1052 - Передал нам Абдуллах ибн Масляма от Малика, от Зейда ибн Асляма, от Атаа ибн Ясара, от Абдуллаха ибн Аббаса, который сказал: во времена Посланника Аллаха ﷺ произошло солнечное затмение, и Посланник Аллаха ﷺ совершил молитву. Он встал в долгом стоянии, по продолжительности близком к чтению суры «Корова», затем совершил долгий поясной поклон, затем поднялся и встал в долгом стоянии, которое было короче первого, затем совершил долгий поясной поклон, короче первого, затем совершил земной поклон, затем встал в долгом стоянии, короче первого, затем совершил долгий поясной поклон, короче первого, затем поднялся и встал в долгом стоянии, короче первого, затем совершил долгий поясной поклон, короче первого, затем совершил земной поклон, затем закончил молитву, и солнце уже прояснилось. Тогда он ﷺ сказал: «Поистине, солнце и луна — два знамения из знамений Аллаха, они не затмеваются по причине смерти кого-либо или его жизни. Если вы увидите это, то помните Аллаха». Они сказали: «О Посланник Аллаха, мы видели, как ты протянул руку за чем-то на своём месте, а затем видели, как ты отступил назад». Он ﷺ сказал: «Поистине, мне был показан рай, и я потянулся за гроздью, и если бы я достал её, вы ели бы от неё, пока существует этот мир. И мне был показан огонь, и я никогда не видел зрелища более ужасного, чем в этот день, и я увидел, что большинство его обитателей — женщины». Они спросили: «За что, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «За их неверие». Было спрошено: «Они не веруют в Аллаха?» Он сказал: «Они проявляют неверие по отношению к супругу и проявляют неверие в отношении добра: если ты будешь оказывать добро одной из них всю жизнь, а затем она увидит от тебя что-то [неприятное], она скажет: «Я никогда не видела от тебя добра»».
Его слово («глава о совершении молитвы затмения коллективно») — то есть даже если постоянный имам не присутствует, то кто-то из них может им предстоять. Так сказало большинство учёных. А от ас-Саури передано: если имам не присутствует, они молятся по отдельности.
Его слово («и Ибн Аббас совершил для них молитву в галерее Замзама») — этот риваят передан с полным иснадом аш-Шафии и Саидом ибн Мансуром, оба — от Суфьяна ибн Уяйны, от Сулеймана аль-Ахваля: «Я слышал, как Тавус говорил: произошло солнечное затмение, и Ибн Аббас совершил с нами молитву в галерее Замзама — шесть поясных поклонов в четырёх земных поклонах». Это достоверный маукуф-риваят, однако в передаче Ибн Уяйны есть разногласие: Ибн Джурайдж передал от Сулеймана иначе, сказав: «два раката, в каждом рака‘ате четыре поясных поклона». Это извлёк Абд ар-Раззак от него, и так же извлёк Ибн Абу Шейба от Гундара, от Ибн Джурайджа, но он сказал «земные поклоны» вместо «поясные поклоны», и это ошибка от Гундара. А Абдуллах ибн Абу Бакр ибн Хазм передал от Сафвана ибн Абдуллаха ибн Сафвана, который сказал: «Я видел, как Ибн Аббас совершал молитву на крыше Замзама во время солнечного затмения — два раката, в каждом рака‘ате два поясных поклона».
Его слово («в галерее Замзама») — так у большинства с даммой на букве «сад» без диакритики и с усиленной «фа»; это известное место. Аль-Азхари сказал: «суффа» — это место в виде затенённого зала с крышей. А в списке ас-Саганди — с диакритической «дад» с фатхой и кясрой, что означает «сторона реки», но это не имеет смысла здесь, кроме как в переносном значении.
Его слово («и Али ибн Абдуллах ибн Аббас объединил») — я не нашёл этого сообщения переданным с полным иснадом.
Его слово («и Ибн Умар совершал молитву») — возможно, это продолжение упомянутого сообщения. Ибн Абу Шейба извлёк подобное по смыслу от Ибн Умара.
Его слово («от Атаа ибн Ясара, от Абдуллаха ибн Аббаса») — так в «Муватта» и у всех, кто передал это через путь Малика. А в риваяте аль-Луулуи в «Сунан» Абу Давуда встречается «от Абу Хурайры» вместо «Ибн Аббаса», и это ошибка.
Его слово («затем совершил земной поклон») — то есть два земных поклона.
