И было это в хаджже прощания, в последние годы жизни Пророка ﷺ. А на допустимость этого также указывает его повеление ﷺ тому, кто застанет имамов, приходящих после него и задерживающих молитву дольше её времени: «Совершайте её у себя в домах в своё время, а затем совершайте её вместе с ними как дополнительную».
Что же касается доказательства ат-Тахави, что Пророк ﷺ запретил Муазу это своими словами в хадисе Сулайма ибн аль-Хариса: «Либо молись со мной, либо облегчай со своим народом», — и его утверждения, что смысл этого — «либо молись со мной и не молись со своим народом, либо облегчай со своим народом и не молись со мной», — то в этом есть сомнение. Ибо противник его может сказать: напротив, смысл таков — «либо молись со мной только, если не будешь облегчать, либо облегчай со своим народом, а затем молись со мной», — и это толкование предпочтительнее его толкования, поскольку в нём противопоставление облегчения его отсутствию, а именно это и было предметом вопроса и спора.
Что же касается усиления некоторыми этого мнения тем, что это отменено, поскольку молитва страха совершалась несколько раз в форме, содержащей явное отступление через действия, несовместимые с положением безопасности, — и если бы было допустимо, чтобы совершающий обязательную молитву молился позади совершающего дополнительную, то Пророк ﷺ совершил бы с ними молитву дважды таким образом, чтобы не возникало несовместимости, а поскольку он этого не сделал, это указывает на запрет, — то ответ на это таков: установлено, что он ﷺ совершил с ними молитву страха дважды, как это передал Абу Дауд от Абу Бакры явно, и подобное этому у Муслима от Джабира. А что до его молитвы с ними в некотором виде отступления, то это было для разъяснения допустимости.
Что же касается слов некоторых из них: «поступок Муаза был вызван необходимостью из-за малочисленности знающих Коран наизусть в то время», — то это слабо, как сказал Ибн Дакык аль-Ид, ибо то количество чтения в молитве, которое достаточно для её действительности, знали наизусть многие, а то, что сверх этого, не может служить поводом для совершения того, что запрещено шариатом в молитве.
Среди пользы, извлекаемых из хадиса главы, также — желательность облегчения молитвы из уважения к положению молящихся за имамом. А тот, кто сказал: «не порицается продление, если известно согласие молящихся за имамом», — на него возражают тем, что имам может не знать о положении того, кто придёт и станет молиться за ним после того, как он уже вошёл в молитву, как в хадисе главы. Согласно этому, продление порицается безусловно, кроме случая, когда предполагается, что молящийся молится с ограниченной группой людей, согласных на продление, в месте, куда никто иной не входит.
В нём также указание, что нужда, относящаяся к мирским делам, является оправданием для облегчения молитвы, а также допустимость повторения одной и той же молитвы дважды в один день, и допустимость выхода молящегося за имамом из молитвы по оправданной причине. А что до выхода без оправдания, то на это некоторые ссылались, но это было опровергнуто. Ибн аль-Мунир сказал: если бы было так, то повеление имамам облегчать не имело бы смысла. В этом есть сомнение, ибо смысл повеления облегчать — это сохранение коллективной молитвы, и это не противоречит допустимости молиться отдельно. Это подобно тому, как некоторые ссылались на этот рассказ в доказательство обязательности коллективной молитвы, и там есть подобное же сомнение. В нём также допустимость молитвы одиночного молящегося в мечети, где совершается коллективная молитва, если это по оправданной причине.
В нём также — порицание с мягкостью, поскольку оно выражено в форме вопроса. Отсюда извлекается наказание каждого соразмерно его положению, и достаточность словесного наказания, и порицание в отношении нежелательных вещей. А что до троекратного повторения, то это для подчёркивания, и уже упоминалось в книге о знании, что он ﷺ повторял слово трижды, чтобы оно было понято от него.
В нём также — извинение того, от кого произошла внешне видимая ошибка, и допустимость упрёка в отношении того, кто попал во внешне явно запретное, даже если у него было скрытое оправдание, — ради предостережения от совершения подобного; и что нет упрёка на том, кто совершил это, следуя своему толкованию; и что уклонение от коллективной молитвы — одно из свойств лицемера.
61 — глава об облегчении имамом стояния и о полном совершении поясного и земного поклонов
702 — рассказал нам Ахмад ибн Йунус, сказал: рассказал нам Зухайр, сказал: рассказал нам Исмаил, сказал: слышал я Кайса, сказал: сообщил мне Абу Масуд, что некий человек сказал: «Клянусь Аллахом, о посланник Аллаха, я опаздываю на утреннюю молитву из-за такого-то, потому что он затягивает её с нами». И я не видел посланника Аллаха ﷺ в проповеди более гневным, чем в тот день. Затем он сказал: «Поистине, среди вас есть отталкивающие людей [от религии]. Кто бы из вас ни молился с людьми, пусть облегчает, ибо среди них есть слабый, старый и имеющий нужду».
Его слово («глава об облегчении имамом стояния и о полном совершении поясного и земного поклонов»). Сказал аль-Кирмани: союз «и» здесь в значении «вместе с», как если бы он сказал: «глава об облегчении так, чтобы при этом не упускалось ничего из обязательных элементов». Это разъяснение его слов в хадисе: «пусть облегчает», ибо он не повелевает облегчением, ведущим к порче молитвы. Сказал Ибн аль-Мунир, и последовал за ним Ибн Рашид и другие: облегчение в заголовке было выделено именно для стояния, хотя выражение хадиса более общее, где сказано «пусть облегчает», потому что то, что обычно затягивается, — это именно стояние, а то, что помимо него, полное совершение чего не тяготит никого. И как будто он отнёс хадис главы к истории Муаза, ведь повеление об облегчении в ней касается именно чтения. Конец в сокращённом виде.
