34 - (игры перед имамом в день праздника)
Сказал составитель, — да простит его Аллах Всевышний, —: слово «аль-ляʻб» — с фатхой над «лям» и кясрой над «айн» без точки, — допускается его облегчение с кясрой над «лям» и сукуном над «айн». Сказал Ибн Кутайба: не встречается в облегчённой форме фатха над «лям» с сукуном. Сказал это в «Аль-Мисбах».
Я говорю: то, что утверждал Ибн Кутайба об отсутствии подобного употребления, подтвердил и другой, как аль-Маджд в «Аль-Камус», более того, некоторые сказали, что это устойчивая закономерность во всяком трёхбуквенном слове со средней гортанной буквой в кясре, будь то имя или глагол, как «ниʻма» и «биʼса». Смотри «Тадж аль-ʻарус фи шарх аль-Камус», 1/470.
Итог таков, что в подобных словах, как «аль-ляʻб», допускается фатха в начале и кясра во второй букве — это основная форма, — а также допускается облегчение с сукуном средней буквы при фатхе или кясре в начале. Аллах Всевышний лучше знает истину.
1594 — Сообщил нам Мухаммад ибн Адам, от Абды, от Хишама, от его отца, от Аиши, она сказала: «Пришли суданцы, играя перед Пророком ﷺ в день праздника, и он позвал меня, и я стала наблюдать за ними сверху его плеча, и продолжала смотреть на них, пока сама не отвернулась (первой)».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Мухаммад ибн Адам ибн Сулейман аль-Джухани, правдивый (садук) [10] 93/115.
2 — Абда ибн Сулейман аль-Кыляби, Абу Мухаммад аль-Куфи, надёжный, твёрдый, из младших [8] 7/339.
3 — Хишам ибн Урва ибн аз-Зубайр аль-Асади, Абу аль-Мунзир аль-Мадани, надёжный, знаток фикха, иногда делал тадлис [5] 49/61.
Остальные двое упомянуты ранее в предыдущей главе. Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
(Из них) что он относится к «пятеричным» (хумасият) составителя — да будет милостив к нему Аллах Всевышний.
(Из них) что все его передатчики являются передатчиками достоверных сборников, кроме его шейха, так что он один и Абу Дауд передали через него.
(Из них) что он «мусальсаль» мединцами, кроме его шейха, — тот масисиец, — а Абда — куфиец.
(Из них) что в нём есть передача сына от отца, от его тётки по матери, и последователя от последователя. Аллах Всевышний знает лучше.
Шарх хадиса
(«от Аиши», — да будет доволен ею Аллах Всевышний —, что она) сказала: «пришли суданцы» — подразумеваются эфиопы, как указано в риваяте, который приводится далее в следующей главе: «и я смотрю на эфиопов, играющих в мечети», а в риваяте Муслима: «пришли эфиопы, играющие в мечети», а в другом его риваяте: «и эфиопы играли своими копьями в мечети Посланника Аллаха ﷺ».
Сказал в «Аль-Фатх»: сказал аль-Мухибб ат-Табари — да помилует его Аллах —: этот контекст даёт понять, что это было их обычаем в каждый праздник, а в риваяте Ибн Хиббана встречается: «когда прибыли эфиопы, они встали играть в мечети», и это даёт понять, что разрешение им в этом было по случаю прибытия, и нет противоречия между этими [версиями], так как возможно, что их прибытие совпало с днём праздника, а у них было обычаем играть в праздники, потому они и сделали это по своему обычаю, а затем стали играть в день каждого праздника.
Это подтверждается тем, что передал Абу Дауд от Анаса — да будет доволен им Аллах —, он сказал: «Когда Пророк ﷺ прибыл в Медину, эфиопы играли, радуясь этому, играли своими копьями». И нет сомнения, что день его прибытия ﷺ был для них более велик, чем день праздника. Сказал аз-Зайн ибн аль-Мунайр — да помилует его Аллах —: он назвал это игрой, хотя изначально это было тренировкой в военном деле, а это дело серьёзное, но в нём есть сходство с игрой, поскольку целью было нанесение удара без его совершения, и это создавало иллюзию у его противника (по паре), даже если бы это был его отец или сын — конец цитаты.
