Сказал собиратель (аль-Джами‘) — да простит его Аллах Всевышний: в этом высказывании есть изъян; ибо если не пришёл текст, повелевающий зимми отличаться (в одежде), то откуда взялся запрет проявлять (внешние признаки веры)? Так что вдумайся. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и место прибежища, и Он — наша достаточность, и прекрасен Он как Покровитель.
1922 — (Сообщил нам Али ибн Худжр, сказал: рассказал нам Исма‘иль, от Хишама; и другим путём — сообщил нам Исма‘иль ибн Мас‘уд, сказал: рассказал нам Халид, сказал: рассказал нам Хишам, от Йахьи ибн Абу Касира, от Убайдуллы ибн Миксама, от Джабира ибн Абдуллы, сказал: пронесли мимо нас похоронные носилки, и Посланник Аллаха ﷺ встал, и мы встали с ним. Я сказал: о Посланник Аллаха, это ведь носилки иудейки. Он сказал: «Поистине, у смерти есть устрашение (фаза‘), и когда вы увидите похоронные носилки, вставайте». Формулировка принадлежит Халиду.)
Передатчики этого иснада: восемь человек, все они уже упоминались в прошлой главе, кроме следующих:
1 — (Убайдулла ибн Миксам) аль-Курашиий, вольноотпущенник Ибн Абу Намира аль-Мадани, надёжный (сика), известный [4].
Абу Дауд и ан-Насаи сказали: надёжный. Абу Хатим сказал: надёжный, нет в нём проблемы. Йа‘куб ибн Суфьян также признал его надёжным. Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных» («ас-Сикат»). Передавали от него все составители сборников, кроме ат-Тирмизи, и в этой книге от него всего два хадиса — этот (1922) и (4200).
2 — (Джабир ибн Абдулла) ибн Амр ибн Харам аль-Ансари — да будет доволен им Аллах — 31/35. А «Исма‘иль», шейх Ибн Худжра, — это Ибн Улаййа. А «Халид» — это Ибн аль-Харис аль-Худжайми. А «Хишам» — это ад-Дастава’и.
Его слово («поистине, у смерти есть устрашение (фаза‘)»). Сказал аль-Куртуби — да помилует его Аллах Всевышний: смысл его в том, что смерть — то, к чему прибегают в устрашении, — это указание на её грандиозность (величие того, что она внушает), а цель хадиса состоит в том, чтобы человек не оставался в беспечности после того, как увидел покойного, поскольку это указывало бы на легкомысленное отношение к делу смерти; отсюда в этом уравнены покойный-мусульманин и покойный-немусульманин. А другой сказал: сама смерть названа устрашением ради усиления выразительности, подобно тому как говорят «человек — справедливость» (то есть «справедливый человек»).
Аль-Байдави сказал: это отглагольное имя (масдар), употреблённое в значении причастия/признака ради усиления выразительности, либо в нём подразумевается опущение, то есть: «смерть — обладательница устрашения». Второе толкование подтверждается — как сказал Хафиз, да помилует его Аллах, — риваятом составителя (ан-Насаи) и Ибн Маджи с формулировкой: «поистине, для смерти есть устрашение», и в этом содержится указание на то, что тому, кто увидел это состояние, следует испытывать тревогу и волнение из-за него, и не проявлять безучастности и небрежения. Так сказано в «Фатхе».
Ас-Синди — да помилует его Аллах — сказал: его слово («поистине, у смерти есть устрашение») означает: не подобает продолжать оставаться в беспечности при виде покойного, а вставание — ради оставления беспечности и решительного устремления к усердию в благе. И в некоторых...