2 - (Абдур-Рахман) ибн Махди ибн Хассан аль-Анбари, их мавля, Абу Саид аль-Басри — надёжный (сика), твёрдый (сабт), хафиз, знаток передатчиков и хадисов. Ибн аль-Мадини сказал: «Я не видел более знающего, чем он». [9] (умер в 198 г.), в возрасте семидесяти трёх лет. (входит во все шесть сводов). Ранее упомянут в «Толковании введения», ч. 1, с. 388.
3 - (Суфьян) ибн Саид ас-Саури, упомянут ранее в предыдущей главе.
Двое остальных упомянуты перед этим.
Его слово (подобно ему) означает: что риваят Суфьяна ас-Саури от аль-Мухтара подобен риваяту Али ибн Мусхира.
[Замечание]: этот риваят Суфьяна ас-Саури от аль-Мухтара ибн Фулфуля привёл имам Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(1293) — Рассказал нам Абдур-Рахман от Суфьяна, от аль-Мухтара ибн Фулфуля, который сказал: слышал я Анаса ибн Малика, сказавшего: сказал человек Пророку ﷺ: «О лучший из творений!» Он сказал: «Это Ибрахим». Конец.
И по иснаду, доходящему до автора (да помилует его Аллах) в начале книги, он сказал:
[6123] (2370) — (Рассказал нам Кутайба ибн Саид, рассказал нам аль-Мугира — то есть ибн Абдур-Рахман аль-Хизами — от Абу аз-Зинада, от аль-Араджа, от Абу Хурайры, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Обрезался Ибрахим-пророк (мир ему), когда ему было восемьдесят лет, при помощи ал-кадум»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 - (аль-Мугира ибн Абдур-Рахман аль-Хизами) — это аль-Мугира ибн Абдур-Рахман ибн Абдуллах ибн Халид ибн Хизам — через «х» без точки и «зай», — аль-Мадани, прозванный Кусайй, надёжный (сика), у него есть редкие сообщения (гараиб) [7]. Абу Дауд сказал: он переселился в Аскалан. (входит во все шесть сводов). Ранее упомянут в «Книге очищения», 26/653.
Остальные упомянуты в предыдущей главе и в главе перед ней.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
то, что он относится к числу пятизвенных иснадов автора (да помилует его Аллах), и в нём его слово: «то есть ибн Абдур-Рахман
аль-Хизами» — это слова самого автора, поскольку его шейх Кутайба не упомянул его родословную, а автор захотел разъяснить это тем, кому он передаёт хадис, и добавил слово «то есть», отделяя тем самым слова своего шейха от того, что он добавил для разъяснения. На это указал ас-Суюти (да помилует его Аллах) в «Альфийят аль-асар», сказав:
Не прибавляй в родословной или описании тех, кто выше шейхов, от них того, что не пояснено,
подобным «то есть», или «что», или «он»; если же он завершил его полностью первым,
то допустимо это в оставшемся у большинства; и разделение предпочтительнее, если упомянутое неполно.
И в нём — риваят табии от табии, и в нём Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах), о котором уже было сказано ранее.
Разъяснение хадиса:
(от Абу Хурайры) (да будет доволен им Аллах), что он (сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Обрезался») — глагол в форме действительного залога, («Ибрахим-пророк (мир ему)»), и его слово: (когда ему было восемьдесят лет) — предложение в положении винительного падежа как обстоятельство образа действия (хал) от подлежащего, («при помощи ал-кадум») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: передатчики Муслима единогласны в облегчённом произношении слова «аль-кадум», а в риваятах аль-Бухари есть разногласие относительно усиления и облегчения этого слова. Учёные сказали: инструмент плотника называется «кадум» с облегчением, и не иначе, а что касается «аль-каддум» — это местность в Шаме, и в этом слове допускается облегчение; кто передал с усилением, тот имел в виду селение, а кто передал с облегчением, тот может подразумевать и селение, и инструмент, и большинство передают с облегчением, подразумевая инструмент. То, что упомянуто здесь — «когда ему было восемьдесят лет» — это верное, а в «Муватта» встречается: «когда ему было сто двадцать лет» — как маукуф от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), и это либо толкуется иначе, либо отвергается. Конец слов ан-Навави (да помилует его Аллах).