(«играют») — предложение, выражающее обстоятельство (хал) от подлежащего; («перед Пророком ﷺ, в день праздника») — обстоятельство места и предложное сочетание связаны со словом «играют»; («и он позвал меня») — а в риваяте аль-Бухари: «то ли я попросила Посланника Аллаха ﷺ, то ли он сказал: желаешь ли ты посмотреть?»
Сказал в «Аль-Фатх»: это выражает её сомнение относительно того, что случилось: было ли ей разрешено по его собственной инициативе или после её просьбы, и это основано на том, что «сааляту» («я попросила») с сукуном над «лям» — её слова, но возможно, что это с фатхой над «лям», и тогда это слова передатчика, что не противоречит его словам: «то ли он сказал: желаешь, смотришь».
Риваяты от неё в этом различаются: в риваяте ан-Насаи — 18/8957 — от пути Язида ибн Румана от неё: «Я услышала шум и голоса детей, и Пророк ﷺ встал, и вот эфиопка танцует» — то есть пляшет — «а дети вокруг неё, и он сказал: «О Аиша, подойди, посмотри»». В этом указание, что он сам позвал её по своей инициативе. А в риваяте Убайда ибн Умайра от неё у Муслима она сказала играющим: «Хотела бы я их увидеть», — в этом указание, что она попросила сама. Совмещают между этими [версиями] тем, что она пожелала этого от него, и он ей разрешил. А в риваяте ан-Насаи от пути Абу Саламы от неё: «вошли эфиопы, играя, и сказал мне Пророк ﷺ: «о Хумайра, любишь ли ты посмотреть на них?» — я сказала: «да»», иснад его достоверный.
Сказал хафиз — да помилует его Аллах —: я не видел упоминания «Хумайра» в достоверном хадисе кроме как в этом.
В этом риваяте Абу Саламы есть добавление от неё, она сказала: «и из их слов в тот день было: «О Абу аль-Касим, добра тебе!»», — так там в форме винительного падежа (насб), и это передача слов эфиопов. А у Ахмада, ас-Сарраджа и Ибн Хиббана из хадиса Анаса — да будет доволен им Аллах —: «эфиопы пляшут перед Пророком ﷺ и говорят на своём языке некие слова, и он сказал: «Что они говорят?» — ответили: «Они говорят: «Мухаммад — раб праведный»»». А в тексте Ахмада: «эфиопы пляшут перед Посланником Аллаха ﷺ и танцуют, и говорят: «Мухаммад — раб праведный», и сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Что они говорят?» — они сказали: «Они говорят: «Мухаммад — раб праведный»»».
(«и я стала наблюдать за ними») то есть смотреть на их игру («сверху его плеча») — это то, что между плечом и шеей, место, где носят накидку (рида); слово это бывает и мужского, и женского рода, а множественное число — «аватик», сказал это в «Аль-Мисбах».
А в риваяте аль-Бухари: «он поставил меня за собой, моя щека на его щеке». В риваяте Муслима: «и я положила голову на его плечо», в упомянутом риваяте Абу Саламы: «и я положила подбородок на его плечо, и прислонила лицо к его щеке», а в риваяте Убайда ибн Умайра от неё: «я смотрю между его ухом и плечом», — смыслы их близки, а риваят Абу Саламы наиболее ясен из них. А в риваяте аз-Зухри от Урвы, приведённом далее в следующей главе: «он закрывал меня своей накидкой, а я смотрела».
Сказал хафиз: этим оспаривается вывод аз-Зайна ибн аль-Мунайра из текста данного хадиса о допустимости того, что женщине достаточно укрытия через стояние позади того, кем она укрывается — будь то муж или родственник-махрам, — если это заменяет накидку, поскольку история одна, а в ней прямо указано на наличие укрытия накидкой — конец цитаты.