Его слово («затем встал в долгом стоянии, которое было короче первого») — в этом указание на то, что второй рака‘ат короче первого, и об этом будет сказано далее в отдельной главе.
Его слово («они сказали: о Посланник Аллаха») — в хадисе Джабира у Ахмада с хорошим иснадом: «Когда он завершил молитву, Убайй ибн Кааб сказал ему: «Ты сделал что-то в молитве, чего раньше не делал»», и далее приведено нечто подобное хадису Ибн Аббаса, за исключением того, что в хадисе Джабира указано, что это произошло во время полуденной или послеполуденной молитвы. Если это достоверно запомнено, то это другая история, и, возможно, это та история, которую рассказал Анас, упомянув, что она произошла во время полуденной молитвы. Её изложение уже приводилось в главе «о времени полуденной молитвы, когда солнце склоняется к закату» из «Книги времён молитв», но там сказано: «Мне были показаны рай и огонь на протяжении этой стены, только и всего». А что касается хадиса Джабира, то он схож по изложению с хадисом Ибн Аббаса в упоминании грозди и упоминании женщин. Аллах знает лучше.
Его слово («мы видели, как ты протянул руку») — так у большинства в форме прошедшего времени, а в риваяте аль-Кушмихани — «протягивает» в форме настояще-будущего времени с даммой на «лям» и с выпадением одной из двух «та», а исходная форма — «тата-навалю».
Его слово («затем мы видели, как ты отступил назад») — в риваяте аль-Кушмихани — «такаʻкаʻта» с добавлением «та» в начале, а смысл его — «ты отступил назад». Говорят: «каʻʻа-р-раджулю», когда человек отступает назад на пятках. Аль-Хаттаби сказал: «исходная форма — «такаʻʻаʻта», но им показалось тяжёлым сочетание трёх букв «айн» подряд, и они заменили одну из них повторяющейся буквой». А в риваяте Муслима встречается: «затем мы видели, как ты каффафта» — с двумя лёгкими «фа».
Его слово: («поистине, я видел рай, и потянулся к нему за гроздью») — внешний смысл этого указывает на то, что это было зрительное видение. Одни толкователи понимали это так, что завесы были приподняты для него, и он увидел рай в его подлинной сущности, а расстояние между ними было свёрнуто настолько, что он смог протянуть к нему руку. Это понимание ближе к внешнему смыслу данного сообщения, и его подтверждает хадис Асмы, приведённый ранее в начале раздела об описании молитвы, со словами: «Приблизился ко мне рай настолько, что если бы я осмелился, то принёс бы вам гроздь из его гроздьев». Другие же понимали это так, что рай был представлен ему на стене, подобно тому, как отпечатывается изображение в зеркале, и он увидел всё, что в нём есть. Это подтверждает хадис Анаса, который приводится далее в книге о единобожии: «Только что мне были показаны рай и огонь на этой стене, пока я молился». В одной из версий: «были представлены», а у Муслима: «были изображены». И этому не противоречит то, что отпечатывание бывает лишь на тяжёлых телах, ибо мы скажем: это обычное условие, а обычный порядок вещей может быть нарушен, особенно для Пророка ﷺ. Однако это отдельный случай, произошедший во время полуденной молитвы, и нет препятствия к тому, чтобы он видел рай и огонь дважды, и даже многократно, в разных образах. Наиболее далёким от истины является мнение тех, кто сказал, что под видением подразумевается видение знанием. Аль-Куртуби сказал: нет ничего невозможного в том, чтобы оставить эти вещи в их внешнем, буквальном смысле, тем более согласно учению людей сунны о том, что рай и огонь уже сотворены и существуют. Значит, дело сводится к тому, что Аллах Всевышний создал для Своего Пророка ﷺ особое восприятие, свойственное только ему, посредством которого он воспринял рай и огонь в их истинной сущности.
