Глава: поспешность к стоянию
Его слово: «Глава о поспешности к месту стояния (мавкыф)». Так у большинства — это заглавие приведено без хадиса, а в риваяте Абу Зарра оно вовсе отсутствует. В экземпляре ас-Саганы здесь встречается следующая формулировка: «В эту главу входит хадис Малика от Ибн Шихаба» — то есть тот, который он передал от Салима и который был упомянут в предыдущей главе, — «но я хочу включить в неё то, что не повторяется», то есть хадис, который не повторился бы полностью — и по иснаду, и по матну. Я говорю: это указывает, что его первоначальным намерением было не повторять, и следует понимать так, что всякое повторение хадисов у него имеет место лишь там, где есть какое-то различие — либо в иснаде, либо в матне, — так что если он приводит хадис в двух местах от двух шейхов, которые передали его ему от Малика, это у него не считается повторением. Точно так же, если он приводит его в двух местах с одним и тем же иснадом, но сократил что-то из матна, либо привёл его в одном месте как маусуль (связанный), а в другом как му‘алляк (подвешенный без начала иснада). Этому правилу он не противоречил, кроме как в немногих местах, при всей обширности книги, — там, где расстояние между двумя главами очень велико.
Аль-Кирмани передал, что видел в некоторых экземплярах после этого заглавия слова: «Сказал Абу Абдуллах», то есть автор: «В эту главу добавляется «хам» — хадис Малика от Шихаба, но я не хочу вносить в неё повторяемое (му‘ад), то есть повторённое». Я говорю: как будто в тот момент у него не было под рукой иного пути передачи упомянутого хадиса от Малика, кроме тех двух путей, которые он упомянул. Это указывает на то, что он не повторяет хадис иначе, как ради пользы, связанной с иснадом или с матном, как я уже упомянул. Что же касается слова «хам» в этой добавке, переданной аль-Кирмани, то оно произносится с фатхой над «ха» и с сукуном над «мим». Аль-Кирмани сказал: «Говорят, что это слово персидское, а говорят — арабское, и его смысл близок к смыслу слова «также»». Я говорю: не один из знатоков арабского языка в Багдаде прямо заявляли, что это слово, которое стало условным термином у жителей Багдада, и оно не является ни персидским, ни, безусловно, арабским. Слова ас-Саганы в его тщательно выверенном и отредактированном экземпляре — а он один из имамов языка — указывают на то, что в речи аль-Бухари этого слова не было вовсе.
91 — Глава: стояние на Арафате
1664 — Рассказал нам Али ибн Абдуллах: рассказал нам Суфьян: рассказал нам Амр: рассказал нам Мухаммад ибн Джубайр ибн Мут‘им от своего отца: «Я искал своего верблюда...» И рассказал нам Мусаддад: рассказал нам Суфьян от Амра, а он слышал от Мухаммада ибн Джубайра, от его отца Джубайра ибн Мут‘има, который сказал: «Я потерял своего верблюда и отправился искать его в день Арафата, и увидел Пророка ﷺ, стоящего на Арафате, и сказал: «Клянусь Аллахом, это же один из хумсов — что же он здесь делает?»»
1665 — Рассказал нам Фарва ибн Абу аль-Магра: рассказал нам Али ибн Мусхир от Хишама ибн Урвы: сказал Урва: «В доисламские времена люди совершали обход (Каабы) обнажёнными, кроме хумсов, — а хумсы это курайшиты и те, кто от них родился. Хумсы проявляли заботу о людях: мужчина давал мужчине одежду, чтобы тот обошёл в ней, а женщина давала женщине одежду, чтобы та обошла в ней. А кто не получал одежды от хумсов, тот обходил Дом обнажённым. Основная масса людей возвращалась (совершала ифаду) с Арафата, а хумсы возвращались из Джам‘а». Он сказал: «И сообщил мне мой отец от Аиши (да будет доволен ею Аллах), что этот аят ниспослан о хумсах: «Затем возвращайтесь оттуда, откуда возвращаются люди». Она сказала: они возвращались из Джам‘а, а их направили к Арафату».
[Хадис 1665 — его отрывок повторяется в: 4520]
Его слово: «Глава: стояние на Арафате», то есть, а не в каком-то другом месте — будь то ближе или дальше от него.