(«и я продолжала смотреть на них») то есть на их игру («пока сама не отвернулась (первой)») — а в риваяте аз-Зухри у аль-Бухари: «пока я не наскучу», а в риваяте Муслима от его же пути: «затем он встаёт ради меня, пока сама я не отвернусь», а в риваяте Язида ибн Румана у ан-Насаи в «Аль-Кубра», 18/8957: «Не наелась ли ты?» — она сказала: «И я стала говорить: «нет», чтобы узнать своё положение при нём». А в его риваяте от Абу Саламы от неё: «Я сказала: «О Посланник Аллаха, не спеши», и он встал ради меня, затем сказал: «Хватит тебе?» — я сказала: «не спеши», он сказал: «И дело не в том, что мне нравится смотреть на них, но я желал, чтобы дошло до женщин, каково моё положение при мне, и моё место при мне»».
А в риваяте, приведённом далее в следующей главе: «пока не я сама наскучаю, так оцените же меру молодой девушки, недавно достигшей зрелости, жаждущей развлечения».
———
(1) — так в тексте «Аль-Фатх»: «своему товарищу»; возможно, правильно: «своей жертве» (убить его). Аллах Всевышний знает лучше.
(2) — «Фатх», ч. 3, с. 118.
(3) — «зафана» — из породы «дараба», а «ракаса» — из породы «насара».
(1) — смотри «Фатх», ч. 3, с. 118.
(2) — смотри «Аль-Мусанд», ч. 3, с. 152.
(3) — «Фатх», ч. 3, с. 118–119.
И этим она указала на то, что была молода [юной девушкой], и за это ухватился тот, кто заявляет об отмене этого положения, [утверждая], что это было в начале Ислама. Ему возразили, что её слово «он закрывал меня своим плащом» указывает на то, что это произошло после ниспослания [аята о] хиджабе. Также и её слово «мне хотелось, чтобы женщины узнали о его положении при мне» наводит на мысль, что это случилось после того, как у неё появились соперницы [жёны-соперницы], и она желала похвастаться перед ними. Поэтому очевидно, что это произошло после того, как она достигла зрелости. И уже приводилось из риваята Ибн Хиббана, что это было, когда прибыла делегация эфиопов, а их прибытие было в седьмом году [хиджры], значит, ей было пятнадцать лет. Так сказал [автор] «аль-Фатх». А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и конечный исход, и на Него упование, и на Него опора.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
Первый вопрос: о его степени. Этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах Всевышний) — согласованный [между аль-Бухари и Муслимом].
Второй вопрос: разъяснение мест, где составитель упомянул его:
Он привёл его здесь — 34/1594 — и в «аль-Кубра» 31/1798 — с упомянутым иснадом, и в 35/1595 — и «аль-Кубра» 32/1800 — от Али ибн Хашрама, от аль-Валида ибн Муслима, от аль-Авзаи, от аз-Зухри, от Урвы, от неё.
И в «аль-Кубра» в «Книге о обхождении с женщинами» 18/8951 от Юнуса ибн Абд аль-Аля, от Ибн Вахба, от Бакра ибн Мудара, от Ибн аль-Хада, от Мухаммада ибн Ибрахима, от Абу Салямы, от Аиши, жены Пророка ﷺ, которая сказала: «Эфиопы вошли в мечеть, играя, и он сказал мне: «О Хумайра, хочешь ли ты посмотреть на них?» Я сказала: «Да». Он встал у двери, и я подошла к нему, и положила подбородок на его плечо, прислонив своё лицо к его щеке». Она сказала: «И из их слов в тот день было: «О Абу-ль-Касим, будь благим». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Хватит с тебя?» Я сказала: «О Посланник Аллаха, не торопись». Он приподнялся ради меня, затем снова сказал: «Хватит с тебя?» Я сказала: «Не торопись, о Посланник Аллаха». Она сказала: «И не было у меня любви смотреть на них, но мне хотелось, чтобы женщины узнали о его положении при мне и моём месте при нём».
И в 8952 — от ар-Рабиа ибн Сулеймана, от Исхака ибн Бакра, от его отца, от Амра ибн аль-Хариса, от Ибн Шихаба, от Урвы: Аиша сказала: «Я видела Посланника Аллаха ﷺ, закрывающего меня своим плащом, пока я смотрела на эфиопов, которые играли, а я была девочкой, в мечети. Так соразмерьте меру юной девочки».