Его слово: («и если бы я взял её») — в версии Муслима: «и если бы я взял её [другим словом]». Возникло затруднение в связи с тем, что ранее было сказано «потянулся», и на это ответили тем, что «тянуться» понимается как попытка взять, а не как реальное взятие. Также говорилось, что имеется в виду: «потянулся для себя», а «если бы взял» — «для вас»; это передал аль-Кирмани, но это не является хорошим объяснением. Ещё говорилось, что под словом «потянулся» подразумевается, что он положил на неё руку так, что был способен её сдвинуть, но ему не было предопределено её сорвать, а «если бы я взял» означает «если бы я смог её сорвать». На это указывает то, что сказано в хадисе Укбы ибн Амира у Ибн Хузаймы: «протянул руку, чтобы взять что-то», а также у автора в хадисе Асмы в начале раздела о молитве: «...если бы я осмелился на это». Как будто ему не было дозволено это сделать, и потому он не осмелился. Также говорилось, что здесь подразумевается намерение, то есть: «я хотел потянуться, но затем не сделал этого», и это подтверждает хадис Джабира у Муслима: «И я протянул руку, желая взять из его плодов, чтобы показать вам, но затем мне представилось не делать этого». Подобное же приводит автор из хадиса Аиши, как будет упомянуто в конце раздела о молитве, со словами: «...так что вы видели меня желающим взять гроздь из рая, когда видели, что я стал продвигаться вперёд». А у Абд ар-Раззака в передаче с обрывом иснада: «Я хотел взять оттуда гроздь, чтобы показать её вам, но это не было предопределено». А у Ахмада в хадисе Джабира: «...но между мной и ею было воздвигнуто препятствие». Ибн Батталь сказал: он не взял гроздь потому, что она — из плодов рая, а он не исчезает, тогда как этот мир преходящ, и не дозволено есть в нём то, что не исчезает. Также говорилось: потому что если бы люди увидели это воочию, то их вера основывалась бы на свидетельстве, а не на сокровенном, и опасались бы, что тогда отпадёт возможность покаяния, так что вера уже не принесёт пользы душе.
Также говорилось: потому что рай — это воздаяние за деяния, а воздаяние им наступает только в вечной жизни. Ибн аль-Араби в «Канун ат-тавиль» передал от одного из своих учителей, что тот сказал: смысл слов «то вы ели бы из неё...» и так далее в том, что Аллах создаёт в душе едока подобие того, что он вкусил, постоянно, так что вкус этого никогда не исчезает из его ощущения. На это возразили, что это философское мнение, основанное на том, что мир вечной жизни не имеет подлинных сущностей, а лишь подобия. Истина же в том, что плоды рая не срезаются и не запрещены, а если они срезаны, то тотчас же создаются заново. Поэтому нет препятствия тому, чтобы Аллах создал подобное этому и в этом мире, если пожелает. А разница между двумя обителями — в обязательности постоянства в одной и в его возможности, но не обязательности, в другой.
(Полезное замечание): Саид ибн Мансур пояснил в своей передаче, через другой путь, от Зайда ибн Аслама, что упомянутое протягивание руки произошло во время его второго вставания во второй ракаат.
Его слово: («и было мне показано огонь») — в версии, отличной от версии Абу Зарра: «и я видел». В упомянутой версии Абд ар-Раззака встречается, что видение им огня произошло прежде видения рая, и там сказано: «Пророку ﷺ был представлен огонь, и он отступил от своего места молитвы так, что люди чуть ли не наступали друг на друга, а когда он вернулся, ему был представлен рай, и он пошёл вперёд, пока не остановился на своём месте молитвы». А у Муслима в хадисе Джабира: «Поистине, был принесён огонь, и когда вы видели, что я отступил, это было из опасения, что меня коснётся его жар», и там же: «Затем был принесён рай, и это было тогда, когда вы видели, что я продвинулся вперёд, пока не встал на своё место», и добавлено в этом хадисе: «Нет ничего из того, что вам обещано, чего бы я не увидел в этой моей молитве». А в хадисе Самуры у Ибн Хузаймы: «Поистине, с тех пор как я встал молиться, я увидел то, с чем вы встретитесь в вашей ближней и в вашей вечной жизни».
Его слово: («и я никогда не видел зрелища ужаснее, чем сегодня») — под «сегодня» подразумевается тот момент времени, в котором он находился, то есть: «я никогда не видел зрелища, подобного тому зрелищу, которое я увидел сегодня». Здесь опущено само увиденное, а сравнение отнесено ко «дню» из-за отвратительности того, что он увидел в нём, и его отдалённости от привычного зрелища. Также говорилось, что «каф» (частица сравнения) здесь является именем, и смысл таков: «я не видел зрелища, подобного зрелищу этого дня». В версии аль-Мустамли и аль-Хамави встречается: «и я никогда не смотрел на зрелище ужаснее, чем сегодня».
