80 - Глава: если многобожник перед смертью произнёс: «нет божества, кроме Аллаха»
1360 - Передал нам Исхак: сообщил нам Якуб ибн Ибрахим, сказал: сообщил мне мой отец, от Салиха, от Ибн Шихаба, сказал: сообщил мне Саид ибн аль-Мусайиб от своего отца, что когда к Абу Талибу пришла смерть, к нему явился посланник Аллаха ﷺ и застал у него Абу Джахля ибн Хишама и Абдуллаха ибн Абу Умайю ибн аль-Мугиру. Посланник Аллаха ﷺ сказал Абу Талибу: «О дядя, скажи: нет божества, кроме Аллаха — слово, которым я буду свидетельствовать за тебя перед Аллахом». Тогда Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя сказали: «О Абу Талиб, неужели ты отвращаешься от религии Абд аль-Мутталиба?» Посланник Аллаха ﷺ продолжал предлагать ему это слово, а они повторяли эти слова, пока Абу Талиб в последнем, что он сказал им, не произнёс: «Он на религии Абд аль-Мутталиба», — и отказался сказать «нет божества, кроме Аллаха». Тогда посланник Аллаха ﷺ сказал: «Клянусь Аллахом, я непременно буду просить прощения для тебя, пока мне не будет это запрещено». И тогда Аллах Всевышний ниспослал о нём аят: «Не подобает пророку...» — до конца аята.
[Хадис 1360 — его фрагменты встречаются также в: 3884, 4675, 4772, 6681]
Его слово («глава: если многобожник перед смертью произнёс: «нет божества, кроме Аллаха»») — аз-Зайн ибн аль-Мунир сказал: он не привёл ответной части условного предложения после «если», потому что когда пророк ﷺ сказал своему дяде: «скажи: нет божества, кроме Аллаха, я буду свидетельствовать этим за тебя», — это могло быть истолковано как относящееся исключительно к нему, поскольку если кто-то другой произнесёт это слово, будучи уже уверенным в своей смерти, то это ему не поможет. Возможно также, что автор оставил ответную часть без изложения, чтобы читающий понял, что здесь требуется разбор и размышление, и именно это мнение является опорным.
Затем составитель привёл хадис Саида ибн аль-Мусайиба от его отца об истории Абу Талиба при его смерти; речь об этом ещё будет подробно рассмотрена в толковании суры «Покаяние» («Бараа»). Его слова в этой версии передачи: «пока мне не будет это запрещено» — то есть запрещено испрашивание прощения. А в риваяте аль-Кушмихани: «...тебе». Его слова («и Аллах ниспослал о нём аят») означают слова Всевышнего: «Не подобает пророку и тем, которые уверовали, просить прощения многобожникам...» — до конца аята, как об этом будет сказано далее. У всех, кроме Абу Зарра, установлено: «и ниспослал о нём Аллах: «Не подобает пророку...»» — до конца аята.
81 - Глава о пальмовой ветви на могиле. Бурайда аль-Аслями завещал, чтобы в его могилу положили две пальмовые ветви
Ибн Умар (да будет доволен Аллах ими обоими) увидел шатёр на могиле Абд ар-Рахмана и сказал: «Убери его, о мальчик, ведь его будет осенять лишь его деяние».
Хариджа ибн Зайд сказал: «Помню себя — мы были юношами во времена Усмана (да будет доволен им Аллах), и самым сильным прыжком среди нас отличался тот, кто перепрыгивал могилу Усмана ибн Мазъуна, перескакивая через неё».
Усман ибн Хаким сказал: «Хариджа взял меня за руку и усадил на могилу, и рассказал мне со слов своего дяди Язида ибн Сабита, что это порицалось лишь для того, кто совершил на ней нечто предосудительное». А Нафи сказал: «Ибн Умар (да будет доволен Аллах ими обоими) садился на могилы».
1361 - Передал нам Яхья: передал нам Абу Муавия, от аль-Амаша, от Муджахида, от Тавуса, от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), от пророка ﷺ, что он прошёл мимо двух могил, обитатели которых подвергались мучению, и сказал: «Поистине, они оба подвергаются мучению, и мучаются не за что-то великое. Что касается одного из них, то он не остерегался мочи (не защищался от её брызг), а что касается другого, то он ходил с наговорами (сплетнями)». Затем он взял свежую пальмовую ветвь, разломил её пополам и воткнул по одной половине в каждую могилу. Люди спросили: «О посланник Аллаха, почему ты это сделал?» Он ответил: «Возможно, им будет облегчено, пока они не высохнут».
Его слово («глава о пальмовой ветви на могиле») — то есть о её положении или втыкании.