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: его слово «при помощи аль-кадум» — передатчики разошлись в отношении усиления и облегчения буквы «даль» в слове «кадум», а также разошлись в его значении. Большинство передатчиков придерживается облегчения, подразумевая под этим инструмент плотника, и это мнение большинства языковедов относительно инструмента плотницкого дела. Некоторые передали это слово с усилением и объяснили его как известную местность в Шаме, а некоторые сказали: в ас-Сарат. Передано от Абу Джафара языковеда: «каддум» — местность, с усилением, определённое имя, не принимающее артикль «аль». Он сказал: кто передал в хадисе об Ибрахиме (мир ему) с облегчением, тот имеет в виду инструмент, которым режут. В «ас-Сихах»: «аль-кадум» — то, чем вытёсывают, с облегчением. Ибн ас-Сиккит сказал: не говори «каддум» с усилением, а множественное число — «кудум». Аль-Аша сказал [размером аль-мутакариб]:
Пробыл там Шахбур с войсками
Два года, орудуя там кудум.
А множественное от «кудум» — «кадаим», подобно «кулус» и «калаис». «Аль-кадум» также — название местности, с облегчением.
Аль-Куртуби сказал: из их высказываний следует, что «аль-кадум», если подразумевается инструмент, произносится с облегчением, а если подразумевается местность, то допускается и облегчение, и усиление, и возможно, что в хадисе подразумевается и инструмент, и местность. Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах).
В «Фатхе» сказано: его слово «при помощи аль-кадум» — мы передали его с усилением от аль-Асили и аль-Кабиси, а в риваяте других встречается с облегчением. Ан-Навави сказал: передатчики у Муслима не разошлись в облегчении, а Якуб ибн Шайба вовсе отверг усиление.
Разошлись во мнении о том, что подразумевается: одни сказали — это название местности, другие — название инструмента плотника; согласно второму мнению, слово произносится только с облегчением, а согласно первому — допускаются оба варианта произношения; таково мнение большинства. Ад-Давуди придерживался обратного мнения. А Ибн ас-Сиккит вовсе отверг усиление применительно к инструменту.
Далее разошлись во мнениях: одни сказали — это селение в Шаме, другие — перевал в ас-Сарат. Наиболее достоверным является то, что в хадисе подразумевается инструмент, ибо Абу Яъла передал через Али ибн Рабаха: «Ибрахиму было велено обрезаться, и он обрезался инструментом (кадум), и это было для него тяжело, и Аллах внушил ему откровение: ты поспешил прежде, чем Мы велели тебе о его орудии. Он сказал: Господи, я не хотел откладывать исполнение Твоего повеления».
Он сказал: риваяты сходятся на том, что ему было восемьдесят лет во время обрезания, а в «Муватта» это встречается как маукуф от Абу Хурайры, а у Ибн Хиббана — марфу: «что Ибрахим обрезался, когда ему было сто двадцать лет», и, по всей видимости, из матна что-то выпало, ибо это число соответствует продолжительности его жизни. А в конце «Книги акыки» Абу аш-Шайха, через аль-Авзаи, от Яхьи ибн Саида, от Саида ибн аль-Мусайиба, приведено связанно (мавсуль)
марфу подобное этому, с добавлением: «и жил после этого восемьдесят лет», и, согласно этому, он прожил двести лет, а Аллах знает лучше. Некоторые объединили это тем, что первое число исчисляется от начала его пророчества, а второе — от начала его рождения. Конец.
И в «Фатхе» также сказано в «Книге испрашивания разрешения» после упоминания риваята «Муватта» со словами: «Ибрахим первым обрезался, когда ему было сто двадцать лет, и обрезался при помощи аль-кадум, и жил после этого восемьдесят лет» — вот текст: и мы передали это в «Фаваид Ибн ас-Саммак» через Абу Увайса, от Абу аз-Зинада, по этой цепочке, как марфу, а у Абу Увайса есть слабость (лин), и большинство риваятов сходятся на том, что было в хадисе этой главы — что он (мир ему) обрезался, когда ему было восемьдесят лет. И аль-Камаль ибн Тальха попытался в своём труде об обрезании объединить оба риваята, сказав: в достоверном хадисе передано, что он обрезался в восемьдесят лет, а в другом достоверном риваяте — что в сто двадцать лет, и объединение между ними в том, что Ибрахим прожил двести лет, из которых восемьдесят лет он был необрезанным, а сто двадцать лет — обрезанным; таким образом, смысл первого хадиса: он обрезался, когда прошло восемьдесят лет его жизни, а смысл второго: когда осталось сто двадцать лет его жизни.
