Его слово: («в Заповедной мечети») — Амр ибн Динар в своём риваяте добавил: «у Каабы». Аль-Бухари озаглавил этот хадис несколькими главами позже словами: «Глава о том, кто считал, что уединяющемуся в мечети (мутакиф) не обязателен пост». Заглавие настоящей главы влечёт за собой второе, потому что если уединение допустимо ночью без дня, то из этого необходимо следует его действительность и без поста, но не наоборот. Об обязательности поста говорили Ибн Умар и Ибн Аббас — это передал Абд ар-Раззак от них обоих с достоверным иснадом, и подобное же передано от Аиши. Этого мнения придерживались Малик, аль-Авзаи и ханафиты, а от Ахмада и Исхака передаются разногласия. Ияд приводил в качестве довода то, что Пророк ﷺ не уединялся иначе как с постом, но в этом есть сомнение, поскольку в следующей главе сообщается, что он уединялся в шаввале, как мы ещё упомянем. Некоторые из маликитов приводили довод, что Всевышний Аллах упомянул уединение вслед за постом, сказав: «Затем завершайте пост до ночи и не прикасайтесь к ним, находясь в уединении (акифун)». Но на это возразили, что в этом аяте нет указания на их взаимную обязательность, иначе получилось бы, что нет поста без уединения, а так никто не говорит. Остальные пользы хадиса Умара мы упомянем в книге об обетах, если пожелает Всевышний Аллах. В этом хадисе также содержится опровержение тех, кто говорил, что минимальный срок уединения — десять дней или более одного дня; это мнение уже приводилось в начале раздела об уединении. Польза этого разногласия проявляется в случае, если человек дал обет неопределённого уединения. И Аллах знает лучше.
6 — Глава об уединении женщин
2033 — Рассказал нам Абу ан-Ну‘ман: рассказал нам Хаммад ибн Зейд: рассказал нам Яхья от Амры от Аиши (да будет доволен ею Аллах), которая сказала: «Пророк ﷺ уединялся в последние десять дней рамадана. Я разбивала для него шатёр, и он, совершив утреннюю молитву, входил в него. Хафса попросила у Аиши разрешения тоже разбить шатёр, та разрешила ей, и она разбила шатёр. Когда это увидела Зейнаб бинт Джахш, она разбила ещё один шатёр. Когда наступило утро, Пророк ﷺ увидел шатры и спросил: «Что это?» Ему рассказали, и Пророк ﷺ сказал: «Благочестие ли вы видите в них?» И он оставил уединение в тот месяц, а затем уединился десять дней шаввала».
Его слово: («Глава об уединении женщин») — то есть каково его положение. Аш-Шафии безусловно считал его нежелательным для женщин в мечети, где совершается коллективная молитва, приводя в качестве довода хадис этой главы. Он указывает на нежелательность уединения для женщины иначе как в мечети её собственного дома, поскольку она подвергается тому, что её будет видеть множество людей. Ибн Абд аль-Барр сказал: «Если бы Ибн Уейна не добавил в этом хадисе — то есть в хадисе этой главы — что они попросили у Пророка ﷺ разрешения на уединение, я бы категорически утверждал, что уединение женщины в мечети, где совершается коллективная молитва, недопустимо». Конец цитаты. Ханафиты поставили условием действительности уединения женщины, чтобы оно проходило в мечети её дома, а в одном из их риваятов говорится, что ей дозволено уединяться в мечети вместе с мужем; этого же мнения придерживался Ахмад.
Его слово: («рассказал нам Яхья») — это Яхья ибн Саид аль-Ансари; Халаф ибн Хишам указал его родословную в своём риваяте от Хаммада ибн Зейда у аль-Исмаили.
Его слово: («от Амры») — в риваяте аль-Авзаи, который приводится далее в конце раздела об уединении, от Яхьи ибн Саида говорится: «рассказала мне Амра бинт Абд ар-Рахман».
Его слово: («от Аиши») — в риваяте Абу Аваны через путь Амра ибн аль-Хариса от Яхьи ибн Саида от Амры говорится: «рассказала мне Аиша».
Его слово: («Пророк ﷺ уединялся в последние десять дней рамадана, и я разбивала для него шатёр») — слово «шатёр» (خباء) произносится с кясрой на первой букве, затем идёт «б». Его слово: «и он, совершив утреннюю молитву, входил в него» — в риваяте Ибн Фудайля от Яхьи ибн Саида, который приводится далее в главе об уединении в шаввале, говорится: «Он уединялся каждый рамадан, и когда совершал утреннюю молитву, входил [в шатёр]». Этим доказывается, что начало уединения приходится на начало дня; далее будет приведено разногласие по этому вопросу.
Его слово: («Хафса попросила у Аиши разрешения разбить шатёр») — в упомянутом риваяте аль-Авзаи говорится: «Аиша попросила у него [Пророка] разрешения, и он разрешил ей; а Хафса попросила Аишу попросить разрешения и для неё, что та и сделала». В упомянутом риваяте Ибн Фудайля говорится: «Аиша попросила разрешения уединиться, он разрешил ей, и она разбила купол; узнав об этом, Хафса разбила свой купол». В риваяте Амра ибн аль-Хариса добавлено: «чтобы уединиться вместе с ним» — это наводит на мысль, что она сделала это без разрешения. Однако в риваяте Ибн Уейны у ан-Насаи говорится: «затем Хафса попросила у него разрешения, и он разрешил ей». Из риваятов Хаммада и аль-Авзаи явствует, что это было сделано через посредство Аиши.