И в 8953 — от Амра ибн Мансура, от аль-Хакама ибн Нафи‘, от Шуайба ибн Абу Хамзы, от аз-Зухри, от Урвы, что Аиша сказала: «Клянусь Аллахом, я видела Пророка ﷺ стоящим у двери моей комнаты, а эфиопы играли копьями в мечети, закрывая меня своим плащом, чтобы я смотрела на их игру, затем он вставал ради меня, пока я сама не уставала. Так соразмерьте меру юной девочки, стремящейся к развлечению».
И в 8954 — от Мухаммада ибн Мансура, от Суфьяна ибн Уяйны, от Хишама ибн Урвы, от его отца, который сказал: Аиша сказала: «Эфиопы играли своими копьями, и Посланник Аллаха ﷺ встал, а я стала смотреть между его ухом и плечом, пока не я сама отвернулась [устав]».
И в 8955 — от Амра ибн Али, от Ибн Абу Адий, от Мухаммада ибн Амра, от Абу Салямы, от Аиши, которая сказала: «Эфиопы играли, и я подошла со спины к нему ﷺ, а он наклонял свою спину, чтобы я могла смотреть».
И в 8957 — от Абдуллы ибн Мухаммада ас-Сагри, от Зайда ибн Хубаба, от Хариджи ибн Абдуллы, от Язида ибн Румана, от Урвы, от Аиши, которая сказала: «Посланник Аллаха ﷺ сидел, и мы услышали шум и голоса детей. Посланник Аллаха ﷺ встал, и оказалось, что эфиопка танцует, а дети вокруг неё. Он сказал: «О Аиша, подойди и посмотри». Я подошла и положила подбородок на плечо Посланника Аллаха ﷺ, и стала смотреть на неё между плечом и головой. Он сказал мне: «Разве ты не насытилась?» Я говорила: «Нет», чтобы узнать своё положение при нём. Тут появился Умар, и люди разбежались от неё. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, я вижу шайтанов из джиннов и людей, бегущих от Умара». Она сказала: «И я вернулась»».
И в 8958 — от Мухаммада ибн Халафа аль-Аскалани, от Адама ибн Абу Ияса, от Исраиля, от Каразы, от Икримы, от Аиши, которая сказала: «Посланник Аллаха ﷺ вышел, а эфиопы играли, и я выглядывала из окошка, принадлежащего мне. Посланник Аллаха ﷺ приблизился ко мне, и я положила руку на его плечо и стала смотреть. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Оставьте их, дочери Арфиды». Я всё смотрела, пока они играли и танцевали, пока я сама не остановилась [устав]». А Аллах Всевышний знает лучше.
Третий вопрос: о том, кто привёл его вместе с ним [аль-Бухари]:
Его привели (аль-Бухари) 1/123, 2/29, 4/225, 7/36, 7/48; (Муслим) 3/21, 3/22, 3/23; (ат-Тирмизи) 3691; (аль-Хумайди) 254; (Ахмад) 6/56, 6/83, 6/84, 6/85, 6/116, 6/166 или 6/186, 6/247, 6/270, 6/233. А Аллах Всевышний знает лучше.
Составитель [комментария] сказал: «Я привёл эти риваяты с иснадом и матном лишь потому, что «аль-Муджтаба» лишена их, несмотря на обильность их польз».
Четвёртый вопрос: о его пользах:
Из них: то, для чего составитель (да помилует его Аллах) дал заглавие, а именно — дозволенность игры перед имамом в день праздника.
Из них: дозволенность игры с оружием на манер состязания в прыжках для тренировки к войне и воодушевления к ней в мечети, и к этому присоединяется всё, что имеет схожий смысл из средств, помогающих джихаду и различным видам благочестия.