Его слово («и завещал Бурайда аль-Аслями и т. д.») — в риваяте большинства встречается: «в его могилу», а у аль-Мустамли: «на его могилу». Это передал в связанном виде Ибн Саад через путь Мурраика аль-Иджли, который сказал: «Бурайда завещал, чтобы в его могилу положили две пальмовые ветви, и он умер в ближайшей части Хорасана». Ибн аль-Мурабит и другие сказали: возможно, что Бурайда велел воткнуть их снаружи могилы, следуя примеру пророка ﷺ, который воткнул две ветви в две могилы; а возможно, что он велел положить их внутрь могилы из-за той благодати, что содержится в пальме, согласно словам Всевышнего: «...подобно доброму дереву...». Первое мнение более очевидно, и это подтверждается тем, что составитель привёл хадис о двух могилах в конце главы. Как будто Бурайда истолковал этот хадис в общем смысле и не считал его специфическим лишь для тех двух людей. Ибн Рашид сказал: из построения (текста) аль-Бухари видно, что это относится исключительно к ним двоим, поэтому он и присоединил к этому слова Ибн Умара: «его будет осенять лишь его деяние».
Его слово («и увидел Ибн Умар шатёр на могиле Абд ар-Рахмана») — «фустат» (شسطاط) с даммой на «фа», сукуном на «сина» и двумя «та» — это шерстяной шатёр, но иногда это слово применяется и не к шерстяному. Есть и другие варианты произношения этого слова: с тремя огласовками на «фа», с двумя буквами «та» вместо «та-та», с заменой первой «та» на «син» и удвоением с «сином», и с кясрой в начале во всех трёх вариантах. Абд ар-Рахман — это Абд ар-Рахман ибн Абу Бакр ас-Сиддик, как разъяснил Ибн Саад в своей версии, переданной в связанном виде через путь Айюба ибн Абдуллаха ибн Ясара, который сказал: «Абдуллах ибн Умар прошёл мимо могилы Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакра, брата Аиши, над которой был установлен шатёр, и сказал: «О мальчик, убери его, ведь его будет осенять лишь его деяние»». Мальчик сказал: «Меня побьёт моя госпожа». Он ответил: «Ни в коем случае». И тот убрал его. А через путь Ибн Авна от некоего человека передано: он сказал: «Аиша прибыла в Зу Тува, когда люди уже убрали руки от (могилы) Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакра, и она велела установить шатёр над его могилой, поручила присматривать за ним одному человеку и уехала. Затем прибыл Ибн Умар». И далее он передал подобное же. Уже ранее было изложено обоснование включения этого предания под данным заголовком.
Его слово: («И сказал Хариджа ибн Зейд») — то есть ибн Сабит аль-Ансари, один из надёжных передатчиков из числа таби‘инов, и один из семи знатоков фикха среди жителей Медины и т. д. Автор передал это иснадом целиком в «Малой истории» через путь Ибн Исхака: «Рассказал мне Яхья ибн Абд ар-Рахман ибн Абу Амра аль-Ансари: «Слышал я Хариджу ибн Зейда»», и далее он привёл это. В этом содержится указание на допустимость возвышения могилы и поднятия её над поверхностью земли. Его слово («увидел я себя») — с даммой над буквой «та» (в основе глагола), при этом действующее лицо и объект действия — это два местоимения, относящихся к одной и той же сущности, что относится к особенностям глаголов, выражающих внутренние состояния (أفعال القلوب). А «Маз‘ун», отец Усмана — с буквой «за» с точкой, огласованной сукуном, за которой идёт обычная «айн». Связь этого с темой главы состоит в том, что установка пальмовой ветви на могилу указывает на допустимость помещения того, что приподнимает верх могилы над землёй. Речь об этом вопросе будет продолжена в конце книги о похоронах.
Ибн аль-Мунир сказал в примечании: аль-Бухари хотел показать, что то, что приносит пользу обитателям могил — это праведные дела, и что возвышение постройки, сидение на ней и прочее подобное не вредит внешнему облику могилы, а вредит лишь по существу, если сидящие на ней говорят нечто вредное, например.
Его слово: («И сказал Усман ибн Хаким: взял меня за руку Хариджа») — то есть ибн Зейд ибн Сабит и т. д. Мусаддад передал это иснадом целиком в своём «Большом Мусанаде» и разъяснил в нём причину, по которой Хариджа сообщил об этом Хакиму. Текст его таков: «Рассказал нам Иса ибн Юнус: рассказал нам Усман ибн Хаким: рассказал нам Абдуллах ибн Сарджис и Абу Салама ибн Абд ар-Рахман, что они оба слышали, как Абу Хурайра говорил: «Уж лучше мне сесть на горящий уголь, чтобы он прожёг всё, что ниже моей плоти, пока не достигнет меня самого, чем сидеть на могиле». Усман сказал: «И увидел я Хариджу ибн Зейда на кладбище и упомянул ему это, и он взял меня за руку»» — и далее хадис. Это иснад достоверный.