Его слово: («Когда это увидела Зейнаб бинт Джахш, она разбила ещё один шатёр») — в риваяте Ибн Фудайля говорится: «Услышав об этом, Зейнаб разбила ещё один купол». В риваяте Амра ибн аль-Хариса говорится: «Когда Зейнаб увидела это, она разбила [шатёр] вместе с ними, будучи женщиной ревнивой». Я не обнаружил ни в одном из путей передачи, чтобы Зейнаб просила разрешения, и, кажется, именно это стало одной из причин последовавшего осуждения.
Его слово: («когда наступило утро, Пророк ﷺ увидел шатры») — в риваяте Малика, который приведён после этого: «когда он направился к месту, где хотел совершить итикаф, вдруг там оказались шатры». А в риваяте Ибн Фудайля: «когда он вернулся утром, увидел четыре купола» — то есть купол для него самого и три для трёх [жён]. А в риваяте аль-Авзаи: «и посланник Аллаха ﷺ, когда совершал молитву, направлялся к своему сооружению, которое было построено для него, чтобы он совершал в нём итикаф». А в риваяте Абу Муавии, приведённом у Муслима и Абу Дауда, сказано: «тогда Зейнаб приказала [поставить] свой шатёр, и он был поставлен, и приказали другие жёны Пророка ﷺ [поставить] свои шатры, и они были поставлены» — это на первый взгляд означает, что так поступили все жёны, но это не так. В других риваятах жёны разъяснены — это только Аиша, Хафса и Зейнаб (да будет доволен ими Аллах). Это подтверждается его словом в данном риваяте: «четыре купола», а также риваятом Ибн Уйайны у ан-Насаи: «когда он совершил утреннюю молитву, вдруг увидел четыре сооружения. Он спросил: «Чьи это?» Ему ответили: «Аиши, Хафсы и Зейнаб»».
Его слово: («благочестие ли?») — с вопросительной хамзой, произносимой с продлением, и без продления; «аль-бирра» — в винительном падеже. А его слово «турауна бихинна» (تُرَوْنَ بِهِنَّ) — с даммой в начале, то есть «полагаете ли вы». А в риваяте Малика: «благочестие ли вы усматриваете в них», то есть «полагаете ли». Слово «каул» (речь) употребляется в значении «полагание» — так сказал аль-Аша:
«Что до отъезда — он [состоится] после завтрашнего дня,
Так когда же ты полагаешь, что дом соберёт нас?»
то есть «полагаешь». А в риваяте аль-Авзаи встречается: «неужели благочестие они этим хотели [проявить]?» А в риваяте Ибн Уйайны: «неужели благочестие вы полагаете, они этим хотели [проявить]?» — и обращение здесь к присутствующим из числа мужчин и прочих. А в риваяте Ибн Фудайля: «что побудило их на это — благочестие ли? Уберите их, не хочу их видеть!» — и они были убраны. Слово «ма» здесь вопросительное, а «аль-бирру» в этом риваяте — в именительном падеже. Что касается его слова «фа ля араха» («не хочу их видеть»), то Ибн ат-Тин утверждал, что правильнее было бы опустить алиф в слове «араха», поскольку оно стоит в положении усечения после отрицания-запрета, — но это не так, как он полагал.
Его слово: («и он оставил итикаф») — в риваяте Абу Муавии: «и он приказал [убрать] свой шатёр, и он был свёрнут» — слово «куввида» (قُوِّضَ) произносится с даммой над «каф» и удвоенным кясрированным «вав», после которого идёт буква «дад» — то есть «был разобран». Как будто он ﷺ опасался, что побудительной причиной для них к этому было соперничество и состязание, вызванное ревностью, из стремления быть ближе именно к нему, что вывело бы итикаф за пределы его истинного назначения. Либо же, когда он разрешил вначале Аише и Хафсе, это казалось незначительным по сравнению с тем, к чему могло привести дело — стечению туда и остальных жён, отчего мечеть стала бы тесна для молящихся. Либо же по причине того, что собрание женщин рядом с ним превратило бы его положение в подобие сидения у себя дома, и, возможно, они отвлекли бы его от уединения ради того поклонения, к которому он стремился, так что цель итикафа была бы упущена.
Его слово: («и он оставил итикаф в тот месяц, а затем совершил итикаф в течение десяти дней шавваля») — в риваяте аль-Авзаи: «и он вернулся, а когда совершил итикаф...». В риваяте Ибн Фудайля: «и он не совершал итикафа в рамадан, пока не совершил итикаф в последней декаде шавваля». В риваяте Абу Муавии: «и он не совершал итикафа в рамадан, пока не совершил итикаф в первой декаде шавваля». Совмещение между этим и риваятом Ибн Фудайля таково, что под словами «последняя декада шавваля» подразумевается завершение его итикафа. Аль-Исмаили сказал: в этом содержится доказательство допустимости итикафа без поста, поскольку первый день шавваля — это день разговения, и пост в этот день запрещён. А другой сказал: в его итикафе в шаввале содержится указание на то, что обычные добровольные дела, если они были упущены, желательно восполнять. На это опирались маликиты в доказательство обязательности восполнения дела для того, кто приступил к нему, а затем прервал его, — но в этом нет указания на это, как будет разъяснено далее.