431 - нам передал Абдуллах ибн Масляма от Малика, от Зейда ибн Асляма, от Атаа ибн Ясара, от Абдуллаха ибн Аббаса, который сказал: солнце затмилось, и Посланник Аллаха ﷺ совершил молитву, а затем сказал: «Мне был показан огонь, и я никогда не видел зрелища ужаснее, чем в этот день».
Его слово («глава о том, кто молился, а перед ним был таннур») — «кудда́маху» стоит в форме обстоятельства места. (Танну́р) — с фатхой на «т» и удвоенным «н» с даммой — это то, в чём разжигается огонь для выпечки хлеба и прочего. По большей части это яма, вырытая в земле, но иногда это устройство на поверхности земли, и ошибся тот, кто ограничил это значение первым вариантом. Говорят, что это слово арабизированное (заимствованное), а говорят — что оно исконно арабское, и разные языки сошлись в нём одинаково. И он упомянул его особо, хотя после него упомянул также и огонь вообще, из внимания к нему, ибо огнепоклонники из числа маджусов не поклоняются огню иначе, кроме как когда он горит углями, подобно тому, что в таннуре. И этим он указал на то, что передано от Ибн Сирина, что он не любил молиться, обратившись к таннуру, и говорил: «Это дом огня» — привёл это Ибн Абу Шейба.
И его слово («или что-либо») — это общее после частного, так что сюда входят, например, солнце, идолы и изображения, и подразумевается, что это находится между молящимся и киблой.
Его слово («и сказал аз-Зухри») — это отрывок из длинного хадиса, который придёт с полным иснадом в главе о времени полуденной молитвы; отрывок из него уже приводился в книге о знании, а с тем же текстом, что упомянут здесь, он придёт в книге о единобожии. А хадис Ибн Аббаса будет разобран полностью в разделе о молитве при затмении, где он приведён полностью с этим же иснадом; также отрывок из него уже приводился в книге о вере. Аль-Исмаили возразил против заголовка главы, сказав: то, что Аллах показал Своему Пророку из огня, не равнозначно огню, которому поклоняется какой-либо народ и к которому обращается молящийся.
Ибн ат-Тин сказал: в этом нет доказательства для заголовка главы, ибо он не сделал этого по собственному выбору, — это было ему показано ради того смысла, который пожелал Аллах, — предостережения рабов Своих. На это возразили, что выбор или его отсутствие здесь равнозначны, ибо Пророк ﷺ не оставляется в состоянии, содержащем ложь, что указывает на дозволенность подобного. Разграничение аль-Исмаили между намеренным и ненамеренным, хотя оно и очевидно, но объединяющим моментом между заголовком и хадисом является наличие огня между молящимся и его киблой в общем смысле.
А лучшим, на мой взгляд, будет сказать следующее: автор в заголовке главы не выразил ясно ни нежелательность, ни что-либо иное, поэтому возможно, что он имел в виду различие между тем, у кого это остаётся между ним и киблой, при том что он способен убрать это или отвернуться от этого, и тем, кто не способен на это, — так что во втором случае нежелательности нет, и это соответствует хадисам данной главы, а в первом случае это нежелательно, как явно будет сказано об этом от Ибн Аббаса относительно изображений, и как передал Ибн Абу Шейба от Ибн Сирина, что он не любил молиться, обратившись к таннуру или к дому огня. Против этого также возразил из числа поздних учёных судья ас-Суруджи в толковании «аль-Хидая», сказав: в этом хадисе нет указания на отсутствие нежелательности, ибо Пророк ﷺ сказал: «Мне был показан огонь», и отсюда не обязательно следует, что он был перед ним, обращённым к нему, — напротив, возможно, что он был справа от него, слева от него или в ином положении. Он сказал: также возможно, что это произошло с ним ещё до начала молитвы. Конец цитаты. И как будто аль-Бухари (да помилует его Аллах) предвидел это возражение и заранее дал на него ответ, начав главу с приведённого без иснада (муаллак) сообщения от Анаса, в котором сказано: «Мне был показан огонь, пока я молился». А что касается того, что он увидел его перед собой, то на это указывает контекст хадиса Ибн Аббаса, ибо в нём сказано, что они сказали ему после того, как он завершил молитву: «О Посланник Аллаха, мы видели, что ты протянул руку за чем-то на своём месте, а затем видели, что ты отступил назад (такаккаʻта, то есть отошёл назад)», и в его ответе сказано, что это было по причине того, что ему был показан огонь.
А в хадисе Анаса, приведённом здесь без иснада, но с полным иснадом у него же в книге о единобожии, сказано: «Только что мне были показаны Рай и Ад в стороне этой стены, пока я молился». И это устраняет ответ того, кто разграничивал между близким к молящемуся и далёким.
52 - глава о нежелательности молитвы на кладбищах
432 - нам передал Мусаддад, сказал: нам передал Яхья, от Убайдуллаха, сказал: сообщил мне Нафи, от Ибн Умара, от Пророка ﷺ, который сказал:
«Совершайте часть ваших молитв в своих домах и не превращайте их в могилы».
