников» (6921), Ибн Маджа в «Аскетизме» (4242), Абд ар-Раззак в своём «Мусаннафе» (19686), Ахмад в своём «Мусанаде» (1/379, 380, 409, 429, 431, 462), ад-Дарими в своих «Сунан» (1/3), Абу Аввана в своём «Мусанаде» (201, 202, 203), Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (314), аль-Байхаки в «аль-Кубра» (9/123), аль-Багави в «Шарх ас-сунна» (28), аль-Баззар в своём «Мусанаде» (73). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — В их числе: разъяснение взыскания за деяния времён джахилийи с того, кто не преуспел в принятии ислама.
2 — В их числе: разъяснение достоинства ислама, поскольку его благодать распространилась на деяния, совершённые в состоянии неверия, и они были приняты благодаря ему.
3 — В их числе: разъяснение внимания сподвижников (да будет доволен ими Аллах) и силы их усердия в вопрошании о важных делах религии.
4 — В их числе: то, что неверующие обращены к второстепенным положениям (фуру) шариата, как они обращены и к его основам. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и место прибежища.
(Четвёртый вопрос): имам ан-Насаи привёл в своих «Сунан» с достоверным иснадом от Абу Саида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), что он сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Когда раб принимает ислам, и его ислам становится
хорошим, Аллах записывает ему каждое благое деяние, которое он совершил прежде, и стирает с него каждое дурное деяние, которое он совершил прежде; затем после этого начинается расчёт: благое деяние — с десятикратным вознаграждением до семисот раз, а дурное деяние — равным ему, если только Аллах, Свят Он и Велик, не простит его». Это достоверный хадис, который имам аль-Бухари привёл в своём «Сахихе» в подвешенной форме (муалляк) с формулировкой утверждения.
Этот хадис сопоставляется с упомянутым в главе хадисом Ибн Масуда (да будет доволен им Аллах); ведь его внешний смысл указывает на то, что тот, кто впал в грехи после принятия ислама, — ему записываются грехи, которые он совершил до принятия ислама, а внешний смысл этого хадиса — что тому, кто совершал благие деяния после принятия ислама, записываются благие дела, которые он совершал до принятия ислама.
Итог таков, что оба хадиса дополняют друг друга, и из них извлекается польза о том, что тому, кто преуспел в своём исламе, записываются праведные деяния, которые он совершал до принятия ислама, а тот, кто совершил дурное деяние в исламе, взыскивается за дурные деяния, совершённые до принятия ислама.
Некоторые учёные сочли это затруднительным и считали противоречащим общим правилам. Аль-Мазари сказал: неверующему не подобает приближение (тацарруб к Аллаху), поэтому он не получает вознаграждения за праведное деяние, исходящее от него в его многобожии, ибо среди условий приближающегося — быть знающим Того, к Кому он приближается, а неверующий не таков. За ним последовал кади Ияд в утверждении этого затруднения.
Ан-Навави возразил на это и посчитал слабым, сказав: правильное мнение, на котором сходятся исследователи (мухаккыкун), — а некоторые даже передали в этом иджма, — что если неверующий совершал прекрасные деяния, такие как милостыня и поддержание родственных связей, а затем принял ислам и умер, будучи мусульманином, то вознаграждение за это записывается ему. А что касается утверждения о противоречии общим правилам, то это не принимается, ибо иногда некоторые деяния неверующего в этом мире засчитываются, как, например, искупление (каффара) за зыхар: ему не обязательно повторять его, если он принял ислам, — оно ему засчитывается. Конец цитаты.
Хафиз сказал: истина в том, что из записи вознаграждения мусульманину в состоянии его ислама — как милость и благодеяние от Аллаха Всевышнего — не обязательно следует, что его деяние, исходившее от него в неверии, было принятым; хадис содержит лишь запись вознаграждения и не касается вопроса принятия.
Возможно также, что принятие становится обусловленным его принятием ислама, так что оно принимается и вознаграждается, если он примет ислам, а иначе нет; и это сильное мнение.
Того же мнения, что и ан-Навави, твёрдо держались Ибрахим аль-Харби, Ибн Батталь и другие из числа древних, а также аль-Куртуби и Ибн аль-Мунайир из числа более поздних.
Ибн аль-Мунайир сказал: противоречащим общим правилам было бы утверждение, что это записывается ему в состоянии его неверия; а что касается того, что Аллах присоединяет к его благим делам в исламе вознаграждение за то, что исходило от него из того, что он считал благом, то в этом нет препятствия, — подобно тому, как Он оказывает милость изначально без всякого деяния, и подобно тому, как оказывается милость немощному вознаграждением за то, что он совершал бы, будучи способным. Если допустимо, что ему записывается вознаграждение за то, что он вовсе не совершал, то допустимо и записать ему вознаграждение за то, что он совершил, не выполнив условий полностью.