Автор привёл по этому поводу два хадиса.
Первый:
Его слово: «рассказал нам Суфьян» — это Ибн Уяйна, а Амр — это Ибн Динар.
Его слово: («потерял верблюда»/أضللت بعيرا) — так у большинства во втором пути передачи, а в риваяте аль-Кушмихани — с добавлением «ли» (мой), как в первом пути.
Его слово: («и отправился искать его в день Арафата») — в риваяте аль-Хумайди в его «Мусанаде», а от него передал Абу Нуайм: «Я потерял своего верблюда в день Арафата и вышел искать его на Арафате». Согласно этому, слова «в день Арафата» относятся к «я потерял», ибо Джубайр пришёл на Арафат именно для того, чтобы искать своего верблюда, а не чтобы там стоять.
Его слово: («из хумсов»/من الحمس) — с даммой над «ха» неточечной и сукуном над «мим», после которой неточечная буква; толкование этого будет приведено далее.
Его слово: («что же он здесь делает?») — в риваяте аль-Исмаили через путь Усмана ибн Абу Шайбы и Ибн Абу Умара, оба от Суфьяна: «что заставило его выйти из Харама?» Муслим добавил в своей передаче от Амра ан-Накида и Абу Бакра ибн Абу Шайбы от Суфьяна после слов «что же он здесь делает?»: «А курайшиты считались из хумсов». Эта добавка может создать впечатление, что она — часть основного текста хадиса, но это не так; это слова самого Суфьяна, что разъяснил аль-Хумайди в своём «Мусанаде» от него, приводя их непосредственно продолжающими слова «что же он здесь делает?»: «Сказал Суфьян: «аль-Ахмас» — это твёрдый в своей религии, а курайшитов называли хумсами. Шайтан соблазнил их и сказал им: «Если вы будете почитать что-то помимо вашего Харама, люди станут пренебрегать вашим Харамом», — и потому они не выходили из Харама». А у аль-Исмаили в обоих его путях после слов «что заставило его выйти из Харама?» сказано: «Сказал Суфьян: хумсы, то есть курайшиты, — их называли хумсами, и они не выходили за пределы Харама, говоря: «Мы — люди Аллаха, мы не выходим из Харама», тогда как остальные люди стояли на Арафате. Это и есть смысл слов: «Затем возвращайтесь оттуда, откуда возвращаются люди»». Конец. Через эти две добавки становится ясен смысл хадиса Джубайра, и, как видно, аль-Бухари опустил их, довольствуясь передачей от Урвы, однако в изложении Суфьяна содержатся дополнительные полезные сведения.
Часть этого передал также Ибн Хузайма и Исхак ибн Рахавайх в своём «Муснаде» в непрерывном (мавсуль) иснаде через путь Ибн Исхака: рассказал нам Абдуллах ибн Абу Бакр от Усмана ибн Абу Сулеймана от его дяди Нафи‘а ибн Джубайра от его отца, который сказал: «Курайшиты выступали (для дафа) только из Муздалифы и говорили: «Мы — хумс, и не выходим из харама», — оставив стояние на Арафате. Он сказал: «И я видел Посланника Аллаха ﷺ ещё во времена джахилийи, как он стоял вместе с людьми на Арафате на своём верблюде, а затем поутру он был вместе со своим народом в Муздалифе, стоял там вместе с ними и выступал (дафа), когда выступали они»». А в передаче Юнуса ибн Букайра от Ибн Исхака в «Магази» это приведено в сокращённом виде, и там сказано, что это было содействием (тауфик) от Аллаха ему.
Также Исхак передал это от аль-Фадля ибн Мусы от Усмана ибн аль-Асвада от Атаа, что Джубайр ибн Мут‘им сказал: «Я потерял своего осла во времена джахилийи и нашёл его на Арафате, и увидел Посланника Аллаха ﷺ, стоящего на Арафате вместе с людьми. Когда же я принял ислам, я узнал, что Аллах содействовал ему (Пророку) в этом».