И это опроверг аль-Камаль ибн аль-Адим в труде, названном им «Аль-Мульха фи-р-радд ала Ибн Тальха» (Изящное в возражении Ибн Тальхе), указав, что в его словах есть заблуждение с нескольких сторон:
Первое: он признал достоверным риваят «сто двадцать», хотя он недостоверен, а затем привёл его от аль-Валида, от аль-Аузаи, от Йахьи ибн Саида, от Саида ибн аль-Мусаййиба, от Абу Хурайры в возведённом виде, и указал на тадлис аль-Валида; затем привёл его из «Фаваид Ибн аль-Мукри» от Джаафара ибн Ауна, от Йахьи ибн Саида, — так же, но в приостановленном виде, и от риваята Али ибн Мусхира и Икримы ибн Ибрахима, оба от Йахьи ибн Саида, — таким же образом.
Второе: его слово в каждом из них: «за восемьдесят», «за сто двадцать», — тогда как ни в одном из путей передачи это не встречается с предлогом «ли» (لام), а встречается лишь в форме: «обрезался, будучи сыном восьмидесяти лет», а в другом: «будучи сыном ста двадцати лет»; и первое также встречается в форме: «на исходе восьмидесяти лет», и тому подобное.
Третье: в большинстве риваятов прямо сказано, что после этого он прожил ещё восемьдесят лет, что не согласуется с упомянутым сведением о том, будто сто двадцать — это то, что осталось от его жизни.
Четвёртое: арабы, говоря о первой половине месяца, употребляют выражение «прошло», а когда переходят за середину, говорят «осталось»; а то соединение, которое сделал Ибн Талха, происходит наоборот, и из этого следует, что, когда прошло десять дней месяца, нужно было бы говорить: «осталось двадцать», а такое употребление у них неизвестно.
Затем он упомянул о разногласии относительно возраста Ибрахима, мир ему, и категорически заявил, что ничего из этого не установлено достоверно. Среди этого — слова Хишама ибн аль-Калби от его отца: Ибрахим призвал людей к хаджу, затем вернулся в Шам и умер там, будучи сыном двухсот лет.
И упомянул Абу Хузайфа аль-Бухари, один из слабых передатчиков, в «аль-Мубтада» с его слабым иснадом, что Ибрахим прожил сто семьдесят пять лет.
И привёл Ибн Абу ад-Дунья из мурсаля Убайда ибн Умайра рассказ о смерти Ибрахима и его истории с ангелом смерти, и о том, как тот вошёл к нему в облике старца, а он принял его как гостя и стал класть кусок ему в рот, но тот рассыпался и не удерживался во рту. Тогда он спросил его: «Сколько тебе лет?» Тот ответил: «Сто шестьдесят один год». И Ибрахим сказал про себя, а было ему в тот день сто шестьдесят лет: «Мне осталось до того, чтобы стать таким, лишь один год», — и ему стала неприятна жизнь, и ангел смерти тогда забрал его душу по его собственному согласию.
Хафиз сказал: это три различных мнения, которые трудно совместить друг с другом, но наиболее предпочтительным из них является третий риваят. И затем мне пришло в голову, что можно допустить их совмещение, полагая, что под словами «будучи сыном восьмидесяти лет» подразумевается время, когда он покинул свой народ и переселился из Ирака в Шам, а другой риваят — «будучи сыном ста двадцати лет» — то есть от его рождения; либо что кто-то из передатчиков увидел «сто двадцать» и посчитал это «за исключением двадцати», либо наоборот. И Аллах знает лучше.
Составитель, да простит его Аллах, говорит: то, что упомянул хафиз в качестве способа совмещения, — в этом нет сомнения, что оно является натянутым и искусственным толкованием. Истина же в том, что то, что содержится в «Сахихе», является более достоверным, а именно: что он, мир ему, обрезался, будучи сыном восьмидесяти лет, а прочие риваяты — слабее, и на них не следует обращать внимания. И Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Вопрос первый): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) приведён единогласно [аль-Бухари и Муслимом].
