يحيى بن طلحة بن عبيد الله القرشي

Нам передал Мухаммад ибн Башшар, сказал: нам передал Абу Амир аль-Акади, сказал: нам передал Сулейман ибн Суфьян аль-Мадини, сказал: мне передал Биляль ибн Яхья ибн Тальха ибн Убайдуллах от своего отца, от своего деда Тальхи ибн Убайдуллаха, что Пророк ﷺ, когда видел новый месяц, говорил: «О Аллах, яви его нам с благополучием, верой, безопасностью и Исламом. Господь мой и твой — Аллах». Это хадис хороший, редкий (гариб).

Нам передал Харун ибн Исхак аль-Хамдани, который сказал: нам передал Мухаммад ибн Абд аль-Ваххаб от Мис‘ара, от Исмаила ибн Абу Халида, от аш-Шаби, от Йахьи ибн Тальхи, от его матери Су‘ды аль-Мурриййи, которая сказала: «Умар прошёл мимо Тальхи после смерти Посланника Аллаха ﷺ и спросил: «Что с тобой, ты печален? Тебя огорчило правление сына твоего дяди?» Тальха сказал: «Нет, но я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Поистине, я знаю слово, которое если кто-либо произнесёт при своей смерти, оно станет светом для его свитка (деяний), и его тело и душа непременно ощутят от него облегчение при смерти». Я не спросил его об этом, пока он не умер». Умар сказал: «А я знаю его — это то слово, к которому был призван его дядя (Абу Талиб). И если бы Пророк ﷺ знал что-либо более спасительное для него, чем оно, он непременно велел бы ему это»».

Нам передал Асбат, нам передал Мутарриф от Амира, от Яхьи ибн Талхи, от его отца, который сказал: Умар увидел Талху ибн Убайдуллаха удручённым и сказал: «Что с тобой, Абу Фулан? Может, тебе не по душе правление сына твоего дяди, Абу Фулан?» Тот ответил: «Нет. Просто я слышал от Посланника Аллаха ﷺ одно слово, и меня удержало от того, чтобы спросить его об этом, лишь то, что я не смог сделать это, пока он не умер. Я слышал, как он говорил: «Я знаю слово, которое ни один раб не произносит при своей смерти без того, чтобы его лицо не просветлело и Аллах не облегчил ему его тягость»». Тогда Умар сказал: «Поистине, я знаю, что это». Тот спросил: «А что же это?» Умар ответил: «Знаешь ли ты слово более великое, чем слово, которое он велел сказать своему дяде при смерти: «Нет божества, кроме Аллаха»?» Талха сказал: «Ты прав, клянусь Аллахом, это оно».

Нам передал Ибрахим ибн Махди, нам передал Салих ибн Умар, от Мутаррифа, от аш-Ша‘би, от Яхьи ибн Тальхи ибн Убайдуллаха, от его отца: Умар увидел его удручённым и сказал: «Что с тобой, Абу Мухаммад, что ты удручён? Может, тебя огорчило то, что твой двоюродный брат — имея в виду Абу Бакра — стал правителем?» Он ответил: «Нет», — и похвалил Абу Бакра, — «но я слышал, как Пророк ﷺ говорил: «Есть слово, которое раб не произнесёт при своей смерти без того, чтобы Аллах не избавил его от горя и не озарил его лицо светом». И ничто не мешало мне спросить его об этом слове, кроме того, что не было возможности, пока он не умер». Тогда Умар сказал ему: «А я знаю его». Тальха спросил: «Что же это?» Умар ответил: «Разве ты не знаешь слова более великого, чем то, которое он велел произнести своему дяде? «Нет божества, кроме Аллаха»».

Нам передал Абу Амир, нам передал Сулейман ибн Суфьян аль-Мадини, мне передал Биляль ибн Йахья ибн Тальха ибн Убайдуллах от своего отца, от своего деда: Пророк ﷺ, когда видел новый месяц, говорил: «О Аллах, яви его нам с благополучием и верой, безопасностью и исламом! Господь мой и твой — Аллах».

Нам сообщили Мухаммад ибн Язид ар-Рифа‘и и Исхак ибн Ибрахим, нам передал аль-Акади, нам передал Сулейман ибн Суфьян аль-Мадани от Биляля ибн Яхьи ибн Тальхи, от его отца, от Тальхи (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Пророк ﷺ, увидев новый месяц, говорил: «О Аллах, яви его нам с безопасностью и верой, благополучием и исламом. Господь мой и Господь твой — Аллах»».