[Хадис 432 - его продолжение в: 1187]
Его слово («глава о нежелательности молитвы на кладбищах») — он извлёк из его слова в хадисе «и не превращайте их в могилы», что могилы не являются местом для поклонения, а значит, молитва на них нежелательна. И как будто он указал на то, что переданное Абу Даудом и ат-Тирмизи в этом отношении не соответствует его условию, — это хадис Абу Саида аль-Худри, восходящий (марфу) к Пророку: «Вся земля — мечеть, кроме кладбища и бани», передатчики его надёжны, но есть разногласие относительно того, доведён ли он до Пророка или прерван (мурсаль), и, несмотря на это, аль-Хаким и Ибн Хиббан признали его достоверным.
Его слово («нам передал Яхья») — это аль-Каттан, а Убайдуллах — это Ибн Умар аль-Умари.
Его слово («часть ваших молитв») — аль-Куртуби сказал: «мин» здесь для обозначения части, и подразумеваются добровольные молитвы, на что указывает то, что передал Муслим из хадиса Джабира, восходящего к Пророку: «Когда кто-либо из вас завершит молитву в своей мечети, пусть выделит для своего дома долю от своей молитвы». Я говорю: но в этом нет того, что исключало бы иную возможность. А Ияд передал от некоторых учёных, что смысл этого — «совершайте часть ваших обязательных молитв в своих домах, чтобы за вами следовали те, кто не выходит в мечеть, из числа женщин и прочих». И хотя это возможно, но первое толкование является предпочтительным.
Шейх Мухйи ад-Дин впал в крайность, сказав: «Нельзя относить это к обязательной молитве». Аль-Исмаили также возразил составителю относительно этого заголовка, сказав: «Хадис указывает на нежелательность молитвы в могиле, а не на кладбищах». Я говорю: это передано также словом «кладбища» (مقابر), как передал Муслим со слов Абу Хурайры в формулировке: «Не превращайте ваши дома в кладбища». Ибн ат-Тин сказал: аль-Бухари истолковал это как указание на нежелательность молитвы на кладбищах, а группа учёных истолковала это как побуждение к молитве в домах, поскольку мёртвые не молятся — как если бы было сказано: «Не будьте подобны мёртвым, которые не молятся в своих домах», то есть в могилах. Он сказал: что же касается допустимости или запрета молитвы на кладбищах, то в хадисе нет ничего, из чего это можно было бы извлечь. Я говорю: если он имеет в виду, что это не извлекается прямым смыслом (منطوق), то это принимается, а если он имеет в виду отрицание этого вообще, то нет, — ведь мы ранее привели способ извлечения этого смысла. В «Нихайе», следуя «Маталиу», сказано: толкование аль-Бухари слабое, и предпочтительнее мнение тех, кто сказал: смысл в том, что покойного нельзя отмаливать в его могиле.
Ибн аль-Мунзир передал от большинства учёных, что они опирались на этот хадис в доказательство того, что кладбище не является местом для молитвы. То же самое сказал аль-Багави в «Шарх ас-сунна» и аль-Хаттаби. Он также сказал: возможно, имеется в виду: «Не делайте свои дома местом только для сна, не молясь в них», ибо сон — брат смерти, а мёртвый не молится. Ат-Турбашти сказал: в итоге это допускает четыре значения, — и он упомянул три предыдущих, а четвёртое из них: возможно, имеется в виду, что тот, кто не молится в своём доме, делает себя подобным мёртвому, а свой дом — подобным могиле. Я говорю: это подтверждается тем, что передал Муслим: «Пример дома, в котором помнят Аллаха, и дома, в котором не помнят Аллаха, подобен примеру живого и мёртвого».
Аль-Хаттаби сказал: что касается тех, кто истолковал это как запрет хоронить мёртвых в домах, то это ничего не стоит, ведь Посланник Аллаха ﷺ был похоронен в своём доме, в котором он жил при жизни. Я говорю: то, что он назвал толкованием, есть явный смысл текста хадиса, тем более что он сделал запрет отдельным установлением, отделённым от повеления. А то, чем он обосновал своё возражение, оспорил аль-Кирмани, сказав: возможно, это относится к его особым свойствам (хасаис). Передано, что пророков хоронят там, где они умирают.
Я говорю: этот хадис передал Ибн Маджа вместе с хадисом Ибн Аббаса от Абу Бакра в возведённой форме (марфу‘): «Ни один пророк не был упокоен иначе, как будучи похороненным там, где он был упокоен». В его иснаде — Хусайн ибн Абдуллах аль-Хашими, а он слаб. Есть и другой путь передачи, обрывающийся на цепочке (мурсаль), который упомянул аль-Байхаки в «ад-Далаиль». Ат-Тирмизи в «аш-Шамаиль» и ан-Насаи в «аль-Кубра» передали через Салима ибн Убайда аль-Ашджаи, сподвижника, от Абу Бакра ас-Сиддика, что ему было сказано: «Где же будет похоронен Посланник Аллаха ﷺ?» Он ответил: «В том месте, где Аллах упокоил его дух, ибо Он не упокоил его дух иначе, как в благом месте». Иснад этого достоверен, но это остановленный риваят (мавкуф). А предыдущий хадис более прямо указывает на искомый смысл. И если погребение его в его доме отнести к его особым свойствам, то запрет остальным делать так же не будет странным, более того, он обоснован, поскольку продолжение погребения в домах, возможно, превратило бы их в кладбища, и тогда молитва в них стала бы нежелательной. А формулировка хадиса Абу Хурайры у Муслима более прямо указывает на это, чем хадис данной главы, а именно его слово: «Не превращайте ваши дома в кладбища», ибо явный смысл этого требует запрета погребения в домах вообще.