(Вопрос второй) [повторно назван «первым» в оригинале]: об извлечении его источников:
Его привёл составитель здесь [41/6123] (2370), и аль-Бухари в «Пророках» (3356) и «Испрашивании разрешения» (6298), а также в «аль-Адаб аль-муфрад» (1/426 и 428), и Ахмад в своём «Мусаде» (2/322, 417 и 435), и Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (6204 и 6205), и Абу Йаля в своём «Мусаде» (5981), и Ибн Абу Асим в «аль-Авваиль» (20), и ат-Табарани в «аль-Авваиль» (11) и в «Мусад аш-шамийин» (1/88 и 4/289), и аль-Хаким в «аль-Мустадрак» (2/600), и аль-Байхаки в «аль-Кубра» (8/325) и «Шуаб аль-иман» (6/395). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Вопрос третий): о пользах, извлекаемых из хадиса:
1 — Из них: разъяснение установленности обрезания по сунне и того, что не следует оставлять его, даже если человек достиг преклонного возраста. Я подробно рассмотрел разногласие учёных относительно его правового статуса и предпочтение наиболее верного мнения с его доводом в начале «Книги очищения» при разборе хадиса о естественной чистоте (фитра), так что обратитесь туда для пользы, и от Аллаха Всевышнего — содействие.
2 — Из них: что Ибрахим, мир ему, был первым, кто совершил обрезание, согласно хадису Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Первым, кто совершил обрезание, был Ибрахим...» — хадис передали ат-Табарани и Ибн Абу Асим в своих «аль-Авваиль».
Аль-Куртуби, да помилует его Аллах, сказал, вкратце: Ибрахим, мир ему, был первым, кто совершил обрезание, и это неизменно оставалось общей сунной, применяемой его потомками и последователями религий, восходящих к его вере, и это же — постановление Торы для всех сынов Исраиля; и пророки сынов Исраиля постоянно совершали обрезание, вплоть до Исы, мир ему, — за исключением того, что некоторые группы христиан истолковали то, что пришло в Торе об этом, так, что имеется в виду устранение крайней плоти сердца, а не кожи детородного органа, и таким образом отказались от предписанного шариатом обрезания посредством своего рода вздора; и это не первая их глупость — сколько их у них, сколько! И достаточно тебе того, что они превзошли своих пророков в понимании и обвинили их в ошибке в том, что те делали и постановляли в качестве закона; и мы подробно изложили это в книге «аль-Иълам».
Конец слов аль-Куртуби, да помилует его Аллах.
3 — Из них: то, что сказал аль-Мухаллаб, да помилует его Аллах: обрезание Ибрахима, мир ему, после восьмидесяти лет не обязывает нас поступать подобно ему, ибо большинство людей, умирающих, не доживают до восьмидесяти лет, а он совершил обрезание именно тогда, когда Аллах внушил ему это откровением и повелел ему это. Он сказал: и рассуждение указывает, что обрезание не следует совершать иначе, как приблизительно ко времени возникновения потребности в нём — для использования органа в половом сношении, — как это произошло с Ибн Аббасом, который сказал: «Они не обрезали мужчину, пока он не достигнет зрелости». Затем он сказал: а обрезание в детстве — для облегчения этого дела для малыша, ввиду слабости его органа и малости его понимания.
Хафиз сказал: историей Ибрахима, мир ему, доказывается установленность обрезания по сунне, так что даже если оно было отложено по какой-либо причине до достижения упомянутого возраста, требование его не отпадает, и на это указал аль-Бухари своим заголовком главы — то есть, когда он сказал: «Глава об обрезании после старости», — а не подразумевается, что обрезание предписано откладывать до старости, так что требовалось бы извинение за это. Что же касается объяснения, которое он привёл путём рассуждения, то в нём есть спорность, ибо мудрость обрезания не ограничивается лишь совершенствованием того, что относится к половому сношению, а также [связана] с тем, чего опасаются в виде удержания остатков мочи в крайней плоти, особенно у того, кто пользуется камнями при очищении (мустаджмир), — ибо не исключено, что она вытечет и осквернит одежду или тело; поэтому спешить с её удалением при достижении возраста, в котором мальчику велят совершать молитву, — наиболее подходящее время. Я уже разъяснил разногласие о времени, в которое это предписано по сунне, ранее. Конец.