Что касается толкования слова «хумс» (الحمس), то Ибрахим аль-Харби в «Гариб аль-хадис» передал через путь Ибн Джурайджа от Муджахида, который сказал: «Хумс — это курайшиты и те из племён, кто следовал их обычаю, как аус и хазрадж, хуза‘а, сакиф, газван, бану амир, бану са‘са‘а и бану кинана, кроме бану бакр. А слово «ахмас» в арабском языке означает «суровый, строгий», и их назвали так потому, что они проявляли строгость по отношению к самим себе: когда они входили в состояние ихрама для хаджа или умры, они не ели мяса, не расчёсывали шерсть и волосы, а когда прибывали в Мекку, снимали одежду, которая была на них».
Также Ибрахим передал через путь Абд аль-Азиза ибн Имрана аль-Мадани, который сказал: «Их назвали хумс по названию Каабы, потому что она «хамса» — камень её белый, отливающий в черноту». Конец цитаты. Но первое объяснение более известно и более распространено — что это слово происходит от «тахаммус», то есть «проявление строгости». Абу Убайда Ма‘мар ибн аль-Мусанна сказал: «Тахаммаса» — значит «проявил строгость», отсюда же выражение «хамиса аль-вага» — «разгорелся бой». Далее об этом будет ещё сказано при разборе следующего хадиса.
Эта риваят даёт понять, что рассказ Джубайра об этом относится ко времени до хиджры, то есть до того, как Джубайр принял ислам. Это подобно его же рассказу о том, что он слышал, как Пророк ﷺ читал в вечерней молитве суру «ат-Тур», что также было до принятия Джубайром ислама, как уже упоминалось ранее. Из этого следует опровержение мнения ас-Сухайли, который полагал, что рассказ Джубайра об этом относился ко времени ислама, к прощальному хаджу. Он сказал: «Посмотри, как Джубайр отверг это, тогда как хадж с людьми совершал Аттаб в восьмом году, а Абу Бакр — в девятом году». Затем он сказал: «Либо они оба стояли в Джам‘е (Муздалифе), как это делали курайшиты, либо же Джубайр не присутствовал вместе с ними на этом сезоне хаджа».
Аль-Кирмани сказал: «Стояние Посланника Аллаха ﷺ на Арафате было в десятом году, и Джубайр к тому времени уже был мусульманином, так как он принял ислам в день освобождения Мекки. Если его вопрос об этом был выражением отрицания или удивления, то, возможно, до него ещё не дошло ниспослание слов Всевышнего: «Затем выступайте оттуда, откуда выступают люди». Если же это был вопрос о мудрости отхода от того, чего придерживались хумс, то тут нет никакой проблемы. Также возможно, что у Посланника Аллаха ﷺ было стояние на Арафате ещё до хиджры». Конец цитаты в сокращении. И именно это последнее мнение является наиболее обоснованным, как я уже разъяснял ранее с приведением доводов, а он (аль-Кирмани), похоже, последовал за ас-Сухайли в его предположении, что это был прощальный хадж, либо это совпадение случайно вышло у него самого.
Этот хадис указывает на то, что под словами Всевышнего «Затем выступайте оттуда, откуда выступают люди» подразумевается выступление с Арафата, хотя внешний контекст аята указывает на то, что имеется в виду выступление из Муздалифы, поскольку это упомянуто словом «затем» (сумма) после повеления поминать Аллаха у Заповедного места (аль-Маш‘ар аль-харам). Некоторые толкователи ответили на это тем, что повеление поминать Аллаха у Заповедного места идёт после выступления с Арафата, которое упомянуто в форме сообщения (хабар) о том, откуда узаконено выступать, — и тогда смысл таков: «Когда вы выступите — поминайте [Аллаха], а затем пусть ваше выступление будет оттуда, откуда выступают [обычные] люди, а не оттуда, откуда выступали хумс». Либо же смысл таков: «Когда вы выступите с Арафата к Заповедному месту — поминайте там Аллаха, и пусть ваше выступление будет с того места, откуда выступают люди, помимо хумс».
Второй хадис.
Его слово («сказал Урва»). В риваяте Абд ар-Раззака от Ма‘мара от Хишама ибн Урвы от его отца это приведено таким образом.