Шейх Изз ад-Дин ибн Абд ас-Салям (да помилует его Аллах) сказал: «В том, что он ﷺ позволил эфиопам играть в мечети, есть доказательство дозволенности этого. Почему же учёные не одобряют игру в мечетях?» Он сказал: «Ответ в том, что игра эфиопов была с оружием, а игра с оружием рекомендована для укрепления силы к джихаду, и стала она разновидностью приближения к Аллаху, подобно обучению знанию, поминанию Аллаха [тасбиху] и другим видам приближения к Нему. И потому, что это происходило редко, а то, что ведёт к унижению [достоинства] мечетей, — это превращение подобного в постоянный обычай. Поэтому аш-Шафии (да будет доволен им Аллах) сказал: «Я не считаю предосудительным вершить суд в мечети раз или два, но считаю предосудительным делать это постоянным обычаем»«. Конец [цитаты].
Из них: дозволенность состязания в фехтовании [аль-мусакафа], поскольку в нём есть тренировка рук с орудиями войны.
Из них: прекрасный нрав Пророка ﷺ с его семьёй и его благородное обхождение с ними.
Из них: достоинство Аиши (да будет доволен ею Аллах) и её великое положение при Пророке ﷺ.
Из них: то, что сказал судья Ияд (да помилует его Аллах): в этом дозволенность женщинам смотреть на действия чужих мужчин, поскольку им предосудительно смотреть лишь на красоту [мужчин] и находить в этом удовольствие. Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: «Что касается взгляда со страстью и при опасении искушения, то он запрещён по единодушному мнению, а что касается взгляда без страсти, то более достоверное мнение — что он запрещён». И он ответил на этот хадис тем, что возможно, это было до достижения Аишей зрелости. Но далее, в следующей главе, придёт то, что возражает этому, — что это было в седьмом году хиджры, а Аиша к тому времени безо всякого сомнения достигла зрелости.
Он сказал: «Или же она смотрела на их игру с копьями, а не на их лица и тела, а если это случалось без намерения, то возможно было отвести взгляд сразу»«. Конец [цитаты].
Составитель [комментария] (да простит его Аллах Всевышний) сказал: «Скоро придёт то, что предпочтительнее — дозволенность женщине смотреть на мужчину при отсутствии опасения искушения». А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и конечный исход.
35 — (Игра в мечети в день праздника, и взгляд женщин на это)
Составитель [комментария] (да простит его Аллах Всевышний) сказал: «Он (да помилует его Аллах Всевышний) дал заглавие для двух вопросов:
Первый: дозволенность игры в мечети в день праздника.
Второй: дозволенность взгляда женщин на игру».
Имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) в «Книге о никахе» из своего «Сахиха» составил главу: «Глава о взгляде женщины на эфиопов и подобных им без вожделения». Затем он привёл упомянутый в этой главе хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах).
Хафиз [Ибн Хаджар] (да помилует его Аллах) сказал: явный смысл названия главы указывает на то, что автор склонялся к дозволенности взгляда женщины на посторонного мужчину, в отличие от обратного случая, — а это известный вопрос, по которому среди шафиитов есть разногласие в определении предпочтительного мнения. Хадис данной главы поддерживает мнение тех, кто это дозволяет. Ранее, в «главах о двух праздниках», уже приводился ответ ан-Навави на это: Аиша была тогда малолетней, не достигшей совершеннолетия, либо это было до предписания хиджаба. Он усилил это её словами в данном риваяте: «Так представьте себе облик молодой девушки, юной по возрасту».
Однако ранее было приведено то, что противоречит этому: в некоторых путях передачи данного хадиса говорится, что это произошло после прибытия делегации эфиопов, а их прибытие было в седьмом году [по хиджре], и Аише в то время было шестнадцать лет, то есть она уже достигла совершеннолетия, и это было уже после предписания хиджаба. Довод же тех, кто запрещает [такой взгляд], — известный хадис Умм Салямы: «Разве вы обе слепы?» Этот хадис вывели составители «Сунан» через риваят аз-Зухри от Набхана, вольноотпущенника Умм Салямы, от неё [Умм Салямы]. Его иснад крепкий, и наибольшая часть критики, высказанной в его адрес, сводится к тому, что аз-Зухри единолично передаёт от Набхана, но это не является веским пороком, поскольку аз-Зухри знал его и описывал его как письмоносца [катиба] Умм Салямы, и никто не порочил его, а значит, его риваят не подлежит отвержению.