И с непрерывным иснадом до автора, да помилует его Аллах, в начале книги, он сказал:
[6124] (151) — И передал мне Харамала ибн Йахья, сообщил нам Ибн Вахб, сообщил мне Йунус, от Ибн Шихаба, от Абу Салямы ибн Абд ар-Рахмана и Саида ибн аль-Мусаййиба, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Мы более имеем право на сомнение, чем Ибрахим, когда он сказал: «Господи, покажи мне, как Ты воскрешаешь мёртвых!» Он сказал: «Разве ты не веруешь?» Он сказал: «Да, но чтобы успокоилось моё сердце» (Коран, аль-Бакара, 260). И да помилует Аллах Лута — он ведь искал прибежища у могучей опоры. А если бы я пробыл в тюрьме столько же времени, сколько пробыл Йусуф, я бы ответил призывающему».
Составитель, да простит его Аллах, говорит: этот хадис приведён единогласно [аль-Бухари и Муслимом], и он уже приводился с иснадом и текстом (матн) в «Книге веры» под номером [73/389] (151), и я подробно разъяснил его толкование и рассмотрел его вопросы там, так что нет необходимости повторять это; если желаешь, обратись туда. И от Аллаха Всевышнего — содействие.
Его слово: («мы более достойны сомнения, чем Ибрахим») ан-Науауи (да помилует его Аллах) сказал: учёные разошлись во мнениях относительно смысла слов «мы более достойны сомнения, чем Ибрахим», и высказали множество мнений. Наилучшее и наиболее правильное из них — то, что сказал имам Абу Ибрахим аль-Музани, соратник аш-Шафии, и группы учёных: смысл этого в том, что сомнение невозможно применительно к Ибрахиму (мир ему), ибо если бы сомнение в оживлении мёртвых могло проникнуть к пророкам, то я был бы более достоин его, чем Ибрахим. А вы уже знаете, что я не усомнился, так знайте же, что Ибрахим (мир ему) тоже не усомнился. Пророк ﷺ упомянул именно Ибрахима (мир ему), потому что этот аят может навести некоторые испорченные умы на предположение о возможности сомнения (с его стороны). А то, что он предпочёл Ибрахима самому себе ﷺ, было проявлением смирения и вежливости, либо это было до того, как он ﷺ узнал, что он — лучший из сынов Адама.
Автор «ат-Тахрир» сказал: группа учёных сказала: когда был ниспослан аят Всевышнего Аллаха: «Неужели ты не веруешь?», некая группа сказала: Ибрахим усомнился, а наш пророк ﷺ не усомнился. Тогда Пророк ﷺ сказал: «Мы более достойны сомнения, чем он», — и привёл нечто подобное тому, что было изложено выше. Затем он сказал: у меня по этому поводу есть два толкования:
Первое: это высказывание построено по обычной форме речи, ибо тот, кто хочет защитить какого-то человека, говорит говорящему о нём: что бы ты сказал такому-то или сделал бы с ним из неприятного, скажи это мне и сделай это со мной, — а цель его в том, чтобы сказать: не говори этого о нём.
Второе: смысл в том, что то, что вы считаете сомнением, я более достоин этого, ибо это не сомнение, а лишь стремление к обретению большей уверенности. Высказывались и иные мнения помимо этих, но мы ограничимся приведёнными, поскольку они наиболее правильны и наиболее ясны, а Аллах знает лучше. Рассмотрение этого вопроса было приведено подробнее, чем здесь, в упомянутой ранее главе, обратись к ней, и извлечёшь большую пользу, а от Аллаха Всевышнего — содействие.
