87 - глава о поспешном выступлении (техджир) в путь (равах) в день Арафы
1660 - Рассказал нам Абдуллах ибн Юсуф, сообщил нам Малик от Ибн Шихаба, от Салима, который сказал: Абд аль-Малик написал аль-Хаджаджу, чтобы тот не противоречил Ибн Умару в вопросах хаджа. И вот Ибн Умар (да будет доволен им Аллах) пришёл — а я был с ним — в день Арафы, когда солнце склонилось к закату, и закричал у шатра аль-Хаджаджа. Тот вышел, на нём был плащ, окрашенный шафраном, и сказал: «Что тебе, о Абу Абд ар-Рахман?» Он ответил: «Выступление в путь, если ты хочешь следовать сунне». Тот сказал: «В этот час?» Он ответил: «Да». Тот сказал: «Подожди меня, пока я не оболью голову водой, а затем выйду». Он спустился и ждал, пока аль-Хаджадж не вышел, и тот пошёл между мной и моим отцом. Я сказал: «Если ты хочешь следовать сунне, сократи проповедь и поспеши со стоянием». Он стал смотреть на Абдуллаха, и когда Абдуллах увидел это, сказал: «Он прав».
[Хадис 1660 — его части встречаются также в 1662, 1663]
Его слово («глава о поспешном выступлении в путь в день Арафы») — то есть из Намиры, согласно другому хадису Ибн Умара: «Посланник Аллаха ﷺ отправился в путь после того, как совершил утреннюю молитву в утро дня Арафы, пока не прибыл в Арафу и не остановился в Намире — это место, где останавливается имам, прибывая в Арафу, — пока не наступило время полуденной молитвы. Тогда Посланник Аллаха ﷺ выступил поспешно, объединил полуденную и послеполуденную молитвы, затем произнёс проповедь перед людьми, а затем выступил и встал на стоянку». Этот хадис вывели Ахмад и Абу Дауд. Его внешний смысл указывает на то, что он направился из Мины, когда совершил там утреннюю молитву. Однако в пространном хадисе Джабира, приведённом у Муслима, говорится, что его ﷺ отправление оттуда состоялось после восхода солнца, и его текст таков: «Для него был поставлен шатёр в Намире, и он остановился там, пока солнце не склонилось к закату, тогда он приказал привести аль-Каусу, её оседлали, и он прибыл в глубину долины». Конец цитаты.
Намира — с фатхой на «нун» и кясрой на «мим» — место вблизи Арафата, за пределами харама, между краем харама и краем Арафата.
Его слово («от Салима») — это Салим ибн Абдуллах ибн Умар.
Его слово («Абд аль-Малик написал») — то есть ибн Марван.
Его слово («аль-Хаджаджу») — то есть ибн Юсуфу ас-Сакафи, когда он послал его сражаться против Ибн аз-Зубайра, как будет разъяснено после следующей главы.
Его слово («в вопросах хаджа») — то есть в положениях хаджа. У ан-Насаи по пути передачи от Ашхаба от Малика сказано «в деле хаджа», и было так, что Ибн аз-Зубайр не позволял аль-Хаджаджу и его войску войти в Мекку, и тот совершил стояние до обхода вокруг Каабы.
Его слово («и пришёл Ибн Умар (да будет доволен ими обоими Аллах), а я был с ним») — говорящий это Салим. В риваяте Абд ар-Раззака от Мамара от аз-Зухри сказано: «Он и Салим сели верхом, а я был с ними обоими». А в его риваяте сказано: сказал Ибн Шихаб: «В тот день я постился и испытал сильный зной». Хафизы разошлись во мнениях относительно этого риваята Мамара. Яхья ибн Маин сказал: это ошибка, ведь Ибн Шихаб не видел Ибн Умара и не слышал от него. Аз-Зухли сказал: я не отвергаю риваят Мамара, поскольку Ибн Вахб передал от аль-Умари от Ибн Шихаба нечто подобное риваяту Мамара, а Анбаса ибн Халид передал от Юнуса от Ибн Шихаба, который сказал: «Я прибыл к Марвану посланником, будучи уже достигшим зрелости». Аз-Зухли сказал: а Марван умер в шестьдесят пятом году, тогда как эта история относится к семьдесят третьему году. Конец цитаты.
Другие сказали: этот риваят Анбасы также является ошибкой, и на самом деле аз-Зухри сказал: «Я прибыл посланником к Абд аль-Малику». И если бы аз-Зухри прибыл посланником к Марвану, он застал бы великих сподвижников, от которых у него нет иначе как передач через посредника. А Малик и Укайль — а на них опираются в хадисе аз-Зухри — включили в эту историю между ним и Ибн Умаром Салима, и именно это признаётся достоверным.
Его слово («и закричал у шатра аль-Хаджаджа») — то есть его палатки. Аль-Исмаили добавил в этом изводе: «Где он?» — то есть аль-Хаджадж. Подобное встретится после следующей главы в риваяте аль-Каанаби.
Его слово («на нём был плащ») — с кясрой на «мим» — то есть большое покрывало, а «муасфар» — окрашенное шафраном. А его слово («о Абу Абд ар-Рахман») — это кунья Ибн Умара. А его слово («выступление в путь») стоит в винительном падеже (насб), то есть «поспеши» или «выступай».
Его слово («если ты хочешь следовать сунне») — в риваяте Ибн Вахба: «если ты хочешь достигнуть сунны».
Его слово («подожди меня») — с хамзой и кясрой на «за» с точкой, то есть «отсрочь мне», а у аль-Кушмихани — с соединительным алифом и даммой на «за», то есть «жди меня».
Его слово («он спустился») — то есть Ибн Умар, как явно указано после двух следующих глав.