Его слово («а хумс — это курайшиты и те, кого они породили»). Ма‘мар добавил: «И среди тех, кого породили курайшиты, были хуза‘а, бану кинана и бану амир ибн са‘са‘а». Ранее в асаре Муджахида уже упоминалось, что к ним относились также газван и другие. Ибрахим аль-Харби в своём «Гариб» передал от Абу Убайды Ма‘мара ибн аль-Мусанны, который сказал: «Курайшиты, когда к ним сватался чужеземец, ставили ему условие, что его потомство будет придерживаться их религии. Так в число хумс из неурайшитов вошли сакиф, лайс, хуза‘а и бану амир ибн са‘са‘а», то есть и другие. Из этого становится ясно, что под этими племенами подразумеваются те, чьи матери были из курайшитов, а не все представители упомянутых племён поголовно.
Его слово: («и сообщил мне мой отец») — говорящий это Хишам ибн Урва, а связанной иснадом частью хадиса является именно этот отрывок, касающийся причины ниспослания данного аята. Далее, в толковании суры «аль-Бакара», будет приведён другой путь передачи, более полный, чем этот. Его слово («и они направились к Арафату») — в риваяте аль-Кушмихани стоит «и они поднялись» (с буквой «ра»), а у Муслима, по пути передачи Абу Усамы от Хишама, — «и они возвратились к Арафату». Смысл в том, что им было велено направиться к Арафату, чтобы стоять там, а затем совершить оттуда исфаду (выход). Ранее, в пути передачи Джубайра, уже говорилось о причине их отказа от этого. Также ранее, в начале книги о молитве, уже говорилось о рассказе об обхождении вокруг Каабы нагими. Из риваята Аиши стало известно, что тем, к кому обращены слова Всевышнего «выходите [оттуда]», был Пророк ﷺ, а под этим подразумевались те из курайшитов и прочих, кто не стоял на Арафате.
Ибн Аби Хатим и другие передали от ад-Даххака, что под словом «люди» здесь подразумевается Ибрахим — друг Аллаха (мир ему). От него же передано, что имеется в виду имам. От другого передатчика — что имеется в виду Адам. В редких (шазз) чтениях встречается «ан-Наси» (النَّاسِي) с кясрой под «син», по образцу «аль-Кади», однако первое чтение вернее. Впрочем, стояние на Арафате действительно унаследовано от Ибрахима, как передал ат-Тирмизи и другие по пути передачи Язида ибн Шайбана, который сказал: «Мы стояли на Арафате, и к нам пришёл Ибн Марии и сказал: «Поистине, я — посланник Посланника Аллаха ﷺ к вам, он говорит вам: оставайтесь на своих обрядовых местах, ибо вы следуете наследию из наследия Ибрахима»», — и далее хадис. Однако из этого не следует, что именно он один имеется в виду в словах «оттуда, откуда выходят люди», — скорее, речь идёт о более общем смысле, а причиной ниспослания стало то, что рассказала Аиша (да будет доволен ею Аллах).
Что же касается употребления в аяте слова «затем» (ثُمَّ), то было сказано, что оно употреблено в значении союза «и» — таково мнение ат-Тахави. Также было сказано, что оно употреблено ради усиления, а не для указания на строгую последовательность, и смысл таков: «когда вы выйдете с Арафата, поминайте Аллаха у Заповедного места (аль-Машаль аль-Харам), затем сделайте ваш выход оттуда же, откуда выходят [прочие] люди, а не оттуда, откуда вы [прежде] выходили». Аз-Замахшари сказал: положение слова «затем» здесь подобно его положению в твоих словах: «делай добро людям, — затем не делай добра не благородному». Слово «затем» появляется здесь из-за разницы между добром, оказанным благородному, и добром, оказанным не благородному. Так же и здесь: повелев им поминать Аллаха при выходе с Арафата, Он разъяснил им место выхода, сказав: «затем выходите», указывая на разницу между двумя видами выхода — один из которых верный, а другой ошибочный.
Аль-Хаттаби сказал: слова Всевышнего «затем выходите оттуда, откуда выходят люди» включают в себя веление стоять на Арафате, поскольку выход бывает только после предшествующего ему сбора [на этом месте]. То же самое сказал и Ибн Баттал.