Его слово: («он прибегал к прочной опоре») под прочной опорой подразумевается Аллах (Свят Он и Велик), ибо Он — самая прочная, самая сильная и самая надёжная из опор. Смысл хадиса, — а Аллах знает лучше, — таков: когда Лут (мир ему) испугался за своих гостей и не имел рода, который защитил бы их от несправедливых, его охватила тревога, и усилилась его печаль о них, и это одолело его, и он сказал в том положении: если бы у меня была сила защитить вас самому, или если бы я мог прибегнуть к роду, который защитил бы, я непременно защитил бы вас. Намерение Лута (мир ему) состояло в том, чтобы показать своим гостям оправдание — что если бы он мог каким-либо путём отвести от них зло, он непременно сделал бы это, и что он приложил все свои усилия для их почитания и защиты, и это не было отвращением с его стороны от упования на Аллаха Всевышнего, а было лишь ради того, о чём мы упомянули — чтобы успокоить сердца гостей. Рассмотрение этого вопроса было приведено более полно, чем здесь, в упомянутой ранее главе, обратись к ней, и извлечёшь пользу, а от Аллаха Всевышнего — содействие.
Его слово: («и если бы я пробыл в тюрьме столько же, сколько пробыл Йусуф... и так далее») это похвала со стороны Пророка ﷺ Йусуфу (мир ему) и указание на его терпение и неспешность. Под посланцем подразумевается посланец царя, о котором Всевышний Аллах сообщил, что он сказал: «И сказал царь: приведите его ко мне. Когда посланец пришёл к нему, он сказал: вернись к своему господину и спроси его, что стало с женщинами, которые изрезали себе руки. Поистине, мой Господь знает об их коварстве» [Йусуф: 50]. Йусуф (мир ему) не вышел, поспешно устремляясь к облегчению и покиданию долгого тюремного заключения, а проявил стойкость и выдержку, и обратился к царю с посланием о раскрытии дела, из-за которого он был заключён, чтобы стала явной его невиновность перед царём и перед другими, и чтобы он встретился с ним, будучи уверенным в своей невиновности от того, что было приписано ему, и без смущения — ни со стороны Йусуфа, ни с чьей-либо иной стороны. Тем самым наш пророк ﷺ разъяснил достоинство Йусуфа (мир ему) в этом, силу его души в добре, совершенство его терпения и прекрасную его проницательность. А то, что Пророк ﷺ сказал о себе, он сказал из смирения и предпочтения полноты изложения совершенного достоинства Йусуфа (мир ему), а Аллах знает лучше.
С непрерывным иснадом до автора (да помилует его Аллах), в начале книги, сказано:
[6125] (…) — (И передал нам его — если пожелает Аллах — Абдуллах ибн Мухаммад ибн Асма, сказав: передал нам Джувайрия, от Малика, от аз-Зухри, что Саид ибн аль-Мусаййаб и Абу Убайд сообщили ему, от Абу Хурайры, от Посланника Аллаха ﷺ, по смыслу подобно хадису Йунуса от аз-Зухри).
Сказал собиратель, да простит его Аллах: этот хадис уже приводился ранее в «Книге веры» под номером [73/390] (151), и я исчерпал разбор этого вопроса там, обратись к нему, и извлечёшь пользу, а от Аллаха Всевышнего — содействие.
Передатчики этого иснада: семеро:
1 — (Абдуллах ибн Мухаммад ибн Асма) ибн Убайд ад-Дуба‘и — с даммой над «даль» и фатхой над «ба» — Абу Абд ар-Рахман аль-Басри, надёжный, видный передатчик [10] (умер в 231 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи), упомянут ранее в «Книге веры», 47/297.
2 — (Джувайрия) — уменьшительное от «джария» — ибн Асма ибн Убайд ад-Дуба‘и аль-Басри, правдивый передатчик [7] (умер в 173 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджах), упомянут ранее в «Книге веры», 73/390.
3 — (Малик) ибн Анас ибн Малик ибн Абу Амир ибн Амр аль-Асбахи, Абу Абдуллах аль-Мадани, знаток фикха, имам обители переселения, глава наиболее точных передатчиков и старейшина наиболее осмотрительных, так что аль-Бухари сказал: самый достоверный иснад из всех — это Малик от Нафи‘а от Ибн Умара [7] (умер в 179 г.), а родился он в году девяносто третьем, и аль-Уакиди сказал: он дожил до девяноста лет (упомянут во всех шести сборниках), упомянут ранее в «Толковании введения», ч. 1, с. 378.
4 — (Абу Убайд) Саад ибн Убайд аз-Зухри, вольноотпущенник Абд ар-Рахмана ибн Азхара аль-Мадани, надёжный передатчик [3] (умер в 98 г.), а по другому мнению — застал (сподвижников) (упомянут во всех шести сборниках), упомянут ранее в «Книге веры», 73/390.