Его слово: («и я увидел, что большинство их — женщины») — это разъясняет время того наблюдения, о котором он сказал им в проповеди по случаю праздника: «Раздавайте милостыню, ибо я увидел, что вы — большинство обитателей огня». Это уже приводилось в хадисе Абу Са‘ида в «Книге о менструациях». А ранее, в разделе о празднике, уже упоминалось имя того, кто спросил: «Разве они не веруют?»
Его слово: («не веруют в Аллаха? Он сказал: они проявляют неблагодарность к мужу») — так передаёт большинство от Малика, и так же вывел Муслим через риваят Хафса ибн Майсары от Зайда ибн Аслама. А в «Муватта» Яхьи ибн Яхьи аль-Андалуси встречается: «и они проявляют неблагодарность к мужу» — с добавлением союза «и» (вав). Учёные единодушны, что добавление этого «вав» — ошибка с его стороны. Если под обвинением в ошибке подразумевается то, что он разошёлся с прочими передатчиками, то это верно, и подобное расхождение вполне может считаться ошибкой. Но если под обвинением в ошибке подразумевается искажение смысла, то это не так, ибо ответ соответствует вопросу и даже добавляет к нему. Дело в том, что он [спрашивавший] употребил слово «женщины» в общем значении, охватывающем как верующую, так и неверующую среди них. Когда было сказано: «не веруют в Аллаха», последовал ответ: «и проявляют неблагодарность к мужу» и т. д., — как если бы было сказано: да, среди них бывает неверие в Аллаха и в иное, поскольку одни из них не веруют в Аллаха, а другие отвергают благодеяние. Ибн Абд аль-Барр сказал: смысл риваята Яхьи в том, что ответ не соответствует в точности вопросу спрашивающего, поскольку было и без того известно, что среди женщин есть те, кто не верует в Аллаха, и потому не было нужды отвечать на это, ибо цель хадиса — иное.
Его слово: («проявляют неблагодарность к мужу») — аль-Кирмани сказал: неблагодарность к мужу не выражена с предлогом «би», как выражено неверие в Аллаха, потому что неблагодарность к мужу не содержит в себе значения признания [существования].
Его слово: («и отвергают благодеяние») — как бы разъяснение к его словам «проявляют неблагодарность к мужу», ибо имеется в виду отрицание благодеяния мужа, а не отрицание самого его существования. Толкование слова «муж» (‘ашир) уже приводилось в «Книге веры». А под «отвержением благодеяния» подразумевается его сокрытие или отрицание, на что указывает конец хадиса.
Его слово: («если бы ты оказывал добро одной из них всю жизнь») — разъяснение упомянутого сокрытия. Частица «лау» здесь условная, а не выражающая невозможность. Аль-Кирмани сказал: возможно также, что она выражает невозможность, в том смысле, что суждение утверждено относительно обеих противоположностей, причём та сторона, о которой умолчано, более достойна упоминания, чем упомянутая. Слово «дахр» (век, вся жизнь) стоит в винительном падеже в значении обстоятельства времени, и под ним подразумевается либо срок жизни мужчины, либо всё время вообще — в целях преувеличения их неблагодарности. И под словом «оказывал добро» не подразумевается обращение к какому-то определённому мужчине, а ко всякому, к кому это может относиться, — то есть форма частная по выражению, но общая по смыслу.
Его слово: («что-нибудь») — танвин здесь указывает на уменьшение, то есть нечто малое, что не соответствует её желанию, какого бы рода оно ни было. А в хадисе Джабира встречается указание на то, что виденные в огне женщины — те, кто обладал упомянутыми порицаемыми качествами; его слова: «и большинство виденных мною там женщин — те, которые, если им доверяли тайну, разглашали её, если их просили, скупились, если просили сами, были чрезмерно настойчивы, а если им давали, не были благодарны» — и далее хадис.
В хадисе этой главы, помимо уже упомянутого, содержатся следующие полезные выводы: поспешность к повиновению при виде того, чего следует остерегаться; отражение бедствия поминанием Аллаха и различными видами повиновения Ему; явное чудо Пророка ﷺ и то, каким он был в наставлении своей общины, обучении её тому, что ей полезно, и предостережении от того, что ей вредно; обращение обучающегося к учёному за разъяснением того, чего не может постичь его собственное понимание; допустимость вопроса о причине установленного решения; разъяснение учёным того, в чём нуждается его ученик; и запретность неблагодарного отвержения прав.