Мне представляется очевидным, что аль-Бухари, приводя это заглавие, указал на нечто, встреченное в некоторых версиях хадиса, — как это в его обычае. Что же касается истории с Муазом, то она отличается от хадиса данной главы, ибо история Муаза произошла во время молитвы «иша», и имамом в ней был Муаз, и происходило это в мечети рода Бану Салима, тогда как эта история произошла во время утренней молитвы и в мечети Куба. Ошибся тот, кто разъяснил неназванного имама в этом хадисе как Муаза; на самом деле имеется в виду Убайй ибн Кааб, как это передал Абу Йаля с достоверным иснадом через Ису ибн Джарию (через «джим») от Джабира, который сказал: «Убайй ибн Кааб совершал молитву с жителями Кубы, и он начал читать длинную суру. К нему присоединился в молитве один юноша из ансаров. Когда тот услышал, что Убайй начал читать (эту суру), он вышел из молитвы. Убайй разгневался и пришёл к Пророку ﷺ жаловаться на юношу, а юноша пришёл жаловаться на Убайя. Тогда Пророк ﷺ разгневался так, что гнев стал заметен на его лице, а затем сказал: «Поистине, среди вас есть отталкивающие людей (от молитвы). Если вы совершаете молитву (в качестве имамов), то сокращайте её, ибо позади вас — слабый, старый, больной и имеющий (неотложную) нужду»». Этот хадис разъясняет, что имеется в виду в словах хадиса данной главы: «из-за того что такой-то затягивает нам (молитву)», — то есть в чтении. Из него также извлекается указание на имя имама и на то, в каком месте это произошло. А у ат-Табарани в хадисе Адий ибн Хатима сказано: «Кто предстоит нам имамом, пусть совершает поклон и земной поклон полностью».
Относительно слов Ибн аль-Мунира о том, что совершение поклона и земного поклона полностью не является затруднительным, есть замечание: если он имел в виду минимум того, на что распространяется название «полное совершение», то это, безусловно, необходимо; но если он имел в виду предельную полноту, то это может быть затруднительным. Вскоре приведём хадис аль-Бараа о том, что стояние Пророка ﷺ, его поклон и земной поклон были почти равны по продолжительности.
Его слово (передал нам Зухайр) — это Зухайр ибн Муавия аль-Джуфи, а Исмаил — это Ибн Абу Халид, а Кайс — это Ибн Абу Хазим, а Абу Масуд — это аль-Ансари аль-Бадри, и весь иснад состоит из куфийцев.
Его слово (что некий человек) — я не установил его имени. Ошибся тот, кто предположил, что это Хазм ибн Убайй ибн Кааб, ибо его история была связана с Муазом, а не с Убаййем ибн Каабом.
Его слово (поистине, я опаздываю на утреннюю молитву) — то есть не присутствую на ней с общиной из-за затягивания (чтения). В риваяте Ибн аль-Мубарака в «аль-Ахкам» есть добавление клятвы: «Клянусь Аллахом, поистине, я опаздываю…» В этом содержится дозволенность подобного, поскольку (Пророк ﷺ) не осудил его за это. Ранее в «Книге знания», в главе о гневе в вопросах знания, это приводилось в формулировке: «Поистине, я почти не застаю молитву», и там уже было дано разъяснение этому. Возможно также, что имеется в виду следующее: то, к чему он привык из-за затягивания имамом молитвы, побуждало его отвлекаться от прихода в начале времени молитвы, полагаясь на то, что имам затянет чтение, — в отличие от случая, если бы имам не затягивал, ибо тогда ему было бы необходимо спешить в начале времени. Как будто он полагался на затягивание имама и потому занимался некоторыми своими делами, а затем направлялся (в мечеть), и иногда застигал молитву, а иногда не застигал. Поэтому он сказал: «Я почти не застаю (начало молитвы) из-за того, что такой-то затягивает нам (чтение)», то есть по причине его затягивания. Этим хадисом обосновывается название утренней молитвы этим именем (то есть «Гада»), а в риваяте Суфьяна, который приведён далее, встречается выражение: «о молитве на заре» (аль-фаджр). Она выделена особым упоминанием, потому что чтение в ней обычно затягивается, а также потому, что время выхода (на дела) для тех, кто имеет ремесло, приходится именно на время направления к ней.
Его слово (более сильный — «ашадда») стоит в форме винительного падежа и является определением к опущенному отглагольному существительному, то есть «гневом более сильным». Причина этого — либо нарушение наставления, либо небрежность в изучении того, что подобало изучить, — так сказал Ибн Дакык аль-Ид.
Его ученик Абу аль-Фатх аль-Йамури возразил на это, что это зависит от того, было ли предварительное разъяснение (запрета на подобное) уже дано. Он сказал: возможно также, что проявившийся гнев был вызван желанием подчеркнуть важность того, что Пророк ﷺ доносил своим сподвижникам, чтобы они восприняли его слова со вниманием, и чтобы совершивший подобное не повторил это снова.