Остальные упомянуты в предыдущей главе.
[Замечание]: его слово «если пожелает Аллах» — ан-Науауи (да помилует его Аллах) сказал: это то, что может отрицать у Муслима тот, у кого нет знания и опыта; ибо Муслим сказал: «и передал мне его, если пожелает Аллах Всевышний», и говорят: как можно ссылаться на то, в чём сомневаешься? Но это ложное представление того, кто это говорит, ибо Муслим не приводил этот иснад как основной довод, а упомянул его лишь как сопутствующий и подтверждающий, а мы уже указывали ранее, что в сопутствующих и подтверждающих передачах допускается то, что не допускается в основных, а Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты (1).
С непрерывным иснадом до автора (да помилует его Аллах), в начале книги, сказано:
[6126] (…) — (И передал мне Зухайр ибн Харб, сказав: передал нам Шабаба, сказав: передал нам Уарка, от Абу аз-Зинада, от аль-А‘раджа, от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ, что он сказал: «Пусть Аллах простит Лута, ведь он прибегал к прочной опоре»).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Зухайр ибн Харб) ибн Шаддад Абу Хайсама ан-Насаи, поселившийся в Багдаде, надёжный, твёрдый передатчик [10] (умер в 234 г.), в возрасте семидесяти четырёх лет (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджах), упомянут ранее в «Введении», 2/3.
2 — (Шабаба) ибн Саввар аль-Мадаини, родом из Хорасана, говорят, звали его Марван, вольноотпущенник рода Фазара, надёжный, хорошо запоминающий передатчик, был обвинён в приверженности мурджиитскому учению [9] (умер в 4, или 5, или 206 г.) (упомянут во всех шести сборниках), упомянут ранее в «Введении», 6/40.
3 — (Уарка) ибн Умар аль-Йашкури, Абу Бишр аль-Куфи, поселившийся в аль-Мадаине, правдивый передатчик, в его передаче от Мансура есть слабость [7] (упомянут во всех шести сборниках), упомянут ранее в «Молитве», 31/999.
Остальные упомянуты в главе.
Разъяснение хадиса:
(Передано от Абу Хурайры) (да будет доволен им Аллах) (от Пророка ﷺ), что он сказал: «Да простит Аллах Лута, ведь он прибегал к твёрдой опоре» — то есть к Аллаху, Всемогущему и Великому. Пророк ﷺ указывает этим на слова Всевышнего: «Если бы у меня была сила против вас, или я мог бы прибегнуть к твёрдой опоре» (Худ: 80).
Говорят, что среди народа Лута не было никого, с кем он состоял бы в родстве, поскольку они были из Сãдума, что относится к Шаму, а Ибрахим и Лут родом были из Ирака. Когда Ибрахим переселился в Шам, вместе с ним переселился и Лут. Затем Аллах послал Лута к жителям Сãдума, и он сказал: «Если бы у меня была защита, родственники и племя, я бы прибег к их помощи против вас», — чтобы они защитили его гостей. Поэтому в некоторых версиях этого хадиса, как это передал Ахмад по пути Мухаммада ибн Амра, от Абу Салямы, от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ, говорится: «Лут сказал: «Если бы у меня была сила против вас, или я мог бы прибегнуть к твёрдой опоре». Он сказал: «Он действительно прибегал к твёрдой опоре, но имел в виду своё племя, ведь Аллах не посылал ни одного пророка, кроме как из числа знатных людей его народа»». Ибн Мардавайх добавил в этой же версии: «Разве ты не видел слова народа Шуайба: «Если бы не твой род, мы непременно побили бы тебя камнями» (Худ: 91)?»
Также говорят, что смысл слов «он прибегал к твёрдой опоре» — то есть к своему племени, но он не прибегнул к нему, а прибегнул к Аллаху. Конец цитаты. Аль-Хафиз сказал: первое толкование более очевидно, как мы это разъяснили.
Ан-Навави сказал: возможно, что, будучи потрясён положением гостей, он сказал это, либо же он в душе прибегнул к Аллаху, а внешне произнёс эти слова гостям в качестве извинения. И племя было названо