Его слово («сократи») — с соединительным алифом и кясрой на «сад» без точки. Ибн Абд аль-Барр сказал: этот хадис у них относится к категории муснад, потому что под сунной, когда она упоминается без указания на её автора, подразумевается сунна Посланника Аллаха ﷺ, в отличие от, например, «сунны двух Умаров», где требуется уточнение. Я говорю: это спорный вопрос среди знатоков хадиса и основ фикха, и большинство их придерживается того, что сказал Ибн Абд аль-Барр, и таков путь аль-Бухари и Муслима. Это подкрепляется словами Салима, обращёнными к Ибн Шихабу, когда тот спросил его: «Разве так поступал Посланник Аллаха ﷺ?» — на что тот ответил: «А разве в этом следуют чему-либо, кроме его сунны?» Это будет приведено после следующей главы.
Его слово: («и поспеши со стоянием») — Ибн Абд аль-Барр сказал: так передали аль-Ка‘наби и Ашхаб, но, по-моему, это ошибка, ибо большинство передатчиков от Малика сказали: «и поспеши с молитвой». Он сказал: у риваята аль-Ка‘наби есть основание, ибо поспешность со стоянием влечёт за собой поспешность с молитвой. Я говорю: с аль-Ка‘наби согласился Абдуллах ибн Юсуф, как ты видишь, а также риваят Ашхаба, на который он указал у ан-Насаи. Таким образом, эти трое передали именно так, и, по всей видимости, расхождение в этом исходит от самого Малика, и как бы он упомянул это через то, что из него следует, ибо цель поспешности с молитвой в тот момент — это поспешность со стоянием.
Ибн Баттал сказал: в этом хадисе — [указание на] омовение (гусль) перед стоянием на Арафате, исходя из слов аль-Хаджаджа, обращённых к Абдуллаху: «Подожди меня», — и тот подождал его; а люди знания считают это желательным. Конец цитаты. Возможно, Ибн Умар подождал его именно потому, что счёл, что его омовение было вызвано необходимостью. Однако Малик передал в «Муватта» от Нафи‘а, что Ибн Умар совершал полное омовение перед своим стоянием вечером дня Арафата.
Ат-Тахави сказал: в этом — доказательство для тех, кто разрешает окрашенную шафраном (му‘асфар) одежду для находящегося в состоянии ихрама. Ибн аль-Мунир возразил ему в примечании, что аль-Хаджадж не остерегался величайших запретных дел, как проливание крови и прочее, чтобы остерегаться окрашенной одежды, и Ибн Умар не запретил ему это лишь потому, что знал: запрет не принесёт пользы, и знал, что люди не следуют примеру аль-Хаджаджа. Конец цитаты в сокращении. В этом есть спорный момент, поскольку довод строится именно на отсутствии осуждения со стороны Ибн Умара, а из этого отсутствия осуждения люди могут заключить о допустимости этого.
Речь о вопросе окрашенной шафраном одежды уже была ранее, в соответствующей главе.
Аль-Мухаллаб сказал: в этом — допустимость назначения начальником менее достойного над более достойным. Ибн аль-Мунир также возразил ему, что распорядителем в этом деле был Абд аль-Малик, и это не является доводом, тем более в случае назначения аль-Хаджаджа начальником; а что до Ибн Умара, то он подчинился этому лишь из бегства от смуты (фитны).
Он сказал: в этом также — [указание на то], что проведение хаджа относится к обязанностям халифов, и что правитель поступает в делах религии согласно словам людей знания и склоняется к их мнению. В этом — общение учёных с правителями, и что в этом нет для них никакого недостатка. В этом — вынесение фетвы учеником в присутствии своего учителя перед правителем и прочими, а также то, что учёный может сам начать с фетвы прежде, чем его о том спросят. Ибн аль-Мунир возразил на это, что Ибн Умар начал с этого именно потому, что Абд аль-Малик задал ему такой вопрос, ибо, по всей видимости, он написал ему об этом, как написал и аль-Хаджаджу.
Он сказал: в этом также — понимание через жест и взгляд, исходя из слов Салима: «И стал аль-Хаджадж смотреть на Абдуллаха, и когда он увидел это, то сказал: он сказал правду». Конец цитаты. В этом также — стремление к возвышению в знании, ввиду того, что аль-Хаджадж проявил желание услышать то, что сообщил ему Салим от своего отца Ибн Умара, и Ибн Умар не осудил это. В этом также — обучение нечестивца сунне ради пользы для людей. В этом также — допустимость малого вреда для достижения большой пользы, что берётся из того, что Ибн Умар пошёл к аль-Хаджаджу и обучил его. В этом также — усердие в распространении знания ради пользы людей от него.
В этом также — действительность молитвы позади нечестивца, а также то, что направление к мечети, находящейся на Арафате, когда солнце склоняется к закату, для объединения молитв полуденной и послеполуденной в начале времени полуденной молитвы, является сунной, и не вредит промедление на то время, которое человек тратит на связанные с молитвой дела, как омовение и подобное этому. Остальное из того, что содержится в этом хадисе, будет приведено далее, в следующей главе.
88 — Глава о стоянии на верховом животном на Арафате
1661 — Передал нам Абдуллах ибн Маслама от Малика, от Абу ан-Надра, от Умайра, вольноотпущенника Абдуллаха ибн аль-Аббаса, от Умм аль-Фадль бинт аль-Харис, что люди разошлись у неё во мнениях в день Арафата относительно поста Пророка ﷺ: одни сказали — он постится, другие сказали — он не постится. Тогда она послала ему чашу молока, а он в это время стоял на своём верблюде, и он выпил его.
Его слово: («Глава о стоянии на верховом животном на Арафате») — здесь он привёл хадис Умм аль-Фадль о разговении Пророка ﷺ в день Арафата на ней, и он уже был приведён недавно.