Муслим привёл хадис Абу Хурайры как возведённый к Пророку ﷺ через путь Сахля ибн Абу Салиха от его отца от него. Ат-Тахави передал через путь Мухаммада ибн Ка‘ба, что он сказал: «Абу Хурайра сказал лишь: «Кто сядет на могилу, мочась на неё или испражняясь, тот как будто сел на горящий уголь»», но иснад этого сообщения слаб.
Ибн Рашид сказал: очевидно, что это сообщение и то, что после него, относятся к следующей главе, а именно: «Глава о наставлении рассказчика у могилы и сидении его товарищей вокруг неё», и как будто один из передатчиков записал это не в том месте, где следовало. Он сказал: можно с некоторым усилием найти для этого путь, по которому оно относилось бы к данной главе, а именно — указание на то, что если установка шатра имеет правильную цель, например, укрытие живых от солнца, а не только затенение покойного, то это допустимо. И как бы он говорит: если могила возвышается с правильной целью, а не с намерением похвальбы, это допустимо, подобно тому как допустимо сидение на ней с правильной целью, но не тому, кто совершает на ней нечто предосудительное.
Он сказал: очевидно, что под «предосудительным» здесь подразумевается испражнение, но возможно, что имеется в виду нечто более общее — совершение того, что не подобает, из непристойности в словах и делах, поскольку это причиняет вред покойному. Конец цитаты.
Можно сказать: эти сообщения, приведённые в данной главе, нуждаются в разъяснении их связи с заголовком главы, а также связи некоторых из них друг с другом. Дело в том, что автор не привёл прямого решения по вопросу установки пальмовой ветви, а привёл сообщение Бурайды, которое указывает на дозволенность этого, а затем сообщение Ибн Умара, которое даёт понять, что то, что кладётся на могилу, не имеет влияния, а влияние имеет лишь праведное дело. Внешне между ними — противоречие, поэтому он оставил решение вопроса об установке ветви неопределённым, — так сказал аз-Зайн ибн аль-Мунир.
То, что проявляется из его действий — это склонность к предпочтению установки ветви. А на сообщение Ибн Умара можно ответить, что относительно установки шатра на могиле не передано ничего, что указывало бы на пользу для покойного, в отличие от установки пальмовой ветви, поскольку её дозволенность установлена делом самого Пророка ﷺ, хотя некоторые учёные говорили, что это — частный случай, который возможно был особым для того, кому Аллах Всевышний открыл состояние покойного.
Что же касается сообщений, приведённых о сидении на могиле, то общий смысл слов Ибн Умара: «его затеняет лишь его дело» — включает в себя то, что подобно тому, как покойному не приносит пользы затенение его, даже если это делается в знак почтения к нему, так же и ему не причиняет вреда сидение на могиле, даже если это делается в знак пренебрежения к нему. И Аллах знает лучше.
Его слово: («И сказал Нафи‘: «Ибн Умар садился на могилы»»). Это передал ат-Тахави в непрерывном иснаде через Букайра ибн Абдуллаха аль-Ашаджа, что Нафи‘ рассказал ему это. И это не противоречит тому, что вывел Ибн Абу Шейба с достоверным иснадом от него же, где он сказал: «Наступить на раскалённые камни для меня милее, чем наступить на могилу». Это один из спорных вопросов, и относительно него передан достоверный хадис, который вывел Муслим от Абу Марсада аль-Ганави в возведённом виде: «Не садитесь на могилы и не молитесь, обратившись к ним». Ан-Навави сказал: «Под сидением (الجلوس) подразумевается «усаживание» по мнению большинства учёных». А Малик сказал: «Под усаживанием (القعود) подразумевается справление нужды», — и это толкование слабое или несостоятельное. Конец цитаты.
Эти слова наводят на мысль, будто Малик был одинок в этом мнении, и то же впечатление создают слова Ибн аль-Джаузи, который сказал: «Большинство факихов считают это нежелательным, в отличие от Малика». А ан-Навави в «Шарх аль-Мухаззаб» прямо заявил, что мазхаб Абу Ханифы совпадает с мнением большинства, но это не так: напротив, мазхаб Абу Ханифы и его последователей совпадает с мнением Малика, как это передал от них ат-Тахави, приведя в качестве довода упомянутое сообщение от Ибн Умара. Он также вывел подобное от Али, а от Зейда ибн Сабита — в возведённом виде: «Поистине, Пророк ﷺ запретил сидеть на могилах из-за справления нужды — большой или малой». Передатчики его иснада — надёжные.
А мнение большинства подкрепляет то, что вывел Ахмад из хадиса Амра ибн Хазма аль-Ансари в возведённом виде: «Не садитесь на могилы». А в другой его версии от него же: «Посланник Аллаха ﷺ увидел меня, когда я опирался на могилу, и сказал:
«Не причиняй вреда владельцу могилы»».