Ибн Батталь сказал: Аллах вправе оказывать милость Своим рабам, чем пожелает, и никто не может Ему в этом возражать.
Другие же приводили в качестве доказательства то, что тот из людей Писания, кто уверовал, получает свою награду вдвойне, как на это указывают Коран и достоверный хадис, а ведь если бы он умер, оставаясь на своей первой вере, ему не принесло бы никакой пользы ни одно из его благих дел — более того, они обратились бы в развеянный прах. Это указывает на то, что награда за его первые деяния записывается ему в дополнение к награде за его вторые деяния. И на это же указывают его слова ﷺ, когда Аиша (да будет доволен ею Аллах) спросила его об Ибн Джудъане и о том добре, которое он творил: принесёт ли это ему пользу? Он ответил: «Он никогда не говорил: «Господи, прости мне мой грех в День воздаяния»». Это указывает на то, что если бы он произнёс эти слова после принятия ислама, ему принесло бы пользу то, что он совершил во времена неверия. На этом заканчивается [цитата].
Составитель, да простит его Аллах Всевышний, говорит: то, что установили эти учёные, а именно, что правильным является мнение о том, что деяния человека в состоянии неверия записываются ему в состоянии ислама и что он получает за них награду по милости Аллаз ﷾ вследствие благочестия его ислама, — это истина, в которой нет ни малейшего сомнения. Возражение же на это тем, что оно противоречит правилам, неприемлемо. Что же они имеют в виду под «правилами»? Разве не сами шариатские тексты установили эти правила? Тот, кто заложил основы этих правил, укрепил их и утвердил, — это же Тот, Кто и сообщил нам о записи этих деяний. После этого не остаётся места для спора. «Что же может быть после истины, кроме заблуждения?» [Йунус: 32]. Так прими же ислам и обретёшь спасение и приобретение, а Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
И по непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу, да помилует его Аллах Всевышний, упомянутому в начале книги, он сказал:
[326] (…) — («Рассказал нам Мухаммад ибн Абдуллах ибн Нумайр, [сказав]: рассказал нам мой отец и Ваки‘ (ح), и рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, и это его формулировка, [сказав]: рассказал нам Ваки‘, от аль-А‘маша, от Абу Ва’иля, от Абдуллаха, который сказал: мы сказали: о Посланник Аллаха, будем ли мы наказаны за то, что совершали в невежестве [джахилийи]? Он ответил: «Кто творил добро в исламе, не будет наказан за то, что совершил в невежестве, а кто творил зло в исламе, будет взят и за первое, и за последнее»»).
Передатчики этого иснада: семь человек:
1 — (Мухаммад ибн Абдуллах ибн Нумайр) аль-Хамданий, Абу Абд ар-Рахман аль-Куфий, надёжный, хафиз, достойный [10] (умер в 234 г.) (‘айн) — упомянут ранее во «Введении» 2/5.
2 — (его отец) Абдуллах ибн Нумайр аль-Хамданий, Абу Хишам аль-Куфий, надёжный, знаток хадиса, из людей сунны, из старших [9] (умер в 199 г.) (‘айн) — упомянут ранее во «Введении» 2/5.
3 — (Ваки‘) ибн аль-Джарах ибн Малих ар-Ру’асий, Абу Суфьян аль-Куфий, надёжный, благочестивый, хафиз, из старших [9] (умер в 196 г.) (‘айн) — упомянут ранее во «Введении» 1/1.
3 — (Абу Бакр ибн Абу Шейба) брат Усмана ибн Абу Шейбы, упомянутого в предыдущем иснаде, а также он сам упоминался ранее в предыдущей главе.
4 — (аль-А‘маш) Сулейман ибн Михран аль-Асадий аль-Кахилий, их вольноотпущенник, Абу Мухаммад аль-Куфий, надёжный, твёрдый, хафиз, благочестивый, знающий чтение [Корана], однако он практикует тадлис [5] (умер в 147 г.) (‘айн) — упомянут ранее во «Введении», т. 1, с. 297.
Остальные два уже упомянуты в предыдущем иснаде.
[Замечание]: одна из тонкостей этого иснада в том, что он весь состоит из куфийцев, как и следующий иснад. Ан-Навави сказал: эти три иснада — все куфийцы, и это одна из самых удивительных редкостей, поскольку это смежные иснады, целиком составленные из куфийцев. На этом заканчивается [цитата].
В нём присутствует буква (ح), указывающая на переход иснада, а также в нём — передача одного последователя [табиина] от другого последователя. Разбор хадиса был приведён полностью в предыдущем хадисе, равно как и разъяснение его вопросов, а Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.